Магия оффлайн

      Прошло три дня. Три дня попыток не думать о Чон Чонгуке. Три дня варки зелий для Мисон и кружных путей, чтобы не смотреть на дверь в западное крыло.       На четвертый Тэхён сдался. Оглядел мрак и пыль главного зала.       Он спустился на кухню, где Токки возился с чем-то у плиты, и громко объявил:       — Я устраиваю генеральную уборку.       Домовой медленно обернулся. В его взгляде было столько ужаса, будто Тэхён только что предложил снести дом.       — Что?       — Уборку. Здесь пыль столетней давности, паутина в каждом углу, и я вчера нашёл в гостиной что-то, что, возможно, было живым. Оно шевелилось, Токки. Шевелилось.       — Это поместье стоит триста лет, — ответил Токки ледяным тоном. — Оно должно выглядеть так. Это атмосфера. История. Наследие.       — Это грязь, — парировал Тэхён, доставая телефон и подключая портативную колонку. — И я собираюсь от неё избавиться.       — От всей? — уточнил Токки подозрительно, его взгляд стал пристальным. — Включая западное крыло?       Палец завис над кнопкой воспроизведения.       — Нет, — ответил он быстро. Слишком быстро. — Западное крыло… я там не буду. Ты же сам сказал.       Токки медленно кивнул, и в его взгляде мелькнуло облегчение, смешанное с чем-то ещё — предупреждением.       — Хорошо. Держись от него подальше. Особенно сейчас.       — Почему «особенно сейчас»?       Домовой резко отвернулся к плите, но Тэхён заметил, как дрожали его руки, когда тот взял ложку.       — Просто держись подальше.       После этого Токки вздрогнул как от удара током — но теперь уже от музыки, которую Тэхён всё-таки включил. Плейлист назывался «Уборка как месть», и первый трек был именно таким — агрессивный бит, что-то про то, что «я буду жить назло всем», и бас, от которого дрожали стёкла в окнах.       — Ты… ты включил это?! В священных стенах рода Кимов?!       — Это называется мотивация, — ответил Тэхён, закатывая рукава толстовки с надписью «Magically Annoying». — И это Stray Kids, между прочим. Корейская поп-музыка. Привыкай.       — Это звучит, как будто кто-то пытает барабаны!       — Именно так она и работает.

***

      Первым делом — кухня.       Тэхён достал из чемодана резиновые перчатки (жёлтые, с принтом в виде звёздочек — подарок от подписчицы, которая сказала, что они «как раз под твою эстетику»), после нашёл ведро в чулане, тряпки и бутылку с чистящим средством, которое, если верить этикетке, «удаляет даже проклятия».       — Это обычная химия, — прокомментировал он вслух, поворачивая бутылку к свету. — Но маркетинг у них отличный.       Токки стоял в углу, вцепившись пальцами в край передника, и излучал такое негодование, что воздух вокруг него, казалось, холодел градусов на пять.       — Ты разрушаешь порядок вещей, — бурчал домовой. — Это поместье не нуждается в твоей современной чистоте. Оно прекрасно само по себе.       — Здесь пауки размером с мою ладонь, — ответил Тэхён, распыляя средство на столешницу. — Я не против пауков, но когда они начинают смотреть на меня осуждающе, это перебор.       — Это магические пауки. Они охраняют дом.       — От кого? От пыли? Отличная работа, кстати.       Токки фыркнул и демонстративно отвернулся, но Тэхён видел, как тот поглядывает из-под насупленных бровей.       После махнул рукой, активируя простое заклинание. Тряпки взлетели в воздух, начав методично вытирать столешницы, двигаясь синхронно как в хореографическом номере. Швабра сама поплыла к ведру и начала скользить по полу восьмёрками.       — Ты используешь магию для уборки?! — Токки выглядел оскорблённым до глубины души. — Это святотатство!       — Это эффективность, — ответил Тэхён, подпевая песне (слова он не помнил, но мотив знал отлично). — Магия для того и нужна, чтобы облегчать жизнь. А не пылиться в гримуарах.       — Магия для великих дел! Для ритуалов! Для…       — Для чистого пола, — закончил Тэхён. — Смирись, Токки. Это двадцать первый век. У нас теперь и магия, и пылесосы. Прогресс.       — Это деградация, — проворчал домовой, но уже тише.       Одна из тряпок врезалась в угол шкафа, отскочила и полетела обратно к ведру, словно извиняясь.       — Эй, — сказал Тэхён тряпке, — всё нормально. Это был сложный угол.       Токки издал звук, который можно было интерпретировать как «я окружён идиотами».

