Ворнеры: Охота

К одинокому, покосившемуся дому на окраине города с натужным хрипом подкатила старая, местами проржавевшая машина. Моросил мелкий, противный дождь, превращая грунтовку в грязное месиво. Дворники со скрипом размазывали воду по лобовому стеклу, за которым двое парней вели напряженный спор. — Лиям, мне кажется, это уже перебор, — с нажимом произнес Вэйн, нервно теребя ремень безопасности. — Брось, — отмахнулся Лиям, глуша дребезжащий мотор. — Пэт даже не заметит, что мы «позаимствовали» его колымагу. Она всё равно стояла без дела. — Да я не о машине! — Вэйн раздраженно выдохнул. — Я о том, что мы делаем. — Мы зарабатываем на жизнь, малыш Вэйн. Ладно, пошли уже. Делай умное лицо. Лиям вальяжно выбрался из салона, поднял воротник помятого пиджака, защищаясь от дождя, и решительно зашагал к крыльцу. Он постучал — три коротких, уверенных удара. Через пару секунд заскрежетал засов, и на пороге появилась сухонькая старушка в выцветшем кардигане. От неё пахло лавандой и старой пылью. — О, вы, кажется, из бюро? — прохрипела она, щурясь сквозь толстые линзы очков. — Семья Ворнеров, к вашим услугам, — Лиям включил свою самую обаятельную и профессиональную улыбку. — Вы звонили. — Проходите, проходите, касатики, — бабушка суетливо отошла в сторону, пропуская их в прихожую, заставленную фарфоровыми статуэтками. — Я приготовила вам печеньки с молоком. — Спасибо, миссис, но мы на службе, — мягко отказался Лиям, переступая порог. — В заявке вы упоминали, что чувствуете «плохую энергию» в гостиной? — Верно! Сущая беда. Из-за неё у меня уже третий день жутко ломит поясницу. Спать не могу. — Ясно. Классический полтергейст-паразит, — с умным видом кивнул Лиям. Он театральным жестом достал из кармана амулет в форме полумесяца — дешёвую штамповку из сувенирной лавки — и начал водить им по воздуху, хмуря брови и изображая крайнюю сосредоточенность. Вэйн позади него закатил глаза. — Так я и думал... В вашей гостиной действительно образовался сгусток тяжёлой энергетики. Но вам крупно повезло, что вы вызвали нас. Вам поможет вот это. Лиям выудил из внутреннего кармана наспех скрученную из соломы и ниток куклу вуду. — Поставьте этот оберег в восточном углу комнаты и посыпьте вокруг обычной поваренной солью. Энергия впитается в солому. — Ой, спаситель вы мой! — старушка всплеснула руками. Глаза её заслезились от благодарности. — Сколько с меня, мальчики? — Учитывая сложность очистки... думаю, долларов сто пятьдесят, — не моргнув глазом, выдал Лиям. — Хорошо, у меня как раз немного с пенсии осталось... Вы ведь рискуете собой ради доброго дела, — пробормотала она, дрожащими пальцами доставая из старого кошелька смятые купюры. Лиям аккуратно, но быстро принял деньги. — Не стоит благодарностей. Это наш долг. Обращайтесь, если духи вернутся. Он вложил ей в ладонь дешевую визитку: «Семья Ворнеров. Оккультное бюро. Решим любые паранормальные проблемы». Как только дверь за ними закрылась, Вэйн пулей слетел с крыльца. Братья забрались в холодный салон машины. Дверь захлопнулась с металлическим лязгом. — Нет, это уже точно перебор! — взорвался Вэйн, как только Лиям завел мотор. — Да ладно тебе, не нуди, — Лиям пересчитывал купюры, довольно ухмыляясь. — Верующие были всегда. Не мы, так какой-нибудь телевизионный проповедник высосал бы из неё эти деньги. А так мы хотя бы ужинаем сегодня не лапшой быстрого приготовления. — Эта бабка с Альцгеймером! Мы «очищаем» её гостиную уже третий раз за месяц! — Что поделать, — Лиям пожал плечами, пряча деньги в карман. — Платежеспособных верующих всё меньше. Поехали, пока она все не вспомнила, и не вызвала копов. — Господи... — Вэйн устало потер лицо руками. — Когда-нибудь мы начнём зарабатывать честно. Форд медленно тронулся с места, оставляя позади покосившийся дом и доверчивую старушку, которая махала им вслед