Падший Ангел

Неделя до истребления...

Ад затягивал в свои мучительные объятия, время тянулось словно патока. В отеле "Хазбин" мало что изменилось: все та же пыль, да несколько новых паучьих морд среди постояльцев. Чарли вновь потерялась в водовороте неотложных дел, сама не зная, за что хвататься. И вновь никто толком не понимал, что с ней происходит. Только Хаск, как всегда, протирал стаканы, уже в девятый раз. Ворчливый котяра не находил себе места – Энджела не было с пятницы, словно сквозь землю провалился. Да и Ангел куда-то запропастился. Люцифер изнывал от тревоги за свою новую возлюбленную. Она не отвечала на звонки, словно растворилась в воздухе. А за барной стойкой разворачивалась привычная сцена… – Куда запропал этот волосатый недоразумение? – рявкнула Черри, опрокидывая в себя очередную порцию огненного пойла. – Откуда мне знать? – огрызнулся Хаск, не отрываясь от стакана. – Может, нашел себе очередную помойку, чтоб переспать. – Не говори так о нем! – Черри стукнула кулаком по стойке. – Он не такой! – Да ладно тебе, – Хаск закатил глаза. – Все они одинаковые. Сегодняшний день. Энджел очнулся в каком-то притоне, окруженный грудой пустых бутылок. Голова раскалывалась от похмелья, словно ее пробивали молотом. Зрение отказывалось фокусироваться, все плыло перед глазами. Он застонал, свернулся калачиком, пытаясь унять боль. С трудом поднявшись, он схватился за голову и принялся шарить в поисках воды или чего-нибудь холодного, алкогольного. Его взгляд зацепился за огромную кровать, на которой вповалку лежали пятеро парней… Он даже не удивился. "Ха, я, видимо, оторвался по полной", – промелькнуло в голове. Отбросив эти мысли, он продолжил поиски спасительной влаги. Ким, ангел летела над Пентаграм Сити, высматривая Энджела. Она сорвалась с места еще ночью, покинув объятия Люцифера, как только получила сообщение с адресом. "Неужели он дал мне неверный адрес?" – эта мысль не давала ей покоя. Рассматривая город, она изучала вывески и надписи на стенах. И увидела… "Ангел – это зло". "Пиздуй обратно в рай". "Исчезни". "Подстилка". Все эти слова были адресованы ей. Ее репутация, и без того сомнительная, теперь была растоптана в грязь. Да и популярность Люцифера после новости о его отношениях с ангелом пошатнулась. "Вокс, падла! Это все он!" – ярость клокотала в ее груди. Ким замерла в воздухе, ощущая, как гнев обжигает её крылья. Сердце болезненно сжалось от осознания того, что она подвергла опасности не только себя, но и Люцифера. Вокс явно не собирался останавливаться, и его грязная кампания против ангела набирала обороты. Ей нужно было найти Энджела как можно скорее, прежде чем Вокс доберется и до него. Собравшись с духом, она отбросила личные переживания и продолжила поиски, сужая круг. Интуиция подсказывала, что Энджел где-то рядом, в самом сердце разврата и отчаяния Пентаграм Сити. В притоне, Энджел наконец нашел полупустую бутылку дешевого виски. Сделав несколько жадных глотков, он почувствовал, как головная боль немного отступила. Он прислушался к звукам вокруг: приглушенные голоса, смех, стоны… Он смутно помнил, как вчера вечером оказался здесь. Кажется, его кто-то напоил и втянул в очередную грязную вечеринку. В голове мелькнула мысль о Чарли и отеле. Он знал, что подвел их, но не мог себя остановить. Вдруг дверь притона с грохотом распахнулась. Внутрь ворвались двое амбалов, лица которых скрывали металлические маски. "Вокс передает привет", – прорычал один из них. Энджел сразу же понял, что это значит. Вокс узнал, где он, и послал своих головорезов, чтобы преподать урок. Страх сковал его, но он попытался сохранить видимость спокойствия. "Что вам нужно?" – спросил