Глава 17
19 мая 2026 г., 09:11
На рассвете следующего дня Хун Лянчжан проснулся от звонка будильника; ему потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, что нужно сделать. Затем он позвонил по внутренней линии и приказал одному из слуг выпроводить мальчика из гостевой комнаты так, чтобы тот не разбудит Юй Дуцю. Слуга принял приказ и повесил трубку, однако пять минут спустя пришло сообщение: Юй Дуцю в комнате нет.
Хун Лянчжан слегка удивился, накинул одежду, надел очки и лично отправился на поиски в главный корпус. Он старел, и во многих делах его участие не требовалось, с этим справлялись слуги. Но он всегда чувствовал себя комфортно, лично присматривая за этим непослушным молодым господином, который доставлял проблемы с самого детства.
Он обошел полдюжины спален и гостевых комнат в главном корпусе, но Юй Дуцю нигде не было. Охрана на воротах также не докладывала, что ночью тот уезжал. Хун Лянчжан уже собирался идти в комнату охраны, чтобы просмотреть записи с камер, как вдруг до его слуха донеслись едва уловимые звуки из кабинета на третьем этаже.
Он пошел на звук и толкнул дверь кабинета...
Двое мужчин сидели друг напротив друга за столом из красного дерева и, удивительно, играли в шахматы.
И это в семь часов утра.
Юй Дуцю, услышав, что кто-то вошел, даже не повернул головы. Поверх халата на него был накинут пиджак, слегка ему великоватый. Одной рукой он сжимал фигуру, другой подпирал висок; его глаза были полузакрыты от усталости, пряди волос рассыпались по шахматной доске, а стакан из-под виски был пуст.
Сидящий напротив Бай Чжао пребывал в совершенно ином состоянии: его осанка была прямой, а вид — невозмутимым:
– Молодой господин, больше не выдерживаешь?
Услышав это, Юй Дуцю очнулся, тут же выпрямился и, сдерживая зевок, проворчал:
– Шутишь... Я бодр и полон сил. Это ты спать хочешь.
– Не хочу.
– ...Ладно, давай еще партию.
– Мы только начали эту, сейчас твой ход.
За время этого короткого диалога глаза Юй Дуцю снова начали слипаться:
– Хорошо... хожу...
Сказав это, он не сделал ни одного движения. Его голова, подобно заходящему солнцу, склонялась всё ниже и ниже, и вот-вот лоб должен был напороться на острые зубцы короны короля.
Бай Чжао вовремя протянул руку и подставил ладонь под его лоб. Свободной рукой он забрал зажатую в пальцах Юй Дуцю пешку, встал, обошел стол и притянул его к себе.
Промучившийся всю ночь без сна Юй Дуцю лишь почувствовал, как его лоб коснулся чего-то мягкого и теплого. Решив, что это латексная подушка из его спальни, он расслабился, закрыл глаза и мгновенно провалился в сон.
Бай Чжао наклонился, подхватил его под колени и одним сильным движением уверенно поднял на руки, кивнув в знак приветствия Хун Лянчжану и нескольким слугам у двери.
Хун Лянчжан прекрасно знал характер Юй Дуцю, поэтому не издал ни звука, молча отступил в сторону, освобождая дорогу, и последовал за Бай Чжао в спальню Юй Дуцю. Тот осторожно уложил свою ношу на кровать. Хун Лянчжан сделал ему знак рукой, приглашая выйти вместе.
– Я тоже хочу спать, – бросил Бай Чжао и преспокойно улегся рядом с Юй Дуцю, даже слегка отодвинув того в сторону, чтобы устроиться удобнее.
Слуги переглянулись, спрашивая взглядом Хун Лянчжана, что делать. Тот был в растерянности. Даже если бы они объединили силы, им, вероятно, не удалось бы вытащить Бай Чжао, и они могли бы даже разбудить Юй Дуцю. Он беспомощно покачал головой и увел всю компанию прочь, тихо прикрыв за собой дверь.