из окна. Дождь усилился, барабаня по крыше машины, как горсть мелких камней. Фары с трудом выхватывали из темноты мокрый асфальт. Тишину в салоне разорвала резкая мелодия рингтона. — Я же говорил, брать тачку Пэта — дерьмовая идея, — буркнул Вэйн, косясь на экран телефона Лияма. — Спокойно, Вэйни. Я всё улажу. Лиям снял трубку, включив свой фирменный бодрый тон: — Вас слушает Оккультное бюро Ворнеров! Чем можем по— — Хватит дурачиться, ублюдок, я у тебя в контактах подписан! — загремел из динамика прокуренный бас Пэта. — Где моя машина?! — Ладно-ладно, старик, не кипятись. Мы на выезде. Скоро пригоним твоё корыто в целости и сохранности. — Пошевеливайтесь, пока я не заявил об угоне! Лиям с досадой бросил телефон на приборную панель. — Чёрт, до чего душный тип. Никакого уважения к малому бизнесу. Не прошло и минуты, как телефон зазвонил снова. Лиям раздражённо схватил его, собираясь высказать Пэту всё, что думает, но осёкся. Номер был незнакомый. — Да что опять? — рявкнул он в трубку. На другом конце повисла секундная пауза, а затем раздался тонкий, дрожащий голос: — Э-это... семья Ворнеров? Лиям мгновенно подобрался. Цинизм слетел с его лица, уступив место собранности. Вэйн вопросительно посмотрел на брата. — Да, это мы. У вас проблема? — Да... — девочка всхлипнула. На заднем фоне слышался глухой стук и невнятное рычание. — Кажется, в моего отца вселился демон. Помогите, пожалуйста. Мне очень страшно. Я... я скинула координаты по СМС. Связь оборвалась. В салоне воцарилась тяжелая тишина, нарушаемая лишь скрипом дворников. — Хорошо. Мы едем, — тихо произнес Лиям уже коротким гудкам. Он бросил взгляд на навигатор. — Эй, Лиям... у нас появилась реальная работёнка? — с сомнением спросил Вэйн. — Дай угадаю, — Лиям криво усмехнулся, резко выворачивая руль на перекрестке. — Снова неоплачиваемая? — А ты сообразительный. Судя по адресу, это трущобы у старого завода. Наверняка очередной пьяница словил белую горячку и разбушевался. Пора очищать карму, Вэйни. Заодно спасем ребенка от побоев. — Может, прекратишь называть меня малым? Я всего на год младше. — Посмотрим на твоё поведение, — хмыкнул Лиям, вдавливая педаль газа. Форд, рыкнув пробитым глушителем, рванул сквозь пелену дождя. Они затормозили у двухэтажного заброшенного дома с заколоченными окнами. Краска на стенах облупилась, крыльцо прогнило. Внутри не горело ни одного света, но из глубины строения доносился приглушенный детский плач. — Приехали, — мрачно констатировал Лиям, выходя под ледяной ливень. Вэйн достал из багажника тяжелый полицейский фонарик и короткий дробовик, проверив патроны. Они подошли к двери. Лиям дернул ручку — заперто. Он постучал, громко и настойчиво. В ответ — лишь шум дождя. А затем изнутри донесся пронзительный вскрик девочки и звон разбитого стекла. — Так, на счёт три, — процедил Лиям, отступая на шаг. Братья встали плечом к плечу. — Раз. Два. ТРИ! Двойной удар подошвами пришелся точно в район замка. Гнилое дерево треснуло, дверь слетела с петель и с грохотом рухнула в темный коридор, подняв облако пыли. В нос ударил кислый запах перегара, мочи и сырости. Они ворвались на кухню. В тусклом свете уличного фонаря, пробивающегося сквозь щели, Лиям увидел жуткую картину. Крупный, небритый мужчина с безумными глазами прижал маленькую девочку в грязном платье к стене и пытался силой влить ей в рот виски из горла бутылки. Он невнятно бормотал какую-то чушь про «очищение». Лиям не стал тратить время на слова. Он рванул вперёд, как спущенная с цепи собака, и всем весом врезался в мужчину. Тот отлетел в сторону, рухнул в кучу мусорных пакетов, глухо ударился затылком о кирпичную кладку и обмяк. Бутылка покатилась по полу, разливая дешевое пойло. Картина маслом. — Ты в порядке? — Лиям тяжело дыша опустился на колени перед дрожащей девочкой. — Э-это не он... — прошептала