Парселтанг для двоих

      Том Реддл любит красивые вещи. Все, кто с ним хотя бы раз разговаривал или пытался понять — знали это.       Для Тома Реддла нет ничего невозможного. Он смог заполучить бессмертие, сохранив при этом свою идеальную внешность. Он смог стать Тёмным Лордом, чьё имя знали все. Он стал тем, перед кем чистокровные вставали на колени и целовали подол мантии.       Все его враги давно уже гниют в Азкабане или в земле. У него больше нет противников, которые могли кинуть ему вызов.       Он стал Богом.       Но даже Боги, оказывается, могут стоять на коленях перед смертными.       Прерывистое дыхание нарушало тишину покоев Волдеморта. Волосы на голове их хозяина выглядели, как гнездо. Пот стекал по лицу, глаза были закрыты. Юноша пытался отдышаться. Пытался не закричать от волны удовольствия, что заставляло содрогаться при каждом движении.       — Какой нежный, — прошипел Волдеморт на языке, известном только для них двоих. Он не мог не заметить, как содрогнулся парень, после его слов.       — Да иди ты, — вздохнул в ответ Поттер. У него не было сил на продолжение этого диалога, да и Лорд, видимо, не планировал его продолжать.       Слегка смуглая кожа Поттера была покрыта отметинами от поцелуев и укусов. Реддл не собирался оставлять на нём ни миллиметра, не тронутой частицы такого желанного тела. Реддл хотел его пометить, как собственность, как того, перед кем он может встать на колени.       Реддл никогда бы не подумал, что в будущем он будет сидеть, как верный пёс на полу, ожидая приказа, в его случае — кивка или вздоха, всего на что способен Поттер в данный момент.       Скажи кто-нибудь Реддлу, который был знаменитым учеником и старостой своего факультета Слизерин, что он достигнет таких высот, а потом начнёт целовать содрогающееся тело в своих объятиях — он точно кинул бы Круциатус, если не Аваду.       Том поднялся с пола и вмиг оказался на кровати. Гарри слегка вздрогнул и пытался открыть глаза, но мужчина не дал ему этого сделать, уводя его в жаркий поцелуй. Очки валялись где-то на другой части этой большой кровати. Сейчас он был слепым крольчонком в лапах волка, который вместо того, чтобы открыть свою пасть с острыми зубами и убить его, выбрал: целовать, посасывать его грудь и отметины, которые уже превращались в синяки.       Ему не было больно.       Наоборот, всё это приносило ему такое чудовищное удовольствие, что аж сердце ёкнуло.       Ему было стыдно. Но не из-за того, что он стонет от ласки со стороны своего злейшего врага, а потому что он хочет большего.       Он не хочет останавливаться на этом, хочет продолжить эту горячую ночь ещё на несколько часов.       Как бы ни хотелось признавать, но Волдеморт в сексе слишком хорош.       Если бы Поттеру, которому сейчас восемнадцать, сказали бы, что он в Новогоднюю ночь будет «развлекаться» в постели Тёмного Лорда...       То, когда ему было пятнадцать, он бы врезал кулаком в лицо тому, кто мог такое сказать.       Но сейчас, подойди к нему кто-то и скажи об этом — он бы лишь улыбнулся.       Он сам в ужасе от того, что он сейчас лежит в чужой постели и отвечает вздохами и охами на ласки.       Волдеморт внимательно следил за каждым выражением и движением его главного «трофея».       Поцелуй давно закончился, но он потянулся за вторым, третьм и так до конца.       Он видел, прекрасно видел, как Поттер стыдиться сказать, что хочет ещё.       В этот момент он в очередной раз поблагодарил самого себя в хорошем владении Легелименции. Как же она выручила, как же помогала увидеть скрытые желания Поттера. Конечно, для этого приходилось «заставлять» Гарри открыть его прекрасные зелёные глазки, но парень и сам не был против. Ему было стыдно об этом говорить, но думать никак нет. Он был не против этого.       Гарри прикусил губу, когда почувствовал, как жаркие поцелуи спускались всё ниже и ниже. Шея, грудь, живот и самая интимная часть. Всё было в поцелуях и отметинах, и Гарри этому не противился. Не сейчас, не сегодня. Об этом всём он будет думать завтра, а сейчас он продолжит получать кайф от каждого действия Лорда Волдеморта.       — Откуда ты всё это знаешь? — выгнулся Поттер.       — Ты правда хочешь узнать?       — Нет, я хочу, чтобы ты наконец-то трахнул меня.       Казалось, что только этого Реддл и ждал. Как пёс, ждал этот треклятый приказ, просьбу, которую он с радостью выполнит.       Горячее дыхание опалило вспотевшую шею.       Поттер вмиг перекатился со спины на живот и выгнулся, как кошка. Глаза Тома опасно блеснули, но не со злым умыслом, никак нет. Он завороженно смотрел, как Поттер выгибался, как всё тело покрытое красными отметинами, кричало: «Давай же, щенок!».       И Реддл чуть ли не заскулил, как шавка.       Поттер лишь немного охнул и его колени подкосились. Боли не было, Реддл слишком хорошо его подготовил. Но всё равно было как-то неожиданно, но точно так же и приятно. Все мысли вылетели из головы. Остались лишь громкое дыхание мужчины, что раз за разом входил в него и выходил, и его собственное дыхание.       Гарри облизнул пересохшие губы.       — Только не говори, что у тебя силы заканчиваются, — Поттер прищурился, пытался более отчётливо увидеть лицо своего «партнёра».       Том замер, а потом крепко вцепился в бёдра юноши. Тот лишь немного покрутил задом, пытаясь сместить руки.       