Во всем есть смысл

В самом большом зале нашего клуба царил полумрак, было прохладно, витали круги дыма. Яркими отблесками вспыхивали сигаретные огоньки и блики на хрустальных бокалах. Большие и малые компании людей, звон приборов и мелькающие между столами официанты - все смешалось перед моими глазами в единое пятно. Я вздохнула полной грудью и четко контролируя каждый свой шаг на неустойчивых высоких каблуках вышла вслед за остальными девочками из-за кулис. Играла негромкая выразительная музыка и наш выход был встречен небольшими овациями. Секунда и мы на позициях. Оказавшись на своем месте, почти в самом конце полукруга, я оглядела зал. Вычленив из большой массы разнообразных людей свою приятельницу Оксану, поймав ее взгляд, я приободрилась и, почувствовав себя увереннее, встала как можно ровнее. Поймав еще один внимательнийший взгляд самого влиятельного для меня человека на сегодняшний день, от которой напрямую зависело мое здесь нахождение и зарплата, я твердо пообещала самой себе что вечер должен пройти без эксцессов, и слегка кивнула управляющей. Наталья Валентиновна чуть кивнула в ответ и отвернулась, а я, подавив невольно возникающую дрожь в теле, направила свое внимание на происходящее на сцене. Звучащая музыка усилилась, изменила оттенок с легкого и зачаровывающего на более плавный, манящий и выступление танцовщиц началось. Я стояла почти с краю, все мое сосредоточение было направлено на четкое и безошибочное выполнение хореографии и я не позволяла себе взглянуть в зал, хотя интересно кто взял мои столики, как отреагировали на мой танец коллеги-официантки. Спустя час, когда тело окончательно взяло контроль над мозгом и стало исполнять элементы танца без моего четкого указания, я украдкой оглядела зал, поймала пару одобрительных взглядов Оксаны и почувствовала себя уверенно. Натали, на своих высоких тонких каблуках, курсировала по залу и, на мой взгляд, вела себя нервозно. Она поглядывала то на нас, танцующих стандартную программу на сцене, то на официантов, на мой взгляд ведущих себя вполне естественно, то одаривала своим вниманием кого-то из находящихся за столиком важных гостей, но истинную причину ее взвинченного поведения мне пока разглядеть не удалось. Еще через полчаса мы ушли на краткий перерыв, за который успели сменить наряды на более темные, подкрасить губы и припудриться. А так же хлопнуть еще по рюмке и вернуться в зал. Стало намного больше гостей и после того как тело начало двигаться опять на автомате я наконец разглядела причины нервозности Натали. И это было начальство. Вот же черт! Когда я говорила сама себе что риск встречи со знакомыми минимален, именно этого я не учла… *** Стоит заметить, что когда я пришла устраиваться работать именно в этот ночной клуб, вопрос кто именно являлся хозяином и директором меня отнюдь не интересовал. В зоне моих интересов находились намного более прозаичные вопросы - длительность смен, наличие выходных, безопасность персонала и, конечно же, стоимость одного выхода. Оплату Наталья Валентиновна сразу же назначила в долларах, что до этого мне и обещала Оксана, подтверждая информацию. Как-никак, Оксана спокойно уже проработала больше полугода и причин не доверять ей у меня не было. График вполне устраивал, выходные были плавающими, как, впрочем и в большинстве подобных учреждений, а безопастность персонала была организована на высшем уровне, что вкупе с зарплатой за смену и послужило причиной моего твердого согласия и радости. Интересоваться кто же фактически являлся владельцем или совладельцами клуба я просто не собиралась - не видела в том ни малейшей необходимости. Однако, я не ожидала увидеть именно этих лиц, знакомых мне еще по школе. Однажды, глубоким вечером, в разгар моей смены, Наталья Валентиновна изловила меня, выносящую из кухни поднос с очередным заказом и склонившись к уху произнесла: - Отнесешь заказ и дуй к 24 столику. Я же, чуть оглянувшись, и поправив за ухо прядь своих пепельно-русых волос, переспросила: - Угловой же, да? - Да! Двигай уже быстрее! - Раздраженно прошипела мне Натали. От Оксаны я неоднократно слышала, что угловой, 24 стол, занимают только очень важные для нашего заведения персоны, владельцы или их дорогие гости. И поэтому изрядно