Повелитель Тайн × Класс Превосходства: Финальный Гамбит

Над серым туманом, во дворце, похожем на обитель гиганта, Клейн сидел на почётном месте и отправил сообщение «Приготовиться к собранию» Солнцу, Деррику Бергу, чтобы тот мог выполнить необходимую процедуру и избежать подозрений, когда его притянут в Таинственное Пространство над Серым Туманом на назначенное собрание Клуба Таро. Однако, как только он собрался коснуться мерцающей красной звезды, представляющей Справедливость и Повешенного, Клейн почувствовал, как по всему его телу пробежал холодный озноб, а спина, от затылка до копчика, покрылась потом. Серый туман внутри гигантского замка взметнулся, бурля, словно предвещая ураган, а затем успокоился. Часть серого тумана, окутывавшего Клейна, истончилась и поплыла к потолку, прежде чем рассеяться и устремиться к другому почётному месту, в противоположном конце пятнистого бронзового длинного стола. Там, в густом сером тумане, был человек. Человек! Мурашки покрыли всё его тело, и он ощетинился, как встревоженный, напуганный кот. Он инстинктивно потянулся за револьвером, однако, увы, к своему глубокому огорчению, не смог его нащупать. «Кто это? Как он сюда попал? Даже моя духовная интуиция не предупредила меня ни о какой опасности, когда я входил в Пространство над Серым Туманом. Как...» Мысли Клейна неслись и перерастали в паранойю со скоростью высокоэффективного Парового Локомотива. Тем временем фигура в противоположном конце длинного пятнистого бронзового стола была озадачена не меньше. Он чувствовал своё физическое тело, неподвижное в реальном мире, в то время как приглушённые звуки болтовни людей за пределами его квартиры отчётливо слышались в этом оторванном от реальности месте. Более того, мужчина всё ещё не отошёл от приглушённого, но ужасающего бреда, состоящего из воплей, криков и маниакального смеха, когда его внезапно притянуло сюда. «Где... я?» — в замешательстве подумал он, схватившись за свои светло-золотистые волосы, пытаясь побороть остаточные эффекты бредней. Внезапно в обители гигантов раздался голос. — Представься, мой незваный гость, — голос был величавым и казался несколько тяжёлым. «Искусственно тяжёлым», — заметил он. Киётака-Уильямс со страдальческим выражением лица поднял глаза; над серым туманом его черты были никому не видны. — Незваный гость?.. Клейн был озадачен ответом, шевельнул челюстью и дважды стиснул коренные зубы, чтобы активировать Духовное Зрение. В насыщенном мире он увидел разные цвета. Он увидел, что область вокруг печени «гостя» указывала на признаки повреждения, но в остальном тот выглядел здоровым. Что касается эмоций, в нём не было злобы. Однако выглядел он так, будто испытывал какую-то боль. Цвета также указывали на смесь замешательства, насторожённости и лёгкой агрессии, но Клейн предположил, что последнее, должно быть, вытекало из предыдущего. — Я не призывал тебя, — голос Клейна, сидевшего во главе стола, звучал величаво и несколько громоподобно. — Ты осознаёшь последствия своего вторжения? Киётака поднял взгляд и схватился за края стола. Он ответил не сразу, а сперва пришёл в норму, как следует уселся и выпрямил спину. — Я не уверен... Я почувствовал связь и увидел знак на руке. И когда я подумал, что что-то не так, я заперся кое-где. Не успел я опомниться, как оказался здесь. Он намеренно не упомянул, где именно заперся. Поскольку он всё ещё мог смутно ощущать своё физическое тело, он знал, что сейчас здесь присутствует его душа. Это означало, что если он раскроет слишком много, можно будет узнать, где он находится. Или, по крайней мере, где его физическое тело. Немного его успокаивало то, что выражение лица «человека» в самом начале выдало: «он» не мог его контролировать. И этот недостаток контроля, казалось, выбил из колеи того, кто сидел во главе стола. Что до Клейна, у него понемногу развивалась паранойя. Время в тысячу ударов сердца неумолимо приближалось. «Я не могу контролировать его призыв. И не могу отправить его обратно. Кажется, для этого требуется его согласие. Он сказал, что видел странный символ на руке. Это значит... нет, не может быть. Но я не могу полностью этого исключать, поскольку сам нахожусь в похожей ситуации. И не только я; Розель тоже переместился. Он тоже из Китая, купил ту же книгу о Ритуале Усиления Удачи, что и я, и переместился сюда? Это возможно, но прямой вопрос