Реддл одним резким движением вошёл до конца. Поттер открыл широко глаза, будто не веря.       — Маленькая потаскуха не верит в силу своего Лорда?       — Хэй!       Реддл выгнул бровь в удивлении.       — Что-то не так, малыш?       — Не называй меня так, — буркнул Гарри и уткнулся лицом в подушку.       Реддл несколько секунд смотрел на этот «спектакль», а потом просто лёг на Поттера сверху. Гарри под ним что-то проворчал, но ничего не делал. Поттер был почти такого же роста, как и сам Реддл, возможно, только на полголовы ниже. Это был плюс и Том им пользовался, как только мог придумать.       Гарри почувствовал горячее дыхание на щеке.       — А ты кем хочешь быть, если не «потаскухой и малышом»?       Гарри молчал. Реддл всё ещё был в нём, но не двигался.       — Называй меня «хозяином».       Том замер. Не секунду спальня превратилась в тихий морг, где никто уже не говорил ни слова, поэтому и было тихо.       Реддл расхохотался.       Впервые, за столько времени кто-то смог его так рассмешить.       — Хозяином? — повторил Реддл, проговаривая каждую букву, будто смакуя.       Гарри кивнул.       — Что ещё я должен сделать?       Этот мини-диалог был куда интереснее, чем собрания Пожирателей Смерти.       — Лечь на спину, теперь я буду сверху.       Гарри не спрашивал и не просил, он просто поставил перед фактом. Кое-как он смог спиной и левым плечом сдвинуть тушу мужчины, который уж никак не сопротивлялся, возможно, даже поддавался.       Реддл лежал на спине, он был полностью во власти Поттера.       Гарри повернулся лицом к нему.       — Ты ведь хочешь меня? — Гарри слегка прикоснулся пальцем к члену Реддла, тот громко вздохнул. Ему нужна была разрядка, Поттеру, смотря на его личное достоверение мужского пола тоже, но будто это не имело никакого значения.       — Да.       Реддл едва сдерживался, чтобы просто не взять Поттера. Тот был подготовлен, он уже был внутри него, пока мальчишка не захотел внезапно поменять позу.       Гарри привстал на колени, пристально, как только мог, смотря в глаза мужчины, что уже дрожал от желания заполнить пустоту внутри Поттера.       Головка члена прикоснулась к колечку ануса Гарри, но вставлять или садиться на достоинство Реддла он не спешил.       — Так ты хочешь меня или нет?       Реддл понял, что Поттер его дразнит, ведь знает, что является желанным для Тёмного Лорда.       — Да...       Гарри немного присел и головка всё же вошла. Он хотел и сам полностью сесть на член и начать издавать такие пошлые звуки, что даже в борделях не слышали, но поиздеваться над Волдемортом, что сейчас полностью в его власти — хотелось больше. И Поттер определённо будет продолжать.       — Тогда попроси.       Реддл вцепился ладонями в бёдра Гарри, пытаясь заставить того наконец-то сесть, но Поттер хлеснул своей рукой по его.       — Кто тебе позволял свои руки тянуть к Хозяину?       Реддл облизнулся, в его глазах плесал огонь безумия и страсти.       — Быстрее, — шептал мужчина. — Я скоро не выдержу.       Да и сам Поттер только благодаря клятве самому себе сдерживался.       — Проси лучше!       — Прошу...       — Громче!       — Прошу...       — Лучше и громче проси! Умоляй своего Хозяина, давай же!       — Умоляю, Хозяин, прошу, я уже не выдерживаю!       Реддл и Поттер одновременно облегчённо вздохнули, когда Гарри всё же решил насладиться продолжением страстной ночи. Он больше не убирал руки Тома, он позволял ему насаживать себя, дал «права своему рабу».       Гарри прикусил губу, пытаясь не застонать, как последняя потаскуха. Конечно, «Хозяин» ему куда больше нравится, но в итоге он стонет и выгибается, как последняя шлюха из борделя в Лютном Переулке. Но ни он, ни Реддл не были против этого.       Поттер лишь охнул, когда Реддл с такой лёгкостью перевернул его на спину и поднял его ноги себе на плечи.       — Надеюсь, Хозяин, вы меня простите за своеволие? — хохотнул Реддл. Такая «ролевая» игра ему даже понравилась.       — Только сегодня, в следующий раз Хозяин решит тебя наказать.       Реддл ускорил свой темп. Толчок за толчком. Поттер выгибался, стонал и просто позволял Реддлу делать всё, чего тот хотел. Том не хотел оставлять Поттера без оргазма, он схватил его член и сперва медленными, потом быстрыми движениями вверх-вниз, надрачивал ему. Казалось, мальчишка вот-вот потеряет сознание от такого.       Толчки стали прерывистыми, но как можно глубже.       Белая жидкость брызнула на лицо и живот Поттера — Гарри решил кончить первым.       Теперь настала очередь и самого Реддла.       Мужчина что-то невнятно прошипел и потянув Поттера, как можно ближе к себе — кончил, но во внутрь.       Гарри чувствовал тепло, которое обдало его. Глаза начали слипаться. Всё-таки смертные могут устать.       Бросив последний взгляд полный одобрения, Гарри уснул.       Реддл ещё секунду смотрел на него, а потом вышел из такого податливого тела с тихим хлюпом.       — Тергео, — прошептал Реддл. Он не использовал палочку для заклинания, он просто пальцем выводил рисунок магии в воздухе.       Очищающее заклинание очистило тело и самого Поттера от доказательств этой прекрасной для них обоих ночи. Реддл же направился в душ.       Он знал, что всегда любил всё самое красивое, но не знал, что однажды найдёт того, кто станет особенным даже в его коллекции.