Заколдованные искушением

I was broken when you left

Now you hear me everywhere you go

      Медленные постукивания о деревянный стол разбавляли нагнетающую тишину. Пару минут назад в дверь раздались противные, пугающие удары — кто-то явно плохо контролировал свою силу. Киззи оказалась в такой ситуации одна.. Родители уехали загород, так что помочь не успеют. А незваный гость явно с не самыми хорошими намерениями.. По крайней мере, подростковый разум неосознанно дорисовывал самые страшные картины. Убьет, изнасилует или все обойдется и просто вытащит половину имущества? Девушка поджала ноги к груди, прикрытой белой свободной футболкой. Она старалась не дышать, чтобы, не дай Бог, не спровоцировать незнакомца. Удары сильные — это явно парень, довольно приемлемой.. комплекции. И вот что только семнадцатилетняя девчонка может сделать против такого?       Нет, Киззи, конечно, часто представляла подобные сценарии, где незнакомец врывается к ней в дом и дальше происходят уже обоюдные непотребства, но.. становиться главной героиней подобного не желала — боялась. А как потом в зеркало на себя смотреть? Позволила же незнакомцу "очернить" её невинную репутацию! По крайней мере, такие мысли всегда навязывали родители. Ну а Киззи.. не считала "взрослые игры" чем-то плохим. Даже хотела бы попробовать.. Но моральные принципы яро говорили "нет, ты ещё ребенок". И Хилл соглашалась с этим моментами, правда! Но.. запретный плод всегда сладок, не так ли? Тише, Киззи.. просто вдох-выдох. Может, ошиблись дверью? Ударов же больше не следует. Да и.. если сегодня суждено, выбора нет — придется смириться. Но всё равно страшно. Безумно.       Поборов в себе тревожность — вернее, попытавшись, — девушка нашла в себе силы подняться со стула. Медленными шажками подошла к входной двери, замерев. Тишина. Неужто ушёл? В такие моменты Хилл явно ненавидела решение родителей сэкономить и не ставить камеры на территории дома. Стараясь не издать ни шума, она дотронулась до дверного глазка, убрала ненужную в данный момент "преграду" и остановилась. Сердце колотилось с такой силой, что, казалось, прямо выпрыгнет из груди и развалится на мелкие кусочки, заставляя существовать в режиме "зомби". Даже малейший вдох кислорода мог отозваться лишним шумом.. Но ноги сами принесли к входной двери и заставили проверить происходящее в попытке проконтролировать свою судьбу. Странно.. никого не видно. Действительно ушёл? Как-то не верится.. Надо позвонить родителям — срочно!       Внезапный поворот в замочной скважине заставил вскрикнуть, но Киззи почти успела прикрыть рот рукой, заглушая звуки. Это точно не родители.. Застыв на месте, девушка была не в силах ни пошевелиться, ни добежать до какого-нибудь "укрытия". Инстинкт самосохранения говорил "улетать" со всех ног, но странное ощущение в груди не позволяло даже вдохнуть. Ступор? Возможно, но.. будто что-то ещё. Необъяснимое, новое. Чувство предвкушения? Кажется, пора прекращать читать разные книжки интересного характера по ночам и вечерам.       Отрицательно мотая головой, словно пытаясь убедить саму себя в том, что всё происходящее — просто сон, — Киззи сделала шаг назад на ватных ногах. Сглотнув вязкую слюну, девушка пришла в реальность. Куда бежать, прятаться? Теперь-то появилась причина ненависти к этому дому — любой маньяк и вор, насильник мог пробраться в каждый уголок. Здесь даже места для того, чтобы укрыться от возможной участи нет! Если убегать.. то куда? Прыгать из окна? Как вариант, но соседи слишком далеко.. Она не успеет. Маленькая девчонка против сильного мужика ничего не сделает..       Выругавшись, Киззи схватилась за голову, слегка оттянув волосы в панике. Прикусила щёку, топчась на месте. За дверью подозрительная тишина. Проверяет на прочность или даёт шанс сбежать? А может ветер.. Господи, какая глупость — природное явление не сможет разблокировать замочную скважину! Ладно, стоя на месте ничего не решишь. Действуем по ситуации.. Будь что будет.       Хилл сорвалась с места, всякий раз оглядываясь, не контролируя порывы панических невнятных звуков, рвущихся наружу, когда мысли о том, что преследователь совсем близко — а на самом деле всё ещё стоит за дверью, — окончательно убивали всё спокойствие. А его всегда нужно сохранять в подобных ситуациях.. Правда, семнадцатилетняя девочка на это не слишком способна. Она забежала в свою комнату, прокляв родителей в который раз, что не согласились поставить замок на дверь. Замерла на месте, осмотрела свой "уголок спасения". Широкий темно-серый шкаф, двуспальная кровать, окно.. правда, второго этажа. Почему родители решили купить именно двухэтажный загородный дом.. Это же идеальная локация для съемок фильма ужасов, основанном на реальных событиях! Киззи ощущала себя Сидни Прескотт из серии фильмов "Крик". Возможно, как раз таки легендарный Гоуст-фэйс с особенной харизмой стоит за дверью и готовится напасть на жертву. А ведь это любимый фильм Хилл.. Особенно ей нравились Билли, Стью и Итан. Первый больше всех. Наверное, не будь такой ситуации.. Киззи даже не отказалась бы стать жертвой подобного маньяка. По крайней мере, в мыслях. Но в жизни это совсем не весело!       Не придумав ничего лучше, девушка подставила стул к ручке двери и попятилась назад, прислушиваясь к малейшему шороху. Прыгать — не вариант. Киззи настолько невнимательная и не удачливая, что определённо сломает себе какую-нибудь конечность во время падения. И точно важную! Что лучше: пытаться спастись в здании, но с меньшими ранениями, или попытаться сбежать на улицу, но с серьезными увечиями, что даже просто ходить не получится? Тише, просто дыши.. Ничего не слышно, ты можешь расслабиться. Может, тебе просто показалось? Детский мозг мог всякое выдумать.. Блядь!       