Когда цветы растут сквозь пепел

Глава 2. Возращение в старые корни за реликвией. ________________________________________ С момента того дня, который общественность назвала "Падение чистокровной семьи", прошло почти четыре недели. Для Северуса это название было оскорбительным, ведь оно касалось жестокого уничтожения семьи Уизли. На официальной церемонии памяти он наблюдал за показной скорбью тех, кто на самом деле испытывал к рыжеволосым неприязнь. Он не мог отрицать, что порой взрывной характер Молли выводил его из себя, а неуемный оптимизм и навязчивые советы Артура, вкупе с шумным поведением их отпрысков, действовали ему на нервы. Однако, он никогда не испытывал к ним ненависти. Уизли, по сути, приняли его в свою семью, и эта мысль служила ему утешением в самые мрачные моменты. Он любил домашние блюда Молли, а оживленные беседы с Артуром о делах Министерства, переходящие в жаркие дебаты, поднимали ему настроение. Наблюдать же за фальшивыми слезами тех, кто в глазах общества носил маску благородства, было для него невыносимо. Северус скользнул взглядом по Люциусу, стоявшему рядом. Безупречный, как всегда, внешне, он, тем не менее, не мог скрыть от Снейпа, как известие о смерти Артура Уизли подкосило его. Да, они враждовали со времен Хогвартса, и эта неприязнь перенеслась и в их взрослую жизнь. Никто не говорил об этом вслух, и оба мужчины скорее съели бы навоз гиппогрифа, чем признались бы в этом, но между ними существовала какая-то странная, извращенная форма дружбы. Малфой мог бы легко избавиться от Уизли на работе, просто намекнув об этом кому следует, но он этого не делал. Снейп, невольно (это было принудительно) стал слушателем Малыоя, который разгогольствовал свои бесконечные жалобы и недовольства в адрес Уизли. И вот, прочитав в газете о трагедии, Малфой в ярости аппарировал к Пожирателям, требуя объяснений. После облавы авроров на убежище, Люциус добровольно сдался и вызвался сотрудничать со следствием. В камере, куда Снейпу позволили пройти послесвоего допроса, он увидел сломленного человека. Малфой сидел, прислонившись к стене, с пустым, невидящим взглядом, а по его щекам непрерывно текли слезы. Позже Снейп узнал, что в приступе ярости Люциус убил нескольких Пожирателей смерти и буквально избил магией Беллатрису, которой потребовалась помощь мед-магов, чтобы выжить. На суде Люциус всячески отрицал своё отношение в нападении, приведя доказательства и аргументы, где после взятки со стороны старшего Малфоя (Северус удивляется как старик столько прожил и вообще жив), отпустили на отработку репутации. Северусу же досталось по полной. Лишенный поддержки в самом начале, он выдержал получасовую тираду оскорблений, пока "великий и могуществый" Альбус Дамблдор не ворвался в двери суда, и решил стать его защитить. Снейпу пришлось приложить невероятные усилия, чтобы не обрушить на старика проклятия. Регулус, наблюдавший за происходящим, хранил молчание, будучи осведомленным о политических реалиях магического мира. Несмотря на это, Альбусу удалось реабилитировать Северуса, а вплетение истории о героической попытке Регулуса уничтожить крестраж вызвало к младшему Блэку чувства жалости и сочуствия. Неприязнь к тому, что говорилось о них, ощущалась обоими сразу, но они предпочли сохранить молчание. В случае Северуса чтобы не разразиться русским матом. Регулус решил для себя лучше побыть жертвой, учитывая, что он был младше и вступил к Пожирателям Смерти с благими намерениями. Когда возникла идея искупления их обоих через усыновление Рона, к нескрываемому облегчению (Регулуса) и глубокому разочарованию (Северуса), им с радостью поручили заботу о младенце. Видимо, никто не горел желанием связываться с ребенком Уизли. Северус перевел взгляд на Блэка, чье довольное выражение лица казалось неуместным. Похоже, он был единственным, кто не был рад такому повороту событий. ______________________________________ Северус держал на руках Рональда, который по неизвестным причинам начинал истерику если его не было в поле зрения младенца. Он и Регулус стояли в дверях мэнора Блэков, и всё его нутро кричало: «съебывай оттуда, там нас ждет пиздец». Но осознание что им придется вернуться Спиннерс-Энд за его теми малыши пожитками что он обзавелся (если его отец давно не