***
С того момента прошло три дня, и Нёвиллету начало казаться, что он сходит с ума. Он стал спать более чутко теперь, а оттого улавливал почти каждый шум, находясь на грани между сном и бодрствованием. И уже три ночи подряд ему казалось, что он слышал, как по его дому кто-то ходит. Можно было бы списать шум на хаски, но звук шагов был человеческим. Однако утром всё было на месте, Ризли спокойно спал рядом, вещи не пропадали, дверной замок не был взломан. — Может, это у тебя от стресса? — предположила Фурина, когда они встретились в кафетерии на обеденном перерыве, и Нёвиллет поделился своими переживаниями. — Не знаю, — судья отстранённо поглаживал ободок пустого стакана, откуда он выпил воду только что, смочив пересохшее горло. — Насколько сильным должен быть стресс, чтобы начались галлюцинации? Я не забываю про отдых, хорошо сплю и пью витамины. К тому же с присутствием Ризли уровень стресса в моей жизни сильно снизился, — Нёвиллет вздохнул, отрывая руку от стакана и сплетая пальцы в замок на коленях. Фурина перестала поглощать своё пирожное, задумчиво уставившись на стол. За столиком повисла тишина, и можно было услышать, как скрипят шестерёнки в двух головах, активно накручивая мысли. Нёвиллет устало помассировал переносицу, в очередной раз вздыхая. — Раз Ризли спокоен, значит всё нормально. Если бы в квартире был кто-то ещё помимо нас, он бы наверняка начал лаять или реагировать как-то иначе, — мужчина подытожил, решив, что времени на догадки не оставалось, пора было возвращаться к работе. Фурина согласно кивнула и засунула в рот последний кусочек десерта, набивая щёки. Они отнесли грязную посуду на отдельный стол и покинули кафетерий, чтобы вернуться к работе. И всё же в течение всего дня Нёвиллет так или иначе возвращался мыслями к странным звукам в его квартире, которые могли ему сниться, а могли быть и правдой. Вернувшись домой после работы и выведя Ризли на вечернюю прогулку, Нёвиллет решил зайти в магазин на обратном пути, думая приготовить что-нибудь новенькое. Мужчина бродил среди полок, намотав поводок на своё запястье, пока в другой руке держал корзинку, постепенно наполняющуюся продуктами. Он замер перед стеллажом с коробками чая, внезапно ощутив желание выпить горячий напиток по возвращении домой и пытаясь вспомнить, осталось ли у него немного. Кажется, да, обычно Нёвиллет пил воду, так что у него должно быть немного чая в запасе. Он решил, что не будет покупать его сегодня и прошёл дальше, не заметив, как Ризли проводил стеллажи с разнообразием чайных листьев грустным взглядом. Однако уже дома, открыв кухонный шкафчик, Нёвиллет понял, что ошибся, потому что коробочка с чайными пакетиками была пуста. Мужчина моргнул озадаченно, заглядывая вглубь шкафчика: он точно помнил, что у него оставалось немного чая. Куда он мог испариться? — Призраки могут воровать еду, как думаешь, Ризли? — Нёвиллет закрыл дверцу и взглянул на хаски напряжённо. Тот зевнул в ответ, и судья выдохнул тяжело, прикрывая глаза и качая головой. — Я точно схожу с ума… Ладно, куплю новый чай завтра. Видимо, сегодня снова придётся пить воду. Не то чтобы я против… Нёвиллет вновь погрузился в монолог, слушателем которого стал Ризли, но пёс вовсе не возражал, улёгшись на пол и довольно елозя хвостом по полу, чуть щуря голубые глаза, словно в полуулыбке. Мужчина был благодарен хаски за столь участливое отношение к его временами бессмысленным речам. Это было глупо, но Нёвиллету казалось, что Ризли его очень понимал и никогда не осуждал, и в груди судьи от этих мыслей теплело.***
