На север

Фэнг задумчиво играл в какую-то не очень интересную стратегию, расставляя карты в каком-то порядке и выбивая лучшее комбо. В комнате общежития тихо журчал обогреватель и гудел принтер, на котором Эдгар печатал практику. После проигрыша партии Фэнг разъярённо ударил мышкой по столу. Пластик загремел, нарушив статичный гул электроприборов. Эдгар хмыкнул и отпил ещё чая из кружки с несмешным принтом. Фэнг передразнил его хмыканье и пристально посмотрел ему в лицо, пока сосед сортировал листы по файлам. Его глаза скользнули по лицу Эдгара, по фиолетовым мешкам под его глазами и споткнулись о лёгкую дрожь в его пальцах. Фэнг задумчиво посмотрел в окно и тихо, даже тише принтера, пробормотал, не глядя на соседа: — Давай отправимся на север?

***

Через пару недель Эдгар выходил из лекционного зала с твёрдым «хорошо» за дисциплину. Он не особо готовился к этому экзамену, но всё равно смог получить неплохую оценку, в отличие от Фэнга. Друг зашёл первым, получил «удовлетворительно» и пошёл в общежитие собирать вещи и уезжать домой. Эдгару по-хорошему тоже нужно было собираться, но он не заказал билет, да и вообще не знал, что ему делать дома. Все друзья оставались в городах, в которых учились, а мама с отцом работали в ночную смену всю эту неделю. Эдгар вышел из корпуса университета и натянул на нос огромный пуховик, пытаясь укрыться от снегопада и спрятать заледеневшие уши. Эдгар стоял напротив комнаты и пытался её открыть, когда понял, что она не заперта. Значит, Фэнг уже дома. Глаза Эдгара округлились; он уже расстегнул куртку и снял один рукав, когда открыл дверь. Всё в комнате было перевёрнуто с ног на голову, а Фэнг носился из угла в угол, швыряя свои вещи и вещи Эдгара в два больших рюкзака. Эдгар покраснел от возмущения и уже собрался открыть рот, чтобы высказать все претензии, когда Фэнг буквально впихнул ему в руки две путёвки за Полярный круг. Эдгар удивлённо хватал ртом воздух, пытаясь осознать, что это всё значит. Под тихие маты Фэнга он начал смутно вспоминать разговор месячной давности, когда тот сказал что-то странное про север. Тогда Эдгар подумал, что друг просто опять начал бредить от недостатка сна и своего странного режима. Под судорожные сборы Эдгар неторопливо обходил вещи на полу и медленно сел на свою кровать, на которую Фэнг бросал всё ненужное для поездки. Эдгар зачарованно сверлил взглядом билеты, пытаясь понять, что это всё значит, и перечитывал одни и те же строчки снова и снова. Он не знал, как точно должен был отреагировать, но был в огромном замешательстве. Они с Фэнгом почти не общались вне универа и общаги, а жили они вместе чисто из-за того, что у них была похожая бытовуха. Прикусывая пересохшие губы, он осмотрел комнату, и его взгляд почти остановился на Фэнге — Эдгар в последний момент успел отвести глаза, избежав неловкого столкновения. — Север? Серьёзно? — Эдгар хмыкнул и занёс руку с билетами, чтобы небрежно швырнуть их на стол, но замешкался. — А почему нет? Ледоходы, киты, северное сияние. — Фэнг складывал тёплый вязаный свитер вдвое и запихивал его в рюкзак, прижимая ещё большим слоем одежды. Эдгар промолчал. Пальцы сами собой сжали хрустящий глянец билетов. Сделать шаг назад, к своему упорядоченному одиночеству, или шаг вперёд — хаос Фэнга? Он аккуратно, будто бомбу, положил путёвки на стул. Решив не оставаться позади, он вздохнул и начал собираться. Пару тёплых кофт Фэнг забросил в рюкзак к Эдгару, и дальше тот сам, не понимая зачем, начал раскладывать свои вещи: таблетки, зарядки, ватные палочки. Фэнг фыркал, наблюдая, как Эдгар укладывает в отдельный кармашек маникюрные ножницы и педантично свёрнутые бинты. — Собираешься сделать маникюр моржу? — процедил он, не отрываясь от экрана. В голове Эдгара крутилось только одно: «Почему я? Как мы вообще решили связаться?» Но кожу всё равно потряхивал лёгкий мандраж; он ненадолго убежит от своей тяжёлой реальности и отдохнёт… Ну, или не отдохнёт, а просто развеется. Фэнг уже почти час листал тиктоки и ел чипсы, пока Эдгар убирался, размораживал холодильник и скармливал ему полупропавшие помидоры и недельные макароны. Эдгар ещё раз протёр подоконник и удостоверился, что они выключили холодильник, чайник, удлинитель, и поправил шарф на своей шее. — Через сколько мы выезжаем? На чём мы вообще едем? Там будет интернет? — Эдгар ещё немного вертелся у зеркала, поправляя чёлку и рассматривая лак на своих ногтях. Фэнг закатил глаза и недовольно поднялся. Крошки от чипсов покатились с его куртки на только что вымытый пол. Эдгар сморщился. Парень небрежно облизнул пальцы от соли и осмотрел билеты. — Через два часа поезд до границы. Потом пересядем на автобус. На автобусе часов семнадцать, на поезде — почти двое суток. — Фэнг равнодушно пожал плечами, снова погружаясь в ленту. Эдгар занервничал и начал лихорадочно искать транспорт до железнодорожного вокзала. Фэнг, не обращая на него внимания, закинул ногу на ногу и продолжил смотреть видео. — Может, ты мне поможешь? Во сколько конкретно у нас поезд? — Эдгар проворчал и обратился к Фэнгу, несильно тыкнув его под бок. Почти беззлобно. — Через сорок минут троллейбус до вокзала, успокойся. — Эдгар поджал губы и сложил руки на груди, пытаясь изобразить обиду, но Фэнг даже не взглянул в его сторону. В голове Эдгара крутились миллион вопросов, и главный из них: почему он вообще едет с этим человеком на ебучий север? И вот они едут. Эдгар смотрит в запотевшее окно троллейбуса на уезжающий город и ловит себя на мысли, что не чувствует ничего, кроме странной, тягучей пустоты. Рядом Фэнг барабанит пальцами по коленке, и в его ритме слышится лихорадочное, счастливое возбуждение. Они летят в пропасть. И один из них кричит от восторга, а второй просто закрыл глаза.