может повредить моему образу Шута, таинственного правителя над Серым Туманом! Кроме того, я чувствую с ним странную связь. Почти как будто... нет, кажется, я себе надумываю. Мне нужно привести свои сумбурные мысли в порядок. Он также демонстрирует какой-то контроль над Серым Туманом. Я не могу его вышвырнуть. Но он кажется безвредным и не является Потусторонним. Наверное, будет безопасно пока ничего не предпринимать, а просто наблюдать». Киётака продолжал смотреть на Клейна так, что тому становилось не по себе. После мгновения затянувшейся тишины к нему подлетела пара карт старших арканов. Клейн беззаботным тоном произнёс: — Кажется, это место приняло тебя. Выбери себе кодовое имя. Собрание скоро начнётся. Что до меня... — Клейн намеренно сделал паузу, чтобы это прозвучало более весомо. — ...можешь звать меня Шут. «Кодовое имя? Значит, это какое-то тайное собрание. Его поза говорит мне, что он пытается сохранять видимость контроля. Однако, хоть у него это и неплохо получается, поскольку он окутан серым туманом, я всё равно почему-то вижу его насквозь. Жаль, что его лицо почти безлико. Это какое-то частное собрание, где стирают лица?» Как бы то ни было, Киётака посмотрел на карты. У него были кое-какие познания о картах Таро, но они ограничивались исключительно поверхностными сведениями. Он опустил взгляд и понял, что некоторых карт не хватает, например: Шута, Справедливости, Повешенного и Солнца. «Экстраполируя тот факт, что он назвал себя Шутом, я предполагаю, что Справедливость, Повешенный и Солнце — это другие участники. Хм... Думаю, мне нужно выбрать что-то наугад. Я понятия не имею, как вернуться, так что стоит подыграть. К тому же, у меня, похоже, есть какой-то иммунитет. Иначе Шут немедленно вышвырнул бы "самозванца". Если он, конечно, действительно Хозяин этого... замка?.. Или чего бы то ни было». Он посмотрел на колоду и погрузился в глубокие раздумья. Сначала он взял карту Мир. Из его туманных познаний, Мир — это круг почёта. Это интеграция, завершение и ощущение, символизирующее, что с трудом завоёванная мудрость наконец-то встаёт на свои места. Время праздновать. Размышлять. А затем... готовиться начать всё сначала. «Это хороший выбор, но есть проблема. Тот, кто сидит во "главе" стола, выбрал первую карту колоды. Судя по его словам, он, похоже, является регулятором этих собраний, и люди смотрят на него, как на какого-то Бога. Люди такие...» Киётака был готов разразиться монологом о философии человеческой природы — поклоняться всему, что превосходит их способность к пониманию, — но остановился. Сейчас у него не было на это сил. «Если я, тот, кто сидит на втором почётном месте, в противоположном конце стола, возьму имя последней карты в колоде, я уверен, что тем самым придам себе некую важность. Очевидно, по понятным причинам я этого не хочу. Исходя из знаний Уильямса об Оккультизме и Потусторонних, а также этого причудливого сценария, я могу сказать, что большинство, если не все, воспоминания содержат долю правды. Если так, то я бы предпочёл избегать людей, обладающих способностью превратить меня в какой-то комок дышащей плоти. Да, я бы хотел этого избежать. Если только я сам не научусь владеть ею. Что является интересной перспективой... Суть в том, что я не должен придавать себе большого значения в мире, полном ужасов и Оккультизма. Да, я должен выбрать что-то другое». Клейн постучал по краю длинного пятнистого бронзового стола, словно ожидая, пока Киётака сделает выбор. — Минуту, пожалуйста, — Киётака поднял глаза и заговорил. Бровь Клейна была готова дёрнуться, но контроль над чертами лица с помощью силы Клоуна помог ему сохранить невозмутимость. «Хм... какие у меня ещё есть варианты? Маг? Неплохо, но слишком кричаще. Верховная Жрица? Женское. Императрица? Тоже женское. Дьявол? Слишком зло. Иерофант? Я не знаю об этой. Колесница? Слишком доблестно. Сила? Слишком благородно... или варварски. Отшельник? Слишком изолированно. Колесо Фортуны? Слишком случайно. Смерть? Слишком драматично. Умеренность? Скучно. Влюблённый? Слишком... нехарактерно для меня. Башня? Скучно. Звезда? По-детски». После нескольких секунд мозгового штурма и применения весьма расплывчатых критериев к своему «методу исключения» у Киётаки осталась одна карта. Император. Причина выбора была проста. Хотя карта «Император» в прямом положении означает изобилие