Нёвиллет любил свою работу, но когда эта самая работа выходила за пределы офиса или зала суда и просачивалась в его уютную квартиру, у мужчины начинал дёргаться глаз. Такое случалось редко, но всегда оставляло после себя неприятное послевкусие, несколько пустых кружек из-под кофе и недосып. Шёл второй час ночи. Нёвиллет снял очки, отложив их на край стола, и помассировал прикрытые веки. Голова соображала туго, глаза слипались, а рассыпчатый кофе почти закончился. Ризли, лежащий у ног хозяина и терпеливо его дожидающийся, в очередной раз угрюмо заворчал. — Мне нужно доделать работу, ложись спать без меня, — мужчина отозвался, вновь цепляя очки на нос и продолжая печатать что-то на ноутбуке. Ризли повторил ворчание, но остался проигнорированным. Такое отношение его не устроило, он поднялся, потягиваясь, и ткнулся носом в коленку человека. Нёвиллет никак не отреагировал, погружённый в работу. Ризли заворчал громче, настойчивее тыкаясь носом уже в бедро мужчины. Снова никакой реакции. Хаски не выдержал и тявкнул недостаточно громко, чтобы перебудить соседей, но достаточно, чтобы привлечь внимание хозяина. — Ризли, — Нёвиллет строго одёрнул пса, на мгновение перестав стучать по клавишам, и повернул голову на питомца. — Я работаю. Ризли такой ответ не принял и опёрся лапами на ногу мужчины, ловко вытянув морду вперёд и цепляя зубами дужку очков. Нёвиллет охнул и шлёпнул собаку по носу не сильно, хмурясь. — Ризли! Прекрати. Если так хочешь спать, иди без меня. Мне нужно закончить. Он решительно отодвинул от себя хаски, и тот обиженно зыркнул на него. Фыркнув с явным осуждением, Ризли развернулся и уныло поплёлся в сторону спальни. Нёвиллет зевнул, проводив пушистый зад завистливым взглядом, и вернулся к работе. Мужчина потерял счёт времени, с каждой минутой перед глазами текст расползался всё сильнее, и Нёвиллет решил дать себе небольшой перерыв. Он сложил руки на столе и опустил на них голову, прикрывая глаза. Очень стараясь не уснуть, мужчина принялся мысленно повторять про себя фразы, которые ему предстояло облачить в текст и вывести на экран, но это дало обратный эффект, и он задремал. Сон его был довольно поверхностным, но открыть глаза и встать, чтобы продолжить работу, казалось невероятно сложным, так что Нёвиллет просто дрейфовал в состоянии полусна. Ему показалось, что он услышал приглушённый цокот когтей в коридоре, который затем сменился тихими шагами, приблизившимися к нему и замершими на коротком расстоянии. Как бы ни стремился мужчина открыть глаза, ему это не удалось, потому что организм оказался слишком измотан. Он ощутил движение воздуха рядом со своим лицом, а затем кто-то осторожно снял с него очки, отложив в сторону. Прошло несколько секунд, и его щеки коснулись тёплые пальцы, с нежностью погладив мягкую кожу. Затем шершавые подушечки провели по переносице, невесомо ткнув кончик носа. Воздух вновь всколыхнулся, и Нёвиллет сквозь сон услышал тихое дыхание, чужие пальцы коснулись уже его рта, трепетно очерчивая контур и задерживаясь на нижней губе, словно проверяя и оценивая мягкость. Чей-то кончик носа осторожно дотронулся до его виска, к щеке прижались тёплые губы с мелкими трещинками. А потом ощущение пропало, и в щёку уже вполне ощутимо ткнулся мокрый холодный нос. Ризли заскулил, облизывая горячим языком лицо заснувшего Нёвиллета, и тот медленно открыл глаза, сталкиваясь с обеспокоенным взглядом голубых глаз. Он выпрямился, вытирая с щеки слюни хаски ладонью, и проморгался, пытаясь рассмотреть цифры на настенных часах. — Ох, уже половина четвёртого утра? — Нёвиллет поморщился, наклоняя голову в разные стороны, чтобы размять затёкшие мышцы. — Ты пришёл, чтобы отвести меня в постель, да? Хороший мальчик. Мужчина ласково улыбнулся, обнимая руками морду Ризли и поглаживая его пушистые щёки. Повинуясь порыву, он склонился и чмокнул питомца в лоб, очарованный его вниманием. Нет, всё же Нёвиллет не сможет отдать его новым хозяевам, слишком уж запал ему в душу этот смышлёный и заботливый пёс. — Хорошо, хорошо, сейчас я выключу и пойду, ладно? — мужчина сохранил файл и выключил ноутбук, закрывая крышку. Он встал, вытягивая руки над головой для потягушек, и только сейчас заметил, что очки отложены в сторону. И когда только он успел их снять.? Мог ли Ризли стянуть их аккуратно? Нёвиллету ведь казалось, что его кто-то трогал, возможно, переутомлённый мозг воспринял прикосновения пса как человеческие. Нёвиллет сложил очки в футляр, оставляя его на столе, и пошёл следом за Ризли в спальню, по пути выключая свет в кухне.***
