Город просто погас, и остался лишь он

Когда ты впервые увидела своего нового соседа — высокого, красивого, с очаровательными ямочками на щеках, — в груди у тебя что-то приятно дрогнуло. Ты только что переехала, всё вокруг казалось чужим и непривычным, и вдруг среди этого однообразия появился кто-то, на кого хотелось смотреть. Когда он улыбнулся тебе в вестибюле, ты могла бы поклясться, что в голове зазвенели невидимые колокольчики, а где-то на фоне запели птицы. В следующий раз ты заметила его у стойки с посылками, когда забирала коробки для своего этажа, и тут же оживилась, решив, что это, возможно, тот самый шанс наконец узнать его имя. — О, привет! Не мог бы ты подержать дверь? — окликнула ты, неловко балансируя с коробками в руках и торопясь вперёд, уже почти улыбаясь в предвкушении. Но всё пошло совсем не так, как ты ожидала. Он посмотрел на тебя так, будто ты сделала что-то недопустимое, что-то раздражающее, а затем, не сказав ни слова, нажал кнопку, которая явно не удерживала двери открытыми — и те захлопнулись прямо у тебя перед носом. Ты застыла на месте, уставившись на металлические створки, не в силах поверить в происходящее. — Это сейчас что было?.. — выдохнула ты в пустоту, чувствуя, как внутри поднимается возмущение. Серьёзно, кто вообще так делает? Неужели этот тип решил, что он слишком хорош, чтобы ехать с тобой в одном лифте? Ты раздражённо фыркнула. Ну конечно. Такой красавчик наверняка никогда не утруждал себя тем, чтобы быть нормальным человеком. Вздохнув, ты нажала локтем кнопку вызова лифта и осталась ждать. Постепенно раздражение стало стихать, уступая место сомнениям, и ты нехотя попыталась взглянуть на ситуацию иначе. Может быть, всё не так однозначно? Вдруг ему срочно нужно было… ну, например, в туалет, и он просто выглядел злым, потому что ему было плохо? Возможно, в следующий раз он извинится. *** Но в следующий раз он не извинился. Более того, когда вы снова столкнулись, его взгляд показался тебе ещё более холодным и раздражённым — и, словно издеваясь, он снова захлопнул двери лифта прямо перед тобой. Это было уже слишком. Ты не собиралась молча терпеть такое отношение, и с тех пор при каждом удобном случае начала отвечать тем же. Было странное, почти детское удовлетворение в том, чтобы видеть, как на его лице появляется то же раздражение, когда двери закрываются у него перед носом. Маленькие, глупые победы — но ты ими наслаждалась. Он сам напросился. Неужели он и правда думал, что его внешность даёт ему право вести себя как последний придурок? В один из дней ты задержалась на работе допоздна, исправляя чужие ошибки, и к вечеру была совершенно вымотана. Единственное, о чём ты мечтала, — это снять обувь, избавиться от давящего лифчика, включить музыку и позволить себе хотя бы немного расслабиться, не думая ни о чём, кроме тишины. Разумеется, вселенная решила иначе. Когда ты вошла в вестибюль, он уже стоял у лифта — и на его лице играла эта самодовольная, раздражающая ухмылка, пока он нажимал кнопку закрытия дверей. Ты стиснула зубы, чувствуя, как внутри снова вспыхивает злость, и бросила на него самый ледяной взгляд, на который только была способна. Ни за что ты не собиралась доставлять ему удовольствие видеть, что он тебя задел. Двери закрылись. Ты нажала кнопку вызова — и только тогда заметила табличку: второй лифт не работает. Пришлось ждать. Ждать, пока этот невыносимый тип доедет до своего этажа, пока лифт вернётся, пока секунды будут тянуться, как назло, бесконечно долго. Мелочь — но именно такие мелочи иногда и ломают окончательно. Что-то внутри тебя дрогнуло. И прежде чем ты успела это остановить, по щекам уже текли горячие слёзы. Ты поспешно вытерла их, глубоко вдохнула, стараясь взять себя в руки. Если уж приходится ждать, можно хотя бы занести оставшиеся пакеты наверх — не оставлять же их здесь. Стоя у