***

      К обеду кухня блестела. Столешницы сияли, словно их отполировали профессионалы. Окна были такими чистыми, что Тэхён даже постучал по одному из них, чтобы убедиться, что стекло на месте. Пол отражал свет, посуда была расставлена по полкам (по цвету, потому что эстетика), а воздух пах лимоном и чем-то свежим.       — Видишь? — произнёс Тэхён, оглядывая результат и вытирая лоб рукой. — Намного лучше.       Токки молча ушёл, но Тэхён поклялся бы, что слышал, как тот пробормотал что-то про «конец эпохи» и «молодёжь без уважения к традициям».       Тэхён сделал селфи на фоне сияющей кухни — он стоял в перчатках, с тряпкой в одной руке и шваброй в другой, на лице победная ухмылка. Он отошёл к окну, проверяя свет, и случайно посмотрел в сторону западного крыла.       Одно из окон там… светилось.       Тускло. Зеленоватым больным светом, как светится гнилой пень в глубоком лесу.       Тэхён моргнул. Свет исчез.       — Показалось, — пробормотал он, но где-то под ложечкой холодно ёкнуло. Не показалось. Он знал. И дом, похоже, знал, что он это видел.       После быстро сделал фото, опубликовал, даже не надеясь на чудо:       «День третий в ссылке. Победил хаос. Кухня теперь чище, чем моя карма. #уборка #магиявделе #современныйведьмак #чистотаспасётмир»       После чего вышел из кухни, стараясь не смотреть в ту сторону.

***

      Каким-то магическим образом, не иначе, телефон поймал сеть (можно сказать — полторы палочки), и через минуту — 1,2 тысячи просмотров.       Тэхён с удивлением ждал гневного звонка от бабушки, но телефон молчал. Видимо, «творческий отпуск» подразумевал и творчество тоже. Или же она считала, что поймать полторы палочки сигнала в глуши — это достаточно унизительно само по себе.       Комментарии посыпались как жёлуди с дуба:       @moonchild_95: «ТЭХЁН ТЫ ЖИВ?! МЫ ДУМАЛИ ТЕБЯ ПОХИТИЛИ»       @witchy_vibes: «Это где??? Поместье атмосферное, хочу туда»       @taejoon_forever: «Покажи домового! Я знаю, он там есть!»       Тэхён ухмыльнулся, читая, и пошёл дальше по своим делам.

***

      На следующий день он взялся за гостиную.       Токки наблюдал с порога, не скрывая презрения, но Тэхён игнорировал его. Музыка играла (на этот раз что-то более спокойное, чтобы не провоцировать домового на саботаж), заклинания работали, и к обеду первый этаж выглядел так, будто в нём действительно можно было жить, а не просто выживать.       Под старым ковром в гостиной он обнаружил:       • Три серебряные монеты с рунами. Одна из них начала светиться, когда Тэхён взял её в руку. Он покрутил монету, поднёс к свету. Руна выглядела как стилизованная змея — символ рода Кимов. Старые деньги? Или артефакты?       • Высохшую розу, которая всё ещё пахла. Тэхён понюхал её осторожно. Запах был свежим, как будто цветок сорвали вчера. Магия консервации. Кто-то очень хотел сохранить эту розу.       • Записку, сложенную вчетверо. Бумага пожелтела, чернила выцвели, но текст читался: «Верни до вторника или прокляну. Без шуток. — М.»       Тэхён сфотографировал записку, покрутил её в руках и сохранил, чтобы позже опубликовать в в сторис:       «Нашёл угрозу столетней давности. Вторник уже прошёл. Я в опасности? Кто такой М.? Почему у моих предков такая драма? #находкинаантресолях #проклятиявдело #таинственныйМ»       Токки заглянул через плечо.       — Это твой прадед, — ответил он. — Занимал деньги у соседа. Не вернул.       — Серьёзно?       — Ага. Сосед его действительно проклял. На три дня прадед говорил в рифму. Это было ужасно.       Тэхён представил себе картину и фыркнул.       — Семейные традиции…       — Именно.       За старым комодом в углу Тэхён обнаружил… носок. Один. Шерстяной. С дыркой на пятке.       Когда он потянулся, чтобы его поднять, носок дёрнулся.       Рука замерла в воздухе.       Носок дёрнулся снова и пополз в сторону.       — ТОККИ!!!       Домовой примчался с тряпкой наперевес как рыцарь с мечом.       — Что случилось?!       — Носок. — Тэхён показал пальцем. — Живой. Ползёт.       Токки посмотрел, тяжело вздохнул и схватил носок голыми руками. Носок отчаянно задёргался, пытаясь вырваться, но домовой держал крепко, с выражением человека, который повидал в жизни слишком много.       — Это носок твоего прадеда, — сказал он устало. — Он наложил на него заклинание поиска. Чтобы не терять пару. Заклинание… переборщило. Теперь носок ищет вторую половину уже сто лет.       Тэхён моргнул.       — Где вторая половина?       — Сгорела в камине. В тысяча девятьсот двадцать третьем. — Токки сунул носок в карман передника, откуда тот продолжал слабо шевелиться. — Трагедия.       Тэхён не знал, смеяться или плакать.       — Мой прадед был гением магии или идиотом?       — Оба варианта, — философски ответил Токки, — одновременно.

