Судьбоносные слова

      Час спустя, успев поговорить практически обо всём на свете, девушки наконец разошлись.              Это и неудивительно; Дзюнко утром должна была идти на работу, а сама Мадока – в школу.              Хотя последнему и не суждено было сбыться.              Закон Циклов оставалась существом с чрезвычайно важными, перманентными обязательствами. Ей требовалось каждое мгновение отслеживать всех живущих в мире девочек-волшебниц, спасая тех, что падали за грань превращения в Ведьму.              Так что, к сожалению… ей предстояло вновь покинуть свою семью.              Она этого не хотела; искренне желала остаться рядом, проживая тихую, приятную жизнь. Смотреть, как растёт Тацуя, помогать родителям, греться в тёплых лучах их улыбок…              Но она не принадлежала одной лишь себе.              Имея возможность помочь – будучи в силах спасти от отчаяния всех тех девочек-волшебниц, что в противном случае погрузились бы в свой личный Ад… она не могла поступить иначе.              Впрочем, не могла и молча уйти – ей нужно было позаботиться о том, чтобы её семья не грустила. То есть… вновь стереть воспоминания о собственном существовании.              Потому Мадока и двинулась наверх, взяв курс на собственную комнату. Там она ощущала ту, кто мог ей помочь; ту, кто, как она знала, намного лучше умел искажать воспоминания живых.              Закон Циклов пошла к Дьяволице.              Дорога показалась ей куда более долгой, нежели была на самом деле. Слишком уж она переживала перед встречей.              Не потому, что боялась, презирала или ненавидела её – нет, отнюдь. Она любила Хомуру так, как любят самую близкую, дорогую подругу, но… они долго не говорили друг с другом.              Года, десятилетия, века… тот раз, когда Хомура украла силы Закона Циклов, попытавшись создать идеальный мир – золотую клетку – воздвиг между ними пропасть.              После освобождения Мадока так ни разу с ней и не заговорила.              Справедливости ради, она хотела. Действительно хотела – но была слишком занята своими обязанностями, чтобы попытаться. А когда время появлялось… она не могла сделать первый шаг.              Неловкое чувство – знать, что человек хочет для тебя только самого лучшего, но понимать, что не можешь принять его помощи.              Не делала всё проще и самопровозглашённый Дьявол.              Она избегала подруги, как огня. Большую часть времени оставалась в «Аду» – самом удалённом от последнего убежища девочек-волшебниц месте. Стоило же Мадоке показаться рядом, как она разрывала само пространство, исчезая в неизвестном направлении.              Если бы не Кёко, хвостиком преследующая Хомуру, Закон Циклов переживала бы значительно больше. Но огненновласая девушка говорила, что той просто нужно время.              И если Хомуре требовалось немного побыть вдали от неё – Мадока не стала бы настаивать. Она умела уважать личные границы.              Сейчас это время, однако, подошло к концу.              Хомура первой сделала шаг – а значит была готова к диалогу.              Держа в уме эту мысль, Мадока и схватилась за дверную ручку. Глубоко вдохнула, выдохнула – и, вернув на лицо приветливую улыбку, зашла в свою комнату.              Там, у окна, в полумраке сидела она.              Дьявол.              Лунный свет падал на неё сзади, придавая и без того острым чертам опасный, хищный вид. Аметистовые глаза горели мягким, потусторонним огнём – а на лице отпечаталась виденная ею ранее улыбка.              Тёплая, мягкая – не та, что преследовала Закон Циклов повсюду.              — Х-Хомура…              — Мадока, — приветливо кивнула та, поднимаясь со стула. За её спиной распахнулись большие перистые крылья – чёрные, словно искривлённое отражение собственных крыльев Закона Циклов.              Тишина между ними затягивалась.              Богиня не знала, с чего начать. Даже воспоминания о сотнях, тысячах имитаций разговоров, что она разыгрывала в уме все эти годы, не помогали.              В реальности всё оказалось куда сложнее.              — Тебе понравилась встреча с матерью? — склонила голову набок Дьяволица, с терпеливым любопытством наблюдая за подругой. — Ты не злишься на меня?              — Н-нет! Конечно нет! — тут же воскликнула Богиня, подавляя желание броситься вперёд. Ей хотелось обнять подругу, выплеснув благодарность физически – но она не знала, как та отреагирует. — Я счастлива! И… спасибо тебе. Мне… мне это было нужно.              — Хорошо, — кивнула она, отступая назад – в ту часть комнаты, куда не падал свет. — Тогда я оставлю тебя. Удачи, Мадока.              Искреннее, чистое пожелание – но оно заставило Богиню вздрогнуть.              — П-подожди! А как же мама?!              Дьяволица изящно приподняла бровь в немом вопросе.              — Я должна буду уйти, — напомнила Закон Циклов. — И мама…              — Нет.              Мадока вздрогнула, услышав тихий, но твёрдый голос Хомуры.              — Прости?              — Нет, ты не должна уходить, — повторила та, вновь шагнув ближе. — Это – твой шанс. Ходи в школу, разговаривай с друзьями, веселись – живи так, как должна была.              — Ценой счастья тех, кто в это время будет умирать? — с вызовом отозвалась она, твёрдо уставившись в ответ. — Нет. Я вернусь к роли Закона Циклов – и сделаю это даже в том случае, если ты не… не сотрёшь маме память. Я должна.              Дьяволица нахмурилась, но не отступила.              — Мне… мне действительно было приятно, Хомура. Этот вечер – то, о чём я не могла даже мечтать, — уже тише, спокойнее произнесла она. — Но ты должна понимать, насколько важно то, что я делаю. Иначе… иначе просто нельзя.              Её собеседница прикрыла глаза, принимая доводы подруги.              Однако она также знала о том, что даже Богам нужен был отпуск. Мадока забирала отчаяние девочек-волшебниц, давая им тихое, спокойное посмертие.              Но куда это отчаяние девалось?              Ответ прост: Закон Циклов хранила его в себе, постепенно перерабатывая. Это был долгий и сложный процесс – но Богиня не жаловалась, стойко исполняя свою роль.              Хомура была не согласна с таким положением дел. И так же она знала, что отказ Богини от отдыха – константа.              Поэтому Дьяволица и потратила годы на подготовку к этому самому моменту.              — Ты права, — кивнула она, взглянув в глаза подруги. — Закон Циклов не может оставить девочек-волшебниц на произвол судьбы.              — Ф-фух, — облегчённо выдохнула Мадока, робко улыбнувшись. — Знаешь, я на секунду подумала, что ты снова попытаешься меня похитить! Смешно, да?              Наткнувшись на стальной взгляд подруги, она вздрогнула.              — С-смешно же..?              — …Но я не дам тебе продолжать, — отрезала Дьяволица, твёрдо уставившись в ответ. — Не без отдыха.              Взгляд Богини потяжелел.              — Хомура…              Она не договорила – ведь её собеседница вздрогнула. Сосредоточилась, нахмурилась от прострелившей всё тело боли – но устояла на ногах, уверенно глядя в ответ.              А одно из крыльев за её спиной медленно, болезненно менялось.              Постепенно на нём расцветали белые перья.              — Я… не самый лучший вариант, — выдохнула та сквозь стиснутые зубы, пошатнувшись. — Но, в качестве протеза… временной заплатки – сгожусь.              Она вновь дрогнула. Менять свою суть, подстраиваясь под Закон Циклов, было сложно – однако она не собиралась отступать. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.              Мадока рванула вперёд, обхватывая подругу за плечи.              — Ты…              Богиня уставилась на Дьяволицу сложным взглядом. Помогла сесть на кровать, получая благодарный кивок – но всё молчала и молчала, не зная, как поступить.              Характер Хомуры был ей прекрасно известен; та не отступит, обязательно доведя дело до конца. Не имело значения, как будет сложно – если она решила что-то сделать, она это делала.              Тем более в том случае, если это касалось самой Мадоки.              «Тогда…»              Закон Циклов решилась. Она не стала бы драться с Хомурой из-за её действий – не тогда, когда та была права.              Ей действительно нужен был отдых.              Она взяла подругу за руку, бережно обхватив её ладонь. В тот же миг в Дьяволицу потекла сила. Тёплая, успокаивающая, дарующая надежду – всё то, что представлял из себя Закон Циклов.              — М-Мадока? — дрогнул голос Хомуры. — Что ты…              — Помогаю, — односложно отозвалась та, сосредоточенно хмурясь. — Ты… взяла на себя слишком много.              В этот миг Дьяволица наконец ощутила мир так, как его чувствовала Богиня. Все девочки-волшебницы – каждая из них появилась перед её взором, словно стояла рядом.              И теперь Хомура знала: когда придёт срок, она сможет забрать каждую из них. Протянет руку, останавливая время для несчастной.              Не даст надежду – но отсрочит неизбежное.              А потом, когда Закон Циклов вновь наберётся сил, она отпустит их в её объятия.              — Пожалуйста, не перенапрягайся, — разорвала тишину Мадока, пристально взглянув в глаза подруги. — Если будет сложно – просто скажи мне, хорошо? Не нужно себя пересиливать.              — Всё будет в порядке, — спокойно отозвалась та, откинув волосы с плеча. — Мне хватило бы и собственных сил.              — Ложь, — мягко пожурила её Богиня, улыбнувшись. — Не обманывай меня. Я доверяю тебе – так что прекрати эти Хомура-штуки. Договорились?              — …Как хочешь.              Ответ Дьяволицы прозвучал безразлично – не изменилось и её лицо, сохранив каменное выражение.              Но румянец, расползшийся по щекам, выдавал ту с головой.              Мадока удовлетворённо кивнула.              — Отличненько~!              Однако в этот момент, вскочив с кровати, та пошатнулась. Потеряла равновесие, и, забавно взмахнув руками, завалилась назад.              На сей раз Хомуре пришлось её ловить.              — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила та, цепко разглядывая побледневшее лицо подруги.              — Д-да. Просто… просто устала, — поморщилась Закон Циклов, медленно моргая. — Мне… нужно немного поспать.              Дьяволица понимающе кивнула. Резко двинулась, и, игнорируя смущённый писк, подхватила её на руки.              — П-поставь меня!              Хомура сделала вид, что не расслышала просьбу. Лишь повернулась к кровати Мадоки, и, расстелив её крылом, положила подругу туда.              Мгновение – и тем же крылом она вновь поднимает одеяло, укрывая покрасневшую девушку по шею.              — С-спасибо, — пробормотала та, расслабленно прикрывая глаза. — Ты… хорошая подруга.              Дьяволица криво усмехнулась – но не стала спорить, безмолвно растворившись в тенях.              В конце концов, если Богиня будет этой ночью отдыхать, то вот ей предстоит работа.              Много работы.