Внезапный удар в стену рядом с дверью, ведущей в комнату девушки, заставил Киззи чуть ли не выкрикнуть. Вернее, писк вырвался, но полноценное ругательство воздух не рассек. Судорожная слеза скатилась вниз по щеке, словно по горке в аквапарке.. из пункта назначения. Иначе никак не получалось объяснить безумную, до вонзания иголок в сердце, боль в груди. Каждый вдох давался с трудом. От страха Киззи ухватывалась за стену, чтобы хоть как-то удержаться на ногах. Раньше она смеялась над глупыми героинями, когда на них нападает маньяк, мол, "Почему такие неуклюжие! Вас убьют скоро, можно же аккуратнее, блядь!". Но оказавшись на их месте.. все оскорбления и смех отошли на самый последний план.       Как убийца мог двигаться так бесшумно? Хилл даже не слышала открытия входной двери! Хотя шумоизоляция очень плохая. Или.. чёрт.. неужели..       Убийца изначально был в доме?       Весёлое посвистывание нагоняло в ещё больший ужас. Кто-то. стоял. прямо. за. дверью. С явно плохими намерениями! Киззи замерла на месте, медленно скатившись вниз по стене. Пелена слез не позволяла разлепить веки — всё пространство размыто. Девушка схватилась за волосы, оттягивая те с силой, едва сдерживаясь от того, чтобы не зарыдать в голос. Она понимала, что, сидя на полу в своей комнате, не сможет спастись и нужно сделать хоть что-то. Но тело не слушалось. Казалось, просто замереть, зарывшись лицом в колени, заткнув уши руками, — это самое верное решение. Как в детстве. Тебе страшно — "не вижу, значит этого нет!".       Посвистывание звучало насмешливо, с особенной ноткой веселья. Убийцу явно забавляла эта ситуация. Киззи закрыла уши руками, уткнувшись лицом в колени, как и хотела с самого начала. Судорожные вздохи и всхлипы разрушали тишину, выдавая местоположение. Девушка не видела, но отчётливо слышала, как дверная ручка сначала медленно опустилась, а потом — поднялась, всё также плавно. Бежать бессмысленно.. Спрыгнуть она не сможет — сил не хватит.  Может.. попробовать договориться с маньяком? Как же глупо! Блестяще, Киззи, это идеальное умозаключение! Конечно же тебя послушает громадная глыба, желающая убить! Ты так и не выросла, маленькая девочка..       Дверь дернулась. Тишина.       Киззи прикусила губу, заскулив. Это проклятое чувство ожидания, как же я его ненавижу! Почему нельзя просто сразу убить, не мучая.. Хилл уже смирилась со своей участью, так почему же должна ждать? Если можно закончить все сразу..       Удар. Вскрик. Снова удар — и снова.       Киззи схватилась за голову, не сдержав выкрика, сразу же заткнув рот рукой. Медленно отползла дальше, в самый угол, сжавшись как котёнок всем маленьким тельцем.       Серия ударов вонзилась в уши, щепки разлетались во все стороны, в двери каждый взмах показывался кончик топора. Сильная рука дотянулась до стула через образовавшееся отверстие и грубо откинула тот в сторону. Казалось, даже сил не прикладывалось для этого. Словно пушинка. Киззи прижала ноги к груди, уткнувшись в колени, судорожно зарыдав во весь голос. Дрожащие пальцы вонзались в луковицы каштановых прядей, яростно оттягивая их, словно ища своё спасение.       Ручка дернулась. Преграда сломалась. Игра началась.       Высокий силуэт появился в комнате, весело посвистывая. Свет ночного неба пробивался на рабочий стол, атмосферно окутывая пространство. Незнакомец выглядел.. словно "незваный гость" посреди ночи. Будто Киззи — одинокая девушка, поникшая после смерти любимого человека, встречающаяся с ним лишь во снах. Будто убийца — погибший парень, выбравшийся из омута смерти. И теперь пришел к своей возлюбленной, желая разорвать эту связь мертвеца с живой. Желая забрать жизнь другого, кто посмел разлучить его с любимой. Теперь-то они смогут быть вместе. Обязательно.       Правда, мы не в сказке и незнакомец не является принцем.       Вальяжные шаги предупреждали о приближении. Опустился на корточки, наклонил голову вбок, обдавая дрожащее испуганное тельце девчонки горячим дыханием. Лёгкое прикосновение к волосам заставило всхлипнуть громче, содрогнуться всем телом, вжимаясь в ледяную стену спиной, словно та была последним спасением.       — Тише, не бойся. Тише, кролик.       Незнакомец аккуратно, даже нежно, ласково, словно поглаживал коричневого пушистого котёнка, блуждал ладонью по взлохмаченным волосам. Слова звучали без нотки угрозы, словно пытаясь успокоить. Киззи, на удивление самой себе, стало не так тревожно. Появилось ощущение, что рядом папа.. мама.. они помогают, заставляют чувствовать себя в безопасности.. Странно. Лампа в комнате начала гореть странно. Хилл медленно подняла голову с колен, едва разлепив глаза от не слушающего её тела. Взору представился мужской силуэт. Нижняя часть лица скрыта чёрной лыжной маской, из капюшона выбивались темно-каштановые пряди волос. Чёрные, как ночь, как само зло, глаза с нежностью и даже любовью рассматривали в ответ. Киззи медленно повертела головой в разные стороны, не веря происходящему. Не хотела принимать такой исход. Не хотела.. умирать так рано. Она мечтала, как все, завести семью, выйти замуж за достойного парня, родить ребенка и путешествовать всей семьёй, чтобы быть счастливой.. Неужели все закончится не так? Чем она заслужила такой судьбы?       Голос его звучал.. необычно. Идеально дополнял его чуть странные черты лица, которые по особенному привлекали, рождая в груди желание смотреть и смотреть, запоминать каждую деталь. Азиат. Горячий шоколад, морозная свежесть, запах церковных свеч, молитвы в темной церкви посреди культа. Вот как звучал его голос. Опьянял. Киззи словно ощутила себя во власти дьявола в ангельском обличие, словно опьянела без вина.. в странном сне. Даже не хотелось, чтобы он заканчивался.       Девушка поджала губы, чувствуя стекающие слезы по щеке, окрашенные в соженный пепел. Это неправильно.. Почему хорошие девочки страдают больше всех? Неправильно.. несправедливо.. сексуально. Почему плохое так заводит?.. Киззи словно ушла в другую реальность. Страх сменился чем-то новым, приятное тепло внизу живота преобразовалось в странное покалывание между ног. Может, это всё сон? Или она просто снова читает dark romance, представив себя на месте главной героини? Словно в трансе, словно во сне, словно.. такая же чокнутая, как и этот ублюдок. Красивый, однако. Голос грубый, опьяняющий, разбивающий на куски.       — Прости, кролик, но я не отступаю на пол пути, — тихо проговорил парень, огладив большим пальцем щёку Киззи, смахивая больно колющую слезу в сторону. Она прикрыла глаза, шмыгнув носом, вернувшись в реальность. Какой смысл сопротивляться, если участь уже уготовлена? Лучше уж получить меньше увечий и быть послушной, чем.. Неважно. Если будет "хорошей девочкой", как говорят в ориджиналах и фанфиках, которые та читает, то, возможно, убийца даже будет нежен.. постарается доставить удовольствие. Если, конечно, захочет делать то.. чего Киззи боится больше всего. Остаться в живых хочется да и мама с папой будут не так горевать, но.. лучше умереть, чем стать "грязной". Но, может, это не так уж и страшно? Пару минут потерпеть.. но ненавидеть себя всю оставшуюся жизнь. Смерть. Тогда действительно лучше умереть. Перед родителями, правда, совестно будет. Оставила их, бросила.. — Такая милая, даже как-то обижать не хочется.       Незнакомец рассмеялся, сняв с головы капюшон. Киззи увидела взлохмаченные каштановые пряди, запутавшиеся в нескольких местах из-за ткани, создавали приятный глазу ураган. А какие брови.. Боже, отдельный вид искусства. В меру широкие и в меру густые. Прямые.. О таких Киззи как раз и мечтала. Свои изогнутые ненавидит, а исправить их форму боится — вдруг станет даже хуже, чем сейчас?       — Не бойся, если будешь послушной, я сделаю всё для того, чтобы ты получила удовольствие и никогда не забыла эту ночь. В хорошем смысле, конечно же.       — Что.. вы хотите.. от меня? — голос дрожал. По сравнению с убийцей, он больше был похож на уютную кофейню, прогулку по лесу в туман и вкусное клубничное мороженое с крошкой белого шоколада — любимый вкус Киззи. Слова давались с трудом, хрипы создавали странное чередование, помехи в нотах, из-за чего девушка явно, как ей казалось, выглядела странно и глупо.       — Те-бя. — коротко произнёс парень по слогам, взяв Хилл за щеки, вглядываясь в её темно-голубые глаза с ноткой зелёных крапинок. Девушка шмыгнула носом, губы дрогнули. Незнакомец на секунду подумал, что она снова расплачется, но та молчала. Киззи прикусила внутреннюю сторону щеки и прикрыла глаза, нахмурившись. Сохранила самообладание.       Маньяк сел на кровать, потянувшись перед этим, разминая мускулы под свободной кофтой. Киззи не понимающе следила на его действиями, изобразив о-очень очаровательное выражение лица, как показалось парню. Бровки едва сложены в форме крыши домика, средние розоватые губки поджаты, уголки смотрят вниз, взгляд прикрыт длинными ресницами.. Незнакомец удобно расположился на кровати с серым постельным бельём, поставил позади себя руки, слегка откидываясь в сторону спинки кровати. Оперся на руки, наклонив голову и скучающе прошёлся по сидящей на холодом полу девушке. После — обворожительно улыбнулся, поманив ту пальцем к себе. Киззи слегка вскинула брови, но возразить не решилась. Медленно подошла ближе, обхватив себя руками, словно обнимая. Просто потерпи.. Будь хорошей и, возможно, все пройдет даже нежно, а не как..  в настоящем изнасиловании. Ты сильная, ты справишься.. наверное.       Атмосфера кровавого вина в окружении сверкающих свеч в темноте. Давила, манила, мешала здравому смыслу. Киззи встала перед парнем, сжимаясь под внимательным взглядом незнакомца. Блуждал, раздевал, заставлял слушаться.. С каждой секундой все происходящее меньше и меньше становилось похоже на попытки изнасилования или домогательства. Киззи не сопротивлялась. Покорно стояла и ждала указаний. Может, в процессе получится чем-нибудь его ударить да убежать? Часы почти пробили двенадцать. В это время старый автомобиль с открытым прицепом проезжал как раз возле дома семьи Киззи.. и останавливался между их домом и соседним. Мистер Кирби точно поможет: так изобьет обидчика, что тот в реанимации не проснется.       Спутанные каштановые волосы разбрелись по плечам, по груди. Аккуратная челка спадала на глаза, пряди у лица заканчивали своё движение у подбородка. Что-то наподобие стрижки "химэ", только своими руками, а не у хорошего мастера. Девушка перестала плакать. Смирилась со своей участью. Да и смысл от слёз, если жизнь они не спасут?       Лёгкий древесный запах в компании с ладаном, сандалом и вишни заполнил комнату, затуманивая разум, захватывая в проклятую ловушку возбуждения и голодного взора незнакомца. Это даже заводит.. Такого опыта Киззи бы не получила никогда. Часто же читала про стокгольмский синдром — вот, получи и распишись! Мысли материальны, малышка. Бойся своих желаний. Казалось, этот аромат въелся в кожу и Хилл больше никогда не сможет от него избавиться. Клеймо на всю жизнь. Приятно обволакивающее, заставляющее возбуждающим воспоминаниям пробираться в реальность. Интересно, будет ли после сегодняшней ночи Киззи вспоминать незнакомца и расслабляться от собственных прикосновений, представляя на месте своих рук его грубые, длинные пальцы с красивыми костяшками?       — Не трясись ты так. Сказал же, будешь хорошей — и я тебя похвалю, — тишину разрезал приятный голос незнакомца. Киззи подняла на него затуманенный своими размышлениями и.. представлениями взгляд с равнодушными искорками и смущённо кивнула, чувствуя, как жар всё сильнее подкрадывается к бледной коже. Ты совсем сошла с ума.. Ты.. серьезно сейчас.. представляла.. своего мучителя в секс.. сексуальных фантазиях?.. Одноклассники были правы, когда говорили, что ты конченая.. Или наоборот.. слишком смелая? И пошлая..       — Разденься для меня.       