***

      Ночью Тэхён лёг спать с чувством выполненного долга.       Чистая кухня. Чистая гостиная. Токки злится, но это его проблемы. Даже музыка перестала его раздражать (или он просто смирился). Да и Мисон теперь забирала зелья каждое утро — молча, кивнув с одобрением, оставляя деньги на столе. Эта рутина на удивление успокаивала.       Тэхён натянул одеяло, поставил телефон на зарядку (розетка, к счастью, работала — хоть что-то) и закрыл глаза, проваливаясь в сон под тихое потрескивание старого дома.       Что-то зашевелилось на подушке.       Тэхён перестал дышать раньше, чем успел открыть глаза.       Сначала он подумал, что это ветер. Или складка на наволочке. Или галлюцинация от усталости.       Потом оно зашевелилось снова.       Тэхён медленно открыл глаза.       На подушке в десяти сантиметрах от его лица сидел жук. Большой. Чёрный. Размером с двухрублёвую монету. С длинными усами, которые шевелились, словно жук пытался уловить запах.       И он смотрел на Тэхёна.       — Нет, — прошептал Ким, — только не это.       После медленно приподнялся на локте — и увидел ещё одного жука. И ещё. И ещё.       Они были везде. На подушке, на одеяле, на простыне. Десятки. Может, сотня. Они ползали, шевелили усами, издавали тихое шуршание, от которого мурашки бежали по спине.       Тэхён заорал и выпрыгнул из кровати, сбрасывая одеяло. Жуки посыпались на пол, как чёрный дождь. Некоторые попытались уползти, другие просто сидели как ни в чём не бывало, словно удивляясь, почему человек так нервничает.       — ТОККИ!!! — заревел Тэхён, вылетая из комнаты и перепрыгивая через двух жуков, которые ползли по коридору.       Он пролетел вниз по лестнице (чуть не споткнувшись на последней ступени) и ворвался на кухню.       Из угла донёсся смех. Тихий, довольный, злорадный.       Токки сидел на столе, попивал что-то из кружки и выглядел невероятно довольным собой. В свете свечи его борода казалась ещё длиннее, а глаза блестели от удовольствия.       — Ты, — выдохнул Тэхён, показывая пальцем на домового. — Ты. Подложил. Жуков. В мою кровать.       — Я? — Токки изобразил невинность, которая у него получалась хуже, чем у пойманного с поличным кота. — Я просто… немного скорректировал магическую защиту дома. Жуки сами решили, что твоя кровать — подходящее место для гнезда.       — Гнезда?! — голос Тэхёна поднялся на октаву. — ДЛЯ ГНЕЗДА?!       — Ну, технически да. Они безвредные. Магические, кстати. Приносят удачу.       — МНЕ НЕ НУЖНА УДАЧА В ВИДЕ ЖУКОВ В КРОВАТИ! МНЕ НУЖНА КРОВАТЬ БЕЗ ЖУКОВ!       Токки отхлебнул из кружки, явно наслаждаясь моментом. Он даже не пытался скрыть ухмылку.       — Может, в следующий раз подумаешь дважды, перед тем как трогать порядок вещей, установленный веками.       Тэхён глубоко вдохнул.       Потом ещё раз — уже через нос, потому что первый вдох вышел не успокоительным, а подготовительным к убийству.       — Ладно, — ответил он тихо, почти спокойно, — ты победил в этом раунде. Но война не окончена.       Токки усмехнулся и поставил кружку на стол.       — Я живу здесь полтора века, парень. У меня больше опыта в войнах, чем у тебя подписчиков.       — Посмотрим.       После развернулся и пошёл обратно наверх — медленно, с достоинством, насколько это возможно, когда ты в пижамных штанах с принтом в виде котиков и только что орал на домового.       Он вернулся в комнату, включил свет (магический, конечно, просто провёл рукой по руне на стене) и начал методично собирать жуков. Банка из-под печенья стала временным жилищем для насекомых. Они шуршали внутри, явно недовольные.       — Извините, ребята, — пробормотал Тэхён, закручивая крышку, из-за которой тут же послышался возмущённый стук. — Ничего личного. Но вы — биологическое оружие в моей войне с ворчуном, и я не могу этого допустить. Правила ведения магического конфликта, понимаете ли.

