Падшие

Жар от пламени обжёг её лицо, казалось, что кожа истончилась и натянулась, как лист пергамента. Лиа закашлялась, пытаясь укрыть лицо руками от дыма. Здание скрипело, шаталось, обугленные доски валились одна за одной. Становилось понятно - ещё немного, и резиденция рухнет внутрь, сложится, как карточный домик. Не теряя ни минуты, Лиа рванула выше. Мощнейшим толчком чакры она преодолела несколько этажей, почти взлетая на самый верх - туда, где пламя уже полностью уничтожило стены покоев Даймё Чая. Именно от сюда Лиа уловила отголосок чакры Якиро, который больше не чувствовался. Не обращая внимания на стену огня, Лиа проскочила через неё, приземлившись на поеденный пожаром пол. Доски хрустнули, дым повалил в лицо, её глаза защипало, и Лиа еле удержалась на ногах. Сделав шаг вперёд, она смогла посмотреть прямо перед собой. И остолбенела. Прямо перед ней, в кругу огня, среди дымящихся остатков стен и мебели, лежало три тела. Бездыханных. Без малейших колебаний чакры. Три мёртвых тела, которые уже успело поесть пламя. Мама. Папа. Брат. Лиа даже не смогла вдохнуть. Адское пламя бушевало вокруг, огонь ревел, обжигая её. Но Лиа не видела. Не слышала. Не чувствовала. Её ребра сжало, будто бы ей туда вогнали лезвие ножа по самую рукоять. Руки затряслись, и её ноги подкосились. Лиа рухнула на колени, не в силах даже приблизиться к своей семье. С её губ сорвался даже не хрип - вой, сиплый, тянущийся, пропитанный болью. Она почувствовала в груди настоящую боль, будто что-то в ней надорвалось. Они лежали вместе, так близко друг к другу, будто пытались ухватиться за жизнь даже в самое последнее мгновение. Пол вокруг них был обуглен и пропитан огромными лужами запёкшейся крови. - Аааа... Из груди Лиа вырвались рыдания, но горло просто свело судорогой. Её тело затрясло как при лихорадке, глаза защипало, но даже слезы не смогли истечь из её глаз, испаряясь в чудовищном жаре. Она бросилась вперёд, прямо к ним. Капельки надежды внутри просто треснули, когда она перевернула тело отца - он был мёртв. Окончательно, безоговорочно мёртв. В его груди зияла дыра, края которой запеклись. Лиа хотела просто лечь рядом с ним. И умереть. Не видеть. Не слышать звук пламени. Не чувствовать этот запах горелого. Просто умереть. Её глаза нашли Якиро - его тело было рассечено мечом. Кровь продолжала сочиться из ран, вся его одежда была пропитана ею. - Якиро...Якиро... Не узнавая собственный голос - жалобный, треснутый, как надломленный колокольчик, Лиа позвала брата. Но он не ответил. Его лицо, всегда радостное и живое, сейчас было искажено гримасой ужаса и страдания. Голубые глаза казались стеклянными. Она не успела. Он был ещё жив, когда она была внизу, она же смогла почувствовать его чакру. Но она не успела. Лиа не успела. Время для неё будто замедлилось. Вокруг бушевал огонь, каждая минута могла стать последней, но для Лиа это мгновение длилось целую вечность. Она бы хотела закрыть глаза, убрать эту картину из своей памяти, стереть её, оказаться где-нибудь в другом месте. Но она здесь. А рядом с с братом и отцом лежала мама. Её поза была неестественна, будто бы до самого конца её удерживали невидимые путы. Всё её мышцы были напряжены, особенно в области шеи. Её лицо было изуродовано гримасой страдания, глаза закатились. "Задохнулась...." Её мама...