Часть 1
10 февраля 2026 г., 08:00
После смерти матери и брата Лена меняется. Это происходит не сразу, не за одну ночь, но постепенно: по мере того как проходят недели и они все налаживают новую жизнь после битвы с Никсли, Кара начинает замечать тонкие, едва уловимые перемены в Лене.
Впервые за всё время их знакомства Кара видит, как Лена просто дышит. Непосильное бремя, которое она несла столько лет, словно испарилось, и без давления его чудовищного груза её стены начали рушиться. И без этих стен Лена расцветает, обретая внутреннее спокойствие, об отсутствии которого Кара даже не подозревала.
Поначалу, когда Лена начала чаще и ярче улыбаться, Кара не придавала этому значения. Их отношения стали лучше, чем когда-либо, между ними больше не было секретов, а мир всё так же продолжал вращаться. Было вполне логично, что Лена чувствовала себя с ней комфортнее.
Однако вскоре Кара замечает, что эти улыбки предназначаются не только ей. Они также адресованы и всем их друзьям. Даже Дж’онну, с которым Лена неожиданно начала заниматься медитацией. Но это нормально, убеждает себя Кара. Это признак того, что Лена сближается и с остальными — и это хорошо. Кара до сих пор чувствует вину за то, как долго лишала Лену этих связей, этой дружбы. Так что… всё в порядке.
Но потом улыбки Лены выходят далеко за пределы их компании. В баре движения Лены становятся свободными, непринуждёными, без той сдержанности, что раньше была её второй кожей. Она двигается естественно, словно наконец-то стала самой собой. Она сияет — как солнце, ярче которого Кара ещё не видела.
И, разумеется, не только Кара это замечает.
Нигде это не проявляется так явно, как в баре. Смех Лены разносится по залу, привлекая взгляды и вызывая улыбки у других посетителей. Её бёдра покачиваются в такт музыке, пока она идёт за следующим заказом, — и Кара вспоминает девичник Алекс и Келли. Как и тогда, Кара не приглашает Лену на танец. Несмотря на то, что она криптонка, есть вещи, на которые у неё не хватает сил.
У других в баре таких проблем нет.
— Где Лена? — спрашивает Ния, опускаясь на скамейку рядом с Алекс, и сразу же тянется к тарелке начос в центре стола. Келли многозначительно кивает в сторону барной стойки. Ния переводит взгляд в указанном направлении и восклицает: — Опять?!
Потому как Лена разговаривает с женщиной, которая буквально наклоняется к ней, придвигаясь всё ближе, и интерес у неё явно не только к разговору, как предполагает Кара. К Лене.
Хуже всего то, что Лена, похоже, нисколько не возражает.
Пока компания молча наблюдает за происходящим, Лена переводит взгляд на локоть женщины, лежащий на барной стойке, и нежно проводит пальцем по её предплечью. Женщина чуть ли не дрожит от этого прикосновения, и всё, на что бы она ни надеялась, кажется, уже почти достигнуто ею. Кара знает, что Лена хочет того же: в конце концов, если бы внимание было нежелательным, Лена бы давно пресекла его одним движением.
В конце концов Лена возвращается к столу, и женщина буквально следует за ней. Пробираясь сквозь толпу, Лена удерживает над головой шесть шотов. Она ловко ставит все их на стол, и Ния, глядя на женщину через плечо Лены, не скрывая любопытства, перекрикивая шум толпы бара, спрашивает:
— Лена, кто твоя новая подруга?
Лена приподнимает бровь, но на её лице играет улыбка Чеширского кота.
— Линда! — кричит она в ответ. — Я обещала ей танец!
— Что ж, не будем вас задерживать, — сдержанно отвечает ей Алекс. Она поднимает свой шот, побуждая остальных сделать то же самое. Все они чокаются, выпивают, поморщившись, а затем Лена берёт Линду за руку.
— Скоро вернусь! — улыбается она.
— Приятно познакомиться! — весело
щебечет Линда, пока Лена увлекает её на танцпол.
Кара внутренне готовится к тому, что в ближайшие дни Линда появится снова — но, к её удивлению, Лена больше о ней даже не упоминает. Но и это Кара объясняет себе очень легко: проявлением вежливости, характерным для Лены. Лена всегда бережно относилась к тому, чтобы время, которое они проводят вместе, было посвящено только им.
Только спустя несколько недель, когда Лена уединяется в тёмном углу бара уже с другой женщиной, Кара понимает, что с Линдой всё было просто… случайной встречей. Но отнюдь не менее интимной, напоминает она себе, наблюдая, как новая спутница Лены дерзко улыбается, а Лена откидывает голову и громко смеётся в ответ.
— Невероятно, — бормочет себе под нос Алекс. — Мы здесь всего пять минут.
— Угу, — согласно хмыкает Келли. — Но это приятно видеть.
— Что именно? — с непонимающим взглядом спрашивает Кара.
— Она выглядит счастливой. Уверенной в себе, понимаешь?
Кара снова смотрит в сторону тёмного угла — как раз в тот момент, когда Лена наклоняется к уху незнакомки и что-то шепчет. Судя по растущей улыбке женщины, услышанное ей более чем нравится.
Кара, чувствуя, как её уши вспыхивают при виде столь интимного момента, тут же отводит взгляд. Она делает вид, что не замечает понимающего взгляда Алекс.
Когда спустя несколько часов они уходят — без Лены — Алекс на прощание крепко обнимает её у выхода.
— Ты должна сказать ей, что ты чувствуешь, — шепчет она. Когда она отстраняется, на её губах появляется сочувственная улыбка. — Подумай об этом.