удивилась, когда подойдя к самому столику, обнаружила за ним компанию четверых молодых людей, буквально на несколько лет старше меня. Об этом я знала доподлинно, посколько училась с компанией Белого в одной школе в течении десятка лет. Саша Белый - глава «Бригады», как они называли себя еще со школы, выглядел авторитетно, одетый в черный элегантный костюм с серой рубашкой, блестя сверкающим перстнем, он выглядел настоящим хозяином этого заведения, да что там, вообще этой жизни. Космос - этот никогда в представлениях не нуждался, харизматичный, высокий, постоянно в строгих костюмах, без его шуток не проходило ни одно собрание, казалось ничуть не изменился со школы. Дороговизна костюмов и толщина золотой цепи - вот и все отличия, хотя в глазах угадывалась жестокость и бескомпромиссность. Валера Филатов как и был немногословным, мягко улыбающимся, всегда своим, в тонком свитере и брюках, спортивного телосложения. Пчелкин же изменился в моих глазах просто кардинально. Если раньше он, как и Космос был шутником, балагуром, душой компании, то сейчас на меня смотрели ледяные голубые глаза, губы кривились в усмешке, а длинные пальцы с перстнем на мизинце держали неизменную сигарету. «СамэЦ» - вспомнила я невольно. Все четверо, увидя меня, отреагировали по-разному. Пчелкин удостоил меня холодным, равнодушным взглядом, Белый окинул оценивающим, но быстро счел не стоящей интереса, Фил мягко улыбнулся, а Космос попытался увлечь в беседу. Я же отвечала нейтрально и сдержанно, поэтому меня спокойно отослали, когда я приняла заказ. Позже, уже у Оксаны, которая для меня служила неиссякаемым источником слухов и сплетен, а так же из разговоров других коллег, ничуть не стесняющихся высказываться в общей раздевалке я уяснила, что на данный момент школьная Бригада успела организовать ОПГ, где Белый был главой и руководителем, Фил отвечал за безопасность, Пчела за финансы, а Космос - за контакты, стрелки и движухи с братвой. *** В настоящий момент в том самом дальнем углу, за легендарным 24 столиком, в компании незнакомых мне мужичин, видимо важных гостей, уже потягивающих разнообразное спиртное, сидели трое из четырех владельцев клуба. Сейчас все были в расслабленных позах, видимо ужин был не таким уж и деловым или все остальные вопросы были уже решены к обоюдному согласию сторон. Гости с интересом оглядывали интерьер заведения, выполненный дизайнером в стиле «дорого-богато» и наших танцовщиц, исполняющих скорее легкий эротический танец, с элементами театральности, чем откровенный стриптиз, как в других клубах. Космос с интересом следил за происходящем на сцене, Пчела же больше интересовался своей сигаретой, а Белый своим собеседником, лицом выраженно кавказкой национальности. Я легко выдохнула и продолжила свой медленный, притягивающий взгляды танец, а вот мои коллеги по сцене заинтересованные жаждущие взгляды, бросаемые в сторону хозяйского столика, даже не пытались скрыть. Не каждый день можешь попасть на глаза своим непосредственным начальниками, а может и не только на глаза. В некоторых клубах секс-продолжение не только приветствовалось, но и было обязательным элементом, но у нас наоборот - в течении рабочей смены только танец и развлечение гостей в зале. Остальное - по обоюдной заинтересованности, по мне так это было правильным решением, борделей-стриптизов-баров было сколько угодно, та же небезызвестная «Метелица», а наш клуб сильно выделялся на общем фоне своей программой и цивильностью. Даже интересно, кто придумал данную концепцию заведения. Ведь и программу нам ставил не кто-нибудь, а хореограф. Танец продолжался и по окончании основной программы девчонки стали рассредотачиваться по залу, стараясь попасть на глаза нашим начальникам из Бригады и их гостям. Я же постаралась отступить немного на задний план и тут же поймала взгляд внимательных голубых глаз с характерным прищуром. Блять! Я глубоко вдохнула не прерывая танец и не делая больше попыток отступить. Спокойно, Катерина, спокойно, вряд ли он помнит всех танцовщиц, а даже если и помнит, то ты уже миллион раз обслуживала его столик в своем настоящем виде, он тебя не узнал, потому что вообще вряд ли знал о тебе. Еще через несколько часов, ближе к самому завершению смены я совершенно успокоилась. То ли психика выработала защитную реакцию, то ли водка сделала свое дело, ведь периодически мы уходили по очереди на короткие «технические» перерывы, во время которых водка уже перестала мне казаться необязательным элементом рабочего процесса.  