Медленно, то и дело наклоняя голову вбок, поговорил парень, спустив свою черную лыжную маску с лица. На губе красовался небольшой шрам, будто от ножа. Стоп.. это что, пирсинг? Ахренеть.. На нижней губе расположилось два серебряных колечка небольшого размера. Как там это называется? "Укус змеи"? Киззи всегда мечтала о таком, но боялась, что неправильно сростется и будут проблемы. А он идеальнее, чем та представляла. Так, стоп, девочка.. кажется, твои мысли идут немного не туда. Тебе нужно бояться, бояться — слышишь? Не возбуждаться.. Это не по канонам жанра, хватит.       — Прямо.. здесь? — хрипло спросила Хилл, не веря услышанному. Она думала, что он сделает все сам, но.. хочет увидеть стыд и смущение? Или его заводит публичное обнажение? Признаться честно.. Киззи тоже. Но не в такой ситуации.. Или только в такой получить долгожданную разрядку и получится?       Парень ничего не ответил, лишь пожал плечами, мол, это был слишком глупый вопрос. Девушка сглотнула. Сердце то и дело проигрывало многочисленные удары о барабан, словно заевшая пластинка — ни нотой ниже, ни выше. Противная однотипная мелодия. Дышать давалось с трудом, казалось, любой вздох не так, как хотел бы незнакомец, мог раз и навсегда вычеркнуть его дружелюбие. А ведь пока что маньяк действительно был добреньким. Даже особо не заставлял. Просто направлял и.. просил? Разумеется, это только из-за покорности Киззи. Маленькая девочка уже смирилась со своей участью и не видит смысла сопротивляться. Даже нашла в этом.. плюсы. Все равно тело отзывается странно, как бывает во время сексуального возбуждения. Сама Киззи ещё ни разу не смогла довести себя до оргазма.. тело будто деревянное и ничего не чувствует. А сейчас.. даже подало признаки жизни и она — спасибо, Господи! — не асексуальна и не "фригидна" — глупый термин, никогда не нравился девушке. Может, в такой странной ситуации.. Киззи сможет получить удовольствие?       Как же быстро сменился страх на детское любопытство и интерес. Даже пугает.. и заводит одновременно. Сердце колотилось так же бешено, как от страха, но теперь это бешенство было сладким и губительным. Она ненавидела себя за то, что не могла отличить панику от предвкушения.. как и все другие "странные" в такой ситуации. А может, это — всего лишь сон, глупый эротический сон? И все чувства повторялись и повторялись, собираясь воедино в глупую и противную тавтологию. Даже перечисляя это в каждом абзаце, не получится уместить количество этих ощущений и описаний полностью.       Киззи замерла, дотронувшись дрожащими пальцами до серых пижамных штанов. Облизала пересохшие губы, пытаясь решиться на обнажение перед.. кем-то. Собственные пальцы ощущались чужеродно на теле, словно ледяной осколок лезвия блуждал по нежной бледной кожице с небольшими белыми шрамиками на руке, параллельными друг другу. Распылял весь тот голод и желание, скрытые глубоко в груди. Выдохнув, девушка схватилась за резинку штанов и медленно стянула их вниз, стараясь ни о чем не думать. Оставшись в одной футболке, не самом "парадном" белье чёрного цвета с розовым бантиком сверху и длинных носочках, Киззи осмелилась поднять взгляд на парня. Заворожённо рассматривал её стройные ножки, среднего размера ляжки которых прикрывала белая ткань, блуждал возбуждённым взглядом потемневших глаз. Заметив внимание к своей персоне, незнакомец едва улыбнулся уголками губ и дрогнул бровями, как бы подбадривая и успокаивая девочку. Прикусила внутреннюю сторону губы, пройдясь взглядом по колечкам в его губе. Представила прикосновение языка к холодному металлу, текстуру пирсинга во время поцелуя.. Тело предательски отзывалось на эту мрачную атмосферу принуждения и грязной эротики, что девушка и вовсе не могла — или не хотела? — контролировать. Из последних сил противясь давящему напряжению между ног, Хилл пыталась не обращать внимания на отчаянную пульсацию там. Здравый смысл продолжал пробираться сквозь пелену желания и возбуждения, от которого вставшие соски противно терлись о тонкую ткань, ошущающуюся на теле как настоящая тюрьма. Такая чужеродная, раздражающая, манящая.. Если так легко отдаешь свою невинность незнакомцу, к тому же, можно сказать, насильнику, то можно ли считать тебя шлюхой, отдающейся каждому встречному? Нет.. такие девушки спят со всеми, а у меня даже первого раза не было. Разве что небольшие игрушки, которые мне давала попробовать подружка.. Но игрушки — лишь скучная резина. Реальный член.. должен ощущаться по другому. По крайней мере, так описывали в фанфиках. Ты не шлюха, Киззи, нет.. Просто.. Чёрт, ты же ребенок! Да, уже есть возраст согласия, но он старше! Ему явно больше двадцати! Совращает малолетнюю.. Это он виноват! Нет же моей вины в том, что.. я просто хочу избежать ещё большей боли? Так ведь? Скажи, пожалуйста.. Я не хочу быть.. как шлюха.       — Смелее, не бойся.       Приятный голос незнакомца разрезал размышления девушки, словно самой острой катаной. Поджав губы, Хилл неуверенно мяла край футболки, смотря себе под ноги. Перебирая пальчиками ног, она слегка приподняла ткань, думая некоторое время. После — прикрыла глаза и избавилась от неприятной ткани, представ перед мучителем почти полностью обнаженной. Наличие лишь тонких трусиков и чёрных носков создавало какой-то особенный отголосок невинности, от которого член в штанах парня до безумия и приятной боли впивался в грубую ширинку. Пройдясь взглядом по небольшой груди девушки, половинки которой смотрели в разные друг от друга стороны, незнакомец одобрительно улыбнулся, примечая для себя, что фигура у неё оказалась даже лучше, чем представлял. Аккуратная талия и небольшие бёдра привлекали своей одновременно и доступностью, и нет, потому что... Все таки в ангелах есть что-то особенное. Частичка тьмы и возбуждения, который девочка так отчаянно пыталась скрыть.       Выпрямившись, парень слегка нагнулся вперёд, поставив локти на свои колени, попросив Киззи подойти ближе. Смущённо мнясь на месте, девушка прикрыла грудь рукой, не справившись со стеснением своего странного, по её мнению, тела. Подошла ближе, казалось, забыв о том, что вполне способна дышать. Руки странные, ляжки широкие, а грудь вообще будто разного размера.. ещё и животик есть. Совсем не похожа на действительно красивых девушек, даже на свою подругу Нелли.       — Не прикрывайся, кролик. Ты очень красивая. — медленно взяв Киззи за талию, он придвинул ту ближе к себе, расположив между своих ног. Убрал её руки, установив те "по швам". Хилл дышала рвано, воздуха совсем не хватало. Температура комнаты поднялась до предела. Казалось, будь тут градусник на стене, он уже давно бы разбился и разлетелся на множество осколков от слишком сильного давления. Аромат духов незнакомца обволакивал, вызывал особого вида дурман, от которого вся возможность мыслить отошла на самый последний план. Прикосновение горячих, по сравнению с ладонями Киззи, рук к белоснежной коже обжигало, заставляло сжать бедра в попытке контролировать опьяняющее нетерпение, странную пульсацию, участившуюся до преступного уровня неправильности. Казалось, все нормы морали навсегда утеряли своё свойство и место в этом мире. Грешное удовольствие, запретный плод пересиливает все ангельские, божьи мотивы.. И наплевать.       Горячее дыхание обдало область живота, вызывая судорожную дрожь в теле. Сдерживаться становилось с каждой секундой всё тяжелее, особенно учитывая такую.. непривычную покорность жертвы. Незнакомец  был готов тут же наброситься на девушку, позабыв о всём своём обещании. Хотелось просто взять и грубо войти в неё, сразу же заставляя кричать то ли от боли, то ли от удовольствия резкими, глубокими толчками. Проведя рукой по талии, уделив внимание аккуратным бедрам с небольшими "ушками", мучитель задержал взгляд на розовом бантике,  нежно огладив резинку, вызывая очередной приступ дрожи. Парень представлял, что примерно чувствует Киззи. Страх, желание, ненависть, возбуждение.. Мог даже поставить свою жизнь на тот факт, что, отодвинув белье чуть в сторону, ощутит приятную влагу и знакомую пульсацию.       Подняв взгляд на девушку, он заметил, что Хилл смотрит неотрывно на его руки, дрожа ресницами. Она была чуть выше его головы, когда тот находился в сидячем положении. Такая маленькая.. по сравнению с его ростом и комплекцией. Девушка кусала губы, пытаясь сдержать желание сжать бедра от прикосновений грубых мужских пальцев к своей коже. Пульсация стала настолько невыносимой, что даже удивляла Киззи. Как можно настолько возбудиться от прикосновений незнакомца? Такого она ещё не ощущала.. даже в лёгкой степени. Безумно хотелось просто оказаться на кровати, удобно расположиться и дотронуться до клитора, растягивая себя пальцами.. От фантазий об этом Киззи чуть ли не простонала в голос — вернее, скорее чуть не проскулила от желания, поскольку всегда сдерживала свои стоны — и тут же залилась краской. Черт.. если он так и продолжит просто смотреть, я лучше сама достану нож, пистолет или чем он там меня убивать собрался, и капитулируюсь.. Ладно.. Ладно. Раз свое желание я контролировать не могу, то просто отдамся ему полностью. Всё равно живой отсюда я не уйду. Так хоть умру не девственницей.       — Ляг на кровать. — коротко скомандовал парень, явно теряя терпение и остатки самообладания. Киззи, вздрогнув от резкой смены его тона, неуверенно подошла к кровати и легла так, словно сейчас находилась в гостях и чувствовала себя очень неловко.       Незнакомец встал с кровати, стянул с себя кофту, оставаясь в одной лишь обтягивающей футболке черного цвета. Тусклый свет лампы, смешанный с лунным освещением комнаты, уделил внимание довольно.. сильному телу мучителя, очертив мускулы рук, спины, лёгкие кубики пресса.. Сглотнув, Киззи подняла взгляд на него и увидела раздумье на его лице. Сдвинув брови домиком в непонимании, она поджала ножки к груди, стянув с себя носки, посчитав, что выглядит очень странно в них.. словно в дешёвом порно. Опустив взгляд вниз, Киззи едва сдержала желание прикоснуться к себе, проверить насколько тонкая ткань пропиталась влагой. Парень встал у стола, сделал какие-то движения рукой, которых девушка, к сожалению, не видела, и подошёл к жертве, держа в руке её кружку с холодным какао.       — Думаю, ты согласна, что немного контрацепции нам не помешает. — протянул Хилл кружку с таблеткой.       Немного помявшись, она все же проглотила противозачаточные, перед этим неуверенно взглянув в потемневшие от желания глаза незнакомца. Тоже на пределе.. Неосознанно опустила взгляд вниз, заметив довольно болезненный по виду бугор на брюках. Сглотнула, даже на минуту засомневавшись в своем желании, потому что.. казалось, он слишком большой.        Парень дотронулся до колен раскрасневшейся по самые уши Киззи и медленно раздвинул их в стороны, устремив свой взор прямо туда. Девушка даже поблагодарила саму себя, что решила надеть именно чёрное белье, а не.. белое. Иначе всё было бы очень видно..       — Тише, я сказал ведь, что буду нежен. — ощутив напряжение в теле девушки, незнакомец притянул ту к себе ближе, на что услышал удивленный от лёгкого страха вздох, заставивший член дернуться сильнее. Как же хотелось избавиться уже от этой преграды..       Подомнув Киззи под себя, мучитель взял её за руки, захватывая те над головой. Уже желая возразить неуверенным голоском, она прикусила щеку, задрожав всем телом: то ли от желания, то ли от страха. Не дав ей и выдохнуть, парень вовлек в поцелуй, почти сразу же углубляя тот. Прикосновение горячих губ в перемешку с холодным металлом вызывало ещё большее желание. Грубые, рваные движения, покусывания заставляли сжимать бедра с такой силой, что незнакомец не мог не почувствовать этого. Воспользовавшись выскольнувшим стоном девушки от прикосновения свободной рукой к груди, язык мучителя начал изучать рот Киззи, сплетаясь с её языком в жаркий танец. Каждый раз, когда жертва случайно дотрагивалась языком до металла колец, тело прошибало током, заставляя вырывать руки в попытке прикоснуться к горячему телу парня. Губы горели от грубых, рваных поцелуев, срывающих голову до отчаянного безумия, наполненного возбуждением. Издав стон, когда пальцы незнакомца сжали сосок, сильно оттянув тот, Хилл сама не осознала, как начала тереться о его пах, желая большего. Улыбнувшись сквозь поцелуй, незнамец отстранился первым, проходясь горячими губами в компании металла, обжигающего места прикосновения, по шее, ключицам, спускаясь к груди. Всасывая кожу вокруг, он покрывал тело отметинами, играясь с розоватыми горошинами. Зализывая места грубых укусов, вызывавших у девушки лёгкий затуманенный вскрик, незнакомец слегка отстранился, снял свой ремень и привязал руки жертвы к кровати. В порыве удовольствия та и не заметила чего-то подобного: лишь мычала, постанывала и выгибалась в спине, уже окончательно слетев с катушек, отдаваясь одному безумию на двоих.       