***

      На следующее утро Тэхён вынес банку в лес и выпустил жуков на волю.       — Живите долго и счастливо, — сказал он, наблюдая, как те разбегаются по траве. Его голос звучал устало, без привычной иронии. — И передайте своему патрону, что его урок я усвоил. Всю ночь.       После машинально почёсывал щёку. Холодное пятно от ночного прикосновения не сходило, как синяк, который виден только ему.       Когда он вернулся на кухню, домовой невинно жарил что-то на сковороде, насвистывая ту самую старинную мелодию. Услышав шаги, Токки обернулся. Его ухмылка замерла, увидев лицо Тэхёна.       — Доброе утро, — произнёс он, но теперь его тон был лишён злорадства. Скорее… оценивающим. — Ты выглядишь так, будто драконы использовали твою голову как мяч для регби.       — Ты. Монстр, — ответил Тэхён без энергии, просто констатируя факт. После сел за стол, положил голову на руки.       — Я предупреждал. — Токки перевернул омлет. — Не трогай порядок вещей. — Он подвинул тарелку к Тэхёну. — Держи. Мирное предложение. Без сюрпризов.       Тэхён посмотрел на тарелку, потом на Токки.       — Ты что-нибудь слышал? Ночью?       Домовой замер. На секунду в его глазах мелькнуло что-то старое и знающее.       — Слышал, — тихо ответил он. — Но не жуков. Старые стены иногда говорят. Особенно если их слушатель… открыт для такого разговора.       — Это была не стена. Она была в моей комнате.       Токки глубоко вздохнул и поставил сковороду в раковину.       — Ешь, — сказал он вместо ответа. — Сытый мозг лучше справляется со… странностями.       Тэхён осторожно попробовал омлет. Неожиданно вкусно. Тепло еды немного разогнало внутренний холод.       — Перемирие? — спросил он, всё ещё не отрывая взгляда от Токки.       Домовой пожал плечами, но на этот раз в его жесте была усталая покорность, а не вызов.       — Временное. Пока ты не начнёшь задавать вопросы, на которые у меня нет ответов. Или на которые есть, но я не хочу их давать.       — Справедливо, — пробормотал Тэхён, понимая, что это самое честное перемирие, на которое он сейчас способен. Он доел омлет в тишине, и только скрип половиц где-то наверху нарушал её, напоминая, что дом никогда не спит по-настоящему.