выкинул это). Регулус с нервной улыбкой на губах открыл для него дверь, на что получил раздражённое фырканье от Снейпа. Зельевар прошел внутрь и оглядел коридор, сразу подмечая в уме что придется убрать многие острые предметы и заклеить углы для безопасности. – Нам придется сделать ремонт и перестановку… Если Блэки старшие будут не против конечно.. – На упоминание родителей Регулус издал странный, сдавленный звук, хмыкнув, пока закрывал дверь и стягивал с себя верхнюю одежду. Он не стал останавливаться на этом, лишь скинул обувь и плащ, и тут же почувствовал себя обнаженным, лишенным защиты. Тяжелая, давящая атмосфера дома словно сжимала Снейпа, оказывая почти психическое давление. Несмотря на то, что подобный интерьер обычно ему нравился, этот дом был слишком уж похож на его собственный родительский, вызывая болезненные ассоциации. Едва он переступил порог зала, как его взору предстались головы эльфов как трофеи. Отвращение исказило его лицо, и он инстинктивно прикрыл рукой спящего младенца, хотя тот и так погрузился в крепкий сон. -.. И убрать все головы эльфов, не считаю, что это положительно отразиться на психике ребенка. Ты не согласен с этим? – Нет, нет, я согласен… Но матушка и отец умерли, так как Темный Лорд разозлился из-за чего то и отрубил им головы, а после скормил Нагайне. –Легкая грустная улыбка тронула губы молодого волшебника, и тот устало осел на кресло в гостиной. Он не решался посмотреть на Северуса, который сел на диван. Как по команде, на столе появился чай и легкий обед и бутылочка для ребенка. Северус погрузился в размышления, переваривая услышанное. Он слышал от других Пожирателей, что Темный Лорд что-то сделал с Орионом и Вальбургти, он сам не стал вдаваться тогда подробности, думая что применили Круцио или другое темное проклятие. Лишь уложив ребенка, он решил приступить к еде. Без особого аппетита он ковырял пюре в тарелке, не испытывая спешки. Неуверенность в том, как вести себя в подобных обстоятельствах, проистекала из его школьного прошлого, где единственным выходом было молчание и подчинение. Подняв взгляд, темный, как сама ночь, на собеседника, он отправил в рот первую ложку, кивая тому дабы он продолжил монолог, и показать, что он слушает. –… Знаешь, я хотел умереть в тот вечер. Я написал Сириусу и тебе прощальное письмо, Сев. –Заявление повисло в воздухе, пока, шокированный Снейп смотрел на Регулуса. – У меня не было причин жить: моя жизнь шла под все под хвост гипогриффу, меня заставили вступить в Пожиратели, всё что мне приносило радость разрушено родителями, те знакомые с кем мне хоть как-то было приятно общаться были ярыми поклонниками этого сумасшедшего… Но Сириус видимо получил слишком рано письмо и буквально выбил из меня это желание уплыть и умереть в той пещере.. Он не весело рассмеялся. Он встал, подошел к Рону, бережно поднял его и сразу же вернулся на свое место. Блэк уставшим не по годам уставшим лицом, но на губах играла искренняя улыбка. – Я всегда хотел ребёнка… Не в плане наследника для Блэков, ты не подумай… Просто маленького ребенка, который будет меня любить меня просто за то, что я его родитель. –Он заметил, что Рон начал ворочаться в руках, и молча поправил передать бутылочку. После приложил к губам малыша, который с радостью начал пить теплое молоко. Невольно улыбнувшись этому, как маленькая ручка с доверчивостью ухватилась за него, его глаза цвета как туман потеплели при виде этой картины. –И это предложение от профессора, не знаю… Вселило в меня цель для жизни? Да, так будет правильно описать тот момент.. И учитывая, что на данный момент я глава семьи Блэков, все мэноры принадлежат мне, включая и те территории включая за пределами Англии, я хочу выбрать место, которое не наполнено травмами и жестокостью. Северус, не спеша заканчивая свой обед, наблюдал за Регулусом на протяжении всего его монолога. Затем он внимательно слушал, чувствуя, как внутри него борются противоречивые эмоции. С одной стороны, ему было жаль Блэка, загнанного в угол обстоятельствами. С другой – он испытывал сложные, смешанные чувства. Северус, планировавший после достижения звания самого молодого зельевара покончить с собой, выпив яд собственного изготовления, теперь по-новому смотрел на Регулуса, кормящего Рона из