богатства и власти, Киётака выбрал её, потому что она означала нечто близкое ему. Ключевое воспоминание из его прошлой жизни, жизни «Киётаки». Перевёрнутая карта Император означала: злоупотребление властью, чрезмерный контроль, косность, упрямство, отсутствующий отец и проблемы с отцовством. Киётака испытал лёгкую ностальгию, пытаясь вспомнить её значение. — Император. — вслух произнёс Киётака. «Как вычурно». Уголок губ Клейна слегка скривился. — Значит, Император. Прежде чем Клейн потянулся к звёздам, он посмотрел на Киётаку и сказал: — Ты можешь извлечь пользу из этих собраний. Что касается тайны твоего появления, не упоминай о ней в присутствии других участников, так как это поставит тебя под угрозу, подвергнув опасности твою физическую форму в следующий раз, когда ты сюда попадёшь. Киётака едва не усмехнулся. «Кого ты обманываешь? Ты сделал свой голос тяжелее, когда говорил это. Очевидно, ты лжёшь. Хотя было бы интересно узнать больше об этом месте. Не знаю как, но почему-то я чувствую, что у меня есть какая-то форма власти над этим местом». — Конечно. Когда Клейн потянулся к красной звезде, представляющей Справедливость, Киётака сделал то же самое. Глаза Клейна расширились, когда звёзды, представляющие Справедливость, отреагировали на его прикосновение, а та, что представляла Солнце, — на прикосновение Императора. «Понятно...» — с усмешкой подумал про себя Киётака. Вскоре после этого, не выказывая ни малейшего удивления, Клейн потянулся к Повешенному. Яркий багровый свет заполнил пространство, и три фигуры заняли места в середине параллельных рядов вокруг бронзового стола. Одной из них была девушка среднего роста с красивыми шелковистыми светлыми волосами. Другим — молодой парень, возможно, ровесник девушки, со светлыми волосами и хорошим телосложением. Последним был коренастый мужчина с синими волосами. Киётака заметил их, а затем сел в ту же беззаботную позу, что и Шут. — Добрый день, Мистер Шут~ Одри, светловолосая девушка, поприветствовала его формальным реверансом, слегка приподняв юбку по бокам и поклонившись, прежде чем поприветствовать и других участников. — Добрый день, Мистер Солнце, Мистер Повешенный... А?! — На лице Одри отразилось крайнее изумление, когда она вдруг заметила человека на другом почётном месте. На первый взгляд он казался внушительной фигурой, хотя и не такой внушительной, как Мистер Шут. Она немедленно начала использовать свои усиленные способности Зрителя, чтобы понаблюдать за новым человеком. Однако густой туман, окутывавший мужчину, мешал ей разглядеть какие-либо детали, кроме того, что это был мужчина ростом чуть выше среднего и со светлыми волосами. — Мистер Шут... — Справедливость обратила своё внимание на Шута. Интонация её слов была вопросительной. Древний, ужасающий и вечно загадочный бог, восседавший во главе стола, долгое время барабанил пальцами по краю стола. Тишина, последовавшая за вопросом Справедливости, превратилась в неловкое молчание, давившее на всех троих. «Мистер Шут молчит. Значит ли это... это верующий Мистера Шута? Нет, раз уж он молчит, верующий бы точно представился. Может ли быть... что это существо одного уровня с Мистером Шутом? Гость того же уровня Божественности, что и Мистер Шут?» Элджер Уилсон — Повешенный — лихорадочно размышлял, низко опустив голову, но его глаза с головокружительной скоростью метались между двумя «божествами», сидящими во главе и в противоположном конце длинного бронзового стола. «Да, это было бы логично. Только существо уровня Мистера Шута могло пригласить другое существо и относиться к этому, как к вечернему чаепитию». Опасаясь, что это гость Мистера Шута, он не стал задавать собственных вопросов по поводу появления нового существа. Тем временем Деррик Берг — Солнце — тоже молчал, хотя и не по той же причине, что Повешенный. После отвратительно долгого молчания, повисшего между Шутом и Императором, которые, казалось, ждали, пока другой объяснит ситуацию, трое постоянных участников ощутили на себе его давление. Спустя мгновение Киётака вздохнул. Точно так же, как Шут, он сделал свой голос иллюзорным и более тяжёлым. — Можете обращаться ко мне Мистер Император. «Мистер Император?» «Мистер Император?!» «Мистер Император?!!» «Этот грёбаный... он что, только что скопировал мою манеру говорить? Я найду этого парня!» Все трое подумали в унисон с лёгким удивлением. Киётака