задохнулась дымом. Вот так просто. Так глупо. И так больно. - АААААААААААААА!!!! Лиа заорала, впиваясь руками себе в волосы и бросаясь к своей семье. Она обняла их тела, изо всех сил прижимая к себе, пачкаясь в их крови. Конвульсии и рыдания терзали её тело, чудовищная боль рвала её на части. Лиа плакала, выла, но держала свою семью. "Я хочу умереть. Я просто хочу сгореть. Пусть огонь убьёт и меня. Мне незачем больше жить". Лиа крепко зажмурилась, чувствуя, как огонь подбирается ближе, как он обжёг её руки и ноги, как плохо ей становится от дыма, как постепенно мутится сознание. Но ей было плевать. Внезапно вокруг раздалось очень громкое шипение, и всю комнату затянул горячий вязкий пар. Сквозь помутнённое сознание Лиа различила какое-то движение перед собой. Жар от огня резко снизился, её лёгкие начал разрывать кашель. Лиа крепко зажмурилась, ещё сильнее обнимая тела своей семьи. - Лиа! Лиа! Кто-то схватил её за плечи и затряс. Она лишь замотала головой, мёртвой хваткой цепляясь за маму, папу и брата. - Ками-сама... Лиа, посмотри на меня! Лиа медленно открыла глаза, из которых бежали слезы. Перед ней повисло знакомое лицо. - Муидзиро-сенсей... - с её губ сорвался шёпот. Пустым взглядом она смотрела на сморщенное лицо старика, не понимая, что происходит. В сознании было пусто. - Я боялся, что они убили и тебя, - медленно проговорил он. Его руки оставались на её плечах, будто удерживая её в этом мире. Лиа измученно посмотрела ему в глаза, выдавливая из себя слова: - Они мертвы, сенсей...Мама, папа, Якиро...Они мертвы... - Я вижу, Лиа, - его голос был твёрд, но в нем слышалась горечь. - Но ты жива. Ты чуть не задохнулась в огне, я его потушил. - Почему я жива? Я не хочу жить, сенсей...- прошелестела Лиа, медленно покачав головой. Её руки ослабли, позволяя телам её семьи лечь рядом с ней. - Мир шиноби жесток, Лиа. Если ты позволишь ему сломать тебя - значит твоя семья погибла напрасно, - Муидзиро-сенсей потянул её на себя, помогая подняться. Лиа медленно встала на ноги, будто марионетка. Её тело было абсолютно целым, но она чувствовала невыносимую боль в груди, словно у неё была там сквозная дыра. Руки сенсея на её плечах были невероятно тяжёлыми, будто её давила к земле могильная плита. - О чем вы говорите, сенсей? - прошептала Лиа, еле как держась на ногах. Слезы перестали течь из глаз - у неё больше не было сил плакать. - Ты - шиноби. Шиноби всегда ходят со смертью бок о бок, и все мы вынуждены терять своих близких. Но память о них вечно будет жить в наших сердцах, - Муидзиро-сенсей медленно убрал руки. - Но если умрёшь ты - что останется от твоей семьи? Кто будет нести память о семье Мацуока? Лиа молчала. Слова сенсея медленно проникали в сознание, как сквозь густой туман. Она почувствовала дуновение свежего воздуха, и рефлексы шиноби, вбитые в неё годами, привычно включились. Мозг постепенно заработал. - Вы правы, сенсей. Но почему...- голос её дрогнул. - Почему моя семья погибла? Лицо старика потемнело, он нахмурил брови, глаза его сверкнули грустью. Он ничего ей не ответил. Ей было очень плохо. Лиа будто была зрителем в собственном сознании и просто наблюдала со стороны за тем, что происходит вокруг. Сил рыдать не было, тело просто потряхивало, а в груди поселилась вселенская боль. Лиа медленно обернулась и посмотрела на свою семью. Будто снова ей вогнали нож в самое сердце. Но теперь её глаза искали другое: - Эта рана...Края запеклись от сильного удара огнём. Техника ниндзя, - прошептала она, воспаленным взглядом осматривая тело отца. Это было невыносимо. - Якиро рассекли катаной - сильный чёткий удар. А мама... Только сейчас она заметила то, что раньше упустила - на теле Цумуги не было части одежды. Только её ципао, а под ним - ничего. Глаза Лиа медленно раскрылись, и к боли в груди начало вливаться нечто новое, чуждое, и очень тёмное. Она почувствовала остатки инородной чакры на своей семье. - Ясухиро...