бутылочки. Северус снова оглядел помещение, понимая, что ЭТОТ дом не место для маленького ребенка. И учитывая тот факт, что у Регулуса возможно есть триггеры с этим местом, а ему просто не комфортно здесь из-за атмосферы, он готов поменять это место на другое. – И какое ты предлагаешь? –Вопросительно выгнув бровью, Северус скрестил руки на своей худощавой груди. Он откинулся на не особо удобные подушки дивана, с упреком смотря на младшего. И видимо этот вопрос понравился тому, что тот аж встряхнулся и с азартом посмотрел на зельевара. – О-о-о! Хорошо что ты спросил, есть мэнор в Англии, довольно просторный с местом для зельеварения, оранжерея и сады на заднем дворе. Не дворец как у Малфоев, довольно скромный домик для магглов со стороны будет. Как тебе? Мы можем выдвинуться прямо сейчас, или заехать за твоими вещами При малейшем намеке на те места Северуса пробирала дрожь, он инстинктивно сжимался на своем месте. Последний раз, когда он там оказывался, отец жестоко его избил, едва не уничтожив палочку, а затем буквально вышвырнул из дома под хлещущий ливень. С трудом подавив гнетущие образы прошлого, он с явным сомнением посмотрел на Блэка. Однако, встретившись с почти щенячьим взглядом (Это семейное у них так смотреть?) он лишь многострадально вздохнул, кивая головой в знак согласие, а Регулус заулыбался после кивка. – Можно до меня… Но ребенка лучше оставить с кем-нибудь… -Одно лишь упоминание о том, что ребенок окажется в чужих руках, вызвало у Блэка и Снейпа синхронное нахмуривание бровей и гримасу отвращения. Оба явно не горели желанием передавать малыша кому-то другому кроме них двоих, и это общее нежелание заставило их удивленно взглянуть друг на друга. Снейп, прокашлявшись, попытался сгладить неловкость момента. – Или, мы можем оставить его здесь на эльфов на некоторое время, а сами аппарировать до моего дома. Оба согласились на последний вариант без раздумий. Блэк одарил Кричера благодарным взглядом. Эльф, похоже, впервые за долгое время позволил себе подобие улыбки, с энтузиазмом соглашаясь присматривать за "молодым наследником Блэков". Северус, не теряя времени, схватил Регулуса за руку и аппарировал их из аристократического поместья в грязный и опасный Спиннерс-Энд. Звуки пьяных криков из ближайшего бара и отдаленные выстрелы резко контрастировали с тишиной и порядком, которые они только что покинули. Северус с насмешливой усмешкой наблюдал за реакцией Регулуса, застывшего от потрясения. - Добро пожаловать в Спиннерс-Энд, не самое опасное место в Англии магглов, но оно точно входит туда. –Он почти наслаждался реакцией Регулуса, но учитывая в какой одежде они носили и внешний вид богатой особи от Блэка так и разит, им придется поскорее идти в его дом. –Не стой столбом, пошли давай. Услышав эти слова, Регулус словно ожил и бросился вслед за удаляющейся фигурой Снейпа, стараясь не отставать. В напряженной тишине, лишь изредка нарушаемой криками и звуками драк из переулков, они медленно продвигались к самому дальнему дому на улице. При виде его плачевного состояния, Регулуса охватила тошнота – как можно было так запустить жилище? У Северуса же нахлынули старые воспоминания, и перед глазами мелькнул образ матери, повешенной в единственном туалете. Он тут же запер это воспоминание в глубинах сознания, решив оплакать его позже в одиночестве, и попытался сбросить с себя гнетущее напряжение, но безуспешно. Набрав воздух в легкие, он толкнул дверь, и та с громким скрипом отварилась, показывая засранный коридор, где в стене виднелась кровь, его же кровь после недавнего избиение отцом. В зале гремела музыка футбольного матча. Поняв, что Тобиас дома, Северус мысленно проклял его удачу. Регулус инстинктивно положил руку на палочку, предчувствуя опасность. Его взгляд скользил по комнате, выхватывая знакомые детали, символизируют о частых избиениях и драках дома. Северус же, уверенно ориентируясь в пространстве, поднялся на второй этаж и направился в свою комнату. В отличие от остальной части дома, здесь можно было заметить проблески порядка и чистоты. С чувством облегчения, обнаружив, что Тобиас не смог проникнуть в его личное пространство и повредить что-либо ценное, он подошел к старому, видавшему виды сундуку. Открыв его, Северус начал бережно укладывать в него не одежду, а свои учебники и справочники, собранные за годы обучения в Хогвартсе. Он рассчитывал, что продажа зелий позволит ему приобрести новую одежду по размеру. Тем временем Блэк застыл у стены возле двери, словно погруженный в прошлое. Он неосознанно принял позу, которую занимал, когда охранял коридор от родителей, пока Сириус находился в ванной комнате и залечивал себя после наказаний.       