лифта, ты невольно думала о том, как вообще можно быть настолько неприятным человеком. *** — Боже, у меня опять украли посылку, — простонал Намджун, делая глоток виски. Пятничный вечер, наконец-то свободный после нескольких напряжённых недель, должен был приносить облегчение, но вместо этого его всё ещё раздражала эта странная соседка. Серьёзно, что с ней не так? Неужели она решила, что может спокойно таскать чужие посылки только потому, что выглядит привлекательно? — Опять? — удивился Чимин, поднимая брови. — А что говорит управляющая компания? Намджун нахмурился. — В смысле? Чимин, живший в том же здании, но на другом этаже, склонил голову набок. — Ну… тебе разве не приносят посылки наверх? Девушка, которая обслуживает наш этаж, даже аккуратно раскладывает всё по полкам. Намджун замер, пытаясь осмыслить услышанное. О чём он вообще говорит? Единственный человек, которого он видел с кучей коробок в руках, была… — Она, кстати, очень милая, — продолжал Чимин с лёгкой улыбкой. — Всегда улыбается. Нет. Это точно не она. Та девушка, которую он знал, смотрела на него исключительно с раздражением, если не с откровенной злостью. Да, она была привлекательной — даже слишком, — но её характер, мягко говоря, не располагал. — О, кстати, вот и она! — вдруг оживился Чимин, вскакивая и махая кому-то за спиной Намджуна. — Привет! Намджун, обернулся и почувствовал, как у него неприятно сжался желудок. Это была ты. Ты замерла, встретившись с ним взглядом, явно не меньше поражённая, чем он сам, и на секунду между вами повисло напряжение, от которого стало трудно дышать. На тебе были обычные джинсы, облегающий топ и туфли на каблуках — ничего особенного, и всё же в этом было что-то притягательное. Но улыбка, появившаяся на твоём лице, исчезла так же быстро, как только ты узнала его. — Это мой друг Намджун! — беззаботно продолжал Чимин, будто не замечая ничего странного. — Он тоже живёт в нашем доме. Намджун, это она — та самая, которая помогает с посылками. Ты слегка натянуто улыбнулась, избегая его взгляда. — Я просто отношу их на наш этаж, — тихо пояснила ты. — Мне всё равно по пути. Но стоило тебе посмотреть на Чимина, как выражение твоего лица смягчилось, стало тёплым, почти нежным — и это только усилило неприятное чувство в груди Намджуна. — Тогда я просто обязан угостить тебя, — засмеялся Чимин, приглашая тебя присесть. — Не нужно, — ответила ты с лёгким смехом, от которого у Намджуна что-то болезненно сжалось внутри. — Я всё равно скоро пойду домой. — Одна? Слово вырвалось у него прежде, чем он успел подумать. Ты удивлённо посмотрела на него, и он, прочистив горло, отвёл взгляд, чувствуя, как щёки заливает тепло. Несмотря на то, что дом был рядом, мысль о том, что ты пойдёшь одна так поздно, почему-то ему не понравилась. — Да? Здесь же недалеко, — настороженно ответила ты, явно ожидая подвоха. Он замялся, а затем, собравшись с духом, сказал: — Может, останешься? Выпьешь с нами, а потом пойдём вместе. Но вместо того чтобы согласиться, ты напряглась, и твоя улыбка исчезла. — Зачем? — холодно спросила ты. — Чтобы ты снова захлопнул передо мной дверь лифта? Щёки Намджуна вспыхнули, а Чимин растерянно переводил взгляд с одного на другого. — Нет, спасибо, — добавила ты устало. — С меня на сегодня достаточно. Увидимся, Чимин. И, развернувшись, ушла, оставляя после себя тяжёлое, неприятное чувство. — Что это было? — нахмурился Чимин, глядя на Намджуна. Тот вздохнул и, чувствуя, как нарастает стыд, начал рассказывать — всё, с самого начала: как решил, что ты воруешь посылки, как захлопнул дверь лифта, как вы начали отвечать друг другу тем же. К концу рассказа Чимин смотрел на него с открытым ртом. — Джуни… — медленно произнёс он, потирая лоб. — Я, честно говоря, в шоке. Это совсем на тебя не похоже. Намджун поморщился. Он всегда считал себя более зрелым, более спокойным, выше