Серый Волк

СССР. Посёлок городского типа Дубовск. Дом Петра Драгунова. 11 июля 1989 год. Зал был покрыт мраком. Плотные занавески скрывали солнечный свет так, что комната погрузилась в непроглядную пустоту. Белые обои, чья штукатурка давно треснула по стене, стояли уже не одно поколение. Кожаный красный диван держал на своей поношенной и потёртой спине Петра Драгунова. Он спал, повернувшись спиной к телевизору. В окно постучались. Петр что-то пробормотал, и неохотно, словно медведь из спячки открыл занавеску. За окном стоял Валентин Соколов. Он лишь кивнул Петру, дабы он открыл дверь. ... Валентин зашёл в дом, вытерев ноги об ковёр. Он спросил с лёгкой уколкой в голосе. — Че Драга, опять забухал? Тот не ответил. Он хрустнул спиной. Взял в руки кружку и налил воду из под крана. И осушил все залпом. — Хорош шутить, и без тебя бошка раскалывается... Валентин улыбнулся. И спросил. — А че забухал то, Петя? У тебя смотрю, скоро внук родится. Или внучка. Не уж то от радости? Тот повернулся на него. И ухмылка с лица Валентина мгновенно исчезла. На лице Петра возникло что-то среднее между животной яростью и безумием маразматика. Его глаза как два пустых колодца, но на дне которых сиял костёр. — Петр, что произошло..? — Я долго не хотел об этом тебе говорить... — буркнул Драгунов, хватаясь за голову. — Но, видимо, не судьба... Валентин покосился с подозрением на Петра. — Ну? — Помнишь, когда мы спасали дочь Жукова? — прошипел он, одевая майку на себя. — Конечно, как такое не забыть. — отметил Соколов. — Ты тогда, чуть сам под пасть оборотню не залез. Макаров чуть пальцев не лишился из-за тебя. Петр смолкнул. Видимо, сомнения рассказывать его тревожили. Но раз он начал, надо заканчивать. — Ко мне тогда, пришёл Змий... И потребовал первенца моего сына. Валентин на секунду словно выпал из реальности. А затем, его рот исказила маска оскала и выпирающих зубов. — Я надеюсь, ты не..? — Конечно нет. Я его нахуй послал. — прямо сказал Петр. — Но ты же знаешь, что Змий просто так не уходит. Я не знаю зачем ему нужен мой внук, но сука, пусть только попробует. Валентин рявкнул на него, схватив его за воротник. — И ТЫ МОЛЧАЛ?! СТОЛЬКО ЛЕТ?! ТЫ ЧТО, АХУЕЛ, МРАЗЬ? Петр не пытался выбраться, а лишь посмотрел тому в глаза. — ДА ДАЖЕ ЕСЛИ БЫ Я И СКАЗАЛ СРАЗУ ПОСЛЕ, КАКАЯ РАЗНИЦА?! ЗМИЙ НЕ УЙДЁТ БЛЯТЬ, СЛЫШИШЬ? НАДО СЕЙЧАС ПРИЛОЖИТЬ ВСЕ УСИЛИЯ, ДАБЫ РЕБЁНОК НЕ УМЕР! ЗМИЮ НАХЕР НЕ СДАЛСЯ МОЙ СЫН, ЕМУ ВНУК МОЙ НУЖЕН! Валентин разжал руки, но гримаса оскала не сходила с лица. — Спасибо что хоть, сейчас образумился сказать. Открой окно, темно, нихуя не видна. Петр убрал занавески. Солнечный свет осветил комнату. Из темноты вылез шкаф с книгами — в основном, солдатские романы о Великой Отечественной. Чуть ниже, стоял старый советский телевизор. На его экране висела пыль. Валентин удивлённо раскрыл глаза. — Че, опять в табло получил? На лице Петра сиял фингал под глазом. Получил в драке от сына Александра. Он причину не помнил — был пьяным. — Валентин. — обратился Дед к своему другу. Его голос в первые за всю жизнь приобрел нотки безысходности. Валентин остановился в своей ярости.