она, размазывая слёзы по перемазанному сажей лицу. — Что? Лиям не успел обернуться. Периферийным зрением он уловил смазанное движение. В следующее мгновение мир взорвался вспышкой боли. Тяжелая деревянная табуретка опустилась ему на затылок. Лиям рухнул на грязную плитку, в ушах зазвенело. Над ним, покачиваясь, стоял второй мужчина. Худой, жилистый, с мутным, остекленевшим взглядом. — Кто это, доченька? — прохрипел он неестественно спокойным тоном. — Твои друзья? Папа тебя не обидит... Иди ко мне. Девочка снова зарыдалась, сжавшись в комок. В этот момент в дверном проеме возник Вэйн. Увидев брата на полу, он отбросил фонарик. — В эту игру можно играть вдвоём, ублюдок! — рявкнул Вэйн. Он схватил вторую табуретку и с размаху, вложив всю злость, ударил нападавшего по лицу. Раздался влажный, отвратительный хруст. Мужчина рухнул навзничь. Под его головой на заплесневелой плитке начала стремительно расплываться тёмная, густая лужа. Вэйн замер, тяжело дыша. Табуретка выпала из его рук. — Чёрт... кажется, я переборщил, — его голос дрогнул. Он только что убил человека. Он бросился к брату: — Вставай, Лиям! Эй, очнись! Тебя отделал какой-то алкаш! Лиям со стоном открыл глаза, держась за окровавленный затылок. — Повезло, что пьяницы не умеют нормально бить... — поморщился он, пытаясь сфокусировать зрение. — Могло быть хуже. — Что нам теперь делать?! — Вэйн в панике указал на неподвижное тело. — Позвоним в опеку из-за девочки? Но как мы объясним труп посреди кухни?! Нас посадят! — Успокойся, — Лиям сел, привалившись к шкафчику. Голова раскалывалась. — Принеси лёд из холодильника, если он тут работает. Я пока поговорю с малой. Вэйн кивнул и убежал вглубь дома. Лиям повернулся к девочке: — Эй, не бойся. Тот, кто на меня напал... ты не знаешь, кто это? — Его друг... — прошептала она, не сводя глаз с лужи крови. — Друг отца. Они вместе пили. — Ясно. Паршивые у твоего бати собутыльники, малютка, — Лиям попытался ободряюще улыбнуться, хотя вышло скорее жутковато. Вернулся бледный Вэйн, сжимая в руке кусок замороженного мяса в пакете: — Льда нет, нашел только это. Приложи. Лиям взял холодный пакет, но тут Вэйн замер. Его глаза расширились от ужаса. За спиной Лияма раздался влажный, хлюпающий звук. — Мне не показалось? — почти беззвучно одними губами спросил Вэйн, поднимая дробовик. Лиям медленно обернулся. «Труп» с пробитым черепом поднимался на ноги. Его движения были ломаными, дергаными, как у марионетки с перепутанными нитями. Но самое страшное было в его лице: глаза мужчины больше не были мутными. Зрачки пульсировали глубоким, инфернальным красным светом, словно внутри черепа разожгли угли. — Я же говорил, милая... папа защитит тебя, — прохрипело существо двойным, вибрирующим голосом. Девочка вдруг перестала плакать. Её лицо стало абсолютно пустым. Она встала и молча шагнула к монстру. — Куда?! Стой! — крикнул Лиям, выбрасывая руку, чтобы схватить её за подол платья. Но Вэйн с силой дернул брата назад за воротник. — Стой, Лиям... посмотри на неё внимательно. Лиям присмотрелся. Девочка подошла вплотную к «отцу». Существо раскинуло руки в кровавых подтеках. И в этот момент девочка не обняла его — она просто втекла в его тело, растворившись в воздухе, словно иллюзия, сотканная из серого тумана. Морок спал. — Эй, Вэйн... — голос Лияма сел. По спине пробежал ледяной пот. — Люди ведь не встают после таких травм? И дети не растворяются в воздухе... Что, чёрт возьми, мы здесь нашли? Существо издало оглушительный, резонирующий в груди рёв и метнулось к ним со скоростью, невозможной для человека. — Он не просто жив! Он быстрее! К машине, живо! — заорал Лиям. Вэйн не стал спорить. Он разбил остатки кухонного окна прикладом и вывалился в мокрые кусты. Лиям замешкался, прикрывая отход. — Ну что, урод, потанцуем? — бросил он, пятясь. Монстр с