он дрожащим голосом. Ким услышала шум драки и ускорила полет. Она знала, что время на исходе. Подлетев к притону, она увидела, как двое громил тащат избитого Энджела к фургону с логотипом VoxTek. Ярость вспыхнула с новой силой. С криком она обрушилась на похитителей, выбивая их из равновесия. Громилы, опешив от неожиданного нападения ангела, выпустили Энджела. Ким схватила его и взмыла в воздух, унося подальше от этого проклятого места. Она летела, не зная куда, лишь бы подальше от этого опасного логова. Энджел тихо стонал, и каждая его боль отдавалась в сердце Ким, словно удар хлыста. Она поклялась, что защитит его, чего бы ей это ни стоило. Энджел смотрел на неё печальными, как у побитой собаки, глазами, пытаясь спрятать страх за напускной бравадой. — Наверное, твой король ада сейчас немного взбешён… — прозвучало как неловкая попытка пошутить, от которой веяло отчаянием. Ангел летела вперёд, храня молчание, паучок лишь отводил взгляд, пряча в глубине души бурю эмоций. В отеле Хаск за барной стойкой едва не разбил стакан, его нервы были на пределе, а тревога за судьбу «друга» терзала душу. — Да где же они?! — прорычала Вэгги, метаясь по холлу. Её и без того неспокойный нрав сегодня достиг апогея. — Я же говорил, не надо было ему лезть в это дерьмо, — ворчливо отозвался Хаск, протирая и без того чистый бокал. — Заткнись, Хаск! Энджел — наш друг, и мы должны быть рядом, — огрызнулась Вэгги. Черри, обычно шумная и беззаботная, молча курила, глядя в окно с нескрываемой тревогой. — Что-то случилось, я чувствую это, — прошептала она, затягиваясь сигаретой. Внезапно часть крыши провалилась, и в образовавшийся проём аккуратно спустилась Ким, нежно держа на руках Энджела. Хаск, забыв про свою ворчливость, бросился к ним с быстротой, которой от него никто не ожидал — кот аж подскользнулся от рвения. — Энджил?! — взревел он, его жёлтые глаза метали молнии. Ангел, успокаивающе улыбнувшись, вкратце рассказала о случившемся. Хаск, не говоря ни слова, бережно взял Энджела на руки и отнёс его на диван. Неожиданно Люцифер подбежал к Ким и заключил её в крепкие объятия. — Вернулась… Зачем ты улетела? Это слишком опасно для тебя, ангел… — он прижал её к себе, словно боялся снова потерять. Та лишь вздохнула, чувствуя вину за свою импульсивность. — Всё хорошо… Успокойся… Я не могла бросить друга в беде… — прошептала она в ответ. И неожиданно он поцеловал её, нежно и страстно. Ким замерла от неожиданности, её глаза расширились от удивления, но губы невольно ответили на поцелуй. В этот момент время словно остановилось, оставив их наедине в вихре чувств и эмоций. Сердце забилось быстрее, а по телу пробежала приятная дрожь. Она чувствовала его тепло, его любовь, и на мгновение забыла обо всём на свете. Поцелуй был коротким, но насыщенным, словно искра, пролетевшая между ними. Когда Люцифер отстранился, в его глазах плескалась надежда и мольба. Ким опустила взгляд, щеки покрылись легким румянцем. Хаск ворчал что-то себе под нос, но в его движениях чувствовалась забота. Смахнув со лба Энджела прядь волос, он укрыл его пледом. Черри, выбросив окурок, присоединилась к ним, стараясь скрыть волнение за привычной бравадой. В отеле воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием камина и взволнованным дыханием присутствующих. Все ждали, когда Энджел придет в себя, чтобы узнать, что же на самом деле произошло, и кто посмел причинить ему вред. Ким оторвалась от Люцифера и подошла к дивану, присаживаясь рядом с Энджелом ей было больно видеть его в таком состоянии. Она всегда чувствовала ответственность за тех, кто ей дорог, и сейчас эта ответственность тяжелым грузом давила на плечи.