К большому сожалению Нёвиллета (и Ризли, если судить по тому, как печально он провожал хозяина у входной двери), наступившие выходные он провёл на конференции с коллегами, в большом душном помещении недалеко от центра города. И рядом даже не оказалось Фурины, которая могла бы скрасить унылое собрание судебной верхушки. Конференция закончилась спустя несколько часов, и Нёвиллет, выходя из здания и направляясь на остановку, заприметил зоомагазин в нескольких метрах от его цели. Решив, что у него есть время до автобуса, мужчина заглянул в магазинчик. Консультант, скучающий без клиентов, моментально активизировался, стоило только Нёвиллету войти внутрь. Энергичный юноша тут же подскочил к судье, заваливая его тонной вопросов и предложений. Мужчина едва мог вставить слово, не поспевая за консультантом, но в итоге ему всё же удалось выдавить неуверенное: — Мне нужна игрушка для моего пса… — О, идёмте! Какой породы Ваша собака? Насколько он активный? — глаза юноши загорелись, и он потащил Нёвиллета в отдел с игрушками для питомцев. Нёвиллет с любопытством принялся рассматривать разнообразие собачьих радостей. Здесь были игрушки из разных материалов, от крошечных мячиков до плотных крупных канатов для перетягивания. Консультант остановился и вопросительно взглянул на Нёвиллета, всё ещё не получив ответа. — Хаски, он в меру активный. Я часто бываю на работе, так что ему не с кем играть… — мужчина спохватился, отвечая и продолжая рассматривать ассортимент. — Могу предложить Вам вот эту игрушку, у неё прочная и безопасная резина, подходит для собак с сильными челюстями, — консультант указал на чёрную резиновую игрушку, похожую на снеговика. — Туда также можно положить лакомство. Что думаете? Нёвиллет подумал, что он всё равно не разбирается в подобных вещах, так что мужчина молча кивнул. Главное, чтобы эта игрушка понравилась Ризли, а остальное неважно. Юноша тем временем снял товар со стенда, а затем, осознав, что Нёвиллет купит всё, что он ему предложит, указал на канат. — Можете поиграть в перетягивание каната, когда будете не на работе. Отличные силовые упражнения для Вас и Вашего питомца! — Да, давайте канат тоже, — Нёвиллет кивнул задумчиво, а затем его взгляд упал на ошейники. Здесь их было огромное множество, но судью привлёк один бордового цвета, на нём был крайне забавный галстук. Нёвиллету отчего-то показалось, что Ризли это очень пойдёт, и он попросил: — Можете посчитать ещё вот этот бордовый ошейник с галстуком, пожалуйста? — консультант нашёл глазами товар и кивнул, улыбаясь. Они прошли на кассу, и Нёвиллет оплатил покупки, не забыв взять пару угощений для Ризли. Он попрощался с довольным продавцом и покинул зоомагазин, подходя к остановке как раз одновременно с приехавшим автобусом. Уже сидя внутри, Нёвиллет достал из пакета с покупками ошейник, рассматривая его с лёгкой улыбкой и ловя себя на поведении заядлого собачника, скупающего в зоомагазинах всё для любимого пёсика. Однако эта мысль не принесла ему отторжения, и Нёвиллет впервые уверенно подумал, глядя на галстук, что он не станет отдавать Ризли кому-то. Это теперь его четвероногий друг, член семьи. Мужчина перевёл нежный взгляд в окно, чувствуя непреодолимое желание поскорее очутиться дома и зарыться руками и лицом в пушистую шерсть хаски. Отпирая входную дверь ключом спустя тридцать минут, Нёвиллет знал, что Ризли уже стоит по ту сторону и виляет хвостом, встречая хозяина. Он не ошибся. Стоило ему войти в квартиру, на него тут же