Падший Ангел

В аду царило обыденное затишье. Постояльцы, как всегда, отсутствовали, и Чарли, по своему обыкновению, неустанно трудилась над своим проектом. Она усердно репетировала душевные беседы, используя подушку в качестве слушателя. Вэгги, наблюдая за этой трогательной сценой, одарила свою возлюбленную слабой, но теплой улыбкой. В то время как все обитатели отеля были заняты в зале, Ангел укрылся в библиотеке. Но даже там он не был одинок – за ним исподтишка наблюдал Радио Демон. Мотивы Аластора оставались загадкой. Люцифер, заметив эту нескромную слежку, не смог промолчать. – Не слишком ли некрасиво подглядывать за дамами, Бэмби? – с легкой укоризной произнес он. Улыбка Аластора стала еще шире, гранича с насмешкой. – А вы, ваше величество, не наблюдали ли, как она… – он замялся, явно подбирая слова. Люцифер вспыхнул от смущения и рявкнул: – Да заткнись ты! В этот момент из библиотеки вышла Ангел с книгой в руках и удивленно посмотрела на них. – Что тут происходит? – спросила она, не понимая напряжения в воздухе. Ангел окинула взглядом смущенного Люцифера и самодовольного Аластора. "Кажется, я что-то пропустила," - подумала она, приподнимая бровь. Аластор поклонился, сохраняя свою фирменную улыбку. – Ничего особенного, дорогая, – пропел он, – просто небольшая дискуссия с величеством. Люцифер скривился, явно не разделяя энтузиазма Аластора. Он бросил на Радио Демона испепеляющий взгляд, словно предостерегая его от дальнейших комментариев. Затем, повернувшись к ангелу, попытался сменить тему. – Чарли просила меня проверить кое-что в отеле, – сказал он, указывая на лестницу, ведущую в холл. – Лучше пойду, пока она не решила, что я увиливаю от работы. Резко развернувшись, Люцифер покинул библиотеку, оставив Ангела в замешательстве. Она посмотрела на Аластора, ожидая объяснений, но тот лишь пожал плечами, будто ничего не произошло. Ангел почувствовала, что в воздухе витает нечто большее, чем просто "небольшая дискуссия", но не стала настаивать. Она знала, что рано или поздно правда выплывет наружу, как это обычно и бывает в аду. Спускаясь по лестнице, Люцифер был терзаем мыслями, мрачными, словно тени ада. "Сука, сука, сука… Какое дело Аластору до неё? Никакого. Дорогая? Да почему "дорогая"? Кто она ему?" Неужели в сердце владыки ада зародилась ревность, червь сомнения, грызущий его изнутри? Погруженный в раздумья, он пробормотал себе под нос: "Я…" Неожиданно он врезался в Энджела. Тот лишь слегка придержал его за плечи, отстраняя. – С вами все в порядке? Люцифер мотнул головой, стараясь скрыть смятение. – Да, да, все хорошо… Просто… неважно. Паучок окинул его странным взглядом и отпустил. Морнингстар, не понимая, что с ним происходит, опустился за барную стойку и исподтишка поглядывал на лестницу. Ангел… Как она спускалась – воплощение грации, осанка, исполненная достоинства, и ум, читаемый в глазах. Хаск, заметив его состояние, поинтересовался: – Вам чего-нибудь налить? Владыка вздрогнул, словно очнувшись от наваждения, и его вид был до смешного нелеп. Нервно поправив галстук, он произнес: – Виски… – Стараясь казаться невозмутимым, но тщетно. Хаск, старый лис, прекрасно понял, к чему клонит Люцифер. В это время Чери, еще одна новая постоялица, расположилась на диване и, схватив пульт, начала переключать каналы. На одном из них транслировали новостной выпуск, посвященный прибытию ангела в отель. "Это же наш враг! Неужели Чарли Морнингстар заключила сделку с ангелом?" – вещал диктор. В этот момент одновременно спустились Чарли, Вэгги и Киммирэла. По лицу последней было видно: грядет беда. Люцифер едва не выронил стакан. -Сделка с ангелом? Этого еще не хватало! Ярость закипела в нем, смешиваясь с болезненным уколом ревности. Он наблюдал, как Киммирэла грациозно пересекает зал, направляясь к Аластору, который приветствовал ее с широкой улыбкой. "Дорогая…" эхом отдавалось в его голове. Чарли, заметив напряжение в воздухе, поспешила к отцу. - Папа, послушай, это не то, что ты думаешь!