грубо закинул ногу на ногу, так что подошва его ботинка была обращена к другим участникам. В то время как Одри была глубоко оскорблена, Элджер почувствовал, как его тело задрожало. «Если у "Него" хватает дерзости сидеть в такой манере, значит, моя предыдущая гипотеза верна. Мистер Император действительно одного уровня с Мистером Шутом! Мистер Шут медленно расправляет "Свои" крылья и пытается распространить "Своё" влияние. Сначала "Он" расширил "Свой" круг, затем распространил "Своё" почётное имя, за которым последовали ритуалы, включающие жертвоприношения "Ему", что позволяет "Ему" перемещать материальные вещи в, из и между Материальным Миром и Духовным Миром. И вот теперь "Он" наконец-то начал воссоединяться со "Своими" давно потерянными товарищами. Интересно, находится ли "Он" на том же уровне, что и Мистер Шут... но, видя, насколько дерзко и вызывающе "Его" поведение перед достопочтенным Мистером Шутом, и безразличие Мистера Шута к "Его" отношению, вполне возможно, что "Он" может быть лишь немного слабее Мистера Шута!» Сидя в высоком кресле Шута, Клейн кипел от злости. Мало того, что новый человек был невосприимчив к административной власти Клейна «вышвыривать» участников, так он ещё и был способен влиять на Таинственное Пространство над Серым Туманом. Хотя влияние Императора было довольно слабым, это всё равно делало Клейна очень параноидальным. Тем временем у Деррика были другие мысли: «Я думаю, это может быть ангел, служащий Мистеру Шуту. Поскольку у него есть сила пробиться сквозь влияния, отделяющие Город Серебра от внешнего мира, естественно, что у Мистера Шута есть в распоряжении несколько ангелов. Кроме того... но хм, Мистер Император слишком небрежен». Независимо от его статуса Бога или Ангела, Мистер Император — тоже "Он", точно так же, как Мистер Шут!» Хотя он не мог читать всеобщие мысли, видя их подобострастное отношение, Клейн понял, о чём они думают. — Он мой старый знакомый. Это всё, что вам следует знать. Повешенный и Солнце опустили головы и усердно закивали. Тем временем сердце Одри учащённо билось. «Э-э-это так волнующе! Наш Клуб Таро не только становится больше, но и сильнее! Знакомый Мистера Шута?! Это круто... Тьфу! Плохая Одри, плохая! Ты не должна радоваться такому! Что, если это грубо?! Мистер Шут действительно доброжелателен, но что, если Мистер Император — полная противоположность?! Хотя это должно объяснить, почему, даже так стараясь, я ничего не смогла прочесть о "Нём"! У человека просто нет средств для наблюдения за божеством, если только оно само того не пожелает!» Одри уже собиралась поприветствовать его, когда Элджер внезапно заговорил первым: — Приветствую вас, Мистер Император! — с энтузиазмом поприветствовал он. «Этот хитрый лис!» Одри тоже поприветствовала: — Добрый день, Мистер Император~ — Добрый день, Мистер Император, — присоединился и Деррик. Уильямс лишь слегка кивнул, а затем отвёл от них взгляд. Киётака, в отличие от Шута, понятия не имел, как играть в Бога. Да, он был почти уверен, что Шут всего лишь играет в Бога. Поэтому он сделал то, что велел ему его «здравый смысл». Здравый смысл, который разительно отличался от здравого смысла обычного человека. Хотя каждый Бог уникален, так что он был уверен: как бы он ни вёл себя, его будут почитать ничуть не меньше. Конечно, всё это основывалось на предположении, что Шут притворяется. Было вполне возможно, что «Он» был настоящим Богом, и Киётака играл так, как «Он» и задумал. С другой стороны, Уильямс был удовлетворён ответом Клейна. «Полагаю, он хочет решить проблему моего нежеланного присутствия, как только это собрание закончится. И я не имею ничего против. Кроме того, с помощью этого собрания я смогу многое подтвердить. Меня немного интригуют Потусторонние. Как они получают свои силы? Каковы предварительные условия? Это довольно волнующе, но в то же время чрезвычайно опасно для жизни. Может быть, я даже последую совету Ксио и остепенюсь... хм, всё это звучит неплохо, но я до сих пор не знаю причины своего перемещения. Поскольку я не помню, чтобы делал что-то, что могло бы привести к моему зашвыриванию в прошлое или будущее, это означает, что в дело вмешалась внешняя сила. А это значит, что я, возможно, рано или поздно окажусь втянут в странные дела. Если вдуматься, я уже вовлечён в странные ситуации. Поручение Ксио, связанное с Церковью Богини