напрыгнул хаски, намереваясь облизать лицо. Нёвиллет позволил себе тихо рассмеяться, подхватывая пса под лапы и подставляя своё лицо для собачьих поцелуев. — Здравствуй, Ризли. Ты соскучился, да? — он смог закрыть входную дверь и поставить пакет с покупками на пол, когда хаски закончил любовную атаку. Пёс радостно тявкнул, и Нёвиллет, опустившись перед ним на колени, крепко обнял его за шею, признаваясь: — Я тоже скучал по тебе. Он зарылся лицом в мягкую шерсть, глубоко втягивая носом запах… своего шампуня? Нёвиллет растерянно моргнул, отодвигая лицо на несколько сантиметров, чтобы взглянуть в морду Ризли, который внезапно виновато посмотрел на хозяина. Что за чертовщина? Нёвиллет снова прижался носом к шерсти собаки, обнюхивая его, чтобы понять, что ему не померещилось. Почему Ризли пах ирисом и свежей зеленью, а не шампунем для собак, которым мужчина помыл его пару дней назад после особенно насыщенной прогулки и встречи с брызгами из лужи на обочине, по которой проехал автобус? — Ризли… — Нёвиллет протянул таким тоном, словно собирался прочитать часовую лекцию о поведении, и пёс издал виноватый звук, путая хозяина ещё больше. — Что происходит? Ты от меня что-то скрываешь? Нёвиллет обхватил тёплыми ладонями мохнатую голову, сталкиваясь взглядом с хаски. Повисла звенящая тишина, Ризли опустил хвост и посмотрел в ответ так, словно собирался превратиться в человека и извиниться за то, что взял шампунь Нёвиллета. Но это было бы сумасшествием. И так как подобное не представлялось возможным, Ризли лишь проскулил тихо и попытался лизнуть мужчину в нос. Нёвиллет громко вздохнул и отпустил собаку, вставая и качая головой. Стоит ли ему посетить психиатра и рассказать о слуховых галлюцинациях и забывчивости? Может, у него в жизни действительно слишком много стресса, из-за чего и начались перебои с психикой и восприятием? — Ладно, подумаю об этом позже… — прибегнув к излюбленной тактике, Нёвиллет качнул головой, бормоча под нос, а затем полез в пакет из зоомагазина. — Я купил тебе игрушки и небольшой подарок. Он показал Ризли покупки, которые не удостоились такого внимания, как ошейник, который судья вытащил последним. Хаски заинтересованно приблизился к рукам Нёвиллета, обнюхивая подарок, и в качестве реакции высунул язык, поднимая на хозяина озарившуюся счастьем морду. — Тебе нравится? Давай примерим, — мужчина мягко улыбнулся и снял с терпеливо усевшегося на пол пса чёрный кожаный ошейник, надевая новый, хранящий запах магазина. Нёвиллет поправил галстук и отступил от Ризли, глядя на преобразившегося пса. Его сердце сжалось от очаровательности питомца, а изо рта, который он поспешно прикрыл подушечками пальцев, раздался полный умиления звук. Хаски, сидевший с крайне важным видом, смотрелся до безумия забавно и прелестно в бордовом галстуке, контрастирующим с белым шерстяным воротничком на груди собаки. Ризли выглядел настолько славно, что Нёвиллет поспешил достать телефон из кармана, чтобы сфотографировать его. — Подождите, месье Ризли, посидите так ещё, — он наставил камеру на пса, и тот приосанился, позируя. Нёвиллет издал глупое хихиканье, устраивая небольшую фотосессию для своего пушистого приятеля, а затем придвинул экран телефона к нему, показывая результат. — Посмотри, какой ты милашка. Ризли довольно завилял хвостом, глянув на кадры одним глазом, вместо этого радуясь эмоциям на лице Нёвиллета. Мужчина рассмеялся и наклонился к питомцу, чмокая его в холодный нос. Хвост хаски разогнался до невиданной ранее судье скорости, грозясь оторваться от силы взмахов, и Ризли принялся усиленно вылизывать лицо хозяина, заливая его щёки и губы слюной. — Ну всё, всё, — Нёвиллет с трудом отодвинул от себя любвеобильную морду, почёсывая разомлевшего пса за ухом, и принялся что-то нажимать в телефоне, комментируя свои действия: — Отправлю это фото Фурине, ей наверняка понравится. Ризли