╭═────═⌘═────═╮

Энджил медленно разлепил веки, взгляд затуманенно скользнул по встревоженным лицам друзей, склонившихся над ним. – Ох....кажется, его умудрились одновременно накачать его и чем-то и напоили Волна противоречивых чувств – злость, ненависть, агрессия, а где-то на самом дне и смутное переживание – клубилась в душе Хаска. – Да ты совсем ёбнутый, что ли?! Хаск, казалось, начал не с того. Голос Чарли прозвучал мягко, успокаивающе. – Хаск, полегче… Энджил, что случилось? Энджил лишь застонал, схватившись за голову. – Ничего не помню… Память как отрезало… Хаск с тяжким вздохом отвернулся. – Тебе нужно отдохнуть… – пробурчал он, уходя. – Сейчас минералку принесу… Энджил поймал виноватый взгляд Ким, сидевшей рядом. Она смотрела на него с тревогой, и он понимал, что своими действиями втянул её в неприятности. За то, что она спасла его, он был безмерно благодарен.

╭═────═⌘═────═╮

VoxTek

Вокс кипел от ярости. Очередная попытка захватить Энджила провалилась, чертов Ангел вовремя ускользнул. Вокс ударил кулаком по столу, искры полетели во все стороны. Его идеальный план, тщательно выстроенный, рухнул из-за каких-то минут! Он злобно прорычал, поворачиваясь к экрану. - Вэл, где ты был? Я же просил прикрывать! На экране, как всегда вальяжно, расположился Валентино, окутанный дымом и похотью. Его ухмылка, казалось, издевалась над Воксом. -Расслабься, Вокси. Ты же знаешь, Ангел всегда была скользкой... - Расслабиться?! Вэл, она снова ускользнула ещё с Энджилом! Ты вообще понимаешь, что это значит для нашей репутации?" - Вокс уже не контролировал свой голос. Валентино, казалось, это забавляло. - Ой, да ладно, Вокси. Зато у нас теперь есть повод для нового шоу. Представь заголовки: "Вокс снова пытается поймать Ангела! Снова провала!" Рейтинги взлетят до небес, дорогой." Вокс процедил сквозь зубы: - Ты думаешь только о рейтингах, Вэл! А что с моим авторитетом?" - Твой авторитет в порядке, Вокси. Не переживай. Просто дай мне немного материала, и я сделаю из этого золото. Поверь мне, я лучший в этом деле." Валентино подмигнул, посылая Воксу воздушный поцелуй. Вокс тяжело вздохнул, понимая, что спорить с Валентино бесполезно. - Ладно, Вэл. Только в следующий раз, пожалуйста, будь немного внимательнее." - Обязательно, Вокси. Обязательно," - ответил Валентино, прежде чем выключить экран. Вокс остался один в своей студии, по-прежнему кипящий от ярости, но теперь уже с легкой усмешкой. В конце концов, Валентино был прав. Это был прекрасный материал для шоу.

Отель

Над Отелем повисла легкая напряженность. Аластор издалека наблюдал за этой сценой с хищным интересом. Рядом, словно привязанная к нему ниточкой, стояла Ниффти, вертя в руках конверт, выпавший из комнаты, которую она убирала после Ким. Аластор, не сводя взгляда с девушки, спросил: – Что это у тебя, Ниффти, дорогая? Та расплылась в широкой улыбке: – Нашла в комнате Кимми… Какая-то необычная бумажка! – И протянула конверт Аластору. Радио-Демон, увидев, что это письмо из Рая, да еще и адресованное явно не ему, на мгновение потерял свой фирменный оскал. В конверте чувствовалась свежесть небес. Он не стал устраивать очередное представление. Он хотел поговорить с девушкой лично, без посторонних и, главное, без Люцифера который был рядом с ней… Он ловким движением спрятал письмо под фалды своего пиджака. Аластор, сохраняя подобие небрежности, слегка откашлялся и произнес, обращаясь к Ниффти: – Благодарю, милая. Это, должно быть, важная корреспонденция. Я лично передам Ким. А ты, дорогая, возвращайся к своим обязанностям. Уверен, в отеле всегда найдется, что прибрать. Ниффти, довольная вниманием Аластора, с энтузиазмом кивнула и умчалась, оставив Радио-Демона наедине с его любопытством. Внутри Аластора бушевал вихрь противоречивых чувств. С одной стороны, его подстрекал азарт разоблачения и тайного знания. С другой, легкое опасение перед тем, с чем он мог столкнуться, нарушало его привычное самообладание. Он направился в свою радио-студию, намереваясь в тишине и уединении изучить таинственное послание из Рая. Закрыв за собой дверь, Аластор достал злополучный конверт и развернул его. Сердце на мгновение замерло. Вместо привычного пергамента он обнаружил тонкий лист, словно сотканный из лучей света, с письменами, сияющими мягким, неземным светом. Слова на нем были незнакомы, но Аластор чувствовал, как в нем пробуждается древний, забытый язык. Интуиция подсказывала - грядет что-то грандиозное, способное изменить хрупкий баланс сил в этом месте. Письмо, написанное дрожащей рукой родителей, кричало предостережением: Ким ни в коем случае не должна возвращаться в Рай. Отчуждение и неприязнь – вот что ждало её там, ведь жители отвернулись. В голове Аластора саркастическим эхом отозвались слова: – Какая горькая ирония! Отвергнута и здесь, и там… Что же ты натворила, падший ангелочек? Какую тайну скрываешь? Упоминание Серафимов в конце письма заставило Аластора замереть от удивления. Значит, Рози не ошиблась в своих предположениях: её родители действительно принадлежат к лику высших ангелов. Он резко вскочил со стула, нервно заметался по комнате, словно хищник в клетке. Этот лакомый кусочек информации, такой ценный и многообещающий, он намеревался использовать в своих коварных целях.