подобных мелочных разборок. Очевидно, он сильно переоценил себя. — Надеюсь, ты в последнее время не натворил ничего ещё хуже, — задумчиво добавил Чимин. — У неё, кстати, тяжёлая неделя была… Я вчера видел, как она плакала в вестибюле. И в этот момент Намджун окончательно понял: он действительно полный идиот. *** Ты только что вернулась домой и, не раздеваясь, рухнула лицом в диван, надеясь хотя бы на несколько минут забыться в тишине, когда внезапный, настойчивый стук в дверь грубо вырвал тебя из этого короткого покоя. Со стоном ты заставила себя подняться, чувствуя, как усталость тянет вниз каждое движение, и, подойдя к двери, посмотрела в глазок. Какого чёрта? Ты на всякий случай защёлкнула цепочку и только потом осторожно приоткрыла дверь, с явным сомнением глядя на стоящего перед тобой Намджуна. — Чего ты хочешь? — спросила ты настороженно, не сводя с него взгляда. Он выглядел странно. Слишком радостным, почти сияющим — таким ты его ещё не видела, и тебе пришлось напомнить себе, что перед тобой не золотистый ретривер, каким бы трогательным он ни казался с припудренным мукой носом и этими предательскими ямочками на щеках. — Я испёк печенье, — объявил он с воодушевлением, и только тогда ты заметила бумажную тарелку в его руках, прикрытую помятой фольгой. — В качестве извинения за то, как я с тобой себя вёл. Твои брови медленно поползли вверх, и ты недоверчиво перевела взгляд за его плечо, словно ожидая увидеть скрытую камеру. Откуда вдруг такой поворот? Что это — резкое прозрение или просто совпадение с тем, что его друг оказался твоим соседом? Намджун, заметив твою реакцию — точнее, её отсутствие, — слегка поник и неловко переступил с ноги на ногу. — Эм… я просто… хотел сказать, что вёл себя как полный придурок, — начал он, прикусывая губу и выглядя до смешного смущённым. — Это прозвучит глупо, но… когда я увидел тебя с коробками, я подумал, что ты воруешь посылки. Несколько секунд ты просто смотрела на него, не в силах даже моргнуть. — Ты решил, что я ворую кучу посылок в доме, где сама живу, при том что вокруг полно людей? — медленно переспросила ты, и в голосе твоём сквозило чистое недоверие. Он покраснел, откашлялся и отвёл взгляд. — Ну… если так формулировать… — пробормотал он, явно осознавая всю нелепость своих слов. — Я просто… прости. Правда прости. Я надеялся, что мы могли бы… начать сначала. Он посмотрел на тебя с такой искренней надеждой, что внутри что-то невольно дрогнуло. Когда ты сняла цепочку с двери, тебе даже на секунду показалось, будто у него за спиной сейчас замашет невидимый хвост. — Ладно, — выдохнула ты, не удержав лёгкой улыбки, когда он тут же оживился. Эти ямочки на щеках были опасным оружием — с ними было почти невозможно злиться всерьёз. — Я — не ворую посылки, приятно познакомиться. Ты протянула ему руку. Он рассмеялся — тихо, низко, так, что у тебя что-то откликнулось где-то глубоко внутри, — и с готовностью пожал её. — А я Намджун, идиот, который делает поспешные выводы, — сказал он, и от его улыбки ямочки стали ещё заметнее. В следующий момент ему пришлось поспешно отпустить твою руку, чтобы поймать опасно накренившуюся тарелку с печеньем, и он с лёгкой паникой протянул её тебе. Ты рассмеялась и приняла угощение, чувствуя, как внутри поднимается неожиданное тепло. Попрощавшись с соседом — теперь уже, пожалуй, просто горячим, но не таким уж и ужасным, — ты отнесла тарелку на кухню и, приподняв фольгу, задумчиво уставилась на печенье. В конце концов, одно перед ужином — это ведь не преступление. Или два, если очень захочется… Ты откусила кусочек — и тут же с отвращением выплюнула его в раковину. Что. Это. Вообще. Такое. *** Намджун: Хён! Сработало! Джин: Подожди, ты правда испёк печенье? Намджун: Да! Идеально получилось! Не подгорело, и всего пару яиц разбилось! Джин: Я впечатлён. А на вкус как? Намджун: …о чёрт *** Второй раз за вечер твой покой нарушил стук в дверь — на этот раз ещё менее желанный. Ты даже не стала смотреть в глазок. — И что на этот раз? — мрачно бросила ты, не открывая. — Орео с зубной пастой? Стук мгновенно прекратился, и за дверью раздался тихий, почти виноватый голос: — О… ты уже попробовала… — К сожалению, — коротко ответила ты, скрестив руки, изо всех сил стараясь не поддаться его жалобному тону. — Я надеялся, что ты ещё не успела, — пробормотал он. — Я… забыл сам попробовать, прежде чем отдать тебе. Теперь в его голосе звучало не только раскаяние, но и странная сдавленность, словно ему не хватало воздуха. — Ты поднялся сюда только чтобы предупредить меня? — удивлённо спросила ты и, не удержавшись, открыла дверь. На пороге стоял растрёпанный Намджун, согнувшийся, упираясь руками в колени и тяжело дыша. — Да… я не стал ждать лифт, — выдохнул он, покраснев от усилия. — Прости, я, вообще-то, ужасный повар… но думал, что в этот раз у меня получилось. Ты невольно улыбнулась, представив, как он сначала пробует своё же печенье, а потом в панике несётся вверх по лестнице, чтобы тебя остановить. Какой же он всё-таки неуклюжий. Неуклюжий и до смешного очаровательный. — Хочешь воды? — спросила ты мягче, отступая в сторону, чтобы впустить его. — Это было бы идеально, — благодарно ответил он, заходя внутрь. Ты заметила, как по его виску скатываются капли пота, и поймала себя на мысли, что вблизи он выглядит ещё лучше. Предложив ему сесть на диван, ты отправилась за стаканом воды, а когда вернулась, он уже держал в руках книгу, оставленную тобой на кофейном столике. — О, ты читаешь Мураками? — спросил он, разглядывая обложку. — Я ещё не добрался до этой. Как она? Ты поставила перед ним стакан и села рядом, оставляя между вами приличное расстояние. — Только начала, — ответила ты. — Но мне нравится, как он пишет об одиночестве и близости… хотя, честно говоря, иногда кажется, что женщины у него существуют только как дополнение к мужским персонажам. — К сожалению, да, — усмехнулся Намджун, и на его щеках снова появились те самые ямочки. — Ты часто читаешь? Ты откинулась на спинку дивана и тихо вздохнула. — Стараюсь… но уже не так, как раньше. Иногда после работы я настолько вымотана, что могу только лежать и просто существовать. — Но ты всё равно носишь посылки на свой этаж? — удивлённо спросил Намджун, поворачиваясь к тебе всем корпусом и словно сосредотачивая на тебе всё своё внимание. Ты изо всех сил старалась не смотреть на то, как под простой белой футболкой напрягаются грудные мышцы, но между его лицом и телом не находилось ни одной безопасной точки, куда можно было бы отвести взгляд. — Это ведь совсем несложно, — пожала ты плечами, стараясь говорить как можно непринуждённее. — Почему бы и нет, если это не требует усилий? — Большинству людей такое даже в голову не приходит, — мягко ответил он, не отводя от тебя взгляда, и от этой прямоты у тебя невольно вспыхнули щёки. — Ты хороший человек. — Я… это не так уж важно, — пробормотала ты, чувствуя, как внутри что-то отзывается на искренность в его голосе. Слишком. Это было слишком. Ты поспешно попыталась сменить тему, потому что его улыбка действовала на тебя почти опасно. — Кстати, как тебе удалось так эффектно испортить печенье? Вопрос сработал: его взгляд наконец оторвался от твоего лица, и Намджун слегка покраснел, уставившись на свои колени. — Я… честно говоря, сам не понимаю, — смущённо пробормотал он, и ты едва сдержала тихий смешок — настолько это было мило. — Ты… вообще следовал рецепту? — осторожно уточнила ты, наблюдая, как его румянец становится только ярче. — Я… да, но… — он замялся, огляделся по сторонам, будто ища спасения, и в итоге схватил стакан с водой, делая большой глоток. Ты поймала себя на том, что следишь за движением его горла, и поспешно отвела взгляд. — Но? — настойчиво