♔♕♗♖♘♙♟♞♜♝♛♚
Послеполуденное солнце светило ярко. Когда Юй Дуцю проснулся, перед глазами всё сияло золотом. Облака за окном были позолочены закатом и напоминали... золотистые хрустящие кусочки жареной курицы. Он погладил живот, в который за весь день не упало ни крошки, и невольно сглотнул слюну. К ужину на кухне приготовили тарелку хрустящей и нежной жареной курицы, покрытой слоем съедобного 24-каратного золота. Шеф-повар Дун Юнлян лично преподнес блюдо: – Молодой господин, вот «золотая жареная курица», которую вы заказывали. Юй Дуцю не знал, смеяться ему или плакать: – Мастер Дун, ты что, решил упражняться в толковании смыслов? «Золотистая» — это просто цвет, ничего больше. Я просто хотел такой курицы, какую можно встретить на любой улице, а ты сделал её такой изысканной, что вкус уже не тот. Дун Юнлян поспешно извинился: – Виноват, виноват! Тогда я сейчас же пожарю еще одну порцию... Юй Дуцю махнул рукой: – Забудьте, съем эту. Большая часть этой порции золотой курицы стоимостью в несколько тысяч в итоге досталась Ло Баогуо, а Юй Дуцю съел лишь маленький кусочек. После ужина слуги убрали тарелки и застелили стол чистой скатертью. Дядя Хун велел прогреть чашки и заварил чайник жасминового «Байхао». Белые, нежные маленькие бутоны плавали в прозрачной чайной воде, словно снежинки. Ло Баогуо нахмурился: – Дядя Хун, за столом одни мужики, зачем заваривать цветочный чай? Хун Лянчжан улыбнулся: – Молодой господин сам выбрал. Ло Баогуо: – Ну, если подумать, в такую жару и правда стоит выпить чего-нибудь освежающего. Жасмин пахнет чудесно, очень недурно. Юй Дуцю бросил извиняющийся взгляд на угрюмого мужчину рядом: – Ты ведь любишь белые цветы? Я случайно обидел тебя, так что это в качестве извинения. Бай Чжао небрежно крутил в руках чайную чашку. На его подбородке красовался синяк: – Ты со всеми своими любовниками так обращаешься? Ло Баогуо: – Пф-фу! Чжоу И: – ?? Хун Лянчжан невозмутимо пояснил, заодно снимая с себя всякую ответственность: – Молодой господин не любит просыпаться, когда в постели кто-то посторонний. Я ведь предупреждал тебя, но ты не послушал, настоял на том, чтобы прилечь отдохнуть. Кого теперь винить? К тому же, молодой господин ударил не сильно, ты просто неудачно приложился подбородком. Ло Баогуо и Чжоу И облегченно выдохнули: – А-а, так вот в чем дело, а я уж подумал… Бай Чжао: – Сначала звать к себе в постель, а потом запрещать лежать рядом... Люди для тебя — просто инструменты для удовлетворения похоти? Юй Дуцю отхлебнул чаю и ответил вопросом на вопрос: – А разве нельзя? В любом случае, желающих предостаточно. Ло Баогуо тоже вставил слово: – Дагэ, это всё дело добровольное. Молодой господин никого не обижает в плане выгоды. Поспрашивай — кто из бывших пассий остался им недоволен? – Ладно, если продолжишь, он снова разозлится. Наш Сяобай Яньлан ужасно ревнив, – Юй Дуцю усмехнулся и сменил тему: – Дядя Хун, Сяомо уже уехал? Хун Лянчжан: – Еще нет. Я распорядился, чтобы он отдохнул в гостевой комнате, думал, вы захотите его видеть вечером. – Не нужно, пусть уезжает. Подготовь подарки, человек не должен был приходить зря, – лениво протянул Юй Дуцю. – И передайте дяде Чэню, чтобы в следующий раз его не присылал. Он слишком неуклюжий, испортил мне всю игру. Хун Лянчжан смутился: – Понял. Юй Дуцю часто критиковали за непредсказуемость и капризный характер, но стоило получить от него дорогой подарок в качестве извинения, как критика тут же превращалась в восхищение. Так и Фан Сяомо, прождавший всю ночь в обиде, при виде пухлого конверта мгновенно просиял, про себя подумав: «А этот молодой господин Юй весьма неординарная личность! Поболтали немного — и столько бонусов». Ему даже стало жаль, что до постели дело не дошло, иначе конверт мог быть еще толще. – Хотелось бы подольше наслаждаться этими беззаботными деньками, – Юй Дуцю поставил чашку, откинулся на спинку кресла и положил руки на подлокотники. Он обвел всех взглядом слева направо, словно король, взирающий на подданных. – К сожалению, снова придется вас всех побеспокоить еще одной поездкой. Ло Баогуо воодушевился: – Наконец-то работа «в поле»? Честно говоря, за эти дни в четырех стенах я уже со скуки помирать начал. Юй Дуцю: – Нам нужно будет не просто выйти из дома, а съездить за границу. – Куда? – В старый добрый штат Северная Калифорния, встретиться с первопроходцем в области нейрокомпьютерных интерфейсов, профессором Мигелем. Ло Баогуо, плохо владевший английским, уловил только первый слог: – Ми-кем? – ...