Серый Волк

В квартире было тихо. Лишь гудение кондиционера держало Сергея в комнате. На улице светила луна. Большая, красивая, меж сотней тысяч ярких звёзд. Снег бесшумно падал вниз, осыпая квартал за кварталом. Верёвка. Петля. Стул. Это не было страшно. Точнее, нет. Это был словно единственный благоприятный выход. Зачем, если с каждым днём жизнь становится хуже? Зачем, если их уже нет? Сергей повесил петлю на потолок. Напоследок он достал сигареты и вышел на балкон. Легкий холод ударил в лицо. Внизу никого не было, даже собак. Полная пустота. Ветер обтекал плечи, лаская кожу. Сергей закурил. — О, Господи... — выдохнул Сергей, сбрасывая пепел вниз. — Пора. Он зашёл обратно. Встал на стул. Руки уже сами схватили петлю. Шею схватили узлы. Он глубоко выдохнул. — Давай. Прыгай... — шептала Тень. Звук из прихожей остановил Сергея. Тот оскалился и рявкнул: — КТО?! — СЕРЫЙ, ЭТО Я! — весело крикнул Андрей. — Открой, пожалуйста, а то в подъезде холодно! — ГАНДОН, БЛЯТЬ, — прорычал Сергей. Тень позади него размылась. Он быстро убрал все вещи и злобно пошёл к двери. Его голос, злобный и раздражённый, окликнул: — Чего тебе, а, Волков? — Как чего? Я к тебе в гости приехал, забыл? Вчера же написал! Открой, заманал. — ... — Серый..? — Уходи. Андрей возмутился: — В смысле?! — В прямом. Прошу, уйди... — голос Сергея дрогнул. Андрей это почувствовал всем своим нутром. — Сергей..? Ты там что, плачешь? — ОТЬЕБИСЬ ОТ МЕНЯ, ГОВОРЮ! — закричал Сергей. На мгновение в подъезде стало тихо. Лишь эхо вопля Сергея отдавалось в стенах. Андрей вздохнул: — Я тебя услышал... Он снял куртку и начал пинать дверь ногой изо всех сил. Сергей отошёл от двери с холодным оцепенением. — Ты че делаешь, дебил ебаный..? Он открыл дверь. Андрей влетел в квартиру как ошпаренный и увидел: стул посреди комнаты, верёвку на диване. Долго думать не пришлось. Кулак прилетел в скулу. Сочный, с хрустом костей. Сергей даже понять не успел, как за кулаком прилетела пощёчина. Тот упал на задницу, схватившись руками за лицо. — ТЫ...! ТЫ! ТЫ, БЛЯТЬ, АХУЕЛ, МРАЗЬ?! — вопил Андрей, тряся друга за голову. — ТЫ ЧЕ, ЭГОИСТ ЕБАННЫЙ, ПОМЕРЕТЬ СОБРАЛСЯ?! Сергей молчал. Его испуганное выражение лица смотрело сквозь Волкова. Андрей смог наконец-то увидеть лицо товарища. Зарёванные глаза. Красные, словно у наркомана, что принимал дозу каждый божий день. Бледная кожа. Худые руки. Это только сильнее разозлило Андрея. — ТЫ! НА КОЙ ХУЙ, ОБЪЯСНИ МНЕ?! НА КОЙ ХУЙ?! Сергей попытался вырваться, но Андрей тряхнул его так, что зубы щёлкнули. — Я на тебя равнялся! — выкрикнул Андрей, и его голос сорвался на визгливую, незнакомую ноту. В его глаза навернулись слёзы. — ВСЕГДА, СЛЫШИШЬ?! САМЫЙ СТОЙКИЙ, САМЫЙ СПОСОБНЫЙ! МАКАРОВА ТЕБЕ НЕ ЖАЛКО?! МЕНЯ ТЕБЕ НЕ ЖАЛКО?! А ИХ? Он отшвырнул Сергея, и тот, споткнувшись о стену, грохнулся на пол. Андрей навис над ним. — Антона помнишь? Медвежонка? Он че, зря под пули полез? А Влада? А Кирилла? ОНИ ТЕБЯ СПАСЛИ, ВЫБЛЯДОК СУЧИЙ, ЧТОБЫ ТЫ В СВОЕЙ ХРУЩЁВСКОЙ КОНУРЕ ПОВИС НА ВЕРЁВКЕ?! Сергей попытался что-то произнести, но Андрей топнул ногой. — ОНИ ВСЕ! ВСЕ УМЕРЛИ ЗАЗРЯ?! Я ТЕБЯ... Я тебя сам! Сам придушу, пидораса... Он схватил верёвку и кинул её в Сергея. — БЕГОМ! ПОВЕСИЛСЯ, РАЗ НАЧАЛ! А я говорил тебе — звони. А ты обещал, пиздабол. Где звонок был? В жопе..? Сергей не ответил. Он прижал ладонь к скуле, его глаза расширились. Скула болела, но не сильно, скорее ныла от удара. Драгунов встал. — Пойдём. Андрея ударила током эта фраза. Куда? Зачем? — Чего? Сергей спокойно пошёл в комнату. Андрей, взъерошенный и уставший, последовал за ним. Комната была... Именно что была. Пустые, беломёртвые стены, словно из них высосали все соки. Одна лампочка, чей огонёк дай бог хоть что-то освещал. Это было больше похоже на притон, чем на квартиру в новостройке. — Куда? — повторил Андрей. — До магазина. Я хочу выпить... ... Дверь захлопнулась за их спинами. Лестничная площадка встретила их эхом от хлопка, а затем повторяла топот зимних сапогов в такт, как попугай. Андрей спросил. На сей раз спокойно, без рукоприкладства. — И... Как давно ты таким промышляешь? Сергей ответил с небольшой паузой, вздохнув. — Только сегодня. Я... Только