В отеле…

Энджел приходил в себя после пережитого кошмара. Все оставались рядом, боясь оставить его одного, кроме Ангела. Она поспешила в свою комнату, ведомая нахлынувшими воспоминаниями, а следом за ней, снедаемый любопытством и тревогой, – Люцифер. Войдя, она без сил рухнула на кровать, закрыла лицо руками, и из груди вырвался тихий, полный отчаяния стон. Владыка присел рядом, бережно перебирая пряди ее черных волос, и с нежностью в голосе спросил: – Что тебя так тревожит, мой ангел? Ангел убрала руки от лица. В её глазах плескалась неподдельная боль, тень отчаяния омрачала нежное лицо. – Как ему помочь… Я больше не вынесу этого зрелища… Он так страдает… И этот Вокс… При звуке этого имени Люцифер вспыхнул яростью. Рога проявились на его голове, а вокруг неё заплясали озорные язычки пламени. Глаза налились багровой злобой. – Этот мерзкий сукин сын! Ему, видите ли, мало показалось?! – Тише, Люцифер, прошу… – Она умоляюще посмотрела на него, пытаясь унять бушующий гнев. Он, тяжело дыша, сделал над собой усилие и попытался успокоиться. – Он был там… с… – И она поведала Люциферу все о грязных, жестоких играх Вокса, о той боли, которую пришлось пережить Энджелу. Люцифер не мог поверить в услышанное. Громкий голос его злобы заполнил комнату, разрывая тишину, как будто он сам был пойман в ловушку тех же самых страданий, которые мучили Энджела. Столкнувшись с доводами Ангела, он лишь крепче сжал кулаки и, наконец, произнес. – Это кончится, моя дорогая. Я покончу с этим Воксом, обещаю. Никто не смеет причинять боль тем, кто мне дорог. Словно устав от нескончаемой внутренней бури, Ангел протянула руку к Люциферу. Касание легкое, словно крыло бабочки, но в нем ощущалась вся тяжесть невысказанной заботы и любви, клубок израненных чувств и надежды. В голове Ким роились мысли – как помочь Энджелу, как вырвать его из этого омута? На следующий день Ангел вновь рассекала воздух над городом, выискивая Энджила. Он опять исчез, словно растворился в зловонных переулках Ада. "Ему одного раза мало, Господи… Энджил…" – эта мантра вертелась в голове Ангела, отзываясь болью в каждой клетке тела.

Тот день...

Хаск в последнее время тоже был сам не свой, угрюмый и раздраженный, после ночного разговора с Энджилом. – Слушай, мохнатый, я понимаю, ты старый ворчун, – голос Энджила звучал устало, – но не обязательно каждый раз закатывать глаза, когда я возвращаюсь под утро. – Да мне плевать, где ты шляешься! – огрызнулся Хаск, отворачиваясь и наливая себе выпивку. – Просто надоели твои ночные визиты! То песни во все горло, то клиенты твои вонючие шастают… У меня тут тебе не проходной двор! – Ой, да ладно тебе, Хаск, ты просто завидуешь моей бурной жизни, – попытался отшутиться Энджил, но в глазах у него стояла грусть. – Завидовать? Тебе? Да ни за что! Просто… Найди себе другое место для своих… развлечений.

