Серый Волк

Россия. Дубовск. 29 мая 2005 года. Ресторан «Праздник». Банкетный зал. За столом сидели выпускники 9Г. Мальчики были одеты в деловые костюмы, а девушки — в блестящие платья, одно краше другого. На вершине сиял дискошар, чей яркий неоновый свет кружился по стенам зала. Сзади сидели родители, снимая своих детей на маленькие телефоны с улыбкой. Некоторые женщины слезливо смотрели на свое чадо, пока отцы лишь с гордой улыбкой гладили их по голове. — Видимо, он сегодня не приедет... — вздохнула мысленно Соня, сжимая кулаки на коленях. Она думала о Сергее. Он сказал, что «возможно» сможет прийти на выпускной. Но она надеялась на лучшее, как и всегда. Видимо, не сегодня. ... — Петь, — обратилась Люба. — Отпусти его на выпускной. Один раз на всю жизнь. Пусть хоть сегодня он побудет не твоим солдатом. Пожалуйста. Дед, почесав седую бороду, задумался. Его рука сжимала кружку чая. — Петь, пусть он хоть немного отдохнёт. Саша бы этого и хотел, — попросила сестра. — Сергей, — позвал того Драгунов, допивая кружку. — Одевайся. В комнате послышались шаги. Сергей начал одеваться впопыхах. .. Дверь «жигулей» захлопнулась. Сергей сел на переднее сиденье, а за ним и дед. Тот завёл машину, поглядывая на одежду Сергея. — Не жмёт? — с необычной усталостью в голосе спросил дедушка. Сергей с удивлением в глазах кивнул. —Нет. Впору. — А галстук? Правильно завязал? — без привычного упрёка поинтересовался Пётр. — Д-да, вроде... Дед вздохнул. Его мозолистые руки потянулись к шее Сергея. Он бережно, как солдат прочищает оружие, осмотрел галстук. Сергей легонько улыбнулся. —Молодец. С первого раза. — С-с-спасибо?.. — Этот галстук твой папка носил, когда он на маме твоей женился... — вспомнил Пётр. Его голос дрогнул, то ли от боли ностальгии по умершему сыну, то ли от любви к внуку, что боялся показать. — Не замарай. — Так точно! — Так точно, дома оставь. Сегодня ты выпускник, — сказал дед. На секунду его рука хотела погладить Сергея по макушке, но внутренний солдат не дал этого сделать. — Сегодня ты у Любы ночуешь. Но не сильно радуйся, спать ляжешь сразу, никакого компьютера у неё. — Хорошо. Машина тронулась. Путь к ресторану был недолгим, но атмосфера в салоне словно с Сергея сняла поводок, дав подышать. Вроде приятно, но и неловко. — Не пей. Две рюмки максимум, если, конечно, они там будут. И если кто-то там напился, не лезь в драку. И на пьяных баб тоже не лезь – разносчики заразы какой ещё. Хотя, ты и так знаешь. Не груби учителям, скажи спасибо за то что учили. — Дедушка... — обратился Сергей к нему. — Я всегда хотел спросить... — Спрашивай, — холодно буркнул Пётр, заворачивая за угол. — Я... Я хороший? — спросил Сергей. В этой короткой ноте прозвучало столько зажатой в себе боли, столько невысказанных слов. Дед замер. Его сильные руки сжали руль так, что резина издала звук растяжения. Он сжал челюсть, выпячивая зубы наружу. Этот вопрос... Он ударил прямо в сердце. Даже пули в грудину так не били. Даже нож в живот, оставивший шрам, так не резал душу. Что это, как не терзание между двумя видами любви – строгой и нежной? — Да, — ответил дедушка, остановив машину у тротуара. — Горжусь тобой. Сергей даже не улыбнулся. Он лишь вздохнул. Столько боли ради одного «да». Но это не имело никакого значения. —Спасибо, деда. — Иди, — приказал дед. Дверь захлопнулась, и Сергей побежал к