Хитоши. Картинка сложилась. В этот момент ей показалось, будто она разделилась на две части. Человек в ней выл от боли, стонал, рыдал, пытался деться куда-нибудь, лишь бы не принимать случившееся. А шиноби клокотал от бешенства. Лиа сжала кулаки, ногти почти до крови впились в ладонь. Её руки снова задрожали - но теперь уже не от боли. От ярости. Медленно, как в самом страшном сне, Лиа повернула голову к сенсею: - Они забрали у меня семью. Я сотру их с лица земли. - Лиа... Голос старика прозвучал не на шутку обеспокоенно. Он подошёл и встал перед ней, будто загораживая проход: - Ты понимаешь, что тебе не будет пути назад? Ни одна нация шиноби не простит тебе убийства Даймё. - Мне плевать, - Лиа даже не смотрела на старика, уставившись прямо перед собой. - Пусть я хоть буду скитаться по миру, вечно прятаться - я этого так не оставлю. - В тебе кипит ярость. Не позволяй ей совершать действия за тебя, Лиа! - воскликнул Муидзиро-сенсей. Его рука метнулась к карману. - Простите, сенсей. Лиа резко прыгнула к дыре в стене, вылетев сквозь горелое отверстие. Ветер ударил ей в лицо, волосы взметнулись над головой, и Лиа понеслась вниз - туда, где она чувствовала чакру Ясухиро и Хитоши. "Я вам этого не прощу. Я же знала, чувствовала, видела это все! Долг шиноби насильно закрыл мне глаза и рот. Я служила верно, но у меня отобрали все. Меня просто убили. Я мертва." Яркой кометой она приземлилась в самом низу резиденции. От её удара по земле прошлись тонкие трещины. Встав с одного колена, Лиа медленно подняла голову. - Пришла. Ясухиро стояли в нескольких метрах от неё. Хитоши крепко держал свою сестру за плечо, все его кимоно было покрыто пятнами крови. В руке он сжимал катану. Катану её отца. Сомнений никаких не оставалось. Её семью убили те, кому она служила всю свою жизнь. - За что? Лиа хотела заорать, завыть, но горло свело судорогой, она смогла выдавить из себя только этот вопрос. Единственный вопрос, который туманил её рассудок. Лицо Хитоши скривилось от целой смеси выражений: презрение, отвращение, напряжение, настоящая злоба и что-то совершенно непередоваемое. - Твоя семья осмелилась напасть на моего отца. Я думал, что долг для шиноби - превыше всего, - почти выплюнул он. - Но вы оказались мусором. - Хитоши, что ты говоришь? - еле слышно прошептала Акира. Она была болезненно бледна, в её голосе слышались слёзы и непонимание. В этом момент из-за спин своих детей вышел Ясухиро. При виде него перед глазами Лиа потемнело от ярости - в её голове вспыхнуло осознание того, что он сделал с её матерью. - Ты... Лиа даже не могла говорить. Её глаза раскрылись невероятно широко, руки тряслись, а сердце в груди забилось с огромной скоростью, каждым ударом разрывая её изнутри. Адреналин бушевал в крови, чакра струилась по венам, готовая обрушиться на головы убийц её семьи. - Ясухиро...скажи мне...за что? Несколько долгий мгновений Ясухиро молчал. Только пепел тихо кружился в воздухе - резиденция ещё продолжала гореть. За пределами поместья слышались крики, люди бежали, но вокруг внутреннего двора стояла почти гробовая тишина. Аристократы стояли по одну сторону. Лиа - по другую. Ясухиро медленно поднял взгляд. Лицо его исказилось, но он не выглядел виновным - лишь человеком, которого догнала собственная тень. - За что, говоришь? - его голос звучал хрипло, почти шёпотом. - За то, что она была слишком похожа на неё. Лиа не двинулась. Только пламя дрогнуло в её глазах. - На мою жену, - продолжил он, будто говоря сам с собой. - Я потерял её много лет назад. Она умерла - и с ней умер весь мир, который я знал. А потом… я увидел твою мать. В её лице, в голосе… будто всё вернулось. У Лиа на мгновение перехватило дыхание. Она сжала зубы, чувствуя, как внутри неё все холодеет. Хитоши и Акира молчали - будто впервые слышали собственного отца. Акира со вселенской печалью, а Хитоши с презрением. - Цумуги...