.....

Энджил лежал у ног Валентино, избитый до полусмерти. Новый костюм был разорван в клочья, а лицо залито кровью. Валентино в ярости выкрикнул: – Сегодня ты был отвратителен! Сцена получилась жалкой, ты – ничтожество! Энджил съежился в углу, словно беззащитный котенок, ожидающий удара. – Вал… я пытался, но… сил нет… я…я…я… – он вдруг замер, заметив на балконе Ким. В ее глазах плескалась ледяная ярость, направленная на Валентино. Паучок осекся. – Куда ты смотришь, сученыш?! Валентино хотел было повернуться, но Энджил, перехватив его взгляд, прошептал: –Не куда.....Вал… давай попробуем еще раз, прошу… Валентино лишь усмехнулся, выпустив в лицо Энджилу очередное облако приторно-сладкого розового дыма. – Ты мой, понял?! Мы с тобой заключили контракт, забыл?! Энджил заикался, судорожно кивая. Ким лишь вскинула бровь, и в ее голове промелькнула мысль: "Контракт?!" – Никто не может тебе помочь, слышишь?! Понял меня?! – Валентино схватил его за шею, прижав к стене. В голове Ким лихорадочно метались мысли: что делать? Как отвлечь его? Но вдруг острое зрение Валентино зафиксировало крадущиеся взгляды Энджела в сторону балкона. Взгляд Валентино, подобно голодному ястребу, сорвался с привязи, метнулся в полумрак и выхватил оттуда фигуру ангела. Она не пряталась, не съеживалась от ужаса под его хищным взором. Словно очнувшись от морока, Валентино отпустил Энджела и, кривя губы в змеиной усмешке, устремился на балкон. Энн, задыхаясь не то от страха, не то от ярости, бросилась к девушке, выставив хрупкую преграду между ней и Валом: – Вал, не смей её трогать! Умоляю! Валентино и сам прекрасно осознавал всю бессмысленность этой затеи. Она Подстилка Люцифера… Очередной взрыв VoxTek и бесконечный, мучительный ремонт… Нет, этого он бы точно не выдержал. Лишь бросил на девушку мимолетный, полный презрения взгляд, фыркнул, словно породистый конь, и развернулся, растворяясь в гудящей толпе. Энджел лишь бросил на неё мимолетный, слегка омрачённый печалью взгляд. В следующее мгновение он обрушился на Ким, словно буря, вцепившись пальцами в её плечи и энергично тряхнув. – Зачем пришла, а?! Если бы убил! А?! Ким устало вздохнула, в её глазах отражалось понимание его душевной боли. – Успокойся, пожалуйста. Я пришла тебя забрать. Хаск сам не свой… Энджел отвернулся, пряча лицо, его руки судорожно скрутились в замок за спиной. – Не нужно меня забирать. Просто улетай… Хорошо? – А Хаск? Что с ним? – Ким попыталась возразить, но Энджел резко оборвал её. – Да просто насрать! Понятно? Мы… мы… – он запнулся, не желая продолжать. Слова застревали в горле горьким комком. Ким не сдвинулась с места, её взгляд говорил больше, чем любые слова. Энджел, сдавшись, тяжело вздохнул и закрыл глаза. – Ладно, ладно… Подожди меня внизу, пожалуйста… Хорошо?.. Я спущусь снимусь последней сцене, и мы пойдём… Ким облегченно вздохнула и поспешила вниз, оставив его наедине с терзаниями.

......

