Голая вечеринка

      Чимин крепко держал Намджуна за ладонь и тащил в самый центр. Умел ли Намджун танцевать? Едва ли. Но это было и не обязательно. В ламбаде Джексона всё было намного проще.       В темноте было сложно не оттоптать чужие ноги, лишь изредка через толпу пробивался свет от стоящих далеко в фотозоне осветителей и диско-шаров, подвешенных под потолком. Кто-то вдруг включил пару цветных ламп по бокам, и темнота окрасилась в синие и фиолетовые тона. Намджун далеко не сразу осознал, когда его руки очутились на талии Чимина, но они уже стояли в цепочке и шагали под музыку ровным строем. — Бёдра! — объявил Джексон.       Кто-то за спиной скромно взялся ладонями чуть ниже талии Намджуна, однако какое было ему до этого дело, если в его собственных руках внезапно очутились округлые бёдра Чимина? Манящие, выразительные, он чувствовал их через ткань тренча, но не достаточно хорошо, как хотелось бы. Намджун старался не дышать. С его ростом приходилось шагать на полусогнутых, чтобы держаться за нужную часть тела, и, когда строй вдруг споткнулся и затормозил, Намджун ужасно неловко въехал носом в затылок Чимина. Мягкие светлые пряди были пропитаны его сладким запахом, хотелось в них утонуть. Впрочем, движение продолжилось слишком скоро.       — Хвосты! — объявил Джексон.       Намджун замешкался. Хвост Чимина был под пальто.       — Хочешь его подержать? — усмехнулся Чимин.       — Нет, я… даже не думал… — соврал Намджун.       Однако Чимин вдруг взял парня за локоть, вытащив из цепочки в сторону стены. Они и без них станцуют прекрасно. Омега взял за запястье ладонь Намджуна и завёл ту себе под пальто. Альфа опешил, впрочем, когда опомнился, его пальцы уже касались мягкой шерсти. Хвостик Чимина пританцовывал в такт музыки, Намджун аккуратно сжал. Их глаза неотрывно смотрели друг в друга.       — Плечи! — объявил Джексон.       Пальцы вокруг хвоста разжались, а Чимин растянул губы в сладкой улыбке, закинув обе руки на крепкие плечи альфы. Они только вдвоём, в тусклом освещении, у стенки. Танец в паре будет куда романтичнее, чем танцевальная оргия. Намджун плюнул на правила игры, его руки легли на талию омеги.       — Неплохо двигаешься для того, кто плакался, что не танцует, — усмехнулся Чимин.       — Я правда не танцую, — мотнул головой Намджун, почувствовав, как чужие бёдра плавно закачались из стороны в сторону. Чимин был, словно волна, он накатывал и отступал, он выскальзывал из неловких пальцев альфы и красиво растягивал губы в улыбке.       — Говорят, какой человек в танце, такой и в сексе, — усмехнулся Чимин. — Ты же помнишь наш уговор?       Пальцы Намджуна скрипнули по ткани плаща омеги. Этот факт в напоминании не нуждался. Он и без того не может перестать об этом думать.       — Тебе нравятся мои бёдра? Только за них и держишься? — подметил Чимин.       — Они великолепны, — сознался Намджун.       Чимин опустил ладонь вниз и дёрнул за пояс плаща. Полы разошлись в стороны, образовав зазор. В темноте всё равно никто не увидит. Хитрый маленький омежка взял большую ладонь альфы в свою и завёл ту под пальто, прижав к собственной горячей коже. Намджун ощутил, как подушечки вспыхнули от ощущения чужого жара. Чимин нежный, бархатный, его бёдра безумно гладкие и плотные наощупь. И это те самые бёдра, которые ожидают его сегодня как часть долга? Почему не как награда?       — Сейчас ты можешь разглядеть меня, мистер большой альфа? — шепнул Чимин, одарив ошарашенного красавчика хитрой усмешкой.       — Если бы один торопыга не разбил мои очки сегодня утром, я бы точно видел лучше, — усмехнулся Намджун, запустив вторую ладонь под плащ омеги. Сильные руки крепко держали плавно скользящее под музыку тело, но совершенно не имели над ним власти.       — Возможно он не хотел? — шепнул в ответ Чимин. Пальцы Намджуна впились в кожу упругих бёдер.       — Если бы только знать, кто это был, — не сдавался Намджун.       — Эх, да, если бы знать… — наигранно грустно вздохнул омега.       Партизан не сознавался. Партизан планировал играть дальше. Но Намджуна это лишь забавило. Наблюдать за врунишкой было увлекательно.       — Не могу тебя раскусить, хороший ты мальчик или плохой, — шепнул Намджун, подавшись вперёд. Омега поднял голову и спустился одной из ладоней на грудь альфы, пальчики скользнули по тренчу, огладив крепкие мышцы.       — У меня плохие мысли на счёт тебя, — пухлые губы растянулись в улыбке, ладонь настойчиво сжала грудь альфы, заставив того задышать глубже. — Я плохой мальчик. И ты даже не догадываешься, насколько.       — Удиви меня, — усмехнулся Намджун.       Чимин развязал пояс на тренче альфы, он скользнул ладонями по чужой талии, вниз, прямо к бёдрам, сжав их в ответ, но немного сильнее, чем делал это Намджун.       — Я не просто омега во время течки, — мурлыкал себе под нос нежный голос. — Я омега, который всегда сверху. И сверху я не в плане поскакушек на твоём члене, а сверху я в буквальном смысле. В тебе, — от каждого нового слова омеги по коже альфы расходились мурашки. Под настойчивыми пальцами дыбом вставали короткие мягкие волоски. — И ты не представляешь, насколько глубоко я могу быть в тебе, большой альфа…       Намджун в восхищении разомкнул губы.

❖ ❖ ❖

      Замок на двери гримёрной комнаты щёлкнул с внутренней стороны. Губы настойчиво надавливали, двое словно бы боролись друг с другом, они сплетали языки и шумно выпускали воздух через нос, позволяя бабочкам в животе взять верх над разумом.       Чимин напирал всем телом, стаскивая с крепких плечей альфы пальто. Оно падало на пол ненужной тряпкой и топталось, пока двое вслепую пробирались вглубь гримёрки, рискуя рано или поздно упереться во что-нибудь. Намджун почувствовал задней части ноги столешню столика для грима, он не хотел на него садиться, ведь прекрасно знал, что его тело тяжёлое, а столик может оказаться хрупким. Однако Чимин разорвал их поцелуй, оттянул голову парня за волосы на затылке и настойчиво впился губами в открывшуюся на шумном вдохе шею. Недлинные пальцы сжали волосы альфы сильнее, а Намджун хрипло простонал, ощутив, как губы жадно впиваются в кадык. Это усадило его на задницу, заставив крупно вздрогнуть и случайно смахнуть большой ладонью часть косметики со столика.       Он чувствовал что-то под ягодицами, однако если после сегодняшнего вечера вся его задница будет в блёстках, ему на это плевать. Чимин вытаскивал из него все лишние мысли методично, умело, он держал альфу за волосы и вклинивался меж его великолепных крепких бёдер, чтобы незамедлительно спуститься на колени и оценить снизу вверх чужие размеры. Намджун понимал: из такого положения на него смотрят в последний раз за сегодня. Чимин ясно выразил своё намерение владеть альфой не как омега. Пухлые губы распахнулись обогнув крупную массивную головку члена Намджуна. Он большой, длинный и с усилием медленно теряется в мычащем от напряжения Чимине. Альфа разомкнул губы и шумно выдохнул в потолок, уложив ладонь на мягкие светлые волосы, моментально накрутив на длинные грубоватые пальцы пару нежных прядок.       Чимин вибрировал на коже и старательно неспешно двигал головой, привыкая к размерам альфы. Запах его течки становился острее, он сладкими нотками наполнял воздух. Намджун жмурился и упирался лопатками в подсвеченное диодами зеркало позади себя. Под языком омеги скапливалась слюна, она стекала вниз от головки, раскатывалась плотно огибающими губами по органу. В Чимине было тесно и очень влажно. Намджун хрипло дышал, мощная грудь вздымалась, а пальцы скромно надавливали на голову, не желая доставить дискомфорт, а лишь направляя.       