переспросила ты, уже не скрывая улыбки. — Я просто подумал… разве больше ванильного экстракта не сделает вкус лучше? — почти жалобно признался он. Ты прикрыла рот рукой, чтобы не расхохотаться вслух. — О боже, только не говори, что ты правда так сделал, — выдохнула ты, не выдержав и всё-таки прыснув со смеху. Его обиженно надутые губы выглядели настолько трогательно, что внутри у тебя что-то мягко потеплело. — И, кстати, на вкус было так, будто ты перепутал соль с сахаром. — Чёрт… — простонал он, откидываясь назад так, что его тело странно изогнулось на диване: ноги всё ещё стояли на полу, а спина уже лежала на подушках. Его колени коснулись твоих, и он поспешно выпрямился с извиняющимся выражением лица, но ты уже не могла остановиться — смех вырывался сам собой. — Мой друг, который дал мне рецепт, был в шоке уже от того, что я ничего не сжёг, — вздохнул Намджун, но по его лицу было видно, что он скорее рад твоей реакции, чем смущён. — Ты… ты правда не умеешь готовить, да? — фыркнула ты, чуть придвигаясь ближе, так что твоё плечо коснулось его. — Я типичный холостяк, — с лёгким вздохом признался он, закидывая руку на спинку дивана позади тебя. От этого простого жеста у тебя снова сбилось дыхание — слишком уж естественно он сочетался с тем, что Намджун только что сказал. — Значит, нет никого, кто мог бы тебя научить? — поддразнила ты, ещё немного сокращая расстояние между вами. Он посмотрел на тебя так тепло, что у тебя внутри всё затрепетало. — Нет, — тихо ответил он, и его рука осторожно соскользнула вниз, едва касаясь твоего плеча, будто он до последнего не был уверен, что ты позволишь. — Похоже, тогда мне придётся пригласить тебя на ужин, — улыбнулась ты, не скрывая лёгкого удовольствия, когда его глаза загорелись. — А у тебя есть кто-то, кому это может не понравится? — уклончиво спросил он, и на его щеках снова появились эти коварные ямочки. Намджун чуть подался вперёд, не отрывая взгляда от твоих губ, а его рука медленно опустилась к твоей талии, притягивая тебя ближе. Ты не стала сопротивляться. — Единственная, кто расстроится, если ты откажешься, — это я, — тихо ответила ты, с лёгкой усмешкой цепляясь пальцами за его рубашку и притягивая его к себе. Его губы оказались тёплыми — даже мягче, чем ты ожидала, — и ты невольно выдохнула, растворяясь в этом ощущении, в его близости, в тепле его тела. Где-то глубоко в его груди сорвался тихий стон, от которого по твоей коже пробежали мурашки, и ты, не удержавшись, слегка прикусила его нижнюю губу. — Знаешь, — пробормотала ты, отстраняясь с тихим смешком, хотя внутри уже разгоралось знакомое тепло, — сначала я думала, что ты просто горячий засранец. — Ну… засранцем я точно был, — признал он, всё ещё глядя на твои губы, и вдруг замер. — Подожди… горячий? Ты фыркнула, одарив его многозначительным взглядом. Он покраснел ещё сильнее — и это было почти невозможно не заметить. — Ты себя вообще видел? — поддразнила ты, положив руки ему на плечи. — Нет, — тихо ответил он, — я был слишком занят тем, что смотрел на тебя. Теперь уже ты растерялась. — Ха… — выдавила ты неловко, мысленно ругая себя за внезапную неспособность связно мыслить. Роли явно поменялись слишком быстро. Чтобы окончательно не растеряться, ты поспешно встала. — В любом случае… я пойду готовить ужин. Ты сказала это слишком быстро, надеясь, что он не заметит, как сильно влияет на тебя. — О! Давай я помогу! — тут же оживился он, пытаясь подняться следом. Но ты тут же толкнула его обратно на диван. — Ради всего святого, не надо, — рассмеялась ты и, смягчая слова, легко коснулась губами его носа. — Просто сиди здесь и выгляди красиво. Этого уже достаточно. Намджун улыбнулся — тепло, почти ласково, — и устроился поудобнее, глядя на тебя так, что ты на секунду засомневалась, сможешь ли вообще сосредоточиться на готовке. — Как скажешь.