Hidden Overblot

      Проснулся я на следующее утро в куче из одеял. Это было такое тёплое чувство. Грим однажды уже застукал меня за тем что я спал в такой куче. Мне пришлось отучать себя от этой привычки. У меня была склонность копить одеяла и спать в их куче. Это было приятное чувство. Тепло со всех сторон. Так приятно спать калачиком. Цунотаро уже проснулся и был одет. Я потер глаза и поморгал.       …       Цунотаро?.. Прошлой ночью… Это был не дурной сон. Я вскочил и снова осмотрел себя: те же короткие ручки, те же короткие ножки, те же чертовски длинные белые волосы! Цунотаро взглянул на меня и приподнял бровь.       — Я полагал, ты проспишь дольше после такой беспокойной ночи. Видимо, я недооценил твою способность доказывать, что я ошибаюсь -. Я надулся на него. В его глазах светилась мягкость.       — Пойдём, Птенчик, тебе нужно одеться. Я почти уверен, Лилия будет рад получить свою куртку обратно, — Я покраснел, глядя на куртку. Она была такой тёплой и большой. Я буду скучать по ней, от неё так хорошо пахнет. Цунотаро протянул руку, и я зарычал. Он удивлённо приподнял бровь. Я прижал куртку к себе. «Моё!» Цунотаро уставился мне в глаза. Я смотрел в ответ. Я никогда не моргну! «Моё!» Цунотаро не отводил взгляда… Мы простояли так довольно долго, пока я не хныкнул и не потер глаза. Цунотаро забрал куртку.       — Э-эй! — ахнул я.       — Я победил, Птенчик. Тебе придётся жить с последствиями. — Я заморгал… Победил?.. Победил в чём? В соревновании, кто кого пересмотрит? Я потер глаза — от этой гляделки у меня разболелась голова. Цунотаро посмотрел на свою одежду, потом на меня.       — Нам снова придётся попросить у Лилии одежду, — сказал он, сузив глаза.       В этот момент в дверь Цунотаро постучали, и в комнату вошёл Лилия, держа в руках какую-то одежду.       — Не нужно, я уже подобрал кое-что, что, думаю, подойдёт малышу, — Лилия улыбнулся мне, а Цунотаро вернул ему его куртку.       — Спасибо, Лилия, мы вернём её, как только выясним, в какое общежитие его распределят и как нам действовать дальше. — Лилия кивнул.       — Не спешите!       Пока я разглядывал одежду, я был рад заметить, что от всей этой пахнет так же приятно, как и от той куртки. Это было здорово. Я снял большой свитер, в котором буквально плавал, и переоделся в длинную чёрную водолазку, которая на мне тоже висела, и в пару чёрных шорт. Шорты, казалось, были одной из немногих вещей, которые сидели на мне более-менее нормально, хотя и болтались на мне. Я был просто счастлив, что среди всей этой чепухи про «птенчика», Цунотаро позволил мне одеться самому. Это было бы куда более унизительно.       В дверь снова постучали.       — Юный господин, вы уже проснулись? — я моргнул и посмотрел на Цунотаро. Он приложил палец к губам и покачал головой. А! Цунотаро снова прятался от Себека. Я кивнул. Через мгновение я услышал, как Себек говорит Сильверу, что снова упустил Цунотаро. Сильвер отвечает, что тот уже взрослый и за ним не нужно присматривать, как за ребёнком. Я взглянул на Цунотаро, он посмотрел на меня, но ничего не сказал.       Спустя некоторое время мы услышали, что он ушел, после чего Цунотаро подхватил меня на руки и вышел из комнаты. В коридоре нас ждали Лилия, Грим и Сильвер. Грим выглядел просто смертельно.       — Даже мой желудок не в силах… — донёсся до меня его голос. Сильвер похлопал его по спине.       — Я вижу, ты снова готовил, Лилия, — сказал Цунотаро. Лилия обернулся и улыбнулся, а в его еде пузырилась какая-то коричневая жижа.       — Я подумал, что с появлением малыша нужно убедиться, что он хорошо ест. Прошло так много времени с тех пор, как у нас под ногами бегали маленькие ножки. — Я покраснел при этих словах.       — Полагаю, с его дня будет разумнее поручить готовку Сильверу. Ты же нужен мне, чтобы подготовить Птенчика к предстоящему дню. Ты куда более сведущ в этом вопросе, чем я. — Я взглянул на Цунотаро. Ай да хитрец.       — О, конечно! Сильвер, не мог бы ты проследить за кастрюлькой для меня? — На лице Сильвера появилось выражение облегчения, прежде чем он кивнул.       — Хорошо, сэр, — сказал он, подходя к плите. Лилия направился к нам и протянул ко мне руки. Цунотаро передал меня ему и последовал за ними, пока Лилия нёс меня в свою комнату.       — Начнём с основ? — я посмотрел на Сильвера и Грима, которые оба махали мне, словно я отправлялся на верную погибель. Это ещё не конец! Я болею за них.       — Где он будут во время уроков? Я уверен, пока его не распределят, он не захочет, чтобы его увидели спутники, — я нахмурился при этих словах. Как будто у меня есть выбор, я ведь и сам не знаю, как вернуть прежний облик.       — Птенчику придётся присоединиться к одному из твоих занятий, пока его кошачий компаньон будет прикрывать его… отсутствие. — Что ж, удачи, Грим, надеюсь, ты сумеешь убедить Эйса и Дьюса не ходить в «Ветхое» общежитие.       — Да, нам также нужно будет достать его мантию из его прежнего общежития для распределения, — услышал я. Я поднял взгляд.       — Я могу просто сходить и взять её, — предложил я. Лилия усмехнулся.       — И ты хочешь отправиться один и, возможно, быть увиденным другими студентами в таком виде? — я замер… Нет… Нет, не хочу!       — Вот именно, я так и думал. Вместо этого мы можем послать Сильвера забрать её. — Цунотаро кивнул, соглашаясь.       Они говорили долго. В основном о правильном уходе за птенцами. Я пропустил это мимо ушей. Я не птенец, и это ко мне не относится. Я отказываюсь быть ребёнком. Я взрослый, я платил по счетам, я ремонтировал «Ветхое», я заботился о Гриме! Я не собираюсь просто сидеть тут и позволять относиться к себе, как к младенцу!       — Слава богам, похоже, нам не нужно беспокоиться о приучении к горшку. — Я ярко покраснел. Серьёзно?!       — Главная проблема, о которой стоит побеспокоиться, это то, что он, кажется, считает себя гораздо старше, чем есть на самом деле. Боюсь, это может быть следствием жизни среди людей, причём слишком долгой. Ты же видел, насколько Сильвер отличается от других людей. Я полагаю, с Юу будет обратная ситуация, поскольку это фейри, воспитанный людьми. — Я скривился. Неужели в воспитании детей действительно есть такая разница? Цунотаро кивнул.       — Да, он уже успел совершить ошибку, бросив вызов сегодня утром. — Лилия моргнул и посмотрел на меня. Я фыркнул.       — О, боже, да, это может стать проблемой. Большинство не понимает, как ты, что его не воспитывали в соответствии с этими правилами. — Я склонил голову набок. Что это значит? Цунотаро удивлённо моргнул, глядя на меня.       — Это то, о чём я только что говорил, Маллеус, он не знает, что это значит. — Цунотаро моргнул и кивнул.       — Понимаю. его нужно будет разъяснить. — Я скривился.       — Разъяснить о чём? — Лилия и Цунотаро переглянулись. Он кивнул Лилия.       — Малыш, некоторые твои действия вводят нас в заблуждение. То, что он значат для тебя, не всегда означает то же самое для нас. — Я моргнул, потом посмотрел на Цунотаро, и тот подтвердил это.       — Н-например? — Лилия мягко улыбнулся.       — Например, когда ты бросил вызов Маллеусу. — Я покачал головой.       — Но я не… — Лилия остановил меня.       — Ты вступил с Маллеусом в «борьбу», прямо глядя ему в глаза. Для многих взрослых фейри это считается вызовом. — Я покраснел и стал теребить рукав. Лилия положил руку мне на голову.       — Мы понимаем, что ты не хотел этого. Сегодня мы поговорим со Всеми главами общежитий, чтобы обсудить, возможно, дополнительные занятия. Те, на которых я буду учить тебя некоторым нашим обычаям. — Я почувствовал, что мой мир переворачивается с ног на голову.       — Я не смогу вернуться… к тому, как было. Так ведь? — Лилия нахмурился и покачал головой.       — Нет, боюсь, что нет. Ни внешне, ни внутренне. — Я почувствовал, как наворачиваются слёзы, и, прежде чем Лилия успел пошевелиться, я уже оказался в объятиях Цунотаро. Он издал низкий гул грудью. Я не хотел доставлять всем столько хлопот. Я просто не хотел, чтобы он меня возненавидели.       — Маллеус, — он посмотрел на Лилия, который больше ничего не сказал. Он просто кивнули друг другу, и мы вышли из комнаты.              ~\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\~              После этого мы все пошли на занятия. Весь день я провёл с Лилией. Цунотаро выглядел не слишком довольным этим, но объяснил, что так будет лучше. Я знаю, я что-то слышал о привязанностях, но был не уверен, потому что Грим не умолкал ни на секунду. Лилия взял меня с собой на свои уроки. К нему никто не подходил, Трей выглядел удивлённым, но, к счастью, никто ничего не сказал.       Обед дался тяжелее. Я слышал, как Эйс и Дьюс разговаривали за своим столом.       — Грим, признавай, где Юу. Он никогда не пропускает занятия. — Грим смотрел на Эйса.       — Слушай, я же сказал, Юу неважно себя чувствует, поэтому он остался дома, за ним присматривают братья-призраки! — Когда Грим так научился лгать?       — Да, и ты ещё сказал, что нам нельзя навещать его! — Грим смотрит.       — Это приказ Юу, а не мой! — Лилия положил руку мне на голову.       — Невежливо подслушивать чужие разговоры, малыш. — Я надулся на него. И это говорит тот, кто при первой же нашей встрече сам подслушивал! Лилия щёлкнул мой нос.       — Делай, как я говорю, а не как я делаю. — Я заболтал ногами. Я теперь даже не мог сидеть за столом без помощи. Себек, похоже, снова отправился на поиски Цунотаро в это время. Сильвер сказал ему, что тот вернулся в общежитие. Я был благодарен, мне ещё не хотелось объясняться с ним.       Я ел свою еду — она теперь состояла в основном из мяса. Лилия сказал, что я слишком худой. Я не понимал, что он имел в виду, я ел столько же, сколько и взрослым. Не то чтобы я им больше не был, в смысле!       — Тебе нужно больше железа в рационе. Это поможет укрепить иммунитет в будущем, — сказал он мне.       После обеда были дневные занятия. Он были не так уж плохи, пока не начался совместный урок с Помефиором и Диасомнией. Я стоял с Лилия, глядя на поле. Лилия, казалось, был не рад оказаться на улице.       — Так, тесты на физическую подготовку? Жестоко — заставлять нас так много двигаться посреди дня. Следующее — челночный бег, да? Измерять мою выносливость почти бессмысленно. — Я скривился. Я знал, что Лилия намного старше, чем выглядит, но всегда полезно знать, на что ты способен, чтобы можно было улучшить результат. Лилия улыбнулся мне и потрепал по голове.       — Что куда важнее, Маллеус… А, вот он. Метание снаряда на дальность. — Лилия указал для меня, и я повернулся. Цунотаро бросал мяч. Я улыбнулся, а Лилия взъерошил мне волосы.       — Он выступает превосходно. У него очень хороший бросок. — Я кивнул, соглашаясь. Мне никогда не доводилось видеть Цунотаро на физкультуре. Он был на третьем курсе, а я на первом. Лилия был прав, он выступал здорово!       — Здравствуйте, месье Кюриозитэ. Вы, кажется, в хорошем настроении. — Я обернулся и увидел, что приближается не кто иной, как Рук. Я невольно прижался к Лилия и ухватился за его штанину. Лилия посмотрел на меня, потом на Рука, кивнул и положил руку мне на голову, чтобы успокоить. Я не мог позволить ему понять, что это я. Пожалуйста, уходи. Здесь не на что смотреть.       — Вы заместитель главы Помефиора, Рук, да? Что вам нужно? — спросил Лилия, прикрывая меня собой. Поблагодарю его позже.       — Я видел, как вы улыбались, глядя вдаль. Неужели за пределами школы происходит что-то забавное, возможно? — сказал Рук, скрестив руки и глядя на Лилия. Я затаил дыхание. Может, если я не буду двигаться и дышать, он не заметит меня.       — Мне интересно, что же возбуждает ваше любопытство. Моё сердце трепещет при мысли, что я смогу наблюдать за столь восхитительной дичью. — Я замер… Дичью. Я не смог сдержаться, хотя очень старался. Моя грудь издала низкий рык. Лилия, не глядя на меня, погладил меня по голове. Рук взглянул на меня, но Лилия снова заслонил меня собой.       — Хех, твоя охотничья кровь взыграла? Попробуй натянуть тетиву, если ты так уверен в себе, хотя я бы порекомендовал тебе для начала позаботиться о похоронах, — усмехнулся Лилия, сузив глаза. Я почувствовал, как успокаиваюсь. Лилия защитит меня. Мне нужно было взять себя в руки. Я должен был научиться успокаиваться, я не могу вечно полагаться на Лилия и Цунотаро.       — Май, май… Судя по тону вашего комментария, вы наблюдали за Руа де Драгоном? — — Лилия кивнул.       — Именно. В данный момент он метает снаряд. Он умеет произвести впечатление на публику, это уж точно. — Я продолжал держаться за штаны Лилия. Он сам разберётся с Руком, а я хотел ещё посмотреть на Цунотаро. Я повернулся и увидел, что он, бросая мяч снова, смотрел в нашу сторону. На этот раз он бросил ещё сильнее, чем предыдущий. Он даже не выглядел так, будто старается, но мяч улетел так далеко!       — -Ах, это правда. Он там, на краю поля. Я поражён, что он может бросить его так далеко без малейшего намёка на усилие на его лице, — прокомментировал Рук.       — -Ты это видишь? У тебя хорошее зрение для человека, — сказал Лилия. Я поднял взгляд и увидел, что он смотрит на Рука.       — Я уверен, что мои глаза, по крайней мере, так же остры, как и ваши-. — Я моргнул. Так же остры, как у фейри? Я не знал, что такое возможно. Пожалуй, у каждых своих талантов. Я всегда знал, что Рук хорош, но не настолько.       — Моё зрение тут ни при чём. Я всегда точно знаю, где он находится, — улыбнулся Лилия и погладил меня по голове. Я улыбнулся ему в ответ. Лилия был хорошим опекуном. Цунотаро повезло иметь такого друга.       — В конце концов, я наблюдаю за ним с тех пор, как он стряхивал с себя яичную скорлупу. Увы, того же нельзя сказать об этом малыше, — я прижался к нему, когда его внимание переключилось на меня. Лилия мягко улыбнулся мне. Предатель! Это сработало, он был отвлечён.       — Хмм. Так, значит, правда, что вы его опекун? — Лилия кивнул.       — Так и есть. Я вижу, слух охотника не уступает его зрению, — сделал комплимент Лилия. Но он сказал это с обычной громкостью… Или нет?       — Вы льстите мне, месье. Кстати, о слухе. Эти ваши заострённые уши— великолепны, их форма придаёт им неземную красоту. — Я сглотнул рык на этот раз. С Лилией это было проще, чем с Цунотаро. Может, я слишком сильно к нему привязался. Ещё до Блотта я радовался каждому его визиту. Я ждал его каждую ночь, надеясь, что он появится.       — Ки-хи-хи. Согласен. Они — одна из моих лучших черт, — Лилия ярко улыбнулся. Я осторожно потрогал свои, их считали… красивыми? Ну, то есть, на них он и правда смотрелись хорошо.       — У Руа де Драгона также есть эти фантастические уши, как и у этого малыша рядом с вами. Хотя всё в нём пленительно. — Я почувствовал, как сжалась грудь. То чувство «моё!» с утра вернулось. Мне нужно было отпустить это.       — Все ли, кто родом из долины шипов — столь прекрасно цветущие розы? Вы все, определённо, обладаете и подходящими шипами. — Я сузил глаза на Рука. В какую игру он играл?       — Должно быть, непросто ухаживать за драконами столь дикого и благородного нрава. — Он что, только что?.. Я снова почувствовал рычание в груди. Рука Лилия на моей голове немного успокоила меня.       — О, нет, он могут быть довольно милыми по-своему. Когда он был младенцем, он иногда испускал клубы дыма, когда капризничал. Однажды он даже опалил мне чёлку. Кхи-хи-хи… Вот ностальгия. — Я широко раскрыл глаза.       — Я был очень впечатлён, что он сумел мне навредить, пусть это были лишь мои волосы. В ту ночь я поднял бокал томатного сока в его честь. — Я улыбнулся. Похоже на то, что Лилия мог бы сделать.       — Ха-ха-ха! Потрясающе. Полагаю, это произвело настоящий фурор. — Я всё ещё не доверял Руку. У него всегда был скрытый мотив в разговорах. Я это уже хорошо усвоил.       — Да, именно так. Ха-ха-ха! Вы, кажется, испытываете странный интерес к Маллеусу, раз задаёте все эти вопросы, — сказал Лилия, его лицо стало серьёзным, а глаза сузились.       — Вы ведь не всерьёз подумываете охоться на него, не так ли? — спросил Лилия. Я сузил глаза на Рука. Неужели он и вправду настолько глуп? Нет, Рук был умнее этого.       — Какое свирепое выражение лица у вас появилось! Я заинтересован в нём, это несомненно, но сейчас моё сердце пленил этот малыш. его рога поистине великолепны. Хотя один немного повреждён. — Я ещё больше спрятался за Лилия, не спуская глаз с Рука. Ах ты ж… Серьёзно, Рук! Я подмешаю розовый краситель в твой кондиционер, вот жди!       — Неужели? — сказал Лилия, глядя Руку прямо в глаза, не моргая.       — Ни один охотник не будет настолько глуп, чтобы преследовать другую добычу, когда перед ним стоит столь таинственная красота. Даже повреждённые, я уверен, что, когда он заживут, он станут восхитительной добычей. — Лилия хихикнул.       — Так у тебя на примете Птенец? Интригую. Будь очень осторожен и не теряй бдительность. Так грустно, когда охотник сам становится добычей, — Лилия лукаво улыбнулся. Это была улыбка того, кто никогда не проигрывал в бою. И, зная Лилия, это, вероятно, была правда.       — Уверен, тебя будут скучать, когда от тебя не останется и следа, — Лилия погладил меня по голове, и я невольно прижался к его руке. Я не моргал, глядя на Рука. Я чувствовал, что моргнуть — опасно. Я держал их открытыми. Наблюдал. Ждал.       — Ха-ха-ха! Игра в салки с вами была бы весьма стимул… — Что-то большое пролетело мимо нас. Я видел, как оно промчалось так быстро. Я увидел, что волосы Рука развеялись, будто его задело. Я посмотрел и увидел в небольшой воронке мяч для метания…       — Ах! — Двое студентов подбежали посмотреть, что же пролетело.       — Вау! Что это сейчас пролетело? Метеорит или что-то вроде того? — сказал один.       — Ты в порядке, Рук? Показалось, будто он тебя задел. — Рук покачал головой.       — Было опасно близко. Ещё чуть-чуть, и мой нос был бы срезан, как ломтик свежеочищенного яблока, — сказал Рук, глядя на воронку. Лилия улыбался — мяч нисколько его не напугал.       — Я полагаю, это… мяч для метания на дальность, — сказал Рук, поднимая его.       — его бросил Маллеус. Видите? Он смотрит сюда. — Лилия улыбнулся. Я посмотрел и увидел Маллеуса с усмешкой на лице. Я улыбнулся ему. Взрослый присматривал. Безопасно. Я моргнул и мысленно тряхнул головой. Я был взрослым, мне не нужно, чтобы он за мной присматривал!       — Вы совершенно правы. Это выражение на его лице… Оно пробегает дрожью по спине, — сказал Рук, сглотнув.       — У него тоже превосходное зрение. Возможно, он заподозрил, что ты пристаёшь к нам, старикам, — сказал Лилия с яркой улыбкой. Я снова почувствовал себя спокойным. Очень спокойным и счастливым.       — И поэтому он решил обуздать меня? Студенты Диасомнии держатся друг за друга, как вороны. Или, может быть, он просто чрезмерно опекает? — Я наблюдал, как Цунотаро поставил руки на боки и наблюдал издалека.       — Не неси чепухи. Я его опекун. Это было для кого-то другого, — рассмеялся Лилия.       — Тогда вам стоит крепче держать его в руках, — сказал Рук, сужая глаза на Лилия. Лилия улыбнулся.       — Нет, нет. Бросить мяч с такого расстояния с такой точностью, что он лишь на волосок пролетел мимо твоего носа… Я не могу не гордиться. Мои уроки не прошли даром, — похвалил Лилия. Я кивнул. Это было потрясающе!       — Вы воздаёте похвалы и себе, и своему подопечному в одном предложении. Бесстыдство. Возможно, всё же между вами двоими есть нечто, достойное восхищения, — сказал Рук, моргая на нас.       — Ах! — два студента подбежали посмотреть, что же пролетело.       — Вау! Что это сейчас пролетело? Метеорит или что-то вроде того? — сказал один.       — Ты в порядке, Рук? Показалось, будто он тебя задел. — Рук покачал головой.       — Было опасно близко. Ещё чуть-чуть, и мой нос был бы срезан, как ломтик свежеочищенного яблока, — сказал Рук, глядя на воронку. Лилия улыбался — мяч нисколько его не напугал.       — Я полагаю, это… мяч для метания на дальность, — сказал Рук, поднимая его.       — его бросил Маллеус. Видите? Он смотрит сюда. — Лилия улыбнулся. Я посмотрел и увидел Малеуса с усмешкой на лице. Я улыбнулся ему. Взрослый присматривал. Безопасно. Я моргнул и мысленно тряхнул головой. Я был взрослым, мне не нужно, чтобы он за мной присматривал!       — Вы совершенно правы. Это выражение на его лице… Оно пробегает дрожью по спине, — сказал Рук, сглотнув.       — У него тоже превосходное зрение. Возможно, он заподозрил, что ты пристаёшь к нам, старикам, — сказал Лилия с яркой улыбкой. Я снова почувствовал себя спокойным. Очень спокойным и счастливым.       — И поэтому он решил обуздать меня? Студенты Диасомнии держатся друг за друга, как воры. Или, может быть, он просто чрезмерно опекает? — Я наблюдал, как Цунотаро поставил руки на боки и наблюдал издалека.       — Не неси чепухи. Я его опекун. Это было для кого-то другого, — рассмеялся Лилия.       — Тогда вам стоит крепче держать его в руках, — сказал Рук, сужая глаза на Лилия. Лилия улыбнулся.       — Нет, нет. Бросить мяч с такого расстояния с такой точностью, что он лишь на волосок пролетел мимо твоего носа… Я не могу не гордиться. Мои уроки не прошли даром, — похвалил Лилия. Я кивнул. Это было потрясающе!       — Вы воздаёте похвалы и себе, и своему подопечному в одном предложении. Бесстыдство. «Возможно, всё же между вами двоими есть нечто, достойное восхищения», — сказал Рук, подмигивая.