Чимин чувствовал под языком каждую выпирающую венку желанного органа, он с наслаждением дожимал его до горла и был страшно горд собой, ведь Намджун под ним мурлыкал от удовольствия. Ещё бы, омега настоящий профессионал, его рот достаточно велик для таких размеров. Как жаль, что Намджун не сможет воспользоваться этим членом сегодня по своему природному назначению. Настоящее богатство, которое достойно любви и конечно же получит эту любовь прямо сейчас.       Омега со звонким вдохом выпустил орган изо рта, оставив между чуть опухшими от напряжения губами и головкой вязкую густую дорожку. Намджун смотрел на него сверху вниз и шумно дышал, не в силах произнести ни слова. Впрочем, Чимин и не собирался останавливаться. Язык скользнул от головки к основанию, губы обогнули орган сбоку и с силой сжались, туго скользнув вверх. Намджун несдержанно простонал и сцепил зубы.       — Я хочу, чтобы ты кончил в меня, — шепнул Чимин, опалив нежную кожу органа горячим дыханием. Намджун покраснел всем лицом и прикрыл губы большой ладонью. Омега не мог сдержать улыбку. Просто очаровательное смущение. Он хочет съесть каждую клеточку этого парня, он безумно соблазнительный. — Хочу тебя попробовать.       — Не нужно… — мотал головой Намджун.       — Но я хочу… — усмехнулся Чимин, выпустив на кончик головки густую дорожку слюны, чтобы в следующую секунду снова взять альфу внутрь.       Губы скользнули вниз, как по маслу, а Намджун довольно громко ахнул, запрокинув голову назад, его очки на лице перекосились и едва не упали вниз. Пухлые пальчики Чимина с силой сжали мягкие ляжки парня, утонув в гладкой коже. Они продавливали, оставляя красные следы на внутренней стороне бедра, они по-хозяйски огибали ноги и разводили их шире.       — Глубже… — шипел сквозь зубы Намджун. — Ты можешь глубже…       Чимин задавленно стонал, чувствуя давление на собственном затылке, ему нравилось, пальцы Намджуна, пробирающиеся в его волосы, словно проникали в его бёдра. Каждая фаланга альфы, каждый сантиметр его длинных пальцев…       — Глубже… — Намджун почти хрипел.       Чимин чувствовал, как смазка стекает по его бёдрам, как густые капельки скользят по его ляжкам, и понимал, что его колени дрожат. Намджун, большой, нежный наощупь, упругий, сексуальный, а ещё, как Чимин и предполагал… безумно вкусный. Густое семя заполняло Чимина под шумное дыхание альфы сверху, это семя стекало по горлу.       Намджун медленно выскользнул из Чимина, потеряв по пути пару капель, они звучно ударились об пол под вздох Чимина.       — Очень вкусный, — улыбнулся омега, проследив взглядом, чтобы каждая клеточка лица альфы покраснела.       Губы коснулись внутренней стороны бедра, оставив после себя настойчивый алый след.       — Возьми меня, — шепнул Намджун, расслабленно выдохнув в потолок. — Хочу тебя… В себе.       — На колени, — улыбнулся Чимин, его взгляд стал серьёзным.       Намджун поднял бёдра со стола, на секунду глянув на омегу сверху вниз, однако вскоре обогнул его и прошёл в центр гримёрки, прямо на мягкий кремовый ковёр с длинным пушистым ворсом. Он стелил его для красоты и уюта, и никогда не думал о том, что будет послушно вставать на него в коленно-локтевую и выпячивать задницу кверху, с трепетом ожидая самого необычного омегу в своей жизни. Омегу с большими планами на его задницу.       В горле пересыхало от ожидания, а Чимин не спешил набрасываться. Намджун дышал шумно. Он чувствовал себя неловко. Возбуждение росло, как и картинки в голове. Хвост от фантазий скользил из стороны в сторону. Милый хвостик выдавал чувства хозяина с потрохами, и Чимина страшно это веселило. Омега подошёл ближе и опустился на колени рядом, невесомо скользнув пальчиком от копчика альфы вверх по позвоночнику. Намджун заметно покрылся мурашками и вздрогнул. Омега подобрался к нему со стороны лица и незамедлительно стянул очки, отложив те в сторону. Альфа поднял беззащитный взгляд, его лицо тут же очутилось в объятии тёплых ладоней омеги.       — Они тебе не понадобятся, — хриплым тихим голосом шепнул Чимин.       Намджун видел омегу размытым пятном, впрочем, разглядеть мир вокруг ему и не дали, меж приоткрытых губ просунули плотную головку среднего размера. Чимин надавил, вырвав из горла альфы задавленный вздох. Он погружался в Намджуна целиком, до упора, и чувствовался во рту совсем не маленьким. Не такой большой, как у альфы, но достаточно объёмный, чтобы заполнить рот целиком, не оставив места языку и стонам. Чимин упирался в горло, заставляя альфу дышать через нос, он настойчиво давил на его затылок, получая особое наслаждение от трудностей погружения, и намеренно задерживался внутри. Кончик носа Намджуна упирался в горячую кожу парня. Чимин заставлял его. И это безумно заводило большого альфу. Он чувствовал это впервые. Он задыхался.       — Хороший мальчик, поиграй с ним, — Чимин поймал поднявшийся вверх взгляд альфы и растянул пухлые алые губки в довольной ухмылке. Намджун с трудом ворочал языком, наблюдая за тем, как покусывает губы от удовольствия его «хозяин», как Чимин нежно стонет, как играют мышцы на его прессе при каждом шумном вдохе, как сжимаются его пальцы на затылке, стягивая волосы альфы. А в следующую секунду Чимин давил сильнее, заставляя закашляться. — Нет, прими его, — настаивал Чимин, присекая рефлекторные попытки Намджуна отстраниться.       Альфа терпеливо задавливал в себе желание не остаться без доступа к кислороду. За время нахождения в нём, орган омеги разбух и стал больше, твёрже, теперь помещать его в себе было тяжело, учитывая то, что Чимин не двигался, а просто наполнял альфу. Однако пытка закончилась довольно быстро. Чимин вытащил член изо рта Намджуна, заставив того отчаянно набрать в грудь воздуха. Орган заменили благодарные мягкие губы, а Намджун нежно простонал в ответ на поцелуй.       — Мой мальчик хорошо себя вёл, он заслужил награды, — улыбнулся Чимин, отстранившись от губ задыхающегося альфы.       Намджун прокашлялся и опустил голову вниз, зажмурившись. Он примет свою награду. Он жаждет её каждой клеточкой тела.       Чимин аккуратно собирал натёкшую смазку с внутренней стороны своих бёдер, он скользил пальцами меж ягодиц и, прогнувшись в шее, погружал сразу несколько недлинных фаланг в себя, чтобы набрать побольше. Его собственная смазка пригодится Намджуну, ведь у альф такой нет.       — Ты безумно сексуальный, — шепнул Чимин, обильно смочив свой собственный орган по всей длине. Вязкий, влажный, он коснулся ягодиц альфы, сорвав шумный вздох. Однако Чимин не планировал делать всё быстро. Он так долго ждал… — Я буду наслаждаться тобой…       Ягодицы Намджуна были крупными, упругими, Чимин укладывал орган между ними и с усилием сводил две половинки, сжимая себя плодами усердных трудов Намджуна в тренажёрном зале. Альфа шумно дышал, чувствуя, как головка скользит по колечку мышц, как настойчиво надавливает меж бёдер, но продолжает свой путь вверх.       — Я могу не входить в тебя, — тихо усмехнулся Чимин. — Твои пышные бёдра уже доставляют мне удовольствие…       Сладкая пытка. Скользкие плавные движения вверх и вниз. Напряжённые пальцы, тонущие в гладкой коже бёдер Намджуна.       — Пожалуйста, войди, — хрипел голос.       Чимин дразнился. Его потирания были приятными, но фантазия альфы уже зашла намного глубже.       — Твоё тело безупречно, — усмехнулся Чимин, на секунду задержавшись головкой в нужном месте, слегка надавив бёдрами.       Намджун прогнулся в талии, его ягодицы поднялись выше, а хвостик завилял из стороны в сторону. Волк внутри сдался в руки Чимина. Он в его власти. Он жаждет его. И не важно, что альфа ведёт себя сейчас неподобающе, не важно, что его низкий голос тихо стонет имя омеги и буквально хнычет о желании. Чимин погрузил пару пальчиков в себя и шумно выдохнул. Он смажет себя как следует и зайдёт так далеко, как это только возможно.       