Hidden Overblot

      Я проснулся в объятиях, которые были слишком велики для человека моего роста. Меня обнимали и плавно покачивали, как ребенка, пытаясь успокоить.        — Кажется, птенчик просыпается — Я уже слышал это раньше… «Птенчик». Что это значит? Я кашлянул и попытался помочь себе рукой, чтобы сесть, и почувствовал, как пушистая лапа уперлась мне в спину, помогая подняться.        — С-спасибо, Грим — Мои глаза открылись и увидели того, кого никогда не ожидали увидеть. Это был Цунотаро, поддерживающий меня рукой и для равновесия стоящий на коленях рядом.        — Ц — Цунотаро?! — Я растерянно моргнул и отпрянул. Позади меня Грим что — то пробурчал.        — Осторожнее, Юу! Ты, может, и не такой крупный, как раньше, но всё ещё тяжёлый! — Я обернулся, глядя на Грима. Теперь он был с меня ростом. Глаза в глаза. Я посмотрел на Цунотаро, а затем на себя. Белые волосы ниспадали на мои слегка покрытые чешуйками ноги. Дыхание участилось, и я уставился на свои руки.        — Да, я полагаю, тебе есть что объяснить, Птенчик — Я поднял взгляд на суженные глаза Цунотаро. Ком в горле уменьшился, стоило мне посмотреть на Грима, который лишь пожал плечами.        — На меня не смотри, он уже был на пол пути сюда, когда я выбежал за помощью. Ты нас здорово напугал, Юу — Я нервно заёрзал, перебирая руками. Мне это не нравилось. Мне не нравилось, что он видит меня таким. Почему я стал таким маленьким? В зеркале я видел кого — то взрослее. Почему я не выглядел как моё зеркальное отражение? Куда подался мой взрослый, человеческий облик?        — Я вижу, птенчик напуган. Возможно, нам стоит перебраться в более тёплое место? Маленьких птенцов следует держать в тепле, желательно в гнезде с матерью, но, увы, у нас его под рукой нет — Я вздрогнул и посмотрел на Лилию, который улыбался нам. Токсичные глаза Цунотаро вновь подозрительно сузились, глядя в его сторону.        — Я не знал, что ты последовал за мной, Лилия — В ответ на слова «дракона», Лилия лишь усмехнулся и снял свою большую зелёно — чёрную куртку. Должно быть, он пришёл из самого общежития. Накинув куртку на меня, взял меня на руки без особого труда.        — Я почувствовал лёгкое волнение. Ты же не против, что я проявил беспокойство? — Лилия ухмыльнулся Цунотаро и прижал меня к груди.        — Дорогой Юу, ты, несомненно, сильно уменьшился с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Но, полагаю, после столь долгого сокрытия и поддержания облика такое могло случиться — Я покраснел. Значит, я был прав, думая, что Лилия что — то подозревал.        — Лилия, ты был в курсе? — — поинтересовался Цунотаро, чей голос был похож на густую черную нефть. Он ступил следом за Лилей, который зашёл в мою комнату и сел на кровать. Моё лицо пылало.        — О? Нет, будь я уверен, я бы положил этому конец. Я подозревал, что он скрывают свою магию и истинный облик, но не в таких масштабах — Я заёрзал, пытаясь высвободиться, но хватка Лилии лишь усилилась.       Рубиновые глаза сверкнули в мою сторону, а палец легонько ткнул мне в щеку. — И ещё выдрал свои прекрасные чешуйки… Какой непослушный птенчик — Сколько он знал? Я замер. Цунотаро смотрел на меня сверху вниз своим ядовито-зеленым взглядом. Я почувствовал, как тело цепенеет из-за…        — Полагаю, ты обязан нам объяснениями, человеческое дитя, или нам стоит называть тебя теперь птенчиком? — Хвостик Грима напряженно завилял из стороны в сторону. И честно говоря, будь и у меня хвост, он бы точно выдал моё беспокойство.        — Я… я… — — пытаюсь говорить, но тело не слушалось. Я не знал, что делать.        — Успокойся, Маллеус, твоя аура заставляет его инстинкты бушевать. Тебе нужно взять себя в руки — сказал Лилия, все также улыбаясь. Спустя мгновение дышать стало легче, и суетливость поутихла. Парнишка это почувствовал и довольно хмыкнул.        — Вот так. Теперь давай начнём с того, почему маленький птенчик скрывал свою истинную сущность? — Я опустил голову, чувствуя стыд. Я так усердно работал, а теперь меня раскусили. Я застрял в этом маленьком теле, и они могли видеть все шрамы, чешую и рога.        — Юу… ты же знал, что кто — то рано или поздно узнает — попытался подобраться ко мне на кровати Грим. Я шмыгнул носом и вытер глаза. Я чувствовал себя младенцем, который плачет перед Цунотаро и Лилией. Лилия погладил меня по голове, стараясь не задеть рога.        — Я и сам не сразу это понял — прошептал я. Лилия удивлённо моргнул, но Цунотаро заговорил раньше.        — Что ты имеешь в виду? — Я посмотрел на него широко раскрытыми глазами, как будто целое небо обрушилось на него. Что — то внутри велело смотреть ему в глаза. Не знаю почему, но это помогло. Плечи немного расслабились.        — На церемонии распределения… я не знал, что скрываю это. Я не знал до самого конца. Дома я выглядел так же, как и раньше. Я не выглядел как… — — я снова посмотрел на себя. Лилия кивнул.        — Значит, инстинктивно. Разве твоя семья не учила тебя, что долговременная маскировка вредна? Боже… В твоём возрасте тебе и покидать гнездо ещё рано — .Я скривился.        — То, что я выгляжу маленьким, не значит, что я такой! Ты же должен это знать, Лилия! Мне 22! — Лилия звонко рассмеялся.        — О, семера… Тени цвета зеленого яблока едва не поплыли с века Лилия, когда он вытер слезинку смеха. — Похоже, тебя и вправду не обучали нашим обычаям. Это тревожно. Юу, фейри, особенно фейри драконы, стареют совсем не так, как люди — Продолжил он, на что я снова поморщился. Я это знал. Цунотаро как — то говорил мне, что, хотя по меркам фейри ему примерно двадцать, в пересчёте на человеческие годы он куда старше.        — Какое это имеет ко мне отношение? — Лилия моргнул, а Цунотаро выглядел шокированным.        — Юу, разве ты не в курсе, что на самом деле ты фейри дракон? — Я замер.        — Лилия, пожалуйста, не шути на этот счёт. Взгляни на меня! Я ни капли не похож на Цунотаро! И уж тем более на тебя… — Выражение лица Лилии стало печальным, а затем его взгляд стал острым.        — Я не шучу, птенчик. Не в таком деле. Существует множество видов драконьих фейри. Маллеус — просто один из видов. Их численность сократилась за последние 800 лет, но многие другие виды всё ещё существуют — Я посмотрел вверх, потом вниз.        — Прости, но, думаю, ты ошибаешься. Я не знаю, кто я, но вряд ли я что-то из этого. Разве мои родители не рассказали бы мне о таком? Мама уж точно не была фейри, а папа… он дальше Всего от этого — Хватка Лилии на мне усилилась.        — Значит, тебя забрали из гнезда — Я начал злиться. Они меня не слушали! Я был абсолютно уверен, что я не фейри драконов. Никто не забирал меня из гнезда…        «Не верится, что мы нашли одного»        «Тш-ш, оно вылупляется!» Я моргнул. Что это было?        — Яйца драконов могут веками дожидаться вылупления. Возможно, матери уже давно не было, когда его похитили — Похитили? Я услышал, как Цунотаро скрестил руки.        — Значит, у нас нет возможности связаться с его семьей — сказал он.        — Семья?! — Лилия кивнул, приподняв меня, чтобы встретиться взглядами.        — О, да, нам нужно сообщить им, что мы нашли заблудшего птенчика! Тогда они смогут проинструктировать нас насчёт надлежащего ухода за тобой! — Я покраснел.        — Лилия, я в порядке! Я ценю помощь Цунотаро и твою с его дня, но сейчас я уже в порядке, не нужно мне обеспечивать «надлежащий уход»! — Цунотаро покачал головой.        — Ты определённо не в порядке, птенчик. Оверблот — не простая болезнь — Я моргнул и съёжился. Я чувствовал себя малышом, которого отчитывают и пытаются научить тому, о чём не просят.        — О… Оверблот — спросил я. Грим с плеча Маллеуса кивнул, глядя на меня.        — Ага! Ты был жутким, Юу! Весь в чешуе, с крыльями, и рыдал о том, что ты одинок! — Восклицал Грим. Я густо покраснел и закрыл лицо руками. Какой позор! И всё это вытворял на глазах у друзей?!        — Нечего стыдиться, Юу. Как ты знаешь, многие здесь недавно через это прошли. Я удивлён, что с тобой этого не случилось раньше, учитывая, как долго ты поддерживал свою маскировку. Ты давал себе хотя бы передышку? — Я покраснел ещё сильнее на вопрос Лилии и пробормотал:        — Я не знал, как её «выключить»… Вернее, не хотел — Меня щёлкнули по лбу, и я вскрикнул, потирая его.        — Это было безответственно с твоей стороны, птенчик. Почему ты не попросил помощи у своих товарищей? — Я попытался слезть с колен Лилии — становилось не по себе. Я бы хотел сделать вид, что сегодняшней ночи не было! Но Лилия не отпустил, а лишь приподнял меня на руках так, что я не мог вырваться. Я был в ловушке. Почему Лилия был таким чертовски сильным для своего роста!        — Он не хотел, чтобы кто — то знал! Боялся, что возненавидят — Я бросил взгляд на Грима — предатель. Грим в ответ тут же насупился.        — Не злись на меня, я же говорил, что тебе стоит кому — то рассказать! — Я надулся, но не отвёл взгляда. Цунотаро кивнул.        — Понятно, но от этого не менее опасно — Я снова опустил глаза и почувствовал, как Цунотаро забирает меня у Лилии. В груди разлилось тепло. Безопасно… Я невольно придвинулся ближе. Я давно уже не чувствовал себя в безопасности. Остроконечные уши Цунотаро нервно дернулись.        — Это его инстинкты. Подсказывают, что его держит сородич. Ты сам был таким же, когда мы впервые представили тебя твоей бабушке — сказал Лилия, и Маллеус покачал головой.        — Нам следует отнести его в лазарет на осмотр. С его сломанным рогом и шрамами я опасаюсь, что повреждений может быть больше. Как и того факта, что у него случился Оверблот менее чем за 24 часа — Я отрицательно замотал головой, пытаясь выбраться. Мне не хотелось идти туда, я был в порядке! Что — то внезапно прогрохотало в груди Цунотаро, тогда мое тело рефлекторно замерло и уже сознанием я почувствовал, как расслабляюсь. Это было нечестно, чёрт возьми! Что это было?        — Ты отлично успокаиваешь его, Маллеус — Я почувствовал себя преданным, от слов Лилии. Я не ребёнок, меня не нужно «успокаивать»! Мне не нужно идти в лазарет из-за такого пустяка! Все увидят. Медбрат не умеет держать язык за зубами! Что, если кто — то заметит? Что, если начнут задавать вопросы? Рокот раздался снова, и рука легла мне на голову.        — Успокойся, птенчик. Не то можешь впасть в панику — Под этот рокот я расслабился. Я почувствовал усталость, пока рука гладила меня по голове. Цунотаро почесал у основания моего целого рога, и моя собственная грудь в ответ затрепетала. Это было так приятно… Из — за чего вообще появилось это волнение? Я закрыл глаза, наслаждаясь лаской, как маленький щенок.        — Хорошо. Это сохранит его спокойствие, пока мы не доберёмся — Я услышал слова Лилии, но он звучали издалека. Это было приятное чувство. Я прижался головой к его руке. Пожалуйста, не останавливайся. Пожалуйста, это так приятно — быть спокойным. Цунотаро продолжал почесывать, пока мы не добрались до лазарета. Он остановился и усадил меня на кровать. Лилия тут же умчал за медбратом. Я густо покраснел… Что только что произошло? Грим прикрывал лапой рот, но я видел, что он изо всех сил старается скрыть зубастую ухмылку. Я воззрился на него. Давай, смейся, котейка, посмотрим, открою ли я тебе тунец в ближайшем будущем!       