Профессором Мигелем. С помощью нейроинтерфейса он помог парализованному юноше заиграть в футбол. Он эксперт номер один в этой области, знаменит и у нас, и за рубежом. Если мы получим его одобрение, поддержка нашего проекта «Фемида» резко возрастет, и пресса перестанет цепляться к теории о проклятии. Заодно это успокоит городскую администрацию, – сказал Юй Дуцю. – За это стоит поблагодарить Бай Чжао: вчера он составил мне компанию за шахматами, и хотя его игра была настолько паршивой, что мне хотелось перевернуть доску, это помогло моим мозгам заработать и натолкнуло на верную мысль. Чжоу И с сомнением произнес: – Но полет в Америку означает выход из-под защиты и наблюдения полиции. Не слишком ли это опасно? Юй Дуцю: – Для того я вас и нанимал. По старой схеме: сначала обновим пароли. Лао Чжоу, за мной. Остальные — ждать на месте. – Хорошо, – Чжоу И встал и последовал за ним, не зная, куда они идут. Ло Баогуо потирал руки, выглядя крайне взволнованным: – Отлично! В Америке я снова смогу держать в руках оружие! Дагэ, ты раньше стрелял? Из-за поврежденного подбородка Бай Чжао пил чай медленно, смакуя тонкий аромат жасмина: – Угу. Когда ездил в заграничные командировки для сопровождения ювелирных изделий, наличие оружия было обязательным. Что за пароль, о котором он только что говорил? Ло Баогуо пояснил: – Это одна из мер безопасности молодого господина. У него с каждым из приближенных подчиненных есть личный пароль, чтобы действовать неожиданно для врага в случае чрезвычайной ситуации. Пароль можно использовать только один раз, после чего нужно заводить новый. – Какого рода пароли? – Хех, этого я сказать не могу. Кроме молодого господина, который знает пароли всех сотрудников, остальные знают только свой, и нам запрещено расспрашивать друг друга. Бай Чжао кивнул, не стал докапываться и сменил тему: – Он часто попадает в опасные ситуации? Ло Баогуо ответил бесхитростно: – Еще бы! С таким состоянием, как у молодого господина, желающих причинить ему вред — пруд пруди. Говорят, в детстве его даже похищали. Дядя Хун должен знать об этом лучше. Хун Лянчжан, сидевший напротив, услышав это, вздохнул: – Это дело десятилетней давности, не то чтобы большой секрет. Однако я тоже знаю немного: председатель Юй попросил отца молодого господина Ду замять это дело, так что мало кто в курсе подробностей. Помню, в то время я работал у старого господина, а юный хозяин учился в начальной школе. Семейный водитель отвечал за то, чтобы забирать его и отвозить обратно. Однажды, по дороге домой из школы, водитель похитил его и увез в безлюдную глушь. К счастью, молодой господин родился под счастливой звездой и в итоге остался цел и невредим. Редкая возможность услышать тайны богатого семейства заставила Ло Баогуо сгорать от нетерпения, выспрашивая детали: – Молодой господин был ранен? – Незначительные травмы были неизбежны, но, к счастью, они оказались несерьезными — немного подлечили, и всё зажило. Настоящая проблема была здесь, – Хун Лянчжан указал на свою голову. – Его держали три дня, запертым в темной каморке, почти без еды и воды. А в конце он своими глазами видел, как застрелили похитителя... Для девятилетнего ребенка это было слишком жестоко. После спасения молодой господин долгое время каждую ночь видел кошмары, его психика стала крайне хрупкой, он замкнулся в себе. Он не мог ходить в школу, поэтому родители отправили его в больницу, где раньше работал его дедушка. Там он долгое время находился в покое и на лечении, прежде чем постепенно пришел в себя. – Неудивительно, что молодой господин... – Ло Баогуо хотел сказать, что его мышление отличается от обычных людей, но, подумав, что это не совсем тактично, поправился: – …всегда такой изобретательный. Видимо, те события пробили ему «каналы жэнь и ду» (открыли скрытые таланты), так что это можно считать скрытым благословением! – А тебе нужно такое «благословение»? – внезапно спросил Бай Чжао. Ло Баогуо со своими восьмьюдесятью килограммами крепких мышц вздрогнул, не понимая, почему тот вдруг разозлился, и слабо пробормотал: – Я просто хотел похвалить молодого господина... К тому времени, как Юй Дуцю обновил пароли для каждого из сопровождающих, наступили сумерки. Чтобы всё прошло гладко, полиция также получила уведомление. Цзи Линь, получив известие, тут же примчался вместе со своей замученной помощницей Лу Цин, чтобы передать приказ Пэн Дэюя: – Выезд за границу разрешен, но, поскольку ты являешься ключевым участником дела и, вероятно, следующей целью убийцы, наше управление обязано отправить сопровождение. Срок пребывания — максимум три дня, иначе я лично этапирую тебя обратно на родину. Юй Дуцю, выгуливающий собак на лужайке, усмехнулся: – Не стоит беспокоиться, капитан