Глава 27
23 июня 2026 г., 11:40
Встреча продолжалась недолго. Примерно через час дверь чайной комнаты открылась, и Юй Дуцю вышел оттуда, весело и непринужденно беседуя с седобородым старым профессором. Судя по всему, все нужные материалы он получил.
Профессор рассыпался в похвалах:
– Получить настолько точные экспериментальные данные еще двадцать лет назад — мисс Цэнь действительно необыкновенный человек. Действуйте строго по ним, абсолютно никаких проблем не возникнет.
Юй Дуцю скромно ответил:
– Если это действительно увенчается успехом, я обязательно еще раз приду к вам, чтобы отблагодарить.
Бай Чжао подошел, чтобы встретить его, и, услышав этот разговор, прямо спросил:
– Откуда у тебя данные двадцатилетней давности? Зачем ты показал их ему?
Юй Дуцю перестал улыбаться и даже не удостоил его взглядом.
– Украл у своего дедушки, рано или поздно они пригодятся.
– А как же твой собственный проект? Ты не проконсультировался с ним? Ты разве приехал сюда не ради этого?
– Бай Чжао, – Юй Дуцю неожиданно назвал его по полному имени и обернулся, его взгляд слегка похолодел, – не суй нос в те дела, которые тебя не касаются, понял?
– Значит, ты решил меня игнорировать? Только из-за того, что сказанные мною вчера слова смутили тебя? – Бай Чжао приподнял бровь. – Но, насколько я понимаю, только пары игнорируют друг друга.
Юй Дуцю вернулся назад, остановился перед ним и с полуулыбкой произнес:
– Это доказывает, что твое понимание слишком ограниченное. Ты не знаешь, что в этом мире, помимо холодной войны, существует еще один способ обращения, который называется «отправить холодный дворец» (опала). Если хочешь, чтобы я выпустил тебя оттуда, то исправь свои паршивые привычки. Я не держу непослушных людей… и собак.
По дороге обратно Ло Баогуо по-прежнему выбрали сопровождающим. Он был человеком прямым и не умел скрывать мысли, поэтому сразу вывалил Юй Дуцю все содержание их недавнего разговора в беседке, а в конце добавил:
– Молодой господин, дагэ, кажется, очень хорошо тебя знает. Может, он раньше тайно восхищался тобой? А затем воспользовался возможностью отомстить за отца, чтобы приблизиться к тебе…
Юй Дуцю подпер голову рукой и смотрел в окно.
– Меньше слушай его чушь. Если бы я видел его раньше, разве я мог бы не помнить?
Ло Баогуо подумал и согласился: память Юй Дуцю была известна своей феноменальностью, в играх на запоминание карт он всегда был первым, и мог с ходу вспомнить, что ел на обед в определенный день в прошлом месяце. Что уж говорить о такой запоминающейся внешности, как у Бай Чжао — если бы Юй Дуцю видел его, то определенно узнал бы в первую же секунду.
– Этот парень просто до крайности высокомерен и самонадеян. Цзя Цзинь, ты столько лет следовал за моей матерью, осмелишься ли сказать, что очень хорошо ее знаешь?
Цзя Цзинь повернул голову и ответил:
– Не осмелюсь. К тому же я считаю, что если подчиненный слишком хорошо знает своего начальника — это, пожалуй, не к добру.
Юй Дуцю удовлетворенно кивнул.
– Неудивительно, что моя мать назначила тебя главным секретарем.
В этот момент телефон Ло Баогуо дважды завибрировал. Он взглянул на экран:
– Молодой господин, Лао Чжоу говорит, что они с госпожой Ду благополучно вернулись в страну. Мастера Дуна уже передали в отделение Синьцзинь, сейчас идет допрос. Лао Чжоу сейчас в полицейском участке дает показания, а госпожа Ду вернулась во Дворец Номер Один, полиция тайно ведет наблюдение за ней. На данный момент она ни с кем не связывалась, но, кажется, пребывает в некотором беспокойстве и говорит, что хочет вернуться домой.
Юй Дуцю взглянул на сообщение с холодным выражением лица.
– Даже если она вернется домой, Ду Шуянь пришлет ее обратно. Брат, который согласился пожертвовать счастьем сестры в обмен на семейное сотрудничество — можно ли рассчитывать, что он пойдет против меня ради нее? Пусть Лао Чжоу закончит с показаниями, возвращается во Дворец Номер Один и присматривает за ней, а Ду Шуяня пригласи в гости на послепослезавтра. Если Мастер Дун что-нибудь расскажет в полицейском участке, немедленно сообщите мне, но не говорите об этом Линъя.
