Во всем есть смысл

Заехав в до боли родной двор, одним только взглядом навевающий кучу воспоминаний, Пчелкин припарковал машину, заглушил двигатель и не спеша прикурил сигарету, бросив оставшуюся пачку на торпеду. Расслабившись и откинувшись на удобное сидение Пчела перебирал в памяти и выстраивал по срочности список важных дел, которые ему стоило сделать до отлета в Берлин. Берлин, маячивший вдали, как парус алого фрегата, твердил о том, что это дело Пчелкин вымутил сам — практически от и до. Делом случая было лишь условно удачное стечение обстоятельств - болезнь отца, но которое привело к открывающимся настолько увлекательным перспективам, что дух захватывало. Наконец-то ему будет о чем с гордостью рассказать родителям, выслушать их восторженные отклики и поделиться возможными трудностями, возникающими при делах с транспортировкой медицинского оборудования. Благое дело они задумали.

***

Вся прошлая неделя состояла у Вити из десятков встреч, проходивших в напряженной именно для него обстановке, нужно было состыковать интересы минимум двух основополагающих сторон: их Бригады и основного получателя услуги, Доктора - Павловских Владимира Михайловича, главного врача одной из крупнейших московских клиник. В офисе Курс-Инвест, с Саней и периодически присоединяющимися к ним Филом или Косом, он обсуждал и составлял планы по транспортировке, пломбировке и растаможке (обязательном таможенном оформлении) медицинских аппаратов и их комплектующих. Периодически их сугубо деловые разговоры превращались в долгие дебаты с Белым о плюсах и минусах данного непривычного дела. К своему удивлению и гордости, он таки убедил Белого в важности общих дел с Доктором и большом количестве запланированной прибыли. Присутствие других членов бригады попеременно то усложняло, то упрощало дело. Фил всегда вставал на сторону Пчелкина, что ранее могло показаться абсолютно невероятным. Валера, как самый добрый и относительно милосердный член команды топил за развитие медицины в родной стране и том, что дело абсолютно благое, хоть по началу не подразумевает огромной прибыли. Космос же, как приземленный и далекий от медицины (читай сталкивающийся с ней только в школьном еще возрасте, на медосмотрах), совершенно не мог взять в толк, за каким хером собственно это все нужно, новые люди, схемы, компаньоны, которых надо изучать и пробивать дело со всех сторон. Важным аргументом в обсуждениях послужил тот факт что дело пусть и не совсем легальное, со своими подводными камнями и некоторыми сложностями, но благое, коих не так много в настоящее время совершала Бригада. Белый же, видимо, так же как и Витя, с удовольствием представлял, как исправная схема включится в процесс предоставления медицинской аппаратуры в различные клиники и предвкушал будущие обсуждения и поверхностные рассказы своей матери и жене, которые больше всего морально напрягались от темной стороны его бизнеса. Но Саня не был бы Саней, лидером и мозгом Бригады, если бы не указал Пчеле на главный имеющийся у них недочет - не было полноценного консультанта со стороны, который заведомо был бы не на виду у Доктора, и на которого тот не имел бы ни малейшего влияния. Пчелкин же вполне осознавал щекотливость ситуации и уже давно был в поиске, но в зоне его интересов нужных специалистов, да хоть бы и не специалистов, хотя бы в принципе людей отличающих КТ и МРТ просто не было. В клинике Владимира Михайловича, в его кабинете, Пчела был уже настолько частым гостем, что секретарша Доктора даже перестала задавать стандартные вопросы и тот час, увидев его фигуру на входе, бежала за подносом с кофе и коньяком. С Владимиром же Михайловичем Пчелкин лопатил кучу медицинских документов, контрактов на поставку, заключений и прочая. Впитывая как губка огромные объемы информаци, перебирая стопки документов, Пчелкин с ужасом убеждался в стопудовой правоте Белого: им срочно нужен консультант хотя бы по медицинским терминам. Еще вчера. Ну нельзя, нельзя буквально со словарем вычитывать контракты по которым пройдут колоссальные бабки.  Но для начала, как он сам для себя решил, нужно было отработать заблаговременно найденных партнеров Доктора с той стороны, из Европы. А для этого нужно было практически незамедлительно лететь в Берлин. Работая параллельно и с Доктором и с Белым Пчелкин даже не успевал выделить время на собственную текучку, в связи с чем в своем кабинете в Органзе появлялся только наездами. Оставив всю бумажную финансовую работу на Белого, который волей-неволей привлекал к ней Космоса, Виктор с прискорбием отгонял от себя скорбные мысли о том, к чему он вернется, вынырнув из медицинской части дел. Как он резонно предполагал, Космос способен навертеть кучу всего даже под пристальным вниманием Белова.  С тяжелым сердцем Пчелкин все же выделял толику своего времени на поверхностную проверку работы Космоса. Которая, как правило, заканчивалась на первом этаже Органзы, в основном зале, где зависал Космос. Каждый раз, приезжая в Органзу к Космосу, Виктор планировал перехватить Катю, заглянуть в ее серьезные серо-зеленые глаза и переговорить, но, после тяжелых препирательств с толстокожим Холмогоровым, которому все было нипочем, Пчела малодушно уезжал из клуба вместе с одной из вешавшихся ему на шею танцовщиц. О чем он хотел переговорить, зачем он хотел взглянуть в ее такие притягательные серьезные глаза Пчелкин понятия не имел. Обсуждать поцелуи смысла не было, да и не привык Витя к таким обсуждениям. Но все же где-то на подсознании сидела мысль о Кате, которая все никак не могла найти выход на поверхность и оформиться. К понедельнику он, наконец, завершив основной массив переговоров со сторонами и сделав последний выматывающий рывок, приведший его на финальную прямую - перелету в Берлин, вырвался к родителям. Билеты были куплены Филом на послезавтра. Сегодня у него в первые за долгое время относительно спокойный день, который должен закончиться в рабочем кабинете Органзы. Нужно было относительно спокойно просмотреть текущие рабочие документы, рассортировать все по неотложности и самые простые спихнуть Сане с Косом. Отец, со слов материи по телефону, уже находился практически в добром здравии, сносно передвигался по квартире и даже пару раз совершал недалекие променады.  Пчелкину позарез нужно было увидеться с ними и забрать список лекарств перед отбытием в Германию. Список лекарств от семьи Беловых (матери, тетки и бабушки Оли) давно уже лежал у него в паспорте, Томка Филатова добавила свои витамины к списку Белова, а отец Космоса и так все мог прикупить по своим каналам. У своих все приходится доставать чуть ли не в последнюю очередь. Хотя справедливости ради, нужно заметить что о его командировке предки узнали только позавчера.