– попыталась она оправдаться, но Люцифер лишь махнул рукой. - Я все видел, Чарли. Сделки с небесами? Это безумие они очередной раз говорят бред! Вэгги, нахмурившись, приблизилась к Чери и выхватила у нее пульт. - Не слушайте эту чушь! Мы пытаемся помочь, а они лишь раздувают из мухи слона! Чери пожала плечами и отвернулась, потеряв интерес. Киммирэла, в свою очередь, о чем-то оживленно беседовала с Аластором, их лёгкий разговор был слышен. Люциферу потребовалось немало усилий, чтобы сохранить подобие н евозмутимости. Он залпом допил виски и решительно направился к ним. Чарли остановила его, пытаясь понять, отчего отец так разозлился. Он тяжело вздохнул и устало взглянул на дочь. — Пап, что с тобой? Я не понимаю, ты зол из-за новостей или из-за них? Люцифер и сам не мог понять, что с ним творится. В груди словно клубок змей свил себе гнездо, шипя и извиваясь при каждом упоминании Вокса. Ярость, презрение, страх? Все смешалось в дикую, отравляющую смесь. — Чарли, прости… Энджел лишь подал голос: — Послушайте Новости 666. Кэти Киллджой и Том Тренч скажут все, что им Вокс прикажет. Ангел просто общался с Радио Демоном, исключительно по поводу того, что случилось на лестнице. Люцифер помрачнел еще больше, услышав имя Вокса. И без того змеиный клубок в груди словно зашевелился активнее, готовясь ужалить. — Замолчи, Энджел! — рявкнул он, заставив того вздрогнуть. — Я не хочу слышать ни единого слова об этом… теле-выродке! Чарли испуганно посмотрела на отца. Она никогда не видела его таким. Даже когда Аластор устраивал свои безумные выходки, Люцифер сохранял хотя бы подобие спокойствия. Но сейчас он был на грани взрыва. — Папа, пожалуйста, успокойся. Я понимаю, что тебе не нравится Вокс, но… — Не нравится?! — Люцифер резко повернулся к дочери, его глаза метали молнии. — Ты понятия не имеешь, как я к нему отношусь! Этот… этот выскочка, возомнивший себя повелителем ада! Он… он… Люцифер замолчал, не в силах подобрать слова, чтобы выразить свою ненависть и отвращение. Он отвернулся и подошел к окну, глядя на пылающий горизонт города. В его глазах отражалось пламя. — Прости, Чарли, — пробормотал он, стараясь взять себя в руки. — Я не должен срываться на тебе. Просто… Просто этот Вокс вызывает у меня… сложные чувства. Он глубоко вздохнул и повернулся обратно к дочери. Чарли, словно ища утешения в знакомом тепле, обвила руками отца и прижалась щекой к его плечу. - Пап, мы обязательно во всем разберемся... – прошептала она, надеясь вселить в него хоть немного уверенности. Киммирэла, наблюдая за этой трогательной сценой, лишь устало вздохнула. Внезапно она почувствовала, как рядом с ней возник Аластор. Его голос, пропитанный едким сарказмом, прозвучал у нее над ухом: - До чего же мило, аж зубы сводит. Не находите?" Ангел, не разделяя его цинизма, лишь ощутила волну неприязни к демону. Люцифер, краем глаза заметив жест Аластора, как тот положил руку на плечо Киммирэлы, ничего не сказал. Однако легкая тень ревности мелькнула в его взгляде. Внезапно Чарли, словно желая разрядить напряженную атмосферу, предложила: - Так, а давайте немного успокоимся и познакомимся поближе? Расскажем немного о себе. Большинство присутствующих поддержали эту идею. Лишь Киммирэла отказалась. Люцифер, втайне