Лилия быстро вернулся с медбратом, который замер при виде меня и Цунотаро. Он кашлянул и подошёл, протянув руку, чтобы дотронуться до меня. Цунотаро тихо зарычал, заставив меня пригнуться под его руку. Взрослый рычит — значит, опасность. Опасность — это плохо. Оставаться со взрослым. Взрослый — это безопасно.        — Маллеус, ты должен позволить ему осмотреть птенчика — Маллеус моргнул, затем посмотрел на меня и, кивнув, отошёл к Лилии.        — Придётся привыкнуть — прошептал Лилия. Теперь я мог многое слышать. Это пугало — насколько много. Я даже слышал, как Кроули спит наверху в своём кабинете.        — Хорошая новость: он, кажется, в хорошей форме, если не считать вырванных чешуек и сломанного рога. Возможно, слегка недоедает. Могу я поинтересоваться, где вы нашли столь юного малыша? — медбрат смотрел на Лилию и Цунотаро.        — Сэр, мы его не находили. Это Юу — Стетоскоп, который держал медбрат, с грохотом упал на пол.        — Э — это… — я зарылся глубже в куртку Лилии. Она была большой и удобной, идеально, чтобы спрятаться. Лилия кивнул.        — Полагаю, теперь вы понимаете нашу озабоченность? — Медбрат кивнул на слова Лилии.        — Это… весьма необычно. Хотя с его появлением здесь всё и было необычно — Медбрат потер лоб. Цунотаро сузил глаза на него.        — Боюсь, нам придётся проинформировать директора — Лилия кивнул.        — Это понятно. Подождём здесь? — Медбрат кивнул.        — Да-да, думаю, так будет лучше — Медбрат умчался, бегом пустившись по коридору. Я слышал, как он распахивает дверь Кроули. Мой тело вздрогнуло от звуков, которые теперь были слишком громкими, а ладошки накрыли уши, где отчётливо чувствовались заострённые кончики. Лилия с сочувствием посмотрел на меня.        — Потребуется время, чтобы привыкнуть к диапазону твоего слуха -. Цунотаро приблизился и снова положил руку мне на голову. Я прильнул к ней, как бездомный котенок, даже не желая того. Но когда он касался моей головы, ласково гладил светлые волосы, то мир снова становился тихим. Я даже не услышал с каким грохотом Кроули и медбрат вбежали в палату, застыв при виде меня.        — Так это правда… Вот почему Зеркало говорило, что у тебя нет облика. Почему оно утверждало, что у тебя нет дома. Ты скрывал его — С удивлением говорит директор. Я сглотнул и зарылся ещё глубже в куртку ощущая запах Лилии и его любимых томатов. Цунотаро издал низкий рык, и Кроули замер, прежде чем откашляться в ладонь.        — Ну что ж, по крайней мере, теперь мы наконец можем разрешить этот вопрос. Кажется, мы наконец сможем отправить тебя домой — Я съежился. Да, точно… Мне нужно было вернуться домой. Нужно было спросить маму, знала ли она об этом. Но из мыслей меня выхватило чувство защищенности, когда высокий силуэт Цунотаро заслонил меня своей спиной. Лилия моргнул и опустился на колени, чтобы стоять рядом, даже не беспокоясь о своих дорогих штанах.        — Маллеус, ты должен обуздать свои инстинкты. Я понимаю, что они тебе говорят, но птенчик — не твой. Если его можно вернуть в его семью, это будет лучшим исходом — Цунотаро глубоко вздохнул, но не отошёл, чтобы выпустить меня вперед. Лилия жестом велел остальным отступить. Грим шмыгнул за Лилию, а Кроули поднял руки в знак капитуляции. Медбрат отступил на шаг. Цунотаро снова глубоко вздохнул, будто вновь обретя холодный разум и поднял меня на руки.        — Полагаю, я присоединюсь к этой экскурсии. Мне есть что обсудить с его семьей, если это так — заявил Цунотаро, высоко держа голову и глядя сверху вниз на Кроули. Тот сглотнул и кивнул.        — Конечно — И на этом было решено отправится в Зеркальный зал. Находясь внутри высоких потолков и широких стен, Кроули взглянул в Тёмное Зеркало. Но прежде чем он успел что — то сказать, оно вспыхнуло зелёным, и в нём появился дух.        — Итак, ты наконец решил показать своё истинное я — Я опустил взгляд, сидя на руках у Цунотаро.        — Тогда мы наконец можем распределить тебя — Кроули шагнул вперёд.        — Нет, мы должны отправить его домой — Зеркало на мгновение замолчало, затем произнесло:        — Он дома — Кроули моргнул и упёр руки в бока.        — Э-этого не может быть, это колледж. Давай попробуем снова. Тёмное Зеркало, я прик- —        — Он там, где должен быть — Монотонный голос духа из зеркала вторил тоже, что и до этого. После этих слов хватка Цунотаро заметно усилилась на мне. Не больно, но достаточно, чтобы я почувствовал движение куртки и напряженность его рук.        — Это… как это возможно. Хорошо… Вы сказали, что теперь его можно распределить? — Зеркало засветилось, и дух в нём кивнул.        — Да, душа птенца наконец готова к распределению — Кроули вздохнул и провёл рукой по лицу, едва не оцарапав себя железными накладными когтями.        — Тогда нам нужно провести ещё один обряд. А пока, мистер Ванруж, как вы считаете, какого возраста малыш по вашим меркам? — Лилия хитро улыбнулся.        — Семеро, ну, Юу утверждал, что ему 20 с чем — то по человеческим меркам. Это помещает его всё ещё на стадию птенца. Где — то лет пяти, я полагаю — Цунотаро кивнул, подтверждая это… Я… Мне было пять лет?!        — Н — но я взрослый! — выпалил я, едва не свалившись из чужих рук. Лилия посмотрел на меня с печалью.        — Да, в человеческом облике ты, скорее Всего, был им. Но, как я пытался тебе объяснить, фейри стареют совсем иначе, чем люди. Теперь, когда ты истощил себя до Оверблота, ты больше не можешь поддерживать облик взрослого — Я скрестил руки и воззрился на них. Это отстой!        — Не тревожься, малютка, это к лучшему. Тебе вообще не позволили бы делать подобное — Я скорчил гримасу Лилии. Это не помогало. Теплая рука по-родительски накрыла мою спину.       — Успокойся. — Рога Маллеуса блеснули в свете огня, что создавало дополнительный шанс приструнить непоседливого меня. Ядовитый взгляд «дракона», в чьих руках я был, перелетел на мужчину в цилиндре. — Директор, как скоро его можно распределить? Забота о птенце — трудная работа, его главе общежития нужно будет всё объяснить — Я вцепился в куртку Лилии. Меня бросали… Цунотаро собирался меня оставить. Я знал, что так и будет.        — Мы должны проинформировать глав общежитий, больше никого. Уверен, мы сможем провести церемонию завтра вечером — Заключил Кроули, пристукнув тростью о плитку, на что Цунотаро кивнул и, повернувшись, пошёл прочь, неся меня на руках.        — Цунотаро, куда мы идём? — он взглянул на меня, затем снова вперёд. Я оглянулся и увидел, что за нами следуют Лилия и Грим.        — В общежитие. Уже поздно. Птенцы должны были свернуться калачиком давным — давно -, — просто сказал он. Я воззрился на него с каменным лицом. Я был НЕ птенцом! Я был взрослым, чёрт побери!        — Моё общежитие в другой стороне — попытался я напомнить ему. Цунотаро посмотрел на меня и приподнял бровь.        — Я в курсе. Мы возвращаемся в Диасомнию. Ты ещё слишком мал, чтобы оставаться без присмотра -. Я покраснел от гнева. Это уже переходило все границы. Я заёрзал у него на руках, и он поднял ладонь, снова направляясь к основанию моих рогов. Я замер.        — Я буду использовать это против тебя, Птенчик. Не испытывай меня — Я оставался под властью щенячьего удовольствия до тех пор, пока пальцы не отстранились от моих рогов. Больше я не ёрзал.