ресторану, дабы не опоздать. Слеза. Скупая мужская слеза скатилась по щеке Петра. —Прости меня, Сашенька... ... Соня грустно сидела за столом, вилкой тыкая мясо. Есть не хотелось. На танцполе кружились её одноклассники под глупую попсу. Настроения не было. Она бросила пустой, безнадёжный взгляд на выход. И тут же прищурилась. Знакомый силуэт стоял в проёме. Он вышел на свет. Это был Сергей. Она медленно подошла к нему. —Пришёл, все-таки... — Как видишь... — он глупо улыбнулся. Он обнял её крепко, так что рёбра чуть хрустнули. Она ответила тем же. — Потанцуй со мной, пожалуйста... — Хорошо... Они пошагали к танцполу. Было неважно, какая музыка играет, кто рядом. В этот момент весь мир ушёл. Для Сергея была только Соня. Для Сони был только Сергей. Он механически, но с максимальной нежностью в движении положил руку на её талию. Её глаза... Казалось, в них можно утонуть. Они как звёздное небо, в которое можно смотреть бесконечно. Она неуверенно, но легко положила руку ему на плечо. Его глаза... Они были большими и милыми, как у брошенного котёнка. Её котёнка. Они медленно кружились, примкнув друг к другу. Она положила голову ему на плечо. Он носом уткнулся в её волосы. От неё пахло духами и клубникой. Хотелось прижать сильнее, к самому сердцу, и не отрывать её никогда. Сердце обещало вырваться наружу от волнения, а бабочки вот-вот рейсом вылетят из живота. Он почувствовал, что его плечо стало мокрым. Он остановился. —Сонь, ты что, плачешь?.. Вместо ответа она что-то промычала, а после уткнулась лицом в его грудь. —Серёжа... Я люблю тебя... Он улыбнулся уголками губ. Он обхватил её спину, прижимая ближе. —И я тебя, Сонь... ... Ночь была на удивление тёплой. Родители собирались отвозить своих детей, что уже изрядно успели выпить, так что ноги уже не держали. Сергей и Соня просто молча смотрели на небо, держась за руки. — Давай погуляем? — в этом вопросе Драгунова звучало больше просьбы. — Давай, — ответила Зайцева, таща за собой тушку Сергея. Они завернули в парк, где ярко светили фонари и блестели чёрные скамейки. Они шли прямо. Их руки крепко сжимали ладони. Они молчали, но эта тишина говорила громче слов. Соня села на скамейку. Сергей присоединился. Он положил голову ей на плечо, а она её начала гладить. —Я думала, не придёшь... — Тоже так думал... Но сегодня дедушка сказал, что гордится мной... — Правда?.. — легонько удивилась Соня. — Да... — прошептал он. — Я думала, он вообще бесчувственный, хе-х. — Я не меньше тебя удивлён... У него ещё голос был такой, будто он сейчас заплачет. — Оу... Между ними вновь возникла пауза. Они молча смотрели друг на друга. Голова Драгунова упала на коленки Сони. — Серёжа... — М? — А за что ты меня любишь? — выпалила Соня. — Я сам не знаю, если честно... Если скажу, что ты красивая, обидишься? — Нет. Попытайся сказать... — Мне не нужна причина любить тебя. Ты есть, и мне этого достаточно. Смотря на тебя, мне просто хочется быть рядом, — объяснил он, гладя её щёку. — Не похоже на тебя, — усмехнулась она. — Ты так не говоришь. — Сегодня можно, — парировал он. — А за что ты меня любишь? — Потому что нормальный. Не кричишь, не орёшь. Да и за реакцией твоей интересно наблюдать, когда эмоции показываешь. Глазастик. — То есть я тут философские трактаты глаголю, а ты так просто... — Иди ты, Драгунов... Он молча улыбнулся. —А вот пойду. — Кстати, по поводу