внезапно напрягся и тявкнул, пытаясь зубами ухватить телефон, и Нёвиллет выпрямился растерянно, вздрагивая от неожиданности. Сообщение было отправлено, и на морде собаки отразилось выражение предательства, словно судья отправил коллеге не фото Ризли в галстуке, а рассказал какой-то постыдный собачий секрет. — В чём дело, Ризли? Тебе не нравится снимок? — Нёвиллет отложил телефон на полку, заглядывая в глаза хаски, но тот лишь заворчал раздражённо. Мужчина издал смешок и проворковал: — О, ты стесняешься? Не нужно, Фурина не посторонний человек. Ей можно смотреть на тебя, твоя репутация от этого не испортится. Он подразнил пса, пощипывая его за пушистые щёки, и наконец снял верхнюю одежду. За общением с Ризли Нёвиллет совсем забыл о том, что они всё ещё были в прихожей. Вместе с пушистым другом мужчина в целом стал более расслабленным, нарушая свой же устоявшийся порядок. Он уже не разочаровывался, если забывал поставить кружку на её место или заправить постель в первые пять минут пробуждения (потому что валялся в кровати ещё двадцать минут после будильника, обнимая живую плюшевую игрушку). Присутствие Ризли в его жизни каким-то волшебным образом позволило Нёвиллету ослабить контроль над своими эмоциями, обстановкой в квартире и самим его существованием в целом. И Нёвиллет осознал, что не хотел возвращаться в свою жизнь до того, как в ней появился Ризли.***
— Я точно тебе говорю — со мной что-то не так, это всё не может быть просто совпадениями, — Нёвиллет снова делился своими тревогами с Фуриной, невозмутимо наблюдающей за дорогой. Сегодня у них в здании суда отключили свет из-за перебоев с электричеством по причине шторма, и, так как никаких важных дел, кроме бумажной волокиты, у Нёвиллета не было, он справедливо решил, что может вернуться домой пораньше, как и большинство сотрудников, выбравших счастье пребывания в тёплой уютной постели, а не в кресле, от которого мягкие части их тел принимали форму сидения. Именно поэтому Фурина, составляющая компанию своему коллеге в этом санкционированном побеге, вызвалась подвезти его до дома. — Сходи к врачу, если так переживаешь. Может, у тебя просто нервы разыгрались на фоне последних громких дел. Я и сама плохо спала после суда в прошлую среду… — Фурина побарабанила пальцами по рулю и взглянула на Нёвиллета, когда они встали на светофоре. Нёвиллет качнул головой, прижимая к животу кожаный портфель. Он уже думал над этим, но счёл, что врач посоветует что-то более радикальное, чем пилюли для сна или от стресса. Даже в самые ужасные дни судья справлялся посредством травяных отваров и чаёв, прибегать к медицине ему казалось излишним. — Если я скажу, что слышу человеческие шаги в доме, где из людей только я, или ощущаю чьё-то присутствие, или замечаю пропавшие вещи, боюсь, врачи абсолютно закономерно усомнятся в моём здравом уме и запрут меня подальше от общества. — О, когда ты стал таким драматичным? Ризли на тебя хорошо влияет, ты научился проявлять эмоции помимо отстранённой вежливости! — Фурина наигранно восхитилась и отвернулась, надавливая на газ, зелёный свет отразился в её глазах. — А я впервые вижу, чтобы ты была такой саркастичной, — Нёвиллет не остался в долгу, тихо хмыкнув. Фурина на это лишь рассмеялась, не ожидающая от вечно спокойного друга подобного ответа, но явно не возражая. Кажется, Ризли и правда влиял на него хорошо, ведь Нёвиллет стал гораздо более открытым, позволяя себе делиться сомнениями с Фуриной и просить у неё совета, хотя раньше залезть к нему в душу не представлялось возможным. Оставшиеся несколько минут поездки они провели в тишине, каждый думая о своём. Ливень за пределами машины яростно пытался атаковать людей под крышей, но дворники, двигающиеся непрерывно, смахивали потоки воды в разные стороны, и свет от фонарей и фар других автомобилей переливался причудливыми узорами. Нёвиллет