И когда почти всё сложили, некоторые памятные вещи, внизу послышалась ругань на русском языке. Словно по негласному сигналу, оба застыли, пока зельевар сгорбился над сундуком. Северус, с трудом преодолев внутреннее сопротивление, выпрямился. С помощью палочки он уменьшил один из сундуков и убрал его во внутренний карман. Затем он повернулся к Регулусу, с решением сказать чтобы тот апппраировал без него… Но лицо Блэка было непривычно серьезным и мрачным, что Снейп силой подавил в себе желание вздрогнуть. Северус направился к выходу из комнаты, спускаясь по лестнице. Ему оставалось забрать последнюю вещь, которая, по иронии судьбы, находилась на первом этаже, в кладовой. Спустившись по скрипучей, старой лестнице, которая, казалось, грозила обрушиться под их общим весом, они оказались в коридоре, ведущем к кухне. Зельевар остановился у ветхой двери кладовой, присел на корточки и начал методично перебирать вещи в беспорядке. Внезапно, в этой напряженной тишине, раздался хриплый, низкий крик, заставивший обоих волшебников вздрогнуть. – Prishol yrodec! I je skazal, chrobi tebia ni nogoi v etom dome ne bilo! –В коридоре возвышалась фигура широко плечного и высокого мужчины, тот с настоящей ненавистью уставился на Северуса и рядом стоящего Блэка, которой направил на маггла свою палочку. Речь была на чистом русском языке, и молодой Блэк не понимал что говорит мужчина. – Ti esho I v pidori zapisalsa! I dymal, chto eto derimo bistro vibul iz tebia! – Idi nahui Tobias! I prishol za veshami, starui ti marazmaric. –Северус огрызнулся в ответ на русском, сильно озадачив Блэка, и не переставая копаться в старых вещах, пока ищет то что он хочет. –I eto moi dryg, gomofob ti gribannui, tebe kakaia raznitsa chro i bydy spati s myzchinoi? Ne s toboi je bydy - Ах ты выродок! –Тобиас затрясся от гнева, быстро направляясь в сторону своего гнусного сына. Но дорогу ему преградил юноша, который не вписывался в здесь от слова совсем, из-за аристократичных черт лица и дорогой на вид одежды. –Ушёл с дороги! – Я попрошу тебя не приближаться. Северус собирает вещи и съезжает от тебя. Я не побоюсь применить магию на тебе, ведь мне от этого ничего не будет. –С ровным и холодным тоном выложил свою мысль Блэк, пока в безжизненно-холодных серых глаза, в которых виднелась безумие, впивались в мужчину. Скорее юноша пугал своей мрачной атмосферой, где в мире магии могли назвать темной, а магглы бы просто боялись бы его. –Я не изучал русский язык, но из вашего с Северусом диалога я попрошу не оскорблять отца моего ребенка. Ещё один гнусный комментарий, и твой труп не смогут найти даже самые опытные авроры, уж поверь мне.       Блэк склонился над Тобиасом, чье лицо застыло в выражении полного изумления. Взгляд Блэка, казалось, проникал в самые потаенные уголки души, а рука, сжимающая палочку, оставалась неподвижной, как изваяние. Тем временем Северус нашел то, что искал – запечатленный на фотографии единственный момент счастья его с Эйлин, за несколько месяцев до того, как ее жизнь оборвалась. Его поразила ярость, с которой Регулус встал на его защиту. Он знал, что брат не оставит его в беде, но не ожидал столь грозных обещаний – убить Тобиаса и уничтожить его тело. В груди Северуса разлилось приятное тепло. Он аккуратно сложил фотографию и спрятал ее во внутренний карман плаща, затем направился к Регулусу. Подойдя сзади и взяв Блэку за руку, чтобы он реально не убил его отца, учитывая, что Блэки НЕ умели шутить на тему смерти, он заметил, как у того значительно опустились плечи от напряжения. Но всё еще стоял в защищающей позе. Он даже почувствовал себя девой в беде (Господи зачем он только представил себе это), но тут же откинул эту мысль далеко и надолго. – Рег, мы уходим. –Бросив последний взгляд на Тобиаса, он аппарировал их двоих обратно в мэнор Блэков. И сразу по прибытию их встретили плачь и крики ребенка, который махал ы разные стороны маленькими ручками и ногами, не давая себя взять на руки эльфам.       