идти. Проводишь меня до дома, Серёж? Как раз можешь увидеть мою комнату, родителей дома не будет пару дней. Мне просто страшно... — Конечно, когда не провожу. Он встал с её колен, и они отправились к её дому. Шелест листвы шептал им что-то, а звон кузнечиков провожал их. Они крепко держались за руки, будто боясь потерять друг друга. Их встретил частный дом. У него были свежепокрашенные стены в белый, но в темноте ночи этого было не видно. Соня открыла ключом дверь. —Проходи. Дома было уютно. Везде стояли цветы, на кухне ела рыжая кошка. На стене висела картина, где был нарисован зимний лес с замершим озером. — У тебя уютно, — отметил Сергей, снимая обувь. — Спасибо... — поблагодарила она. Они зашли в комнату Сони. Там были две кровати, одна пустая. Дубовый шкаф, где висела старая этикетка «Семейный Дом». На рабочем столе стоял квадратный компьютер, а рядом — учебники. На кровати с ярко-красным одеялом лежали игрушки. — 16 лет, а до сих пор с игрушками лежишь, — отшутился Сергей, садясь на кровать. — Завидуешь? — Естественно! Соня хихикнула, садясь рядом. Она бросила любопытный взгляд на Сергея. —Серёж... — М? — Помнишь, как мы познакомились?.. — неловко улыбнулась она. — Ты преследовала меня, как ненормальная, как это забыть. — Вообще-то это просто так получилось! — возмутилась девушка, хватая плюшевого мишку. — Да ладно, я тоже отличился... Но пугать людей в раздевалке ты умеешь, ха-х. — Иди ты. — Так ты же сама начала, Сонь. — Знаю... — прошептала она. — Серёж... Сергей моргнул в качестве ответа. — Я... красивая? Только честно. Сергей улыбнулся шире. —Для меня — да. Она покраснела, отводя взгляд. —Спасибо... Она легла на кровать, откидывая мишку. Сергей лёг с ней. Они лежали так некоторое время, просто наслаждаясь тишиной. Соня прижалась к Сергею. — Можешь остаться на ночь?.. — спросила она, зная ответ. Драгунов тяжко вздохнул. Он не хотел уходить. Уходить от неё. От этого мирского уголка мира, где он не был Драгуновым. Он был Серёжей или Глазастиком. — Мне страшно спать одной дома... — прошептала она, и в её голосе прозвучал стон. — Я не хочу, чтобы ты уходил... Ты... единственный, кто меня понимает! Единственный, кто читает мои стихи, кто читает мои рассказы, кто любит меня за то, что я есть... Она вцепилась в него. Ногти вонзились в его спину. —Я люблю тебя, Серёжа... За то, что ты видишь во мне не странную отличницу-перфекционистку, а Соню Зайцеву... — Подожди, — холодно бросил Сергей, доставая телефон. Он быстро набрал номер. Гудки пошли вибрацией по руке. —Баба Люб... — Да, Серёжа, что случилось? Домой идёшь? Он посмотрел на Соню. Он улыбнулся. —Можно, я останусь у... моей девушки с ночёвкой? На другом конце провода возникло молчание. Но баба Люба лишь заохала. —Дед не узнает. Давай без глупостей. — Конечно... Он сбросил трубку. Соня с радостными глазами щенка уставилась на него. —Отпустили?.. — Да, — с облегчением выдохнул он. — Ура... — обрадовалась она, бросаясь к нему. Она поцеловала его прямо в губы, но тут же отпрянула. Слишком близко. Но Сергей схватил её за руку и поцеловал в ответ. Это было неуклюже, неловко, без вкуса клубники от помады и дорогих духов, как в романтике. Зато искренне, с душой. А большего и не надо. Они упали на кровать. Было страшно, но и опьяняюще волнительно. Чувства нахлынули океаном, разум ушёл на второй, если не на третий план.