***

      Через несколько дней, когда пыль от уборки окончательно улеглась — вместе с пауками, но не с Токки, — в голове у Тэхёна осталась только одна навязчивая мысль. Та самая, из-за которой взгляд сам съезжал к восточным окнам, а пальцы без причины тянулись поправить волосы у затылка. В обед он махнул рукой и снова отправился к полигону.       Может, Чонгук будет там. Может, он хотя бы увидит его снова. Просто… чтобы убедиться, что тот реален. Что огонь, драконы и этот странный маг на грани между контролем и хаосом — не плод его воображения.       Но когда он вышел на опушку, на полигоне был другой дракон.       Ледяной.       Огромный, метров пятнадцать в длину, с чешуёй, которая переливалась от бледно-голубого к серебристому как замёрзший водопад под утренним солнцем. Крылья — прозрачные, почти стеклянные, с прожилками, похожими на трещины во льду — медленно взмахивали, и каждый взмах опускал температуру на несколько градусов. Воздух вокруг дракона мерцал морозной дымкой.       Тэхён инстинктивно запахнул куртку.       Дракон парил над полигоном, выдыхая морозное облако, которое мгновенно превращало мишени в ледяные статуи. Они блестели под солнцем, безупречные как скульптуры из хрусталя.       А на спине дракона сидел маг.       Не Чонгук.       Тэхён почувствовал разочарование — острое, неожиданное — но любопытство пересилило.       Маг был одет в тёмно-синюю форму академии — плотную, практичную, с усилительными рунами, вышитыми серебряной нитью на манжетах. Волосы платиновые, почти белые, коротко острижены по бокам, длиннее сверху. Когда он двигался, было ощущение абсолютного контроля — никаких лишних жестов, никакой суеты. Каждый шаг, каждое движение выверены до миллиметра.       Тэхён подумал: если Чонгук — это огонь и хаос, то этот маг — лёд и порядок.       Маг поднял правую руку, и Тэхён заметил серебряное кольцо на указательном пальце — широкое, массивное, с выгравированной руной, которая слабо пульсировала холодным светом. Лёд вокруг дракона сгустился, превратившись в острые шипы — тонкие как иглы, которые выстрелили вниз, пронзив оставшиеся мишени.       После рассыпались на осколки, звеня как разбитое стекло.       Тэхён присвистнул.       Дракон приземлился, и маг спрыгнул с его спины — легко, без усилий, как будто это было самым обычным делом. Он что-то сказал зверю — Тэхён не расслышал слов, но тон был… мягким? Дракон наклонил голову, и маг провёл рукой по его морде, словно гладил огромную, смертельно опасную кошку.       А потом повернулся в сторону леса.       Посмотрел прямо на Тэхёна.       — Выходи, — произнес маг. Голос негромкий, но чёткий, с лёгким акцентом, который Тэхён не мог определить. — Знаю, что ты там.       Тэхён замер. На секунду ему захотелось притвориться деревом. Или испариться. Но магия телепортации у него никогда не работала, а деревья не носят толстовки с надписью «Magically Annoying».       После медленно вышел из-за деревьев, стараясь выглядеть небрежно.       — Привет, — ответил он, засунув руки в карманы. — Просто проходил мимо.       Маг прищурился. Глаза тёмные, острые, изучающие.       — Проходил мимо боевого полигона. Второй раз за несколько дней.       — Ну… здесь красиво? — попробовал Тэхён. — Природа, свежий воздух, драконы…       У Юнги чуть дрогнуло лицо — настолько скупо, что это ещё надо было заслужить.       — Мин Юнги, — представился он, поправляя манжет с серебряными рунами так, будто у него даже ткань обязана была стоять по стойке смирно. — Инструктор. Ледяная магия.       — Ким Тэхён. Блогер. — Тэхён помялся. — Зелья и… ну, разоблачения всякие.       — Знаю, — ответил Юнги, и это прозвучало так спокойно, что Тэхён не сразу понял смысл.       — Знаешь?       — Чонгук показывал твои видео. То, где ты разнёс зелье для роста волос — смешно. Особенно момент с хроматографом, — Юнги хмыкнул. — Сказал, что ты слишком эмоциональный. Но это работает. Люди смотрят.       Тэхён моргнул. Потом ещё раз, чтобы убедиться, что правильно услышал.       — Чонгук… смотрел мои видео?       — Ага. Смеялся. — Юнги наклонил голову, изучая Тэхёна. — Сказал, что ты либо очень умный, либо очень безрассудный. Возможно, и то, и другое.       Тэхён почувствовал, как горят щёки, и мысленно приказал себе взять себя в руки.       — Это… неожиданно.       — Почему? Мы не живём в пещере. У нас тоже есть интернет, — Юнги усмехнулся. — И Инстаграм. Удивительно, да?       Тэхён попытался сохранить достоинство.       — Просто не думал, что боевые маги следят за блогами.       — Мы не следим. — Юнги сделал паузу. — Чонгук следит. Остальные просто смотрят, когда он показывает.       Дракон за спиной Юнги фыркнул, выдыхая холодный пар. Юнги обернулся, что-то сказал зверю (на языке, который Тэхён не понимал), и дракон успокоился.       — Что ты здесь делаешь на самом деле? — спросил Юнги, возвращаясь к Тэхёну. — Полигон закрыт для посторонних. И ты явно не из академии.       — Искал интернет, — честно ответил Тэхён. — Меня сослали в родовое поместье. Там нет связи. Вообще. Это как жить в девятнадцатом веке, но с электричеством.       Юнги кивнул, явно понимая проблему.       — Ловит у восточной границы, — ответил он, кивнув в сторону. — Там вышка академии. Если подойти ближе, одна-две палочки будет. Не больше.       — Спасибо, — улыбнулся Тэхён, и это прозвучало искренне.       Юнги кивнул и развернулся, собираясь уходить. Дракон поднялся на лапы, вытянул шею, хрустнул крыльями, и лёд под его когтями тонко треснул, будто полигон тоже счёл это утро слишком долгим.       Тэхён не удержался:       — Кстати… а маг на огненном драконе… он часто здесь тренируется?       Юнги остановился. Медленно обернулся.       Приподнял бровь — одну, с такой иронией, что Тэхён почувствовал себя пойманным с поличным.       — Интересный вопрос, — ответил Юнги медленно. — Для того, кто «просто проходил мимо».       Тэхён попытался выглядеть незаинтересованным. Получилось плохо.       — Просто любопытно. Огненные драконы редкость.       — Ага, — протянул Юнги, — конечно. «Любопытно». — Он сделал паузу, явно наслаждаясь моментом. — Ты приходил сюда дважды. В одно и то же время. Когда тренируются огненные маги. И оба раза стоял в одном и том же месте, пялясь на полигон, как будто смотришь сериал.       — Я не пялился…       — Пялился, — Юнги даже не улыбнулся по-настоящему; просто стал выглядеть ещё более невыносимо довольным. — Чонгук, кстати, тоже заметил. Во второй раз. — Юнги выдержал паузу ровно настолько, чтобы слова успели дойти до адресата и испортить ему остаток достоинства. — Спросил, не знаю ли я «того паренька из Инстаграмма, который пялится из-за елей как ошалевший бурундук».       У Тэхёна внутри всё оборвалось.       — Что?       — Он видел тебя. — Юнги выглядел как человек, который не специально пришёл разрушить чужой покой, но раз уж вышло — грех не довести работу до конца. — Спросил, кто это «парень с телефоном, который прячется в кустах». — Я сказал, что понятия не имею. — Пауза. — Соврал, конечно. Твоё лицо везде в Инстаграмме. Но я подумал, что если Чонгук заинтересовался, пусть сам разбирается. Спустя три года пора уже начать проявлять инициативу.       Тэхён осознал, как краснеют не только щёки, но и уши и, вероятно, вся шея.       — Я не прячусь в кустах, — попытался он защититься. — Я просто… стою за деревьями. Это разные вещи.       — Технически — да. Практически — ты сталкер.       — Я не…       Юнги поднял руку, останавливая.       — Слушай, блогер. Чонгук… сложный человек. — Юнги посмотрел в сторону, туда, где за деревьями скрывалась академия. Его насмешливый взгляд вдруг стал серьёзным, задумчивым.       — Почему ты вообще мне это рассказываешь? — не удержался Тэхён. — Мы незнакомы. Я, по твоим словам, сталкер из кустов.       Юнги снова усмехнулся, но в этот раз беззлобно, с оттенком усталости.       — Потому что Чонгук… — Он замолчал, подбирая слова. — Он лучший маг стихии, которого я знаю. Но он одинокий. Слишком одинокий. Считает, что должен таким быть.       — Почему? — прошептал Тэхён.       — Его последний партнёр умер три года назад.       Слова ударили не громко — просто выбили из него следующий вдох.       — Боевой союз. Маг и дракон. Не тот, что сейчас. Бао появился позже. — Юнги кивнул в сторону полигона, где его собственный дракон терпеливо ждал. — Не как замена. С драконами так не работает. Предыдущего Чонгук знал с детства. Взрастил из птенца. А потом… — Юнги замолчал. — Драконы живут долго, но не вечно. Когда тот умер, Чонгук закрылся от людей. Не от драконов — с ними он хотя бы не обязан был объяснять, что у него внутри. Тренируется один. Живёт один. Огонь, который не делит тепло, быстро выжигает душу. Я бы предпочёл, чтобы он заметил кого-то. Даже сталкера из кустов.       В его голосе прозвучала такая неожиданная, хрустально-чёткая забота, что Тэхён на мгновение забыл дышать. За маской льда и насмешки скрывался верный друг.       Тэхён кивнул, пытаясь запомнить каждое слово. Его первоначальное любопытство теперь отяжелело новым смыслом — это была не просто влекущая загадка, а одинокая, опалённая болью душа.       — Спасибо, — сказал он, и в его голосе не было иронии.       — Не за что. — Юнги развернулся, но через пару шагов остановился и обернулся. — И да. Прекрати прятаться в кустах. Это жалко. Для блогера с двенадцатью миллионами подписчиков.       — Я не прячусь!       — Конечно, — Юнги покачал головой, но в глазах искрилось веселье. — Хотя Чонгук обычно не замечает зрителей. Ты первый, кого он увидел за полгода. — Пауза. — Может, ты не так незаметен, как думаешь.       Под кожей у затылка коротко отозвалось тепло — резко, предательски, будто магия услышала имя Чонгука раньше, чем Тэхён успел сделать вид, что ничего не происходит.       Юнги заметил. Конечно, заметил. В его взгляде мелькнуло понимание — быстрое, острое, и он усмехнулся.       — Ага, — протянул он, — так я и думал.       После ушёл, не дожидаясь ответа. Дракон поплёлся за ним, оставляя за собой морозный след на траве.       Тэхён постоял, глядя им вслед.       — Отлично, — пробормотал он. — Теперь все знают, что я сталкер. Замечательно. Моя репутация в безопасности.       Но хотя бы он узнал, где ловит интернет. И когда тренируется Чонгук. И что тот, оказывается, смотрел его видео.       Смеялся.       На его лице мелькнула тень улыбки.       — Ярмарка, — произнёс он вслух. — Конец месяца. Официально. Как нормальный человек.       После развернулся и пошёл к восточной границе полигона, туда, где, по словам Юнги, ловил интернет.