– Хорошо,– Ло Баогуо ответил в соответствии с его указаниями и не смог удержаться от сожаления, – Если госпожа Ду узнает о расторжении помолвки, она, возможно, будет раздавлена…
По воспоминаниям Ло Баогуо, когда он только устроился на работу, Ду Линъя уже была без памяти влюблена в Юй Дуцю. Она всегда искала возможность побыть рядом с ним, улыбаясь, нежная и милая, а в глазах читалась полная преданность. Когда-то он тоже считал, что эти двое — прекрасная пара, союз, заключенный на небесах, пока не узнал о сексуальной ориентации Юй Дуцю.
Ду Линъя узнала об этом еще раньше него, но все равно продолжала упорствовать в своем заблуждении, что действительно ставило его в тупик.
– Она не будет раздавлена, потому что она вовсе не любит меня. Точнее сказать, она только думает, что любит, – произнес Юй Дуцю запутанную, как скороговорка, фразу и тихо вздохнул. – Мы познакомились в детстве, снова встретились в старшей школе, и она решила, что я вырос и стал прекрасным принцем из ее мечтаний. Но на самом деле я совершенно не похож на ее фантазии. Обнаружив это, она все время пыталась изменить мою ориентацию и предпочтения… Разве это любовь? Она в принципе не способна принять меня таким, какой я есть на самом деле.
Произнеся это, Юй Дуцю самокритично усмехнулся:
– Да и кто вообще способен принять меня таким, какой я есть? Все возлагают на меня слишком большие ожидания.
Ло Баогуо понял его лишь наполовину и не знал, что на это ответить. К счастью, ответа и не потребовалось: не успела утихнуть одна волна, как поднялась другая. Цзя Цзинь в этот самый момент тоже получил сообщение, обернулся и доложил:
– Молодой господин, источник трекера в пистолете обнаружен.
Лицо Юй Дуцю мгновенно стало серьезным, он слегка приподнял подбородок:
– Говори.
– Машина председателя Юй проходит техобслуживание раз в полгода. Перед тем как выделить её для вашего использования в этот раз, её тоже отправляли на ТО. Однако начальник, отвечавший за распределение транспорта, злоупотребил полномочиями ради личной наживы и тайно присвоил часть корпоративных средств. Ради экономии он загнал машину в ремонтную мастерскую, работавшую без лицензии. Владелец мастерской рассказал, что сотрудник, обслуживавший ту машину, был подрабатывающим азиатским студентом лет двадцати, с татуировкой в виде языков пламени на руке. Последние два дня он не появлялся, связаться с ним невозможно. Проводившие расследование коллеги попросили полицию проверить личность этого человека и выяснили, что он использовал фальшивое имя.
Юй Дуцю потер губы.
– Каждый год в Америку нелегально проникают сотни тысяч людей, так что использование фальшивого имени — дело привычное. Скорее всего, его подкупили, а после завершения дела он сбежал. Продолжайте поиски, но не возлагайте особых надежд. Меня больше интересует другое: как противник узнал, куда именно отправят на обслуживание машину моей матери? Неужели внутри компании тоже кого-то подкупили?
Цзя Цзинь ответил:
– Тот начальник рассказал, что пошел выпить в бар, где к нему и подсел этот работник автомастерской. Услышав от него, как можно положить деньги компании себе в карман, он поддался внезапной жадности, послушался его и тайно перегнал машину туда.
Юй Дуцю холодно усмехнулся:
– Осмелиться на такое под началом моей матери… После увольнения не забудьте подать в суд. Сумму компенсации установите в соответствии с моей страховкой от похищения, пусть останется без гроша в кармане.
Цзя Цзинь промолчал, на его лице отразилось сильное замешательство.
Юй Дуцю удивился:
– Неужели за этим человеком кто-то стоит?
Цзя Цзинь кивнул:
– Этим начальником оказался Хун Юаньхан.
Пальцы Юй Дуцю замерли, он нахмурился.
– Так это он… Тогда дело действительно принимает скверный оборот.
Ло Баогуо долго молча слушал, но на этой фразе не выдержал и вмешался:
– Ой, да ладно, опять он? Раньше, когда занимался делами, вечно все портил. Столько лет проучился за границей, а ума так и не прибавилось. Он что, сейчас работает под началом председателя Юй?
Цзя Цзинь пояснил:
– Да, два года назад, как только окончил университет, сразу пришел в компанию председателя Юй. Она, уважая дядю Хуна, устроила его на непыльную должность. Формально он считается руководителем отдела, но обычно ему практически ничего не приходится делать.