***

Уже в поезде они заняли две нижние полки в плацкарте. Фэнг сразу расстелил казённое постельное и, не снимая кроссовок, забрался под одеяло, уткнувшись в сериал в наушниках. Эдгар влажными салфетками протёр столик, полку и металлические поручни, аккуратно разложил свои вещи и положил на стол толстую книгу. Его взгляд упёрся в спину Фэнга. Он подошёл и несколько раз щёлкнул пальцами перед его лицом, пока тот нехотя снял наушник. — Ты не хочешь разуться и переодеться? — Эдгар указал на худи Фэнга и его кроссовки, которые совсем чуть-чуть и начнут пачкать белоснежное постельное белье. Фэнг расплылся в ухмылке и на мгновение выключил телефон. — Не хочу. — Фэнг оскалился и посмотрел на Эдгара сверху вниз, закидывая руки за шею. Эдгар презрительно хмыкнул и ушел на свою полку, тихо матерясь под нос и раздражённо открывая книгу. Фэнг рассмеялся и снова погрузился в телефон, обращая минимум внимания на соседа, который гневно пытался показать свое недовольство. Эдгар презрительно хмыкнул и ушёл на свою полку, разъяренно листая страницы. Эдгар все ещё находился в полудрёме от всей ситуации, которая сейчас произошла и сейчас уговаривал себя только чтобы пережить эти пару дней с соседом в маленьком купе. К вечеру к ним в купе подселились соседки: девушка с аккуратным животиком и её мама, будущая бабушка, седая и улыбчивая. Они мягко попросили присесть. Эдгар любезно подвинулся. Пока он отлучался в туалет, тихий до этого Фэнг нашёл общий язык с женщинами и теперь уплетал домашнюю курочку, которую приготовила «тётя Наташа». Эдгар, вернувшись, сдержанно улыбнулся и присоединился к разговору, обсуждая жизни девушек и свои собственные дела. — У тебя правда есть собака? — Эдгар поднял бровь, обращаясь к Фэнгу. Они жили вместе три года, и за этот вечерний разговор он узнал о нём больше, чем за всё предыдущее время. И это не могло не напрягать. Диалог всё ещё был дружелюбным, но Эдгар невольно прикусил губу, когда девушка коснулась руки Фэнга. Спустя пару часов Эдгар почти засыпал на верхней полке, повернувшись лицом к стене. Фэнг любезно уступил свою полку беременной девушке, а Эдгар предложил своё место её маме. Всё равно те ехали до утра, а потом они с Фэнгом оставались одни до самой таможни. Эдгар лежал без сна, стараясь дышать бесшумно: вдох носом, выдох ртом. Он знал, что Фэнг тоже не спит — не видел, но чувствовал. Громкие, нарочито глубокие вздохи Фэнга совсем не походили на храп. Он просто шумно существовал, не оставляя им шанса на тишину, и Эдгар понимал, что это делается специально. Он чувствовал себя в ловушке: вот он, в купе, не может заснуть и думает о том, почему оказался здесь, почему согласился, почему не выбросил эти путёвки? Он перевернулся на другой бок, и его взгляд скользнул вперёд, на полку Фэнга. В этот момент поезд пронёсся мимо освещённой платформы какого-то заброшенного полустанка, и купе на секунду залило жёлтым светом. Эдгар сразу же встретился взглядом с Фэнгом. Тот не спал. Он просто смотрел. Тёмным, нечитаемым взглядом, без тени улыбки. Ему было все равно на то, что его поймали с поличным. Фэнг дальше, с давлением, с вызовом рассматривал Эдгара и не отводил взгляд от него, заглядывая ему в глаза ещё глубже и глубже. Свет погас, и Эдгар резко отвернулся, прижимая горящее лицо к прохладной стенке вагона. Фэнг медленно повернулся на спину, и в темноте уголок его рта дрогнул в лёгкой, беззвучной усмешке.