***

Докурив сигарету и выбросив фильтр Пчелкин поднял глаза как раз вовремя чтоб зацепить взглядом невысокую стройную женскую фигурку в темном пальто, выворачивающую из-за угла дома и направляющуюся к подъезду. Катя. Ее русые волосы спадали на миловидное округлое лицо, но тяжелый задумчивый взгляд не прятали. Пчелкин поспешил выйти из машины, параллельно хваля себя за заблаговременное уточнение у доктора о стоимости услуг среднего медицинского персонала за парентеральный инъекции. Конверт для Кати был давно уже готов и лежал у него во внутреннем кармане пиджака, готовый перекочевать в тонкие руки девушки. - Здравствуйте, - первая неожиданно поздоровалась Катя, смотря на Пчелкина серьезными глазами и чуть поджав губы, - не ожидала вас здесь увидеть. - Привет, - ответил Пчела девушке так же серьезно, но все же не смог сдержать издевки, - здесь вообще-то мои родители живут. - Я знаю, - кивнула Катя, абсолютно не обратив внимания на тон мужчины, - я к ним и направляюсь. Не глядя на девушку, он открыл дверь подъезда своими ключами и легко взбежал по лестнице, на его удивление Катя отставала лишь на пару шагов и нажал на дверной звонок. Вслушиваясь в звуки мягких маминых шагов, раздававшихся в глубине квартиры Пчела вдыхал запах нежных духов Кати и ощущал себя как будто на своем месте. Дверь распахнулась и на пороге возникла Анна Дмитриевна, всплеснув руками она кинулась на шею Виктору, едва его увидев. - Витенька приехал, чайник ставь! - едва отпустив сына, крикнула женщина вглубь квартиры и тут же увидела скромно стоявшую за Пчелкиным Катю, - и Катенька уже пришла! Вместе они! Пчелкин было хотел возразить матери, но его тут же втянули вглубь квартиры и не успел он и глазом моргнуть, как оказался на кухне. Перед ним мама уже ставила тарелку с пирожками и наливала чай. - Мамуль, я не голоден, - только и успел вымолвить тот. - Да хоть чайку-то выпьешь, может и Катя тоже не откажется. А то я и пирожков напекла, как она любит, с капустой! Виктор только и успевал удивляться как мама раскручивала практически незнакомых людей на такие подробности из жизни. Хотя и он недалеко от нее ушел. Хватка у него бульдожья, как и память. Из глубины квартиры послышался голос отца, приближающийся к ним. - Нет-нет-нет, ни в коем случае, мы просто так тебя не отпустим, мать вон с утра тебя да Витю выглядывала, - степенно уговаривал отнекивающуюся от пирожков Катю Павел Викторович, - завтра у нас последний укол остался, а там тебя уж и след простыл. От такого напора Катя опешила и практически под конвоем вымыв руки, вместе с отцом так же появилась на кухне. Пчелкин, улыбаясь что-то щебетавшей матери, с удовлетворением разглядывал стройную фигурку Кати, в простом темном вязанном платье с талией, подчеркнутой тонким ремешком. - Садись, - подтолкнул девушку Пчелкин-старший и обнял сына, - здравствуй, сынок! Беседа завертелась своим чередом и только через час, сытые и умиротворенные Катя с Виктором смогли покинуть гостеприимный дом старших Пчелкиных. Выйдя из подъезда Виктор взглянул на Катю, кутавшуюся в объемный шарф и спросил: - На работу? - Да, уже пора, - взглянула на изящные часики девушка. - Тогда садись. Возражения не принимаются, - твердо сказал Пчела и открыл ей дверь пассажирского места. Катя, слегка поколебавшись, села. Пчелкин, обогнув машину, так же уселся на водительское место и, нашарив сигареты, закурил. - Послезавтра я улетаю в Берлин, нужно пару встреч замутить, а завтра в Органзе меня не будет, - с места в карьер начал он, не смотря на Катю, - так что вот, твой расчет за выполненную работу. Пчелкин залез свободной рукой в карман пиджака и достал конверт, отдав его девушке. Даже не взглянув в конверт Катя убрала его в сумку и робко поблагодарила. В голове у Пчелы уже мелькали контракты, договора, обязательства, списки необходимых мест и контактов в Берлине, поэтому он резко нажав педаль газа, поспешил доставить себя и свою невольную спутницу в Органзу.

***

Искоса во время всей дороги на работу я рассматривала напряженного Пчелкина и сравнивала его с тем двойником, которого я сегодня около часа наблюдала на кухне у его родителей. Там он был спокойным, расслабленным любящим сыном, с аппетитом поедающим пирожки и улыбающемся шуткам своих родителей, в машине же он, как по волшебству, превратился в серьезного, жесткого и предприимчивого мужчину, сосредоточенно над чем-то размышляющего. В таких измышлениях дорога промелькнула быстро и уже в ближайшее время он высадил меня на таком знакомом углу, откуда я не спеша двинулась на работу. Поздоровавшись с охранником на входе я зашла в клуб и сразу же погрузилась в рабочую атмосферу. Натали указаний никаких не дала, поэтому я двинулась на второй этаж, на свой боевой пост. Пребывая постоянно в своих мыслях то о Пчелкине, то о предстоящей госпитализации матери и последующем осмотре ее профессором смена проходила мимо меня. Я машинально выполняла свою работу, в кабинет Виктор меня не вызывал и в конце смены, когда я все таки рискнула заглянуть в кабинет без высочайшего на то позволения, никого там не обнаружила. Даже папки были убраны с большого рабочего стола. О напряженной работе свидетельствовал только полная пепельница, да пустой графин с водой. Помыв пепельницу и выйдя в зал с графином я поинтересовалась у Макса, бармена на сегодняшней смене, ушло ли начальство и получив утвердительный ответ, неожиданно для себя я расстроилась. Это показалось почему-то плохим предзнаменованием. И позже я узнала, насколько я оказалась в тот момент права…