пью в основном... Только с каждым разом всё хуже и хуже. Один раз я почувствовал... Мне будто захотелось соседку загрызть. Именно загрызть. У меня перед глазами даже картинка предстала, как я впиваюсь в её голову зубами... Перед глазами нарисовалась сцена. Сергей, весь красный, с глазами как у бешеного животного, пальцами выдавливает глазницы, а зубами кусает висок, откусывая мясо. Тот взялся за голову, скривив лицо. Походу, видения приносили боль. — Пиздец... Не, сегодня ты сок пить будешь. Никакой алкашки. — Хорошо... Андрей чуть-чуть задержался в фразе, но не смог не сказать: — Я не смогу, конечно, понять, что ты там видел... Я видел видео, это какой-то ужас. Они до сих пор по сети гуляют, спустя месяц. — Я... — голос Сергея вновь дрогнул. — Меня переводят в элиту. Говорят, если я выжил в той резне, это уже много значит. Андрей остановился на лестнице. Его удивлённый взгляд пробил Сергея насквозь. — В СМЫСЛЕ?! В ЭЛИТУ? ДА ТАМ ОДНИ ПСИХИ ПОГОЛОВНО СИДЯТ! — А что ты предлагаешь..? Я... Мне некуда идти. Коли ты не хочешь, чтобы умер я сам, тогда пусть работаю там. — Сергей, не придуривайся! Обдумай всё хорошенько! Тебе сейчас лучше... — Нет, — отрезал Сергей, выходя из подъезда. — В смысле? — спросил Андрей, выбегая за ним. Сергей застыл, встав спиной к Андрею. Его голос, мёртвый и холодный, сказал: — Мне ничего не остаётся, кроме как уйти в работу. Это всё ещё лучше, чем бухать, да? Он сжал кулаки. Строй зубов открылся наружу, выставив клыки. — Каждый божий день... Каждый божий день мне хочется кому-то навредить. Я... — он посмотрел на свою ладонь. Сухая кожа со стёртыми мозолями встретила его молчанием. — Но я не хочу, понимаешь..? Но... Будто после того случая... Я словно потерял частичку себя. Сердце не бьётся так, как раньше. Мир в глазах серым стал. Но гнев... Я хочу кого-то прибить. Что-то глубоко во мне требует крови. Мне постоянно хочется есть... Уж лучше я буду бить психов, нежели гражданских. Андрей замолчал. На такое он уже ответить не мог. ... Идя домой, Сергей спросил Андрея. В его глазах мелькнул интерес, искренний. — Андрей... Как там у вас с Лизой? Андрей не ответил. Он даже не смотрел на Сергея. Казалось, был на своей волне. Сергей выдохнул, пар вышел из его рта. Спустя минуту молчания Волков выпалил: — Я отцом стал. Сергей впервые заметно оживился. Даже лёгкая улыбка появилась. — Да ну. Мальчик или девочка? — Мальчик. Четыре кило. Весь в маму... Даже плакал так же. — А Лиза-то как? — А она... Радуется. Я к тебе съездил, дабы лично об этом рассказать... В реанимации три дня была, сердце остановилось. Ругается, когда я Колю пугаю пистолетом. Сергей кивнул. Молча. Он не знал, что сказать. Поздравить? Нет. Эти слова застряли бы в горле комом. Но он был искренне рад за своего друга. Что-то тёплое, человеческое разлилось по животу, на мгновение сменив пустоту. — Покажешь? — Конечно. Ты же крёстным будешь. Это прозвучало как приговор. И как спасательный круг. Сергей резко поднял на него глаза. — Я? — А кто ещё? Я своего карапуза православным священникам не отдам, не, там бога нет! — Так ты же атеист? — И слава Богу. Ты же мне как брат. Каким бы ты ублюдком ни был. — Но... — Сергей. Давай без но. — ... — ... — Я постараюсь... — выпалил Сергей с трудом. — Мне твоё, эээ, — Андрей скривил рожу, — в хуй не упёрлось. Клянись, что не посмеешь это сделать. — Я... Не знаю... Это не то, что так можно легко забыть. Ты не знаешь, что и кого я видел... Я стрелял им в головы, а они вставали... — Для этого есть психологи. Если надо, помогу с деньгами. Я тебя не брошу, слышишь..? — Почему? Зачем я тебе такой сдался? У тебя сын, жена. А у меня уже никого нет... Андрей вздохнул. Он провёл рукой по лицу. — Мой отец, пусть и не родной, как-то сказал мне важную вещь. Никто, ни бог, ни человек, не в власти решать твою судьбу. Живи и борись за то, что считаешь правильным. Я же хочу, чтобы мой друг жил и стал крёстным моего сына. Сергей опустил взгляд вниз. Казалось, в его рыбьих глазах что-то да и промелькнуло живое. А Андрей лишь добавил: — Пошли в дом, заманал. Я принёс диск с Кеккеном 7 и Смертельной Дракой 10. Будешь теперь играть со мной, пока мой сын не вырастет!