– Он в принципе ни на что не способен, – безжалостно отрезал Юй Дуцю. – Его университетский диплом, по сути, просто куплен за деньги. Опираясь на деда, он не знает забот о еде и одежде, превратившись в никчемного бездельника. Разве ты не видишь, как дядя Хун теперь всякий раз при упоминании этого внука мрачнеет? Но тут дядя Хун и сам виноват, слишком сильно баловал его раньше. То, что он допустил такой прокол, вполне закономерно, вот только теперь его не получится наказать со всей строгостью… Моя мать говорила, как собирается с ним поступить?
Цзя Цзинь ответил:
– Предложение председателя Юй — оштрафовать его на несколько месячных окладов, а затем перевести в дочернюю компанию, как можно дальше от основного бизнеса семьи Юй, чтобы он снова не натворил глупостей. Подавать в суд не будут, чтобы не разбить сердце дядю Хуна.
Юй Дуцю откинулся назад, и устало закрыл глаза.
– Пусть так и будет. Только не дайте дяде Хуну узнать об истинной причине его перевода.
Семь машин, точно так же шумно и величественно, как и при выезде, вернулись к вилле. Сегодняшняя задача по сопровождению была успешно выполнена. Цзя Цзинь заселился на виллу, а остальные люди рассредоточились для охраны внешнего периметра. Они собирались дежурить посменно, устроившись на ночлег прямо в машинах.
Лу Цин, выходя из автомобиля, потянулась.
– И это все дела, которые нужно было сделать? Довольно легко.
Цзи Линь сзади слегка щелкнул её по голове.
– Только рана затянулась — и уже забыла про боль. С такой перестрелкой, как вчера, ты на родине, пожалуй, за всю жизнь не столкнешься, а все еще называешь это «легко»?
Лу Цин хихикнула:
– Знаю-знаю, спасибо строгому контролю над огнестрельным оружием в нашей стране. К счастью, эта поездка оказалась недолгой, завтра уже возвращаемся. Господин Юй, на завтра есть еще какие-нибудь планы?
Юй Дуцю шел впереди, обсуждая дела с Цзя Цзинем. Услышав вопрос, он обернулся:
– Завтра вечером состоится торжественный банкет, на который приглашен мэр, чтобы принести извинения за те неприятности, что нам доставили в эти дни. После окончания сразу поедем в аэропорт, Лао Чжоу сказал, что самолет уже в пути… Кстати, госпожа Лу, не согласишься завтра стать моей партнершей?
Лу Цин не успела ничего сказать, как Цзи Линь первым выкрикнул с руганью:
– Ты что задумал? Раз невеста не рядом, так решил пуститься во все тяжкие? Даже не думай зариться на нашу девочку!
Юй Дуцю криво усмехнулся.
– Ты неправильно понял, капитан Цзи. Если я не возьму с собой пару, мне завтра будет трудно отвязаться от толпы своих обожателей. Если только ты сам не прочь стать моим спутником, я буду только рад.
Цзи Линь представил картину, как он под руку с Юй Дуцю входит в банкетный зал, и от этого его кожа покрылась мурашками.
– Даже не думай портить мне жизнь, позови Бай Чжао.
Юй Дуцю перевел взгляд на мужчину, следовавшего за ним на расстоянии двух метров. Тот тоже пристально смотрел на него, поджав тонкие губы и скрывая в глубине темных глаз нечто неразгаданное.
Мало того, что у него было на редкость непокорное лицо, так еще и характер оказался вызывающим — дерзость, помноженная на наглость.
Если поманить любую другую собаку мясной косточкой, то, какой бы свирепой она ни была, она просто бросится следом и попытается ее выхватить. Но этот пес был слишком умен: он выжидал, затаившись и разжигая чужое любопытство, а когда к нему приближались с косточкой в руках, внезапно и неожиданно высовывал язык и лизал руку. Он не просто пачкал лицо человека своей отвратительной слюной, но и нагло искушал: «Вот так правильно, продолжай кормить меня, и только меня».
Будучи тем, кого одаривают, он умудрялся вести себя как хозяин, пытаясь пошатнуть чужую власть и контроль.
Дурной знак.
Юй Дуцю отвел взгляд, его глаза источали ледяной холод.
– У него нет подходящего для банкета костюма. Пусть ждет снаружи, входить внутрь ему запрещено.
Вечерние наряды доставили на следующий день после полудня. Представители бренда приехали прямо на виллу. Юй Дуцю даже не пришлось примерять одежду лично — для этого привезли манекенщика со схожим ростом и телосложением, который демонстрировал костюмы.
Прожившая на свете двадцать пять лет Лу Цин была глубоко потрясена. Она рассматривала одежду, наслаждаясь услугами визажиста, и у нее буквально разбегались глаза.
– Каждый наряд такой красивый, у меня начались муки выбора!
Цзи Линь сидел неподалеку, наблюдая за тем, как ей наносят макияж.
– Выбирай тот, в котором удобно двигаться. Вдруг что-то случится — сможешь быстро убежать.