он никогда не видел Петра таким подавленным. Даже когда от него ушла жена, он не был таким. — Змий в любой момент может оказаться рядом. Я прошу тебя... Если меня не станет, не оставь их без меня. Этот голос. Петр никогда ни о чем не просил. Он в основном был известен своим скверным характером. Агрессивный, вспыльчивый и даже заносчивый в некоторой степени. Когда они пошли вместе с ним в армию, он подрался с тремя сослуживцами. Одному выбил зуб. Причина была крайне детской:оскорбление матери. Даже наказание он не принял спокойно, из-за чего корчился на улице целую ночь. — Господи помилуй... — тяжело выдохнул Валентин, закрыв глаза и наклонив голову в сторону. — Тебе вот, никогда спокойно не живётся... Постоянно проблемы у тебя. То с женой, то с ребёнком, то с сестрой... Петр не ответил. Лишь опустил стыдливо глаза. Валентин схватился рукой за лицо, и прохрипел усталым голосом. — Конечно. Конечно я помогу тебе, брат. Ты мог и не просить... — Спасибо тебе. — поблагодарил его Петр. В его голос был спокойным и смиренным. — Ты когда в последний раз с Сашкой то, разговаривал? — поинтересовался Валентин. — И без рукоприкладства? — Наверное... Никогда. — честно ответил тот. — После того, как Змий приперся, я не знал как спасти Сашку от его влияния. Мало ли, по глупости, душу продаст, или ещё хуже... Валентина словно осенило. И он громко ширкнул от злости. — ААА, теперь я понял, почему ты его постоянно мутузил ремнём за малейшее нарушение. Ты блять, мудак, Драгунов. Он от горя мог и душу продать, лишь бы убить тебя. — А ЧТО ТЫ МНЕ ПРЕДЛАГАЕШЬ?! — крикнул басистый голос Драгунова, что стены задрожали. — НЯНЧИТЬСЯ?! ЕСЛИ БЫ Я ИЗ НЕГО СДЕЛАЛ ПРИНЦЕССУ, ЗМИЙ БЫ ДАВНЫМ ДАВНО ЕГО СВОИМ СДЕЛАЛ БЫ. У МЕНЯ ВЫБОРА НЕ БЫЛО. ЕСЛИ ОН МЕНЯ ВОЗНЕНАВИДИТ НАСТОЛЬКО СИЛЬНО, ЧТО Я НИКОГДА НЕ УВИЖУ ВНУКА — НУ И ПУСКАЙ. ЗАТО ОН НИКОГДА НЕ СТАНЕТ ПОД ЗМИЕМ, И ВНУК БУДЕТ В БЕЗОПАСНОСТИ. Валентин не решил промолчать, чем спорить дальше. Петр, увидев это, потихоньку стал остывать. — Я обещаю. — сказал Валентин Соколов. — Спасибо тебе большое... — тихо просопел Драгунов, но он попытался скрыть это. Они несколько секунд молчали. Валентин стоял, упёршись спиной об стену. Драгунов сидел на диване, смотря в пол. — Помнишь... Нашу мечту? — спросил тихо Валентин. Грудь Петра тяжело поднялась. — Ты про мечту трех пацанов? — Угу. — Стать настолько сильными, чтобы войны не начинались... — прошипел с ноткой сарказма Драгунов. — С каждым годом, мне смешнее вспоминать это. Сколько нам было, когда мы поклялись стать сильными? Пять? Семь? Двенадцать? — Я уже сам не помню. Петр хмыкнул. — Хах... Макаров старый пердун. Кричал громче всех, что он станет грозой всех войск, а в итоге, первый же и отрекся от своих слов. Сейчас, ищет себе жену. — Ну ты же его знаешь. — Валентин горько улыбнулся. — Он падок на красивых женщин. Слышал, он сейчас, с двумя подряд мутит. Кабель, хах. — Зато, самый счастливый среди нас... — голос Петра на секунду стал тише. — Валь... Валентин понял, какой вопрос сейчас будет. — Что? — Ты все ещё считаешь, что ты сможешь исполнить нашу мечту..? Я же знаю, что спросил ты, не просто так. — Войны невозможно остановить. Единственный способ уничтожить возможность войны — уничтожить все человечество разом, дабы даже мстителей за них не осталось. Войны можно только отстрочить. Но я не хочу сидеть без дела. Сейчас итак страна разваливается, я не хочу чтобы мои дети стали жертвами какой-то очередной войны. Петр засмеялся. Горько, сквозь ребра и боль. — Ты всегда был самым добродушным среди нас. Удивительно, как ты вообще мог убивать пачками в Афганистане... — Это мне говорит человек, что бегал за одной бабой целый год, когда сам критиковал Макарова за распутный образ жизни? — парировал Валентин. Петр усмехнулся. — Сукин сын. — У тебя научился, мудак...