Я видел только её, я...- он продолжал говорить. - И на миг мне показалось...захотелось...вернуть всё. Хотя-бы на миг. - Не смей произносить имя моей мамы, - прошептала Лиа, не веря собственным ушам. - Ещё слово слетит с твоего поганого рта - я убью тебя самым страшным способом, который ты можешь себе представить. Её голос был похож на рокот животного. Все тело орало, рвалось вперёд, будто она и правда была диким зверем: поломать ему руки, оторвать все части тела по одной, размазать его, разделать на части. Её останавливали лишь остатки её разума и просто чудовищного непонимания. - Силёнок не хватит, милая, - чуть ли не ласково прошипел Хитоши, толкая Акиру себе за спину. - Так и знал, что чуть что - ты бы первая накинулась на нас. - Он выставил катану перед собой. - Чуть...что? Чуть что?! ЭТО ТЫ НАЗЫВАЕШЬ ЧУТЬ ЧТО?! Это стало последней каплей - Лиа кинулась вперёд, перехватывая кунай одной рукой. Хитоши и Ясухиро двинулись одновременно, стараясь поймать её в клещи. Удар куная встретила катана с оглушительным лязгом, Лиа отпрыгнула в сторону. Акира завизжала: - Остановитесь!!! Хитоши оказался прямо перед Лиа, делая замах мечом - сталь сверкнула в ночи. Лиа подставила кунай, запуская в ответ несколько сюрикенов. Хитоши отпрыгнул, вытягивая палец вперёд. "Я знаю, что сейчас будет за техника" - Стихия Огня: Залп! - Космотехника: Туманность! За одно мгновение поле боя покрылось непроглядным светящимся туманом, будто он и правда был соткан из тысячи крошечных звёзд. Огненный удар Хитоши прошил пространство, безвредно уйдя в никуда. "Именно эта техника убила папу. Залп." В её душе бушевала ярость, обжигающая и неистовая. Только она заставляла её двигаться, заставляла отбивать точные удары. Лиа дернулась вперёд в туманность, и прямо перед ней оказался Ясухиро. Её мощнейший удар ногой пришёлся прямо по нему - Даймё еле успел подставить руки. Они сцепились в тайдзюцу: Лиа налетала на него, наносила серии быстрых ударов, отпрыгивала назад, чтобы уклониться от выпадов Хитоши. Внезапно Хитоши умудрился пробраться ей за спину и махнуть катаной - по коже прошёлся леденящий душу ветерок. Её техника туманности развеялась. - Катана твоего папы невероятно мне подходит - будто создана под мою ладонь! Не представляешь, как быстро она разрезала твоего братца! - до ушей Лиа долетела издёвка Хитоши. В этот момент Лиа поняла - в ней кипела не только ярость и боль. Она чувствовала ненависть - чужую, тёмную, как самый бездонный космос. Она пожирала её изнутри, ничего за собой не оставляя, отравляя её кровь, её слезы, самую её душу. Слёз в её глазах даже не появилось. Только страшная, чудовищная боль. В этот момент Хитоши появился прямо перед ней, и катана в его руках казалась самым отвратительным издевательством. - Может, и правда вы все были просто мусором, и я не зря вас порубил?! Чакра вспыхнула внутри неё. Лиа представила, как огромные потоки её энергии стягиваются в одну точку, сжимаются до невероятных размеров, сохраняя свою полность. Как все её горе, ненависть, страдания, вся её кровь и сама её душа сжимается до размеров атома, готовая вот вот вырваться наружу. И убить. Название техники пришло само, словно жило в её голове всю жизнь. Резко выкинув руку перед собой, она крикнула: - Космотехника: Сингулярность!