Рассвет

      Самое напряжённое время было позади. Остались лишь мелкие дела, которые все коллективно отложили на завтра. Заезд должен начаться через пятнадцать минут.       — Ты уверен? — Кевин чуть хмуро взглянул на Эндрю.       — Да, да. Не зря же я пёрся в такую даль.       — Но в честь чего вообще...       — Не душни, — отмахнулся Эндрю.        Кевин недовольно поджал губы, но пытаться давить глубже не стал.        — Ладно, хрен с тобой. — Он передёрнул плечами. — Поехали. Только сам говори об этом Ваймаку, я тебе не почтовый голубь.       — Ага, ты осел, а не голубь, — равнодушно хмыкнул Эндрю.       У Кевина дёрнулась бровь, он громко фыркнул.        — Ой, да пошёл ты.        — Уже спешу.       Нил проводил гонщиков взглядом. Эндрю, перед тем как скрыться из его поля зрения, обернулся. Нил тут же опустил глаза, сделав вид, что ищет что-то очень важное в своей сумке.        — Давайте, живее собирайтесь. Нам нельзя опоздать.       Голос Ваймака заставил Нила вздрогнуть. Он слишком глубоко погрузился в мысли об эти двоих, совсем позабыв, что собирает вещи.        — Да, я сейчас. — Нил тряхнул головой, стараясь выбросить из неё все лишние мысли.        — Будешь смотреть на заезд? — спросила Элисон, поправляя длинное пальто.        Она уже успела скинуть рабочую одежду и уложить волосы. Они лежали на её плечах идеальными золотистыми волнами.       — Тебе бы тоже не помешала небольшая укладка, — заметила Элисон, разглядывая торчащие во все стороны волосы Нила.        — Да наверное, — усмехнулся он, рефлекторно касаясь своей головы, проверяя, настолько ли всё плохо.       — О боже, ладно. Иди сюда.       Нил сделал пару шагов ей навстречу. Девушка выудила из небольшой, но удивительно вместительной сумочки, тюбик с чем-то, что пахло взбитыми сливками. Пару раз встряхнула его и ей на руку упала горка пенки.       — Пойдём уже. — Сет недовольно наблюдал за происходящим, стоя у выхода. Его полные неприязни серые глаза царапнули спину Нила.        — Ага, — хмыкнула Элисон, шустро проведя по волосам Нила, — Всё, давай, удачи тебе.       Она махнула ему рукой и поспешила к выходу, за ней вышел и Сет.        Нил неуверенно потрогал свои волосы, они действительно больше не торчали.       — Как думаешь, кто сегодня будет?       — Да, Кевин, ты же знаешь, Эндрю от трассы нос воротит уже который год.       Мимо него прошли Рене и Дэн. Мэтт курил где-то на улице, в ангаре остался только он.        Нил поспешно накинул на плечи потрёпанную куртку и вышел вслед за ними. На небе уже взошла луна, ночной воздух приятно кольнул его за нос.        Ваймак водил микроавтобус, на котором и возил их. Гонки проходили в разных местах, в разное время, а она должны были везде успеть.        Трасса, на которой проходила эта гонка, и трассой то не была. Простой район недостроев, где пустые, серые многоэтажки возвышались над головой.        Организаторы поставили своеобразные ограждения на перекрестках и поворотах. Яркие таблички "Мокрый пол" и "Осторожно сосульки" стояли тут и там, закольцовывая саму дорогу.       Они же расставили освещение, которое на деле не очень-то помогало. Лунный свет, и тот был ярче этих гирлянд вдоль импровизированной трассы.        Зрители расположились на тротуарах. Но были и те, кто пошустрее, они забирались в многоэтажки, высовываясь из незастеклённых проёмов окон.       Наёмники, широкоплечие мужчины в толстых куртках, следили за порядком. Они охраняли в первую очередь участников гонки, и саму трассу. За зрителями никто особенно не следил, кроме само собой проверок на въезде.        Микроавтобус Ваймака тоже не избежал проверки. Всех, включая Нила, вывели из машины. Его сумку всю обшарили и приказали оставить ту в машине.        Нил был против. В этой сумке у него лежало абсолютно всё самое важное.        Ваймак следил за его реакцией и, заметив отчаянное упорство, с которым он отстаивал свою сумку, махнул рукой.        — Пусть идёт.        Наёмник на входе одарил Ваймака суровым взглядом, но плечо Нила отпустил.        Нил огляделся, людей было много, они шептались, посмеивались, пихали друг друга плечами. Он протиснулся поближе к трассе, увидев наконец стартовую зону.        Кто-то действительно постарался, нарисовав шахматную линию на асфальте. За этой линией собирались непосредственно участники гонки.       Нил замер, как и многие вокруг, когда вместо Кевина, чьё имя пролетало в шепотках вокруг, за стартовой полосой появилась белая макушка.        — Это, что, Миньярд? — вздохнул кто-то из толпы.        