Едва услышав детский плач, Регулус стремительно двинулся к дивану, где покоился младенец. Он не обратил внимания на эльфов, которые наперебой просили прощения. Подняв Рона на руки, Регулус почувствовал, как тот, осознав, кто его держит, начал успокаиваться и даже подарил ему улыбку. Эта искренняя улыбка невольно вызвала ответную на лице самого Регулуса, и первоначальный гнев, вспыхнувший при столкновении с отцом Северуса, начал медленно угасать в его напряженном, переполненном эмоциями мозгу. Он медленно повернул голову к Северусу, который застыл, словно статуя, под его пристальным взглядом. – Если я слышу в твой адрес ещё подобное, хотя я не до конца понял суть твоего разговора тем магглом, а лишь по интонации, я прокляну любого. Ты теперь отец моего ребенка, и я не потерплю подобное отношение к тебе. –Он запустил пальцы к макушке Рона, после опустил руку над лицом ребенка, и лишь перебирая пальцами, пока малыш играет с ними и сует в рот. -… И нам придется провести ритуал по связи крови, толком ничего не изменится, лишь сделает кровным моим сыном и твоим. – … Если это говорит безумие Блэков в тебе, я не собираюсь даже начинать спорить. Я уже видел твою мать и прекрасно знаю, как оно проявляется. – Северус покачал головой, пытаясь найти хоть какие-то положительные стороны в сложившейся ситуации. Избавление от отца и побоев он считал огромным достижением. К тому же, теперь у него будет собственная лаборатория для зелий и оранжерея, где он сможет выращивать необходимые ингредиенты. Это, безусловно, можно было считать значительными преимуществами. И, по крайней мере, ему больше не придется ютиться в дешевых гостиничных номерах.        Регулус оставил заявление без ответа, но и не стал его опровергать. Он всегда ощущал в себе зародыш безумия, которое, как он знал, рано или поздно вырвется на свободу. Теперь же, похоже, оно выбрало своей целью защиту семьи… Наверно, ему следует подумать сделать предложение Северусу, и сделать всё официально. От мысли, что Северус станет «Мистером Блэком-Снейпом», внутри него все содрогнулось, а бледные щеки покрылись румянцем. Но эти мысли решил отложить на потом, ведь у него есть ещё время на то, чтобы завоевать непреступную гору под названием «Сердце Северуса Снейпа».       После обсуждения того, как обустроить детскую, они собрали несколько вещей для Регулуса и Рона, а затем, используя каминную сеть, переместились в другой дом. Северус оказался в уютной гостиной, оформленной в приятных зеленых тонах. Выйдя из камина, он заметил полку с пустыми рамками для фотографий над собой. Поняв, что это сделано намеренно, он не стал задавать вопросов и направился в коридор к спальне. Зайдя в небольшую и уединенную комнату, он достал из своего плаща сундук и привел его в порядок, начиная извлекать вещи, которые ему подарили Цисса и Люци на день рождения. В дверном проеме появился Регулус с Роном, который держал малыша за живот, а тот, в свою очередь, пускал слюни в ладонь. Быстро заметив их присутствие, он медленно повернул голову в их сторону, уставившись на обоих с непроницаемым выражением лица. –… Что? – Ничего, просто хотел спросить в чьей комнате будет кроватка Рона, учитывая, что тот заснуть не сможет без нашего присутствия. –Как ни в чем не бывало сказал он, пока Рон после упоминания своего имени не оживился и не начал лепетать что-то. – Думаю я уступаю свою первую смену тебе… Мне надо начать делать зелья на продажу. – Лучше бы отдохнул… -Пробормотал себе под нос парень, пока сам развернулся и пошел в свою комнату. По пути он обдумывал, стоит ли заглянуть к мадам Малкин, чтобы заказать одежду для Рона и Северуса. Его терзали сомнения: вряд ли Северус воспримет это как добрый жест, скорее всего, увидит в этом унизительную благотворительность, которая заденет его гордость. Регулус уже подумывал о том, чтобы попросить свою кузину уговорить Северуса на покупку мантий и прочих вещей, замаскировав это под подарок от Нарциссы, хотя сам собирался оплатить все расходы. Уверенный в своих силах и умиленный чертами младенца, которого он поднял к лицу, Регулус с новым приливом энтузиазма отправился писать письмо кузине.