Обхватив губами раскрасневшую от покусываний и оттягиваний горошину, парень посасывал чувствительное местечко, отодвигая мокрую ткань в сторону. Дотронувшись до клитора, он сделал несколько движений пальцами у самого кончика, заставив Киззи выгнуться и простонать, едва задрожав в ногах. Улыбнувшись тому, насколько она мокрая, незнакомец ускорил круговые движения и начал покрывать грудь, украшенную багровыми пятнышками засосов, поцелуями. Киззи не могла нормально дышать, каждое действие парня распыляло её до такой степени, что, казалось, она кончит прямо сейчас. Чужие прикоснования ощущались совсем по-другому, по особенному.. Маньяк будто знал тело жертвы лучше её самой, сразу же находил самые чувствительные места, уделяя им особое внимание, заставляя девушку стонать чуть ли не во весь голос от пленительного удовольствия. Запах сандала, шоколада с вишней въелся в кожу, опьяняя лучше любого алкоголя, заставляя терять "сознание" на мучительные секунды, словно в трансе. И снова, и снова..       Медленно вставляя один палец в идеально мокрое лоно, незнакомец сорвал с её губ стон, приглушая тот очередным грубым, нетерпеливым поцелуем. Он был готов взять её здесь прямо сейчас, но перед этим нужно подготовить.. Парень знал, что у неё никого не было, кроме игрушек, поэтому, раз обещал, пытался расслабить для наименьшего количества боли. Осторожно вставляя второй палец, он ускорил толчки, проталкивая глубже, не забывая играться с клитором. Услышав её хныканье от неконтролируемого желания, незнакомец сделал финальные толчки, ощущая сильную дрожь в тонких ножках, и прикусил шею Киззи, ловя её первый настоящий оргазм. Улыбнувшись этой прекрасной картине, маньяк стянул с себя футболку, представ перед раскрасневшейся и запыхавшейся от окончания девушкой полуобнаженным.       Сердце колотилось так, что, казалось, Хилл только что пережила крушение самолёта и вырвалась на берег. Дрожь в теле вызывала эйфорию, словно аффект от наркотических средств.. Тяжелое дыхание закружилось в танце с сердцебиением, не давая долгое время прийти в себя. Это неправильно, странно, плохо, но.. блядь, это чертовски возбуждает.       — Давай, ну же, мы ещё не закончили, принцесса. — внезапный хриплый от желания голос почти вернул девушку в реальность. Она промычала, медленно приподнялась на локтях и прикусила щеку, заметив сидящего на кровати парня, растягивающим свою ширинку. Полулёжа расположился рядом с ней, расставив ноги пошире. Достал свой вставший член внушительных размеров, проходясь по нему несколько раз рукой. Киззи облизнула пересохшие губы, ещё не до конца вернувшись в реальность.. но примерно понимала, что потребуется делать дальше. — Не бойся.       Голос звучал успокаивающе, обволакивая со всех сторон. Хилл едва приблизилась, но незнакомец был настолько возбужден, что ждать не хотел. Взял ту за руку и расположил на своем члене, не давая убрать. Смущённо выдохнув, девушка подползла чуть ближе, расположившись между его ног, и начала медленно водить вверх-вниз. Услышав одобрительный вздох, стала увереннее подрачивать его ствол, пытаясь справиться с лёгким чувством стыда и стеснения. Мысли в голове совсем спутались, нормам морали уж явно не осталось места. Киззи тяжело дышала, головокружение ударило в голову, словно удар молнии посреди ясного неба. Пульсация в теле отдалась с новой силой, заставляя ту сжать бедра и поддаться чуть ближе к его члену, едва находя в себе силы сделать вдох. Внезапно появилось желание попробовать.. его на вкус. Подняв взгляд на парня, она уже приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но он словно прочитал её мысли и проговорил по слогам с улыбкой быстрее, чем та успела хоть что-то промычать:       — Ра-бо-тай.       Покраснев, Киззи неуверенно приблизилась к его члену, почти соприкоснувшись губами с головкой. Обхватила рукой ствол и медленно, словно боясь ошибиться, прикоснулась языком к верхушке, чувствуя на языке лёгкий привкус предэякулята. Его член дернулся, и девушка ощутила прикосновение ладони к своей голове, нежно поглаживая волосы. Откинув пряди за спину, Хилл медленно взяла головку в ротик, проходясь по ней языком, обильно смачивая слюной. Парень издал стон, слегка направляя жертву, показывая, как правильно. Выдохнув от участившейся пульсации между ножек, девушка прикрыла глаза и вобрала чуть глубже, обхватив припухшими губами от поцелуя ствол. Сильные пальцы сжались на её голове, надавливая, но та не спешила брать ещё. Понимала, что полностью.. не сможет. Не в силах терпеть, незнакомец схватил Киззи за голову и начал самостоятельно трахать её рот, вгоняя член почти по самые яйца. Девушка едва сдерживала рвотный рефлекс, чувствовала, как к глазам подступают слезы, но покорно терпела, сжимая простынь, ощущая приятное тепло внизу живота, медленно стремящееся ниже. Каждый толчок сопровождался лёгкими горловыми звуками и влажными посасываниями, из-за которых Хилл ещё сильнее вгонялась в краску, смущаясь и одновременно заводясь до предела. Тяжело дыша, она старалась работать языком, желая доставить как можно больше удовольствия как и ему, так и.. себе. Было что-то в этом грубом занятии, что особенно