***

      Следующие дни Тэхён провёл в попытках вернуться к контенту.       Без нормального интернета снимать и выкладывать видео было сложно, но он нашёл выход: снимал в поместье, сохранял на телефон, а потом ходил к границе полигона, где ловило хотя бы немного связи, и загружал всё разом.       Это занимало время, но работало.

***

      Однажды утром он поставил телефон на стопку пыльных книг в подвале, включил запись и присел перед котлом.       — Итак, друзья, — произнёс он в камеру, широко разводя руками. — Это котёл. Ему примерно сто лет. Может, больше. Работает на рунах, которые никто уже толком не использует. И знаете, что самое странное? — Тэхён наклонился ближе, понизил голос, как будто делился секретом. — Он всё ещё работает. Идеально.       После постучал пальцем по краю котла.       — Смотрите, руны активации вырезаны вручную — видите эти линии? — Он провёл пальцем по одной из них, и руна вспыхнула тёплым золотистым светом. — Они идеально симметричны. Сейчас так уже не делают, потому что это долго, сложно и требует настоящего мастерства. Это не массовое производство. Это искусство.       Из-за кадра послышалось довольное ворчание Токки:       — Наконец-то сказал что-то умное!       Тэхён не сдержал усмешки.       — У нас тут технический консультант. Очень ворчливый, но справедливый. — После вернулся к котлу. — А теперь магия. Я добавлю воду, и котёл сам доведёт её до нужной температуры. Без огня. Без электричества. Просто руны и… ну, физика? Магическая физика.       — Это не физика, это искусство! — возмутился Токки откуда-то сверху.       — Консультант не согласен, — прокомментировал Тэхён в камеру. — Но суть в том, что это работает. Сто лет. Без поломок. А ваша кофеварка сколько живёт? Год? Два? Вот именно. — После залил воду в котёл, и через несколько секунд от поверхности начал подниматься лёгкий пар. — Видите? Магия. Или технология. Или и то, и другое. Граница размыта.       Тэхён выключил запись, сохранил видео и довольно кивнул.       — Неплохо, — пробормотал он. — Образовательный контент. Подписчики оценят.       Токки спустился по лестнице, держа в руках тряпку.       — Ты действительно считаешь это физикой? — спросил он с лёгкой обидой в голосе.       — Я считаю это крутым, — честно ответил Тэхён. — И хочу, чтобы люди знали, что старая магия — это не пыль и легенды. Это реальная сила, которая работает.       Токки помолчал, потом кивнул.       — Ладно. Это справедливо. — После вытер руки о передник. — Но всё равно это не физика.       — Договорились. — Тэхён прокашлялся, скрывая смешок.