засмотрелся на бушующую стихию, не заметив, как машина плавно остановилась, и Фурина оповестила: — Приехали. Постарайся не поскользнуться по пути домой. Мужчина моргнул пару раз растерянно, сгоняя с глаз пелену, и кивнул. Он повернулся к девушке с благодарной вежливой улыбкой. — Спасибо, что подвезла. Будь аккуратна по дороге… Нёвиллет хотел попросить Фурину передать её жене приветствие, но его взгляд, совершенно случайно скользнувший к окну его квартиры, застыл испуганно. В его доме горел свет, через который отчётливо прослеживался высокий силуэт. Всё внутри Нёвиллета съёжилось от липкого страха, и Фурина, заметив это, напряглась. — Нёвиллет? Всё хорошо? — она обернулась, пытаясь найти источник тревоги коллеги. — А, д-да, всё в порядке, извини, — судья кивнул, отстёгивая ремень безопасности, и взялся за ручку на двери. Он выдавил кривоватую улыбку. — Просто подумал, что не выключил плиту, но, кажется, я просто надумываю. И всё же лучше поспешу, чтобы проверить. Спасибо ещё раз. До завтра. Его непривычно быстрая речь не позволила Фурине вставить и слово, и она смогла лишь озадаченно посмотреть вслед пулей выскочившему мужчине. Нёвиллет, не обращая внимания на дождь, хлынувший на него неподвластным никаким законам, кроме природы, потоком, быстрым шагом, почти бегом, поспешил ко входу в здание. Он замер около стойки, над которой виднелось лицо консьержа, и, отдышавшись и даже не поздоровавшись, уточнил: — Извините, в последние пару часов здесь проходил кто-то подозрительный? Или, может, в одной из квартир сработала система безопасности? — Нет, месье, ничего подобного не было, — консьерж покачал головой, звуча невозмутимо. Однако после секундного замешательства в его вновь прозвучавшем голосе мелькнуло лёгкое беспокойство. — Вы подозреваете, что к Вам в квартиру кто-то проник? Я могу вызвать полицию. Нёвиллет задумался: стоило ли ему согласиться? Если кто-то и правда проник в его квартиру, и даже Ризли не смог ничего сделать, то стоило взять все риски под контроль. При мысли о том, что с его верным другом что-то могло произойти, сердце судьи панически сжалось, чтобы затем забиться ещё быстрее. — Нет, пока не стоит… Если я не перезвоню Вам через пятнадцать минут, можете обратиться за помощью, — Нёвиллет принял, возможно, наиглупейшее решение в своей жизни, но какое-то внутреннее чутьё подсказывало ему, что полиция не была способна помочь. Так что он, договорившись с консьержем о подстраховке и взяв у него зонт просто на всякий случай, с тяжестью в груди отправился в свою квартиру. Поднимаясь на лифте на свой этаж, Нёвиллет всё крепче и крепче сжимал в руках зонт, который уже начал поскрипывать от усилий судьи. Лифт тихо звенькнул, оповещая мужчину об остановке. Нёвиллет шагнул вперёд. Он, стараясь не шуметь, тихо вставил ключ в замок, заметив, что дверь не была вскрыта. Но как такое возможно? Как кто-то мог проникнуть в его квартиру, не открывая дверь? Залезть через окно не представлялось возможным из-за высоты. Стараясь не вспоминать истории о полтергейстах и не упокоенных душах, Нёвиллет потянул дверь на себя, настороженно ступая внутрь и поднимая зонт на уровень своих плеч. На него не набросились, а в его квартире царила странно спокойная домашняя обстановка: свет на кухне, негромкий гул голосов из телевизора в гостиной и шум воды из ванной. Какого чёрта..? Нёвиллет шагнул вглубь квартиры, не снимая обуви, и в этот момент вода выключилась. Он напряжённо застыл перед дверью в ванную, готовый застать злоумышленника врасплох. Прошло какое-то время — видимо, этот наглец вытирался, наверняка ещё и чистыми полотенцами Нёвиллета! Судья сжал зубы и задержал дыхание, когда дверная ручка повернулась. Он не стал ждать, пока чужак выйдет полностью и обнаружит его, вместо этого использовав эффект неожиданности и атаковав первым: зонт с тихим свистом рассёк воздух. — Получай!