возбуждало.. Может, полное мужское доминирование? Определенно. Киззи ощутила пульсацию в его члене, то, как он подрагивает. Простонав, отдаваясь приятным напряжением в член, девушка ощущала всё отчётливее вкус его члена, предэякулята и его желания кончить. Толчки становились более рваными, резкими, грубыми: выходил почти полностью, входил снова на всю длину, упираясь прямо в напряжённое горлышко, заставляя задыхаться и давиться собственными слезами и слюнями, но не останавливаться. Пусть даже метеорит упадет прямо в этот дом, но если он остановится, Киззи сама его убьет с особой жестокостью! Издав судорожный то ли стон, то ли вздох, парень оставил во рту девушки лишь головку, и она почувствовала как теплые струйки вязкой белой жидкости ударили в горло, на язык, заполняя своим вкусом. Поджав губы, Хилл сжала простынь, проглатывая всё до единой капли, высасывая из головки оставшуюся сперму. Незнакомец вышел из уже столь полюбившегося ротика и одобрительно погладил малышку по волосам, проговаривая то, насколько она хорошая девочка. От этих слов в душе разлилось тепло.. и не только оно, кхм. Киззи давно не слышала слов похвалы. Папа и мама всегда работают, дома появляются редко.. Казалось, даже просто фраза "Умничка" смогла бы расположить к себе девушку раз и навсегда.       Положив Киззи аккуратно, но нерпеливо на кровать, парень взял ту за ноги, притягивая ближе к себе, снова завлекая в поцелуй. Хилл удивилась тому, что.. он это сделал. Она же буквально пару секунд назад отсасывала его член, но он.. всё равно поцеловал её. Ему не противно?.. От этой мысли стало как-то по особенному тепло. Не игрушка. Слишком нужен для маньяка. Нет, не маньяк. Больше никогда.       Холодный металл разжёг кожу, заставляя Киззи простонать ему в губы. Парень прошёлся языком по её в ответ, углубляя поцелуй с каждой секундой. Жарко, горячо, сексуально. Девушка безумно хотела ощутить его внутри себя, и поэтому, схватившись за горячую плоть, медленно провела по той рукой, захныкав от желания. Мучитель усмехнулся сквозь поцелуй, опустился ниже, оставляя нежные следы то на шее, то на груди, то на животе.. и ниже.. пока не оказался лицом в области бедер малышки. Её широко раздвинутые ноги дрожали в нетерпении, по бедру стекала небольшая капля влаги, половые губы блестели, прося о внимании.       — Что.. что ты делаешь?.. — заметив парня между своих ног, Киззи приподнялась на локтях, едва сдвинув брови домиком. Он же не собирается..?       Мысли прервал разгоряченный поцелуй бедра. Воздух разрезал судоржный стон, а затем ещё один — и ещё. Медленно стянул её трусики, откидывая их в сторону. Влажный язык мастерски ласкал клитор, кружа над ним, заставляя ослабшее от возбуждения тело подрагивать, а руки — отчаянно сжимать простынь. Пальцы проникали глубже, грубо растягивая тонкие стеночки, вынуждая стонать и хныкать от желания ощутить бо́льшую заполненность. Пульсирующая горошина требовала разрядки.. Незнакомец кружил по клитору, то нежно играясь у самого кончика, то кусая, заставляя девушку вскрикивать и сжимать темные короткие волосы мучителя.       Ощутив знакомую судорожную дрожь в ногах и усиленное ерзанье, он остановился, услышав обиженный и расстроенный вздох, и избавился от своих брюк окончательно. Примкнул губами к её, завлекая в очередной до безумия и грубый и влажный поцелуй, унося сразу же на восьмое чудо света, словно божество самого высшего разряда.. Киззи совсем позабыла о стеснении — ну конечно, какой в нем смысл, если рядом такой опытный и сексуальный мужчина?  Схватив Хилл за ноги, привлекая к себе. Достал из тумбочки смазку и провел рукой по своему члену, не забывая о и без этого до безумия мокрую киску девушки, под смущенным взглядом малышки. Он словно всем своим видом говорил: "я знаю, чем ты занимаешься тут одна". Направив свой член ко входу, мучитель проговорил, как бы предупреждая:       — Сейчас может быть больно, поэтому лучше расслабься. Потом станет приятно, обещаю. — прижавшись губами к её уже покрытой множеством засосов шее, парень, стараясь подготовить ещё сильнее, начал медленно вставлять в узкую киску свой член, перед этим слегка огладив им несколько раз клитор. Ощутив боль от чувства растягивания внутри, Киззи попыталась "убежать", сжать ноги, лишь бы не чувствовать это снова, пусть и та была незначительной. Незнакомец крепче схватил малышку за бедра, не давая той возможности для побега, проталкиваясь всё глубже, почти наполовину. Нахмурившись от сильного чувства сжатия, он выдохнул и хрипло проговорил: — Тише, я уже внутри.. Блядь, какая же ты узкая.. — стенки сжимали его ствол с такой силой, что даже двигаться дальше было невозможно. Невинности лишать ему ещё не приходилось.. Даже подумать не мог, что это настолько приятно. Заводит даже сильнее, чем опытные. Киззи прикусила губу, едва сдерживая болезненный стон, чувствуя, как по щеке прошлась слеза. Блядь, ну какого хера ты такой огромный.. но это слишком.. слишком приятно.. Я что, мазохистка? Почему хочу.. чтобы.. эта боль не прекращалась.. Хочу, чтобы вошел глубже, пожалуйста..       Казалось, девушка даже ощущала лёгкое ощущение.. разрыва, либо же ей показалось. Но так или иначе.. это заводило даже сильнее нежности. Хотелось быстрее, грубее, чтобы он заполнил её одним толчком. Словно незнакомец пробуждал всех внутренних демонов послушной в "мирное" время малышки.. Голову сдавило от переизбытка чувств, хотелось вцепиться ему в шею и со всей силы прикусить, ощутить на языке металлический вкус, смешанный с потом от безумного возбуждения..       