Цзи. Ты так занят, ты нужен спецгруппе, ты нужен жителям города Пинъи. Несмотря на молодость, Цзи Линь обладал прекрасной способностью к обучению — он уже в совершенстве овладел искусством притворной покорности. Отослав Лу Цин, он пошел рядом с ним: – Твоя личная безопасность напрямую влияет на ход дела и будущее технологической индустрии Пинъи. Ты куда важнее меня. К тому же, ты тоже часть народа, и мой долг — защищать тебя. Юй Дуцю: – Ты мне льстишь, право слово, не стоит. Разве вам, полицейским, не нужно разрешение руководства для выезда за рубеж? Процедура подачи заявки наверняка долгая и сложная, а я отправляюсь уже послезавтра. Ты можешь не успеть. Цзи Линь: – Не волнуйся, не волнуйся. Я всего лишь на уровне начальника отдела. Сдавать паспорт обязаны только чиновники уровня начальника управления и выше, а такая мелкая сошка, как я, может выехать за границу в любое время. – Вот как, – Юй Дуцю, казалось, смирился. Он заглянул в телефон на несколько минут и вдруг сказал: – Редкая возможность поработать вместе с капитаном Цзи, но, увы... Я только что посмотрел билеты: на рейс в Северную Каролину на послезавтра все билеты распроданы. Скоро каникулы, билеты и правда в дефиците. Цзи Линь холодно усмехнулся: – О? Неужели какой-то богатый бездельник, которому нечего делать, только что выкупил абсолютно все билеты? – Ха-ха, ну разве бывают такие люди? – Я тоже так думаю. Но это не проблема. Я слышал, что обычно господин Юй путешествует на личном самолете? Найдется ведь место еще для одного человека? – Какая досада, я как раз одолжил его старому однокласснику некоторое время назад. – Вот как? Но, насколько мне известно, твой одноклассник Пэй Чжо вернулся из Америки еще неделю назад. – …Капитан Цзи знает слишком много, – Юй Дуцю резко натянул поводки и остановился. Два добермана, почувствовав ярость хозяина, оскалили острые клыки. Он перестал улыбаться и серьезно спросил: – Почему вы следите за Пэй Чжо? Считаете его подозреваемым? Цзи Линь ответил ему столь же серьезно: – Господин Юй, мы в полиции не зря едим свой хлеб. Бай Чжимин при жизни работал в компании семьи Пэй, а Пэй Чжо как раз присутствовал на том банкете, где случилась беда с Юй Вэньчэном. Только не говори мне, что при твоем-то уме ты никогда не подозревал семью Пей. Юй Дуцю пристально смотрел на него какое-то время, а затем вдруг снова улыбнулся — на этот раз гораздо искреннее — и протянул руку: – С таким проницательным и выдающимся молодым талантом, как капитан Цзи, в качестве сопровождения, поездка определенно будет в полной безопасности. Цзи Линь из вежливости пожал руку: – Разумеется. – Однако в этой поездке могут возникнуть разные непредвиденные обстоятельства. Интересно, как у капитана Цзи с физической подготовкой? – Ха, об этом тебе тем более не стоит беспокоиться. В полицейской академии мои показатели по физподготовке уступали только Му-гэ , а в прошлом году на спортивных соревнованиях, организованных управлением я взял три первых места… – Цзи Линь говорил и говорил, пока внезапно не осознал: они всё еще жмут друг другу руки. Правая рука Юй Дуцю была в его руке. А поводки… исчезли. Два добермана смотрели на него яростными глазами, издавая утробное рычание, похожее на звук запускающегося двигателя. В голове Цзи Линя мгновенно взревела сирена, он развернулся и бросился наутек что было сил! – Гав! Гав! Гав!!! Юй Дуцю расхохотался и закричал вслед: – Капитан Цзи! Я давно хотел проверить, кто бегает быстрее: мой Детектив или настоящий детектив! Если тебя не загрызут насмерть, добро пожаловать на борт послезавтра! Вслед за удаляющимся лаем доберманов донеслось душераздирающий крик Цзи Линя: – Юй Дуцю! Трахнуть твоего дядю! Ты точно больной на всю голову! В лучах заходящего солнца человек и две собаки неслись во весь опор. Сегодня отсветы заката казались необычайно густыми: они, подобно крови, пропитали небосвод, залили землю и заглянули в открытое окно кабинета на третьем этаже… Окрашенные алым светом, золотые и серебряные шахматные фигуры неподвижно стояли друг напротив друга, источая дух грядущей резни. Та утренняя, прерванная на полуслове партия только началась. Королева еще не вступила в бой; преданно и гордо она несла стражу подле своего короля, высоко задрав голову и взирая на остальные фигуры, словно в терпеливом ожидании момента, когда придет время сокрушить всех врагов. Сражаться за короля — великая честь для него. Даже если он прекрасно понимает, что в данный момент он в глазах короля всего лишь ничтожная жертва, которой можно пренебречь. От автора: Том «Гамбит» окончен! Со следующей главы начинается новая локация!