– Тьфу на тебя, у тебя изо рта вечно одни гадости сыплются. Кстати, Цзи-гэ, а ты сам разве не собираешься прихорашиваться?
Тема сменилась слишком быстро, и Цзи Линь не сразу понял, что его только что поддели. Он оглядел свою одежду.
– Я уже надел костюм, как мне еще прихорашиваться?
– А макияж сделать?
– Чушь, с какой стати мужику краситься.
– Типичный мужлан-сексист, – Лу Цин закатила глаза, и вдруг в её голове что-то щелкнуло. – Погоди, это же не так! Я помню, в прошлом году ты как-то раз сказал, что идешь на свидание, и попросил у меня отбеливающую базу под макияж. И после этого ты еще смеешь утверждать, что никогда не красился?
"……"
Цзи Линь взъерошил свои и без того растрепанные волосы и тихо выругался.
– Блять, может, именно из-за этого макияжа встреча и не состоялась. Вот же проклятье.
– Ха-ха, ты, небось, намазал слишком жирно, стал мертвенно-бледным и до смерти напугал бедную девушку? Кстати, ты же у нас трудоголик, где ты вообще умудрился познакомиться с девушкой? Семья сосватала?
Цзи Линь зыркнул на нее:
– Выбирай свое платье и меньше суй нос в чужие дела.
Лу Цин надула губы.
– Фи, не хочешь — не говори. Поздравляю ту девушку с тем, что она избежала катастрофы.
Два часа спустя, когда полный макияж был завершен, Лу Цин, облаченная в сказочное платье от кутюр, встала перед зеркалом в полный рост и ахнула:
– Небеса, это правда я? Прямо как превращение Золушки! Можно этот макияж намертво приварить к моему лицу?
Как раз в этот момент подошел Юй Дуцю, держа в руках футляр для украшений. Услышав её слова, он мягко улыбнулся:
– Госпожа Лу и так очень красива.
Цзи Линь хмыкнул:
– Её красили столько времени, как тут не быть красивой?
Юй Дуцю открыл футляр и протянул его визажисту.
– Это лишь доказывает, что каждая девушка прекрасна, просто некоторым не хватает немного украшений. Примерь это колье с рубинами. Оно стоит больше миллиона, так что смотри не потеряй.
Визажист помогла Лу Цин надеть колье. Та бережно придерживала кулон, рассматривая себя в зеркале со всех сторон, и никак не могла оторвать взгляд.
– Все-таки, господин Юй, ты умеешь радовать девушек, не то что этот сухарь…
Юй Дуцю улыбнулся:
– Капитан Цзи на самом деле тоже очень хорошо к тебе относится.
– Да где там! Он никогда не воспринимает меня как девушку. Сваливает на меня всю самую грязную и утомительную работу.
– Это как раз и доказывает, что он видит в тебе такого же способного коллегу. Он не принижает твои способности только из-за того, что ты девушка.
Лу Цин опешила:
– Похоже… в этом есть смысл?
Цзи Линь нетерпеливо поднялся с места.
– Хватит болтать, пошли скорее. Я уже засыпаю, пока вас жду.
Юй Дуцю согнул правую руку в локте:
– Прошу, маленькая принцесса.
Лу Цин слегка покраснела.
– Господин Юй, не переоценивай меня. Я просто переоделась, похожу так всего несколько часов — какая из меня маленькая принцесса.
– Магия исчезнет, но ты должна запомнить то чувство уверенности, которое испытываешь, будучи принцессой. Тогда, даже если в будущем ты не встретишь любящего тебя принца, ты все равно будешь искренне любить саму себя.
У Цзи Линя от этой приторности аж зубы заломило.
– Выдаешь эти свои заумные тирады одну за другой. Вот останешься однажды без гроша в кармане, тогда и поговорим.
Юй Дуцю покатился со смеху:
– Даже если активы нашей семьи просто положить в банк на срочный вклад, проценты составят больше миллиона в день. Боюсь, твоему желанию вряд ли суждено сбыться.
Эта цифра полностью выходила за рамки понимания молодого полицейского с ежемесячной зарплатой в восемь тысяч юаней. Цзи Линь так и застыл на месте. Он попытался в уме высчитать общие активы семьи Юй, и в этот момент его ненависть к богачам вспыхнула с невиданной прежде силой. Ему безумно захотелось показать спине Юй Дуцю средний палец, но он вовремя сообразил, что Лу Цин, идущая с тем под руку, тоже попадет под раздачу. В итоге ему пришлось спрятать пальцы, сжать кулаки и в полнейшем негодовании яростно поколотить воздух связкой приемов из армейского рукопашного боя.
От автора:
Сяо Бай копит силы, подождите немного.