Когда Киззи расслабилась сильнее, подстроилась под его размер, парень сделал толчок глубже, вызывая очередной стон, то ли с ноткой боли, то ли удовольствия.. или всё вместе? Нагнувшись к ней, он сжал грудь, вбирая в рот сосок, покусывая и посасывая тот, вынуждая жертву застонать и выгнуть спину в бескрайнем удовольствии. Каждый толчок уносил в небытие, заставляя чуть ли не кричать от удовольствия. Спустя несколько движений стенки перестали до боли сжимать ствол и двигаться стало куда проще. Каждый толчок сопровождался стоном, становился быстрее, грубее, чувственнее. И вот, спустя мгновение — незнакомец сжимал бедра Киззи до боли, вставляя по самые яйца, заставляя буквально непрерывно кричать от удовольствия. Бешено вдалбливаясь в её тело, парень чувствовал приближение кульминации. Казалось, девушка сейчас совсем потеряет сознание от нахлынувших чувств. Она представляла, что секс будет особенно приятным, но чтобы настолько.. Это ночь Киззи действительно не забудет никогда, и будет хотеть повторять каждую ночь. Содрогнувшись, мучитель кончил, не выходя из неё, ловя оргазм малышки, её стоны своими губами. Стенки судорожно сжимали его член, продливая их общий апогей. Проходясь ноготками по сильной спине, Киззи выгнулась, прикрыв глаза, нахмурившись, от совершенно новых ощущений. Казалось, рай — это и есть их дуэт. Грубый, громкий и чертовски неправильный.. но явно судьбоносный.       — На живот. — выйдя из девушки, парень, не дав той опомниться, сам помог Киззи перевернуться. Поставил её на колени, заставил прогнуться в спине, головой упереться в подушки. Проще говоря, поставил "раком".       Ещё не отойдя от прошлого оргазма, Хилл выкрикнула, когда вновь ощутила его член в себе, но уже под другим углом, более чувствительном. Сжав простынь в своих руках, она едва не свалилась с ног, получая ещё один, более грубый и резкий, толчок. Клитор ещё пульсировал, горел жаром, требуя очередной разрядки. Шлепки горячих тел в перемешку с влажными хлюпаньями разлетались по комнате, заставляя девушку заливаться краской каждый раз, крича от удовольствия. Точно чокнутая. Сумасшедшая. Схватившись за её бедра, парень слегка замедлился, наклонился к шее и оставил на той короткий поцелуй, проговорил:       — Хорошая девочка.. Какая же ты, блядь, хорошая девочка.. — его слова смешивались с громкими стонами, дрожащие ножки то и дело норовили съехаться, но если бы не крепкие руки незнакомка.. Господи, Киззи словно находится в алкогольном.. нет, наркотическом опьянении, не желая контролировать происходящее. Просто хотела получать очередные грубые шлепки, животные толчки и болезненные прикосновения, сжимающие грудь, бедра, талию..       — Не останавливайся.. пожалуйста.. Быстрее!       Не сдержавшись, удивляя даже саму себя, Киззи начала умолять, подмахивая попкой навстречу толчкам, мыча и бурча что-то нечленораздельное. Скорее похоже на просящий скулеж, хныканье, чем слова. Издав смешок на эту смелость, незнакомец схватился за талию, грубо впиваясь ногтями в нежную белоснежную кожицу, и начал агрессивно, словно в последний — в целом, так оно и было — раз, вколачиваться в хрупкое тело, дрожащее от нетерпения и желания кончить. Опустив руку ниже, парень сразу же быстро и без доли нежности закружил кончиком пальца по клитору, оттрахивая хорошенько дрожащую киску малышки. Не последняя встреча — такое без повтора нельзя оставлять. Даже если придется забрать себе силой.. похитить, закрыть в подвале, мучать, связать — лишь бы трахать её снова и снова: каждый день, каждый час, каждую минуту, секунду, мгновение! Выкрикнув, Киззи свалилась на кровать, выгнувшись в спине от очередного — какого уже? Четвертого? — оргазма за ночь. Незнакомец крепко держал за бёдра малышку, изливаясь вновь глубоко в её киску, заполняя своей спермой, словно помечая, что она теперь только его навсегда и на всю жизнь.       Вышел из Хилл, с особым удовольствием рассматривая вытекающую на серую простынь сперму, парень улёгся рядом с пытающейся отдышаться и прийти в себя девушку. Та лежала на животе, почти в том же положении, что и была во время жаркого секса.       — Ты — чудо, кролик. Надо обязательно как-нибудь повторить. — поцеловав Киззи в щёку, незнакомец встал с кровати, даже не "отдохнув", и принялся одеваться.       Спустя несколько минут мучитель уже стоял полностью в одежде, поправляя лыжную маску на лице и капюшон. Внезапно тишину разрушил пустой голос Хилл, от которого даже в совершенно "левом" парне в душе зародилась тревога:       — Я же не.. выгляжу как шлюха, да?       — Ты о чем, кролик? — не понимающе спросил незнакомец, беря свой топор в руки. Дверь так и оставалась открытой с самого его появления. А если сюда кто-то заходил.. Лучше Киззи, конечно, не знать правду. Подростковый разум малышки не выдержит такой перенагрузки.       — Я отдалась незнакомцу, который мог меня убить.. который вторгся в мой дом, желая навредить.. — слова звучали как какая-то мантра, которая убивала её медленно, но верно. Если так будет продолжаться.. она просто перережет себе вены или снова начнет заниматься селфхармом, как это заметил парень по белым полоскам на руках. Бедная сломанная девчонка. Такую нельзя оставлять. Теперь она навсегда принадлежит ему. Нав-сег-да. Приоткрыв рот, мучитель провел языком по верхней части зубов, словно обдумывая, и после — медленно, будто убаюкивая, подошёл ближе. Киззи посмотрела ему в глаза, прижав колени к своей груди, спрятанной в свободной белой футболке. Парень наклонился, дотронулся до её щёк и вовлек в нежный, успокаивающий поцелуй. Она не стала сопротивляться. Прикосновение серебряных колец опьяняло, но и противиться не разрешало. Разминая своими губами её, незнакомец закрыл малышке глаза рукой, на что та не понимающе вскинула брови.       — Я найду тебя позже, кролик. Не скучай. — и приложил к её рту белую тряпочку, пропитанную противным раствором. Теперь Киззи уже ничего не беспокоило. Просто хотелось спать.. долго и крепко.       Мучитель выдохнул, уничтожил все улики их жаркой ночи и усмехнулся, понимая, что их история ещё не скоро закончится. Его мечты про девочку, которая будет с ним всегда, без возможности уйти, кажется, осуществилась. Теперь Киззи полностью является собственностью Винса, без возможности уйти, начать новую жизнь и забыть о происходящем этой ночью.  Нав-сег-да!