Намджун в отчаянии разомкнул губы. Парень, вошедший в него лишь на головку, шумно ахнул и сжал пальцы на бёдрах, без труда толкнувшись до упора. Ладони сжали кожу с силой. Намджун распахнул глаза и задержал дыхание, опасаясь на эмоциях закричать. Горячий орган почти до конца выскользнул наружу и тут же заполнил не привыкшее к подобному тело. Чимин звонко впечатался в ягодицы парня и на эмоциях шлёпнул ладонью по бедру с силой то сжав. Плавные движения сопровождались нарастающим шёпотом альфы.       — Подожди, подожди, — как заговорённый повторял Намджун, не в силах сдержать стоны. Доселе невиданное чувство накрывало его с головой, оно туманило разум, заставляло почти истерично срываться на смех. Объёмная головка скользила в нём, альфа чувствовал каждый её изгиб, она задевала что-то очень чувствительное и делала это всё интенсивнее. Вот, что чувствуют омеги во время проникновения. Вот, что заставляет их так несдержанно прогибаться под давлением чужого тела.       Сильные руки Намджуна дрожали от напряжения, пытаясь удержать хозяина на весу. Он чувствовал, как его хвостик накручивают на кулак, как по-хозяйски тянут за него, заставляя альфу скулить.       — Иди ко мне, — тихо приказал Чимин, взяв альфу свободной рукой под локоть, чтобы потянуть на себя.       Намджун послушно поддался. Его подняли с пола, обхватив ладонью за грудь. Грудные мышцы Намджуна не помещались в ладонь Чимина, но они бы не поместились и в руку здорового альфы, настолько широкими и объёмными они были. А сейчас кожа Намджуна ещё и блестела, она была чуть влажной от напряжения, пальцы омеги слегка соскальзывали, ведь и его ладошки тоже немного вспотели. Темп толчков возрос, вместе с большим темпом пришли и довольно громкие низкие стоны, поэтому одна из ладоней довольно скоро скользнула вверх, зажав рот альфы.       Чимин сорвался с быстрых толчков на неспешные, но резкие. Намджун чувствовал, как его голова кружится от ощущения мышц живота Чимина, скользящих по его спине, от того, как тихо рычит этот омега в несвойственной ему манере и сжимает его хвост, показывая, кто здесь хозяин.       — Мой сладкий мальчик так глубоко меня принимает… Мне продолжить?       Омеге не нужен был ответ. В его руках послушно таяло большое податливое тело. На этом теле красиво перекатывались крупные мышцы, а владелец этих мышц цеплялся длинными пальцами за ляжки омеги, не позволяя отстраниться далеко. Они становились скользкими, их кожа слипалась, но безумие должно было продолжаться, пока хотя бы кто-то из них не кончит.       Шлепок за шлепком, Чимин вжимался в дрожащего в его руках парня до упора и гасил его особенно протяжные сдавленные стоны поцелуями в мускулистое мощное плечо. Когда к Чимину пришло осознание, какого зверя он выпустил на свободу, Намджун уже послушно размыкал губы, позволяя пухлым пальчикам окунаться во влажный рот и держать непослушный язычок в узде. Чимину было дозволено слишком многое. И он активно пользовался своим положением.       Омега, по правде говоря, был на грани. Как и парень в его руках. Намджун вздрагивал, его колени разъезжались, но Чимин прекрасно чувствовал тело альфы и, кажется, понимал всё без слов. Пальцы Чимина освободили рот парня. Намджун хрипло вбирал в грудь воздух и еле слышно ругался, сжимая большой ладонью крупную налитую головку, густо изливающуюся сквозь пальцы. Прямо на новенький ковёр. Хороший мальчик шептал нехорошие слова, каждое из которых долетало до ушей омеги и приводило его в неподдельный восторг. Его мужчина раскрывался с новых сторон. Искренний, возбуждённый, нуждающийся в нём, он пытался прийти в чувства. Им нужен был перерыв. Маленькая пауза.       — Оседлай меня, прошу, — дрожащим голосом умолял Намджун.