В это же время, в роскошном, пропитанном пороком пентхаусе, Валентино в ярости расхаживал перед Воксом. – Она! Снова она! Эта девчонка! – голос Валентино дрожал от гнева. – Эта… Ким! Она явилась за Энджелом! Опять! Вокс, наблюдавший за ним с обычным холодным любопытством, слегка приподнял бровь. – И что ты предлагаешь, Валентино? Сжечь её заживо? Это привлечет ненужное внимание. – Я… Я хочу, чтобы ты что-нибудь сделал! – прорычал Валентино, останавливаясь перед экраном, на котором мерцало лицо Вокса. – Заставь её исчезнуть! Или… Или сделай так, чтобы Энджелу было здесь хорошо! Чтобы он никуда не хотел уходить! Вокс на мгновение замолчал, обдумывая слова Валентино. – Возможно… Возможно, есть более изящные способы решить эту проблему. Я подумаю над этим. Но учти, Валентино, я не нянька для твоих капризов. Если ты хочешь, чтобы Энджел остался, покажи ему, что он тебе нужен. Валентино злобно зашипел, но промолчал, понимая, что Вокс прав. Ему нужно было вернуть контроль над ситуацией, и желательно, не прибегая к грубой силе. Ким ждала Энджела на улице, то и дело переписываясь с Люцифером. Уж очень сильно Морнингстар переживал за неё, за то, что она вновь покинула безопасные стены отеля. Он не хотел отпускать её одну в это кишащее грешниками место. Девушка пообещала, что после этого сходит с ним куда-нибудь, чтобы успокоить его тревогу. Время тянулось мучительно медленно. Ким чувствовала на себе косые, оценивающие взгляды некоторых грешников. В их глазах читалось грубое желание и похоть, и одновременно убить ангела это заставляло её поежиться. Она надеялась, что Энджел скоро выйдет, и они смогут поскорее уйти отсюда. Наконец, из дверей студии вынырнул Энджел. Его грим немного потек, уголки глаз покраснели. Заметив Ким, он попытался выдавить из себя слабую улыбку, но получилось это у него не очень убедительно. Он накинул на себя куртку, пряча под ней остатки вызывающего костюма, и поспешил к девушке. – Пошли, пожалуйста, – пробормотал он, схватив Ким за руку и увлекая ее за собой прочь от проклятого места. Они шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Ким чувствовала, как дрожит рука Энджела, и понимала, как тяжело ему даются эти вынужденные визиты в студию. Она сжала его руку в своей ладони, пытаясь хоть немного передать ему свое тепло и поддержку. Когда они подошли к отелю, Энджел остановился, словно не решаясь войти. Он посмотрел на Ким с виноватым выражением. – Спасибо, что пришла, – тихо сказал он. – Я… я не знаю, что бы я делал без тебя. Ким обняла его, прижав к себе. – Все будет хорошо, Энджел. Мы все рядом, и мы тебя любим. Пойдем внутрь, тебя ждет горячий душ и, возможно, Хаск, который выпил слишком много дешевого пойла, но все равно ждет, когда ты придешь. Только попробую его успокоить. Энджел коротко кивнул, и они вошли внутрь, как вдруг на них обоих налетела Чарли, заключая в объятия и обеспокоенно оглядывая с ног до головы. Хаск и Люцифер приблизились к ним, сохраняя тишину. – Вы в порядке? Всё ли с тобой хорошо, Энджел? – взволнованно спросила Чарли. Энджел тихо пробормотал: – Всё хорошо, Чарли, правда, – и поспешил к себе в комнату. Ему отчаянно хотелось принять душ и забыться сном. Чарли нахмурилась, провожая его взглядом. В комнате Энджела царил полумрак. Он скинул с себя одежду, ощущая, как противная липкость страдания прилипла к его коже. Под струями горячей воды он пытался смыть воспоминания, но они, словно въевшаяся грязь, не хотели уходить. Каждое прикосновение к коже вызывало болезненный трепет. Закончив с душем, Энджел рухнул на кровать, натягивая на себя одеяло. Сон не шел, в голове крутились обрывки произошедшего, терзая его и не давая покоя. Он попытался отвлечься, мысленно перебирая милые сердцу моменты, проведенные в отеле, с Чарли, Вэгги, Хаском… Ким? Но все тщетно. В глубине души он понимал, что эта ночь будет долгой и мучительной. Рана, которую нанес ему Валентино, была слишком глубока. Бессонница терзала