***

Видео: «Гобелены, которые смотрят на тебя с осуждением»

      Тэхён стоял перед огромным гобеленом в гостиной, на котором был изображён его прапрадед в традиционном ханбоке, с выражением лица человека, который разочарован во всём человечестве.       — Это мой предок, — произнёс Тэхён в камеру, указывая на гобелен. — Не знаю его имени, но я уверен, что он был душой компании. Видите этот взгляд? Это взгляд человека, который хотел бы отчитать тебя за каждый твой жизненный выбор.       После повернулся к гобелену.       — Извини, прапрадед. Я разочаровал род. Но у меня двенадцать миллионов подписчиков, так что технически я успешен. — Пауза. — Он не выглядит убеждённым.       Из-за кадра послышался смешок Токки.       Тэхён продолжил:       — Эти гобелены висят здесь больше века. Магия консервации не даёт им выцветать. Видите, как чёткие цвета? Это не просто ткань. Это память. История. — Он провёл рукой рядом с гобеленом, не касаясь. — И они действительно смотрят на тебя. Я проверял. Куда бы я ни шёл, взгляд следует. Это либо магия, либо оптическая иллюзия, но эффект жуткий.       После выключил запись, сохранил и посмотрел на экран.       — Неплохо, — пробормотал он, — атмосферно.

***

      Ещё он снял попытку приготовить ужин на чугунной плите, которая едва не сожгла яичницу, пока Токки за кадром комментировал его «бездарность».

***

      Тэхён дошёл до восточной границы — той самой, про которую говорил Юнги. Там действительно ловило. Две палочки. Почти роскошь.       После выложил все три видео разом, добавил хештеги (#магия #старыетехнологии #поместье #жизньвссылке #котёлстолетия) и отправил в сеть.       Пока видео загружались, Тэхён стоял, глядя в сторону академии, скрытой за деревьями.       Чонгук смотрел его видео. Смеялся.       Комментарии начали прилетать почти сразу:       @moonchild_95: «НАКОНЕЦ-ТО! Мы думали, ты пропал навсегда!»       @witchy_vibes: «Котёл топ! Хочу такой же! Где купить?»       @taejoon_forever: «Домовой реален??? Покажи его!!!»       @fire_and_ice_magic: «Знаю это поместье. Рядом с академией, да? Круто!»       Тэхён машинально листал ленту, и вдруг один комментарий заставил его замереть.       @moonchild_tarot (Луи, его главная конкурентка, вечно строящая из себя всезнающую провидицу, и друг, которая никогда этого не признает):       «Тэхён, что ты творишь? Куда делся твой яд? Раньше ты разоблачал. Теперь ты… показываешь. Это другое. Лучше? Хуже? Не знаю. Но ты не тот, кем был два месяца назад. Что там, в той глуши, случилось? Ты точно жив? Или это его призрак ведёт блог?»       Тэхён уставился на экран. Пальцы на секунду зависли над клавиатурой.       Она была права. Абсолютно права. Он это понял только сейчас, прочитав её слова. Раньше бы он снял это всё с сарказмом, достойным высшей лиги:       «Смотрите, древний чайничек моих прабабок. Они, наверное, думали, что Wi-Fi — это вид порчи». Его миссией было разбирать, а не собирать.       А сейчас… Сейчас он снимал с уважением. С любопытством, лишённым насмешки. Он хотел показать, что это красиво. Что это работает. Что эти пыльные артефакты — не смешные реликты, а часть чего-то большего. Часть его.       Он набрал ответ, задумался и стёр. Набрал снова, уже медленнее:       «Может, я просто начал понимать, что не всё, что старое и странно пахнет, автоматически плохое. Даже если оно покрыто вековой пылью и пахнет нафталином и разочарованием. Скажи честно, ты ревнуешь к моей атмосферной пыли?»       Отправил.       Через минуту пришёл ответ. Один. Точный, как выстрел.       «Взросление? В твоём-то возрасте? Позор семье профессиональных циников. Но гобелен с осуждающим прадедом — это сильно. Держи нас в курсе, бурундук.»       Тэхён фыркнул. Улыбка сама пришла на лицо. Луи, как всегда, попала не просто в яблочко, а разбила мишень вдребезги, при этом сделав вид, что просто чихнула.       Он посмотрел на экран. 50 тысяч просмотров на видео с котлом. 35 тысяч на гобеленах. 28 тысяч на плите.       Пятьдесят тысяч раньше хватило бы на сторис, самодовольную подпись и минут десять приятного шума в голове.       Теперь цифры просто легли в угол сознания — аккуратные, полезные и почему-то не главные.       Тэхён убрал телефон.