❖ ❖ ❖

      Большой альфа лежал на спине и призывно размыкал губы. Омега возвышался над ним и седлал широкую грудь, огибая мясистыми ляжками голову с обеих сторон. Намджун смотрел уверенно.       — Хочу узнать, какой ты на вкус, — Намджун улыбался очаровательно и ожидал движения чужих бёдер.       — Это будет быстро, я на грани, — шептал Чимин.       — Прошу, — хрипло умолял альфа.       Чимин почувствовал, как сильные руки крепко сжимают его ляжки и тянут на себя. То, как Намджун настаивает на его бёдрах на своём лице, это безумно сексуально. Омега не мог этому противиться. Он послушно приподнял ягодицы с груди и подставил головку к пухлым губам Намджуна, медленно сев. Вверх устремился протяжный нежный стон, а Намджун почувствовал, как обещание омеги покончить со всем быстро стекало по стенкам его горла. Сладкий. Густой. Намджун зафиксировал одну из ног омеги рукой, не позволяя отстраниться, вторая же, скользнула в сторону ягодиц.       — Ах…       Чимин вздохнул, ощутив, как прохладные пальцы альфы погружаются в него сзади и скользят внутрь, нежно перемешивая смазку внутри. Пальцы длинные, ровные, с коротко подстриженными ноготками, как Чимин любит. Омега медленно делал волны бёдрами, ёрзая на лице альфы, как уж на сковородке, он ласково путал пальцы в волосах Намджуна и двигался в нём, с тихим хлюпающим звуком тревожа собственное ещё не проглоченное семя. Он чувствовал, как язык настойчиво оглаживает его головку, а Намджун к двум пальцам добавляет третий, без труда проскальзывая в Чимина. Смазка стекала по фалангам, она пачкала ладонь и капала на грудь, Намджун слышал как мурлычет его омега, как сладко стонет его имя и плавно скользит по языку.       Когда вечеринка за дверью закончится, они уже попробуют многое и на этом ковре, и на диванчике и даже немножечко на столе, ведь в период течки омеги довольно ненасытные. Но Намджун и не против.       — Нет, не так быстро, я не могу… — Чимин ёрзал, пытаясь сдержать подступающее удовольствие. Волчий хвост агрессивно бился о живот альфы. Чимин вздрагивал. Хныкал. И сжимал бёдрами голову парня, изливаясь уже второй раз за короткое время.

❖ ❖ ❖

      Утро встретило волков страшной головной болью. Вчера бедолаги мешали самое разное пиво, а некоторые возможно и что-то покрепче, а сегодня проснулись в самых разных позах и с самыми разными воспоминаниями. Впрочем, одному из волков было этим утром хуже всего. Ким Сокджин проснулся от яркого солнечного света в глаза посреди заваленного голыми задницами зала.       — Нет, — Сокджин резко подхватился на ноги, осмотревшись по сторонам. — Ну нет, нет… Всё не так должно было быть!       — Ты вырубился и пропустил всю вечеринку, чувак, — отозвался из угла комнаты Хосок, расслабленно развалившись в своём ярко-красном плаще.       — Где мой секс? — Сокджин почти плакал. Как так вышло? Он ведь столько всего запланировал на вчерашний вечер. Как он мог просто вырубиться от пары банок? А сколько вообще вчера ушло банок?       В комнату на полусогнутых ногах ввалился бледный, как смерть, растрёпанный и ещё более разбитый Юнги. Он хромал в сторону Хосока и выглядел не шибко довольным прошедшей вечеринкой. Впрочем, с таким лицом он родился, возможно это и радость была. Сокджин не понимал.       — Что случилось, Юнги? Что-то болит? — с неподдельным беспокойством поинтересовался Хосок.       — Всё хорошо, — шикнул Юнги.       — Но ты хромаешь, чувак, — усмехнулся Хосок.       — Либо тебя били, либо всю ночь трахали, — усмехнулся Сокджин.       Не будет же Юнги рассказывать, что его действительно очень-очень даже трахали, Сокджин расстроится, а потом ещё и подкалывать начнёт, если узнает, что слово «трахали» действительно значит «вводили огромный член в его бледную тощую задницу».       Поэтому Юнги выбрал простое и понятное:       — Нет.