Энджела. Ночь тянулась мучительно долго, заставляя его ворочаться в постели в тщетных попытках уснуть. В конце концов, сдавшись, он поднялся и, спускаясь по лестнице, направился к бару. Наполнив бокал янтарным виски, он залпом осушил его, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Неожиданно он почувствовал легкое прикосновение к руке. Обернувшись, он увидел Ким. Она отвела взгляд, и в ее глазах мелькнула тень смущения. – Опять сбежала от своего короля? – шутливо спросил Энджел, стараясь скрыть собственную тревогу. Ким опустилась на соседний стул. – Он уснул… – Что-то я не припомню, чтобы он вообще умел спать, – перебил ее Энджел с притворной ухмылкой. Щеки Ким слегка порозовели. – Знаешь, уснуть можно и без… этого, – тихо ответила она. Энджил, шире улыбнулся. – Ты хочешь сказать, без секса? Ах ты, наш маленький ангелочек! Ким фыркнула. – Меня просто хорошо воспитали, вот и все… – Она тяжело вздохнула. – Расскажешь мне о контракте? Энджел нервно забарабанил пальцами по лакированной барной стойке. Ему не хотелось обременять ее своими проблемами, но он понимал, что Ким не отстанет. – Это дьявольская сделка, – наконец произнес он, – по которой я продал душу за славу и работу в порностудии. Теперь я вынужден работать на Валентино и подчиняться ему. Но в контракте есть лазейки, позволяющие мне иметь свободу за пределами студии. Энджел выдохнул. – Вот и все. Я не знаю, что делать. Ким внимательно слушала, не перебивая потом он закончил. – Может, попросить помощи у Чарли или Люцифера? Энджел отчаянно замотал головой. – Нет, нет, ни за что! Я не хочу впутывать их… нет! Ким обреченно вздохнула. – Энджел… Энджил яростно крикнул. – Нет! – выпалил он, а затем, осознав свою резкость, смущенно пробормотал: – Прости… прости… Чарли замерла в дверях кухни, закончив там небольшую уборку. Она слышала весь разговор и была потрясена. Неужели она настолько поглощена своими делами, что не замечает очевидного? Энджел – во власти Валентино, и она, принцесса ада, ничего не делает, чтобы помочь ему. Она не хотела вмешиваться и просто ждала, когда они закончат разговор, чтобы незаметно уйти. Сердце Чарли болезненно сжалось. Она чувствовала себя ужасно. Ведь Отель "Хазбин" был ее мечтой, местом, где грешники могли найти искупление и начать новую жизнь. Но как можно говорить об искуплении, когда один из постояльцев томится в рабстве? Она больше не могла оставаться в стороне. Собравшись с духом, Чарли шагнула в комнату. Ее появление заставило Энджела вздрогнуть. Ким обернулась, в ее глазах читалось беспокойство. – Энджел, – начала Чарли мягко, – я знаю о твоем контракте. Энджел побледнел. Он сжал кулаки и опустил голову, словно ожидая удара. – Я… я не хотела, чтобы ты узнала, Чарли, – пробормотал он. – Мне стыдно. Я не хочу быть обузой для отеля. Чарли подошла к нему и обняла. – Энджел, ты не обуза. Ты – часть нашей семьи. И мы поможем тебе. Я обещаю. Мы найдем способ расторгнуть этот контракт, чего бы это ни стоило. И, даже если придется обратиться к моему отцу, мы сделаем это. Ты не один. Мы все будем рядом. Ты не должен был носить этот груз в одиночку. Энджил коротко кивнул, давая знак согласия, и, обменявшись парой ничего не значащих фраз, троица разошлась по своим комнатам. Развалившись на кровати и утопив голову в подушке, Энджил попытался прогнать бессонницу. Фэт Наггетс, его любимая хрюшка, уютно пристроился рядом. Энджил, нежно обняв его, провалился в объятия Морфея, уносясь в мир грез. Ким вернулась в комнату Люцифера. Король Ада, свернувшись калачиком, безмятежно спал, напоминая милого котенка. Она тихо скользнула под одеяло, устраиваясь на боку, как вдруг почувствовала властную руку на своей талии. Люцифер, не размыкая глаз, притянул её к себе, утыкаясь лицом в изгиб её шеи. – Больше не уходи… ангел, – прошептал он, крепче прижимая к себе. На губах Ким расцвела слабая, умиротворенная улыбка. Она закрыла глаза, засыпая в его теплых, надежных объятиях.