Кара действительно думает об этом. Она почти ни о чём другом не думает, потому что с каждым выходом в свет на орбите Лены появляется очередное незнакомое лицо, и её улыбка, взгляд, жесты — всё это заставляет сердце Кары сжиматься. Остальные в шутку подтрунивают над Леной из-за её репутации и даже заключают пари на то, сколько времени пройдёт, прежде чем кто-нибудь подойдёт к их столику с намерением пригласить Лену на свидание.
Лена смеётся над этим вместе со всеми, легко, беззаботно.
Но по мере того, как продолжается череда её интрижек на одну ночь, Кара всё больше замыкается в себе, пряча свои чувства. Она не хочет мешать тому, что делает Лену счастливой. И потому с каждым месяцем Кара начинает всё больше дорожить вечерами игр. Они становятся всё более редкими, но остаются принадлежащими только их маленькой компании, и Кара может тихо и незаметно «быть рядом с Леной».
Существует негласное правило, согласно которому место рядом с Леной всегда принадлежит Каре. И в командах они всегда пара. Каждый раз, когда они выигрывают в «шарады» или «крокодила», Кара находит утешение в простой истине: ни одна из тех женщин в баре не знает, каково это — слышать, как Лена заканчивает её фразы, или чувствовать, как Лена мягко прижимается плечом после пары шотов, когда ей тепло и хорошо.
Кара не променяла бы это ни на что. Она чуть не говорит об этом в тот вечер, когда Лена задерживается, чтобы помочь прибраться после особенно разгромной партии в «Монополию». Они работают в тишине, слаженно — и это привычное и комфортное молчание. Когда тарелки и бутылки убраны, а мусор завязан и готов к выносу, Лена опирается бедром о кухонную стойку. Она задумчиво смотрит на Кару внимательным непроницаемым взглядом. Кара выдерживает этот взгляд лишь мгновение, а затем отворачивается, делая вид, что ей нужно сложить плед.
Это происходит всё чаще и чаще. Кара замечает, как блестят глаза Лены, когда она смотрит на неё, как её взгляд задерживается на долю секунды дольше, чем требуется. Она замечает и эти короткие, но частые прикосновения — к локтю, к бедру, к руке. Даже к щеке — сегодня, когда Лена очень нежно заправила прядь волос Кары за ухо. Очередной момент в долгой череде тех, о которых они обе просто не говорят.
Но на этот раз, даже когда плед аккуратно сложен, Лена не отводит взгляд. Когда Кара оборачивается и видит, что Лена всё так же смотрит на неё, она замирает.
— Что? — спрашивает она с растерянной улыбкой.
В отличие от смущённой Кары, Лена сохраняет невозмутимость и не отводит взгляд. Кара чувствуя, как у неё перехватывает дыхание.
— Как долго мы ещё будем так мучить себя? — спрашивает Лена низким голосом, почти мурлыча.
Кара моргает, ощущая, как горло сжимается.
— Что… делать?
— Я знаю, что ты меня хочешь. — Правда, наконец произнесённая вслух, падает между ними тяжёлым, неизбежным грузом. Лена отталкивается от стойки и делает выверенный, спокойный шаг в сторону Кары. — Ты знаешь, что я хочу тебя, — продолжает она. Она подходит так близко, что кожа Кары начинает гореть от одного присутствия Лены, а в воздухе ощущается запах вина в её дыхании. — Так почему же, — шепчет Лена, — это единственная шарада, которую мы до сих пор не разгадали?
Сердце Кары бешено колотится в груди. Она не может заставить себя притворяться, будто не понимает, и отрицать правду, которая наконец стала явной.
— Я… я не переживу, если это будет на одну ночь, — хрипло произносит она. — Я лучше останусь твоей подругой, чем один раз попробую — и потеряю навсегда.
Лена опускает глаза на губы Кары, её взгляд теплеет, и Кара снова чувствует, как её затягивает в водоворот чувств к Лене.
— Ты правда не понимаешь, почему все мои связи только на одну ночь? — спрашивает Лена. Её голос звучит хрипло, низко и возбуждающе. Кара почти перестаёт дышать от острого осознания того, насколько близко они стоят.
— Почему? — шепчет она.
Губы Лены слегка изгибаются в улыбке.
— Потому что ни одна из них не была тобой.
Едва последнее слово срывается с губ Лены, Кара впивается в них страстным поцелуем. Из груди Лены вырывается стон, похожий на всхлип, который тонет в поцелуе. По спине Кары пробегает электрический разряд, заставляя каждый нерв в её теле затрепетать. Она поднимает руки и обхватывает ладонями лицо Лены — это прикосновение кажется ей настолько интимным, что она едва может поверить, что это не сон. Но затем руки Лены ложатся на её бёдра.
Хватка Лены уверенная, надёжная, будто всё это — самое естественное в мире. И Кара понимает, что так оно и есть, когда искры в её животе превращаются в тлеющее тепло. Тепло, близость — неизбежность. Мир встаёт на свои места, и Кара отдаётся этому, доверяя Ленe своё сердце, любовь, душу.
Когда они, задыхаясь, отрываются друг от друга, глаза Лены сияют. Она улыбается.
— Ты паришь, — тихо говорит она.
Кара опускает взгляд на свои ноги в носках и обнаруживает, что действительно висит в воздухе на расстоянии дюйма от пола.
— Прости, — шепчет она.
— Не стоит извиняться, — отвечает Лена, и её улыбка становится ещё шире. — Я польщена.
Сердце Кары колотится как отбойный молоток. Она не может — не хочет — отпускать Лену, ей нужно снова притянуть её ближе, поцеловать, почувствовать. Лена будто читает её мысли: её пальцы сжимают бёдра Кары.
— Поцелуй меня ещё раз, дурочка.
Кара улыбается — и делает это.