❖ ❖ ❖

      Последствия вечеринки оказались не такими критическими, как Намджун себе представлял, однако уборки было много. И она предстояла ему в любом случае, как бы он ни ходил кругами, как бы не кривился и не отнекивался, но всю эту гору мусора, объедки и бутылки нужно было из студии вымести. Он будет разгребаться здесь не меньше недели: пока приберется, пока подсчитает убытки и закажет всё разбитое и испорченное. Впрочем, настроение было не самым паршивым. Он неплохо провёл время с омегой своей мечты и на утро… к сожалению, потерял его из виду, так и не спросив телефон. Но он до сих пор помнит его вкус. Помнит его голос на ушко. Помнит его очаровательную улыбку.       На почту фотостудии этим днём пришло много заявок отовсюду, вероятно, вчера на вечеринке Намджуна действительно запомнили, а то, что он на утро бесплатно раздал всем их необработанные распечатанные фотки, это ещё сильнее подогрело интерес к его персоне. Получается, вечеринка, которой он так сильно боялся, прошла вполне себе успешно.       В дверь довольно громко постучались. Намджун испуганно распахнул глаза и глянул в сторону входа. Вообще-то он никого не ждал. Тем более, не в такой срач.       Альфа медленно подобрался к двери и дёрнул за ручку, высунув наружу голову. На пороге стоял Пак Чимин. Румяный, свеженький, он растягивал пухлые губы в улыбке и скромно переминался с носка на пятку и обратно.       — Тебе помочь с уборкой? — прощебетал нежный голос.       Ответа не требовалось. Омега по-хозяйски скользнул внутрь и осмотрелся. Последовал восхищённый вздох. Когда помещение опустело, погром стал слишком явным.       — Не нужно, — бормотал Намджун.       — Да мне не сложно, — усмехнулся омега поспешив стянуть с плеча сумку и накинутую на плечи джинсовку.       Парень остался в чёрной футболке и джинсах, а Намджун впервые смог разглядеть красавчика таким: без макияжа, со слегка растрёпанными светлыми волосами, в самой обычной одежде. Чимин выглядел мило в костюме обыкновенного человека. А ещё, он был действительно желанным гостем. Намджуну было о чём с ним поговорить.       — Я тебе тут принёс, — Чимин протянул парню конверт и отвернулся. Альфа поднял полный растерянности взгляд и медленно открыл подачку. Внутри лежали деньги. — Я нашёл парня, который разбил тебе очки и как следует поговорил с ним… Он всё осознал и извинился. А это… Деньги на новые очки.       — Надо же, — улыбнулся Намджун и внимательно уставился на пытающегося отвести взгляд омегу. — Я знаю этого парня?       — Нет, — мотнул головой Чимин, повернувшись к альфе спиной, чтобы не выдать свою ложь глазами. — Это… Это Сынмин, с первого курса. Но он уже ушёл из универа, так что не ищи его. Он переезжает в другой город, поэтому…       Намджун обхватил Чимина со спины руками, заключив того в свои огромные тёплые объятия. Очаровательный. Какой же он очаровательный врунишка. И нет, Намджун не скажет ему, что прекрасно знает про эту маленькую ложь.       — Ты рад меня видеть, большой альфа? — усмехнулся омега. — Это очень мило, что ты рад мне… Я тоже тебе рад.       Им предстоит долгая уборка. Но они постоят так ещё немного, пока их виляющие из стороны в сторону хвостики не успокоятся.       Ох уж эти хвостики… Стыд какой.