Храм любви

Мои глаза видят тебя. Мои дети смотрят за тобой. Ты слеп, будучи зрячим в своих желаниях. С первыми лучами солнца прибрежный порт оживал. Порты принимали новые корабли, запах свежей выпечки вытеснял морской воздух, фермеры ухаживали за скотиной. Доска пропавших пополнилась новым лицом. Туристом, пропавшим в лесах островка. Каждый житель знал: в живых человека больше нет. Играющие солнечные зайчики пробивались сквозь листву на лице Люцифера. Уставший, голодный и счастливый мужчина оглядывал с небольшого холма городок, живущий в мягком ритме. Звон колокольчиков над дверью отвлек пожилую хозяйку гостиничного дома. Женщина, протирая руки о фартук, взглянула на незваного гостя. Узнав проживающего в одном из номеров недавно прибывшего юношу, взволнованно ахнула. На одежде брюнета были зацепки, мелкие дырочки, в волосах спутались листья и сучки. – Господи. Что с вами случилось? Где вас бог носил, вы похожи на мальчика, вышедшего из джунглей. Куроро не мог сказать, что он наблюдал жертвоприношение человека, но и отрицать блуждание в лесах не мог. Двигая сумку за поясницу, мужчина оправдательно и виновато смеется, имитируя неуклюжесть. – Прошу прощения. Ночью совсем не спалось. Прохладный воздух моря дурманил разум. Я вышел на прогулку и заплутал в здешних лесах. Со мной все хорошо, лишь одежду повредил при попытке обойти огромные кроны деревьев, спотыкаясь о корни, растущие из-под земли. Пар, выходящий из труб, разносит легкий аромат горящей древесины. Горячая вода греется от жара печи, обеспечивая теплом помещение. Эфирные масла, влитые в деревянную купель, выходят через пар, создавая атмосферу древних купален великих мыслителей павшей нации. Едва касаясь пальцами ног, Куроро ощутил жар купели, отдергивая стопу от обжигающей боли. Отчерпнув ведро горячей воды, мужчина нашел маленький табурет. Присев в менее жарком месте, Люцифер намочил мыло с родины, ощущая легкий запах кокосов с горчинкой оливкового масла. – Интересно. А чем моются в клане Курута? – заинтересованно задал сам себе вопрос этнограф, рассматривая в руке влажный брусок мыла. – Отвары из трав и цветов, настои местных рецептов. Либо есть растения, способные создавать скудную пену, подобно корню мыльнянки северных земель. Надо будет это изучить, вдруг в лесах прорастают схожие по свойствам растения. Едва остывшая вода, отдающая пар, растекается через края деревянной купели, стекая по доскам на камень до стоков. Свежие ссадины горят, напоминая о повреждениях ветвями деревьев и острыми кустарниками. Откидывая голову за борт, Люцифер расслабляется, рассматривая через клубы пара потолок гостиничного дома. Массивные балки держали на себе все здание, скрываясь в стенах и полах под слоями эстетической отделки помещения, выделяясь силой в темноте крыши. – Его голос чаровал, глаза манили. На мгновение я ослеп, встретив его бескрайние зрачки, поглощенные яркостью киновари, текущей по радужке. Ужас, Куроро, о чем ты думаешь. Он просто шаман. Житель, выбранный на роль защитника бога в ночь солнцестояния. Не более, – прикладывая влажную ладонь к глазам, Куроро впервые чувствует стыд за мысли, посетившие голову. – Жидкое золото покрыло колосья пшеницы, покрытые рукой Беленоса. Ультрамарин, струящийся по наряду. Множество рубинов, сияющих в пламени огня. Юноша, открывший мне живую картину жертвоприношения, живая история своего народа. Прошу, боже, столкни нас вновь взглядом. Желаю утонуть в глубинах его глаз, даже если я перестану зреть иную красоту твоего мира.