Вечной Ночи, относительно преступника из Тингена, появление брошюры в моей руке и приглашение от охранной компании, появление Серого Тумана и этого замка гигантов. Ничего нет мирного! Ничего не идёт как надо! Это врождённый низкий IQ Уильямса или его постоянная привычка к выпивке так притупили мой мыслительный процесс? Как бы то ни было, мой интеллект действительно сильно пострадал! Какого чёрта я вообще только что подумал о том, чтобы не становиться Потусторонним? Что со мной не так? Если подумать, я ещё и всё повторяю. Я думаю об одном и том же снова и снова, как будто не делал этого раньше... это всё так причудливо и полно тайн». Словно семя, пробившееся из скорлупы, Киётака внезапно решил стать Потусторонним. Словно в мгновение ока он обрёл ясность! Шут нетерпеливо вздохнул и постучал по краям длинного стола, когда всеобщее внимание переключилось на него. Поняв, что он имеет в виду, они повернули лица к Мистеру Шуту, но позаботились о том, чтобы не повернуться спиной к Императору, дабы на них не обрушилась божественная кара! Одри хотела начать говорить, чтобы произвести впечатление на Мистера Императора, но вдруг увидела, что Повешенный жестом указывает ей, прежде чем поспешить заговорить раньше неё. — Мистер Шут. — Затем он повернулся к Киётаке. — Мистер Император. В этот раз я раздобыл девятнадцать страниц дневника Розеля. «Тебе не нужно говорить этому чудаку! К чёрту его!» — Здесь я должен поблагодарить вас за то, что прислали своего последователя помочь мне избавиться от Адмирала Килангоса. Эти страницы дневника будут компенсацией, которую я должен заплатить! «Последователь? Как и ожидалось, Мистер Хитрец и вправду идолопоклонник. Шарлатан, которому нравится играть в Бога. Но я полагаю, что если он может призывать людей в это таинственное пространство, то у него есть право вести себя подобным образом. Хм, полагаю, мне тогда следует делать то же самое?.. Очевидно, что он лжёт. Почему никто другой не может этого сказать?.. Что ж, полагаю, это естественно. Страх перед богами вбивался в голову каждому с момента рождения. И всякий, кто не следует за тем или иным Богом, вероятно, будет сожжён на костре. Хм, да, тогда понятно, почему никто в нём не сомневается. Это действительно разумно». Он посмотрел на Справедливость и слегка наклонил голову. «Она пытается наблюдать за мной. Я не могу сказать точно, но у меня есть такое чувство. Это её способность? Хм... возможно, что так. Как бы то ни было, я думаю, что этот "последователь" на самом деле не последователь, а что-то другое. Как у фальшивого Бога может быть последователь? В смысле, да, он звучит как Бог в этом месте, но посмотрите на меня! Они даже думают, что я такой же, как он! Невозможно, чтобы у них была такая же реакция, если бы они посмотрели на меня в реальной жизни». Тем временем Клейн вышел из своего кислого состояния по поводу того, почему Император тоже знал о дневнике Розеля. «Хотя, это может это подтвердить! Если он может читать дневник, это значит, что он тоже с Земли! Хм, нет, в этой логике есть изъян. Что, если он европеец? Или африканец, или какой-нибудь другой азиат? Но попытка не пытка. Я могу это сделать. Хотя это поставит под угрозу мою собственную личность... что ж, посмотрим и будем импровизировать». — Это принцип равноценного обмена, — добавил Элджер. Шут лишь кивнул. Увидев реакцию только от Шута, Элджер смиренно сказал: — Предел моей нынешней памяти – шесть страниц. Пожалуйста, позвольте мне отдавать их вам в несколько заходов. — Без проблем. — Клейн, окружённый густым серым туманом, мягко кивнул. Солнце Деррик посмотрел на страницы, появившиеся перед Повешенным, и ему было очень любопытно содержание дневника. Основываясь на своём предыдущем опыте, он считал, что предметы, которыми интересуется Мистер Шут, таят в себе множество загадок. Он посмотрел на Мисс Справедливость и, увидев, что у неё нет порыва спросить, осторожно сохранил молчание. Вскоре шесть страниц дневника были собраны и оказались в руках Клейна. Вслед за этим то же самое произошло и перед Киётакой. И Шут, и Император опустили взгляды. «Это?..» — слово едва не сорвалось с губ Уильямса. «Упрощённый китайский?.. Эх... хорошо, что это был один из языков, которому обучали наше поколение. Иначе я был бы полностью отрезан от жизненно важной информации». Киётака тут же ощутил благодарность к Белой Комнате.