Эндрю, в своей неизменной куртке и с чёрным шлемом под мышкой. Рядом с ним спокойно ехал, чёрный, дорожный байк.        Нил сразу узнал в этом звере Голый, дорожный байк высшего класса. Он не представлял, сколько такое чудо может стоить. Одна мысль о том, что сейчас ему удастся увидеть его в деле, мгновенно подавила неприязнь к шуму вокруг.       Стоя рядом со своих хозяином и поблёскивая матовой, стальной рамой, он, словно подчёркивал абсолютное равнодушие Эндрю к происходящему вокруг.        Нил так засмотрелся на байк, что даже не заметил, как глаза хозяина этого сокровища встретились с его взглядом. Эндрю зубасто усмехнулся, его правая бровь, в которой Нил только сейчас разглядел небольшие чёрные украшения, приподнялась.       Что-то ёкнуло в его груди, Нил не позволил себе потупить взгляд, его руки сами по себе сложились на груди, стараясь найти опору. Он не собирался постоянно сдавать позиции перед этим парнем.        Эндрю медленно прошёлся по нему взглядом, скользя снизу вверх, и вальяжно облизнул нижнюю губу. Нил невольно сглотнул, стараясь отвести глаза. Его явно провоцировали.        Когда он в следующий раз взглянул на него, Эндрю уже надел на голову шлем.        Все участники гонки были в сборе, четырнадцать человек за стартовой полосой.        Нил судорожно выдохнул, когда прозвучал выстрел из сигнальной пушки.        Все моторы разом взревели. Грохот был таким, что у Нила заложило уши. Гонщики сорвались с места сразу входя в первый поворот.       Прямо там же отлетели сразу двое. Одного боднул боком байк соперника, другой просто не сумел вписаться в поворот. С грохотом двое гонщиков слетели с байков.        Тишина, на мгновение повисшая вокруг, сразу после крушения, сменилась рёвом. Толпа по-настоящему ожила, сотни пар глаз жадно впились в то, что осталось от двух гонщиков.        Никто не придёт им на помощь до самого конца гонки, сейчас на трассе ещё двенадцать безжалостных, рвущихся к победе людей.        Каждый из них знал, на что идёт. На таких гонках нет официальных бумажек. Это чистый, оголённый провод риска. Всё или ничего.        Нил сглотнул комок в горле, образовавшийся от накопившейся слюны. Его щёки вспыхнули от прилива адреналина. Он без труда представил, что сидит там, на одном из этих байков и несётся вперёд.        В такой момент уши закладывает целиком, рёв мотора, рёв толпы, рёв собственного сердца. Он и байк становятся единым целым, одна ошибка может, стоит им обоим всего.        Ноги сами понесли Нила вперёд, толкая окружающих локтями, он прошёл к самой границе. И прямо перед ним полетели девять молний, ударная волна вынудила его отшатнуться, волосы ударили в лицо. На лице Нила застыла ошарашенная улыбка.        Где-то там, на скрытых от людских глаз поворотах остались трое гонщиков.       — Он их всех там натянет.       Знакомый чуть уставший баритон вынудил Нила обернуться. Кевин стоял прямо позади него, в простой джинсовой куртке, сжимая в руке бутылку с чем-то крепким.        — Кто? — хрипло переспросил Нил, хотя уже понимал, о ком идёт речь.        — Монстр, само собой, — хмыкнул Кевин.       Нил открыл рот, чтобы переспросить его, но почти сразу закрыл, ведь сам не понимая откуда, но он помнил. В первые годы карьеры Миньярда, тому дали кличку "Монстр" за слишком жёсткий стиль гонок.        — Глянь-ка. — Кевин кивнул в сторону трассы, от которой сам же его и отвлёк.       Нил повернулся и увидел настоящий гоночный ад. Гонщиков осталось не девять, а пять. Один за другим, они выбывали. И только некоторые успевали, прижаться к обочине. Кто-то вовсе бросался в толпу, оставляя собственный байк, чтобы не быть раздавленным под колёсами других участников.       Оставшиеся гонщики замедлялись, объезжая выбывших, но не Эндрю. Он летел напрямик, его колёса с хрустом прошлись по ноге одного не самого расторопного участника.        Дикий вопль разрезал воздух, его подхватила толпа, раскачивая напряжение до предела.        Эндрю извернулся, проскользнув между двумя байками, которые явно хотели его зажать. Те со скрежетом прошлись боками друг об друга.       Толпа охала, как единый живой организм с каждым новым кругом. Всего, как Нил помнил, кругов должно было быть десять.        На девятом кругу гонщиков осталось лишь трое, а Эндрю казалось, начал отставать. Между двумя побеждающими началась дикая борьба, увлечённые ей, они не заметили, как чёрная молния пролетела мимо них.       