легкостью подхватил тяжелый дубовый стол одной рукой и швырнул его в Лияма. Парень едва успел нырнуть под подоконник. Стол разлетелся в щепки об стену. — Кажется, ты против танцев, — выдохнул Лиям. Тварь оказалась рядом мгновенно. Холодные, жесткие пальцы сомкнулись на горле Лияма, впечатывая его в стену. Ноги оторвались от пола. В глазах потемнело. — Сука... а ты упёртый... — просипел Лиям, чувствуя, как хрустят хрящи. Он нащупал на обломках стола кухонный нож с длинным лезвием. Размахнувшись, он по самую рукоять всадил сталь монстру в ключицу. Тварь даже не моргнула. Красные глаза равнодушно уставились на Лияма. — Ты вообще что такое?! — в отчаянии прохрипел парень. БУМ! Оглушительный грохот разорвал тесноту кухни. Дверной косяк разлетелся в труху. Вэйн, стоя на улице, выстрелил из дробовика в упор через разбитое окно. Заряд картечи снес монстру половину грудной клетки. Существо судорожно дернулось, пальцы на горле Лияма разжались. Парень рухнул на пол, жадно глотая воздух. Тварь отшатнулась, завыв неестественно высоким, почти ультразвуковым голосом, от которого лопнули остатки стекол. — Что за хрень! — закричал Вэйн, бросив дробовик и зажимая уши. Тело мужчины затряслось, пошло рябью и на глазах братьев начало стремительно рассыпаться. Кровь, плоть, одежда — всё превращалось в осыпающийся на грязный пол серый пепел. — Валим отсюда, блять! — закашлялся Лиям, выползая через окно прямо в грязь. Они вскочили и со всех ног бросились к машине. Лиям прыгнул за руль, провернул ключ зажигания. Стартер жалобно заныл. Форд чихнул, дернулся и заглох окончательно. — Сука! Давай, заводись, кусок дерьма! — Лиям в бешенстве ударил по рулю. И тут улицу залило красно-синим светом. Из-за поворота, разрезая пелену дождя, вылетели три полицейские машины. Мигалки слепили глаза, сирены взвыли в ответ на недавний выстрел. Дверь одной из машин открылась. Высокий офицер, держа руку на кобуре, медленно подошел к Форду и направил фонарик прямо в лицо Лияму. — Глушите мотор, которого нет. Руки на торпеду. Пройдёмте в участок. Время потеряло счет. В маленькой, провонявшей хлоркой и застоявшимся потом допросной комнате было душно. Мрачный детектив сидел напротив братьев, устало листая пустую папку. — Так, ребята, — начал он тусклым голосом. — Понимаю, сегодня пятница. Вы, видимо, порядочно набрались или закинулись чем-то тяжелым. Кто был за рулем? — Мы не пили! — возмутился Вэйн. — Там был монстр! Он рассыпался! И девочка исчезла! Детектив тяжело вздохнул: — Мы провели полный обыск. В той заброшке нет ни мужчин, ни девочки, ни тем более трупов и крови. Только куча пепла, сломанный стол и разбитое окно. Вашу машину и дробовик мы конфискуем как вещдоки к статье о незаконном проникновении и стрельбе в черте города. Можете попробовать поговорить с нашим старшим консультантом, когда он приедет, но, честно, это вам вряд ли поможет. На этом всё. У вас есть право хранить молчание. В обезьянник их, парни. Двое патрульных грубо подняли братьев и отвели по длинному коридору в камеру временного содержания. Решетка с лязгом захлопнулась. Они сели на жесткую скамью, молча уставившись в противоположную стену. — Чёрт, Вэйн... может, мы и вправду чем-то надышались в том доме? — прошептал Лиям, растирая синяки на шее. — Галлюцинации на двоих? — Я не знаю, Лиям. Но боль в руках у меня настоящая. Как мы всё это объясним Пэту? Он нас убьет за машину. — Блять, — Лиям откинул голову на бетонную стену. — Старик снимет с нас шкуру. Нужно дождаться этого их «старшего». Попробуем договориться. — Ты даже с официантками договориться не можешь, когда чаевые зажимаешь, — ехидно фыркнул Вэйн, несмотря на ситуацию. — Как ты полиции будешь зубы заговаривать? Соль по углам рассыпешь? — Замолчи, мелочь, — устало огрызнулся Лиям. Прошло несколько часов. Тюремную тишину нарушил мерный стук