Я вошла во вкус и получала удовольствие от движений тела, так хорошо знакомых, и расплата последовала незамедлительно. В очередной раз обводя взглядом зал я уловила кивок Виктора, который явно хотел чтоб я подошла к их столику. По моей спине, укрытой лишь легким шелковым пеньюаром пробежали мурашки, ноги попытались подкоситься, тело бросило в холодный пот. Сильно не желая откликаться на зовущий взгляд, я нашла Натали и легонько указала на столик начальства, из которых к тому времени остались только Витя, небрежно сидящий на стуле и наблюдающий за сценой и Космос, увлеченный обществом одной из танцовщиц. Натали тут же подошла к Виктору Павловичу, который в ответ на ее приближение, наконец-то отвел свой тяжелый взор от сцены и, собственно, моей фигуры. Обменявшись парой фраз, она вернулась обратно к входу на кухню и взглядом приказала мне подойти к столику. Фак! День же так отлично начался… Легкой походкой, имитируя движения по залу других танцовщиц я подошла к дальнему столику, по большой дуге обходя основную массу гостей и предстала перед глазами Виктора Павловича. В вороте темной рубашки, застегнутой не до конца блестела золотая цепь, рука с перстнем расслабленно держала сигарету, светлые волосы, уложенные волосок к волоску, красив.. И опасен. У меня-то уж не было заблуждений на этот счет. Лукавый прищур и холодная усмешка на губах завершали его образ, а я стояла перед ним, вытянувшись как пионерка. - Садись, в ногах правды нет, - не дождавшись от меня никакой предполагаемой реакции сказал он и снова затянулся, - какими судьбами? - Чччто? - Самое вразумительное что ты могла сказать, Катерина, подумала я про себя. - Садись, я вроде как не кусаюсь, - повторил он и выжидательно посмотрел прямо в глаза. Меня опять прошиб холодный пот, реакция моего тела кричала мне о том что опасность в нескольких сантиметрах от нас! А я глупо подумала, что в глаза Пчелкина мне бы хотелось смотреть и смотреть, раствориться в них, забыв кто я и все свои беды. Преодолев себя, через мгновение, я все же смогла найти в себе силы и стряхнув оцепенение с тела наконец легко опустилась на этот ебучий стул, скрестив ноги в лодыжках и руками оправляя пеньюар. - Что-то я не могу припомнить, когда я нанял тебя на работу, а весь персонал проходит через меня, - его рука с тяжелым золотым браслетом смяла пустую пачку и мое сердце смялось вместе с ней. Знаем-знаем, Виктор Павлович, как именно весь персонал танцовщиц «проходит» через тебя. В прямом и переносном смысле, так сказать. - Не весь, - я посмотрела ему в глаза и смело улыбнулась, «привет» водке в моем организме, - официантками и прочим персоналом занимается Наталья Валентиновна. - И что же, какое золото я просмотрел? - его рука на моем колене делает эфемерные поглаживания, еле ощутимые, но на бедре появляется цепь мурашек и ползет выше.  - Я лишь на вечер вышла на замену Насте, - я резко начала подниматься, а его рука начала движение вверх по бедру, я же лишь ускорила процесс и он тут же коснулся края кружевных трусиков. Непроизвольно я покраснела, одна моя рука дернулась навстречу его прикосновению, вторая же вцепилась в спинку стула. - Ты же не уйдешь вот так, на самом интересном месте? - как дура я смотрела на его губы, пытаясь понять смысл сказанных им ранее слов и как только, с изрядным запозданием, их смысл до меня дошел, я резко вспыхнула. - А давайте оставим все как есть, мне пора идти. Основная программа закончена, а Лене, - я кивком указала на трущуюся рядом девушку, - не терпится оказаться у вас. На коленях. - Выплюнула я из себя, мило улыбнулась и изящно вывернулась из-под его руки.  - Приятного вечера, - его потемневшие глаза и раздувшиеся ноздри были мне отличным ответом. Я еще раз улыбнулась и почти бегом покинула полуопустевший зал. Попав наконец в гримерку, я закрыла двери и привалилась к стене, мне жутко хотелось курить, а телом я продолжала чувствовать на себе его алчный взгляд. Вот тебе, Катерина Александровна, и «твой день». Как же я устала…