Нил почувствовал, как сбилось его дыхание, когда Эндрю вошёл в последний вираж и почти коснулся незащищённым коленом грубого асфальта.       Время застыло. Словно в замедленной съёмке чёрный байк прошёл за черту, забрав себе абсолютную победу.        Вой поднялся такой, что Нилу пришлось зажать уши, чтобы не оглохнуть. Люди, словно с цепи сорвались, и если бы не охрана, они бы навалилась всей толпой на победителя.       Эндрю затормозил и резким движением снял с головы шлем. Он, кажется, даже не вспотел.       — Сегодня наш победитель, Эндрю Миньярд! — К нему подошёл организатор. Высокий, худой мужчина с улыбкой, которая оголяла почти все зубы.        — Выпендрёж, — хмыкнул Кевин.       Нил оглянулся на него, только сейчас вспомнив о его существовании.       — Ага, — рассеянно сказал он.        Больше ему тут было делать нечего. Ваймак ничего не сказал, заметив, что Нил явно собирается вернуться в машину.       — В бардачке лежит пара тако, — как бы невзначай бросил он.       Нил замер, его взгляд сам нашёл тонкую фигуру Рене, стоявшую к нему спиной.       — Спасибо, — тихо пробормотал Нил, сильнее сжимая в руке лямку спортивной сумки.       Он спокойно дошёл до микроавтобуса. Импровизированная парковка всё ещё была полна, люди пока не собирались разъезжаться.        Открыв дверь, Нил сразу полез в бардачок. Сегодня он не ел ничего кроме пары тех самых хот-догов.       — Ай-ай-ай, тебя приняли с распростёртыми объятиями, а ты лезешь воровать?        Нил замер и медленно обернулся, Эндрю сидел на месте Рене, нагло закинув ноги на небольшой столик.        — Ты... — Нил мгновенно напрягся. Его нога сама шагнула назад, чтобы в любой момент он мог беспрепятственно бежать.        — Да расслабься ты. — Эндрю спустил ноги со стола и усмехнулся, — Я знаю, что это наш дорогой "тренер" для тебя еду припас. Прикол не в этом, у меня к тебе разговор есть.       Нил нахмурился: он не имел дел с такими парнями, никаких. Мать заложила в нём понятия о том, с кем лучше не водить отношений, и Эндрю был именно из таких людей.       — Мне не о чём с тобой...       — Ты ведь хочешь поучаствовать в гонках? — Нагло перебил его Эндрю.       Нил застыл, но быстро пришёл в себя.       — Я не гонщик, я механик.       Он старался выглядеть как можно более убедительно, но кажется, этого парня было не пробить ничем.        — Пиздишь как дышишь, — холодно усмехнулся Эндрю, вскинув свою проклятую бровь.        Это замечание кольнуло Нила за живое.       — А ты получается тот, кто правду-матку режет, да? Это из-за этого тебя попёрли отовсюду? На ошибках не учишься, — огрызнулся Нил.       — Надо же, у кого голосок прорезался, — сказал Эндрю, опасно растягивая гласные. Он скользнул правой рукой в карман своей кожаной куртки.       Нил был готов ко всему, он напрягся, готовый бежать в любое мгновение.        Однако Эндрю выудил из кармана не нож, а ключи, от своего байка. Те повисли на его указательном пальце, раскачиваясь, как маятник.       — Хочешь? — как бы невзначай спросил он.       — В каком смысле? — переспросил Нил, его глаза сами по себе зацепились за блестящий металл, наблюдая, как тот раскачивается.       — В самом прямом, парень, — хмыкнул Миньярд и, подбросив ключи ловко их, поймал.       Шестерёнки в голове Нила начали очень быстро крутиться, он не верил ни единому слову этого парня.       Эндрю уловил его скептицизм и широко улыбнулся. Его белые зубы, почти что светились в полутьме.       — Правильно, бесплатный сыр бывает только мышеловке. Ну так я и не забесплатно предлагаю, я тебе не мать Тереза. Хотя и та была той ещё штучкой.       Сердце Нила в один момент упало. Этот парень чего-то от него хочет, чего-то, что окупит байк, а байк Эндрю стоит неимоверных средств.        — У меня нет таких денег, так что если хочешь кому-то сплавить его, то иди...       — Нет, идиот. — Эндрю раздражённо цокнул языком, ловко вставая с насиженного места.        Нил сделал шаг назад, но не к выходу, а к водительскому сиденью, невольно наткнувшись на него спиной. Он оказался зажат между Эндрю и спинкой кресла.        Подойдя близко, почти вплотную, тот понизил голос и сказал:       — Ты не сможешь его у меня выкупить, но я могу сдать его тебе, в аренду. — Эндрю чуть склонил голову, он больше не улыбался, — За секс.        — Что? — ошарашенно выдохнул Нил, буквально потеряв дар речи.       — Что слышал. Пока трахаешься со мной, развалюха будет твоя, — слегка раздражённо пояснил Эндрю. Он смотрел на Нила, словно тот был самый большой идиот во вселенной, раз задавал вопросы.