***

      Когда вернулся в поместье, Токки сидел на кухне, попивая чай и листая какую-то старую книгу.       — Ну как? — спросил домовой. — Загрузил свои видео?       — Ага. — Тэхён бросил рюкзак на стул и сел напротив. — Подписчики живы. Даже скучали.       — Конечно, скучали. Ты им нравишься. — Токки отхлебнул чай. — Хотя понятия не имею, почему.       Тэхён скептически скривил губы.       — Это называется харизма.       — Это называется удача.       — Справедливо.       Токки закрыл книгу и посмотрел на Тэхёна.       — Ты стал спокойнее, — сказал он задумчиво. — Когда приехал, ты был как… натянутая струна. Всё время в телефоне, всё время куда-то спешил. А сейчас… — Он пожал плечами. — Не знаю. Другой.       Тэхён задумался.       — Может, это место действует так на меня, — ответил он. — Или отсутствие интернета. Или жуки в кровати научили меня смирению.       — Жуки точно помогли, — согласился Токки с довольным видом.       Тэхён хмыкнул, после схватил рюкзак.       — Ладно. Пойду спать.       — Спокойной ночи, — ответил Токки. — И не волнуйся. Жуков больше не будет.       — Обещаешь?       — Обещаю, — пауза, — если ты не натворишь что-нибудь ещё.       — Я постараюсь.

***

      Тэхён поднялся по лестнице, зашёл в свою комнату и лёг на кровать.       Закрыл глаза.       Сон не шёл.       Он лежал в темноте, глядя в потолок, а слова Юнги снова и снова возвращались в одну и ту же точку, сколько бы Тэхён ни переворачивался.       «Чонгук показывал твои видео. Смеялся.»       Тэхён перевернулся набок, уткнулся лицом в подушку. Не помогло. Мысли никуда не делись.       «Сказал, что ты слишком эмоциональный. Но это работает. Люди смотрят».       Волосы у корней потеплели — предательски, без спроса, как будто его собственная магия решила напомнить: «Эй, помнишь того мага на драконе? Того, чьё лицо ты толком не видел? Так вот, мы всё ещё о нём думаем. Постоянно. Без перерыва. Пожалуйста, продолжай страдать».       Прекрасно.       Даже собственная магия записалась в фан-клуб Чон Чонгука. Без согласия владельца, конечно.       Он попытался рационализировать. Это просто любопытство. Профессиональный интерес. Материал для будущего контента. Боевые маги — это же интересная тема, да? Драконы — это круто. Огонь — это эффектно. Ничего личного. Абсолютно ничего.       Тело не слушало. Магия не слушала. Они обе были заняты тем, что гудели в унисон каждый раз, когда он вспоминал силуэт в чёрном на фоне пламени.       «Ты первый, на кого он обратил своё внимание за полгода.»       Тэхён сел, провёл рукой по волосам и тут же убрал ладонь, будто поймал себя на чужой привычке. Проверять там было нечего: жар никуда не делся, сидел под кожей у затылка — упрямый, наглый и совершенно не заинтересованный в том, чтобы помочь владельцу сохранить остатки достоинства.       Телефон лежал на тумбочке экраном вверх.       Комментарии, статистика, завтрашний контент — всё было там, в чёрном стекле, послушное, числовое, почти приличное. Достаточно протянуть руку, открыть приложение, снова стать человеком, у которого есть графики, охваты и план публикаций.       Тэхён посмотрел на него.       Рука осталась на одеяле.       Потому что никакие цифры не могли объяснить то, что он чувствовал. Это нельзя было измерить в просмотрах, лайках или комментариях. Это было что-то другое. Что-то, для чего у него не было метрик и аналитики.       Он снова лёг, закрыл глаза. «Чон Чонгук». Имя обожгло изнутри. Не метафорически. На тыльной стороне ладони, там, где он вчера бессознательно провёл пальцами, выступило лёгкое розовое пятно как от близкого жара костра.       Тэхён поднял руку перед лицом в темноте. Он почти чувствовал исходящее от кожи тепло.       Это было… неправильно. Его магия — водная, травяная, успокаивающая. Она лечила, а не жгла. Она не должна была отвечать на силу другой стихии своим подобием. Она не должна была гореть.       Но резонанс, как и огонь, не спрашивал разрешения и не следовал правилам.       Он вспомнил слова Токки, произнесённые за ужином:        «Резонанс — это когда магия одного откликается на магию другого. Редкое явление».       А что, если это отклик — не просто чувство? Что, если это собственная магия, уставшая от его отрицаний и рационализаций, буквально пытается… дотянуться? До того далёкого пламени, которое она почувствовала на расстоянии в полполя?       Тэхён медленно провёл пальцем другой руки по розовому пятну. Кожа была чуть теплее, чем вокруг, упругая как заживающий ожог первой степени. Оно не болело. Просто… существовало. Как отметина. Как беззвучное напоминание от его собственной сути о том, что он отчаянно пытался игнорировать.       «Три дня до ярмарки», — подумал он, и мысль прозвучала в тишине комнаты с отчетливостью приговора.       Пятно слабо, едва уловимо, пульсировало в ответ. Один раз. Будто эхо.       Его магия — та самая, что всю жизнь считала капли в зельях и круги в ритуалах, — теперь отсчитывала дни.