каблуков по кафелю. Дверь в блок отворилась. В проходе появился мужчина. На вид ему было не больше двадцати пяти. Короткая, аккуратная стрижка, спокойные, пронизывающие насквозь карие глаза. Из-под рукава простого шерстяного свитера, накинутого под стильное пальто, на правом запястье виднелась черная татуировка в форме полумесяца — точно такого же, каким Лиям пугал старушку утром. В руке мужчина держал бумажный стаканчик с дымящимся кофе. От него веяло пугающим спокойствием, абсолютно неуместным в этом грязном месте. — Похоже, наш «старший» пожаловал, — проворчал Лиям, не поднимаясь со скамьи. Мужчина остановился у решетки, сделал неспешный глоток кофе и произнес ровным, как морская гладь, штилем: — Я ознакомился с рапортом патрульных и результатами ваших анализов. Можете гарантировать, что всё сказанное вами о «монстре и пепле» — стопроцентная правда? Лиям резко поднялся на ноги, подходя к решетке: — Это какая-то новая полицейская уловка? Хороший коп, странный коп? Я не собираюсь в психушку. Мы защищались. — Можете считать и так, — равнодушно ответил мужчина. — Но если вы хотите выйти из этой клетки до рассвета, вам лучше быть предельно честными. Со мной. В голове Лияма шестеренки закрутились с бешеной скоростью. Алкоголя и наркотиков в крови не нашли. В доме пусто. Отказываться от своих слов поздно — пришьют ложные показания. Он вздернул подбородок и прямо посмотрел в глаза незнакомцу: — Да. Это правда. Тварь рассыпалась пеплом. Мужчина медленно кивнул, словно ждал именно этого ответа. — Что теперь? — оскалился Лиям. — Отправишь нас в дурку глотать таблетки и пускать слюни? Выкуси, очкарик. Офицер никак не отреагировал на оскорбление. Он сделал ещё один глоток, наслаждаясь ароматом кофе, и лишь затем тихо произнес: — Послушайте, это уже не дело полиции. Я могу предложить вам два пути. Первый: я беру вас под свой личный контроль. Помогаю разобраться с тем миром, в который вы сегодня случайно влезли, но взамен — вы работаете на меня. Второй путь: вы идете против меня. И остаетесь здесь. Лиям, чьи нервы и так были на пределе, рассвирепел. Он ударил кулаком по решетке. — Катись к чёрту, поехавший! Думаешь, можешь шантажировать нас? У тебя самого мешки под глазами размером с чемоданы — ты как вообще держишься на ногах? Может, ты сам под кайфом сидишь в этом своем модном пальто? Лицо офицера дрогнуло в едва заметной, холодной улыбке: — Некрасиво перебивать старших, Лиям. Ваш юношеский максимализм забавен. Но у меня есть чем вас прижать. — Удиви меня, — прорычал парень сквозь зубы. — Хорошо, — голос мужчины стал тише, но от этого зазвучал еще опаснее. — Скажешь ли ты то же самое миссис Хадсон? Той самой бабушке с Альцгеймером, которой вы сегодня утром впарили куклу из соломы за сто пятьдесят баксов? Или, может, еще паре десятков таких же доверчивых стариков, чьи имена есть в моем планшете? У меня собрано достаточно материала по статье о мошенничестве, чтобы посадить вас обоих лет на пять. Выбор за тобой. Он сделал паузу, позволив информации усвоиться. — Но пока... вы мне интересны. У вас неплохие инстинкты выживания. Будем знакомы. Меня зовут Юрий. Для особо дерзких можно просто — Юрочка. Лиям побледнел. Он медленно отступил от решетки и прошептал на ухо Вэйну: — Нет, он реально поехавший... Откуда он знает про бабку? И имя у него какое-то не американское. Русская мафия? Юрий, стоявший по ту сторону решетки и попивающий кофе, не отводя от них взгляда, спокойно добавил: — Вообще-то, у меня отличный слух. Я слышу абсолютно всё. И нет, я не из мафии. — ЧТО?! — вскрикнули братья одновременно, отпрыгнув от прутьев. Юрий аккуратно поставил пустой стаканчик на подоконник. — Начнём наше настоящее знакомство завтра. А пока — спите, парни. День был тяжелый. Он развернулся и ушел, растворившись в тенях коридора так же тихо, как и появился.