надеясь, что она передумает и останется, испытывал странное желание быть рядом с ней причина этого влечения оставалась не понятна. Люцифер попытался скрыть свое разочарование за маской безразличия. Он не мог понять, что его так сильно тянет к этой загадочной женщине. Возможно, это просто мимолетное увлечение, вызванное ее необычной силой и независимостью. Но, возможно, это было что-то большее, что-то, что он боялся признать даже самому себе. Чарли, не замечая душевных терзаний отца, радостно захлопала в ладоши. — Отлично! Тогда начнем с самого интересного — с наших увлечений! Энджел, расскажи нам, чем ты любишь заниматься в свободное время? Энджел, кокетливо улыбнувшись, начал живописно рассказывать о своих похождениях и развлечениях, щедро приправляя свой рассказ пикантными подробностями. Аластор, напротив, сдержанно поведал о своей любви к радиовещанию и приготовлению изысканных блюд. Киммирэла, однако, оставалась неприступной крепостью. - Мои увлечения не для чужих ушей, — отрезала она, не оставив ни малейшей надежды на дальнейшие расспросы. Люцифер, с интересом наблюдавший за ней, почувствовал себя еще более заинтригованным. Он понимал, что за этой маской холодности и отчужденности скрывается нечто гораздо большее, чем она готова показать. И он был полон решимости это узнать. Энджил лишь продолжил, наклонив голову вбок: — Неужели ангелочек не хочет поделиться своей тайной, или это что-то запрещенное? Девушка нахмурила брови, словно задумалась над ответом. — С рождения играла на скрипке, — произнесла она, и в глазах Люцифера зажглось любопытство. Ему понравилось это хобби, оно придавало ей особый шарм. Аластор, заметив его интерес, оживился. — Я бы с удовольствием послушал! — в его голосе звучала искренность. Однако правителю это не понравилось. Он сдержал раздражение, наблюдая, как Аластор проявляет любопытство к девушке. Чарли, словно озаренная вдохновением, рванула за скрипкой и вскоре вернулась с инструментом в руках. Ангел подняла брови в удивлении, а принцесса, в свою очередь, распрямила губы в широкой улыбке. — Сыграй, пожалуйста, — мягко попросила она. Девушка тяжело вздохнула, но затем, словно поддавшись волшебству момента, начала играть. Звуки скрипки заполнили воздух, и мелодия была настолько прекрасна, что Люцифер, забыв обо всем, расплылся в восхищении. Чарующие звуки скрипки обволакивали пространство, словно тончайший шелк, проникая в самые сокровенные уголки души. Мелодия лилась плавно и нежно, то взмывая ввысь, подобно жаворонку в небе, то опускаясь к земле тихим шепотом листвы. В каждой ноте чувствовалась грусть и радость, надежда и отчаяние, словно девушка изливала в музыку все свои чувства и переживания. Люцифер, обычно сдержанный и надменный, не мог оторвать взгляда от Ким. В ее движениях чувствовалась грация и уверенность, а в глазах горел огонь страсти. Он словно впервые видел ее такой настоящей, такой живой. Его сердце, давно очерствевшее от власти и интриг, внезапно дрогнуло, тронутое красотой ее игры. Аластор, завороженный, стоял неподвижно, словно статуя. Он закрыл глаза, наслаждаясь каждым звуком, каждым оттенком мелодии. В его сознании рождались образы далеких стран, дивных пейзажей и волшебных существ. Музыка Ким перенесла его в мир грез и фантазий, где не было места злобе и ненависти. Когда последние звуки скрипки затихли, в комнате повисла тишина, словно все боялись разрушить волшебство момента. Люцифер первым нарушил молчание, медленно захлопав в ладоши. Его глаза сияли восхищением. - Прекрасно, просто прекрасно, - прошептал он, и в его голосе звучала неподдельная искренность.