Город без названия

Дверь в квартиру напротив была распахнута, а на лестничной площадке стояла молодая женщина — соседка. — Простите, доктор… — она запнулась и трясущейся рукой коснулась лица. — Марко… он задыхается! Я вызвала скорую. Но ему так плохо. Рей не медлил ни секунды. Марко — любопытного парнишку, страдающего астмой, — Рей часто встречал с мамой в лифте или во дворе. — Давно началось? — он схватил ключи, вышел в подъезд и захлопнул дверь. — Минут десять… может чуть больше… он брызнул ингалятор… не помогло. Доктор говорил, больше раза не брызгать. Что делать? Рей шел чуть впереди, автоматически отмечая детали: запах домашней еды, сухой от обогревателя воздух и почти ощутимое напряжение вокруг. — Элис, приоткройте немного окно, — сразу попросил он. Маленький Марко с широко распахнутыми от ужаса глазами сидел на диване, сгорбившись и вцепившись руками в край журнального столика. Дышал коротко, поверхностно, сильно раздувая ноздри. На выдохе воздух выходил с характерным свистом, как из сдувающегося воздушного шарика. — Привет, Марко, — Рей опустился на колено рядом, продолжая отмечать про себя, что мышцы на тонкой шее сильно напряжены, а губы посерели, как и треугольник под носом. — Сейчас мы просто немного поможем тебе дышать. Ничего страшного. — Он говорил негромко, ровно, так, будто речь шла о чем-то совершенно обычном — чаще всего паника легко поддавалась уверенным словам. — Смотри на меня. Старайся не вдыхать глубоко. Спокойно, парень. Когда выдыхаешь, сложи губы трубочкой. Вот так. — Рей показал как именно, потом осторожно положил ладонь Марко на спину. Тот попытался повторить правильный выдох, но из горла снова вырвался сиплый свист, от чего ужас в широко распахнутых глазах только усилился. За спиной тихо всхлипнула Элис, Рей обернулся, и она тут же зажала рот ладонью. И тут Рей увидел на столе праздничную свечу. Большая синяя цифра семь. Похоже, у Марко недавно был день рождения. — Зажгите свечу, — попросил Рей. К счастью, Элис не стала ничего спрашивать, просто сделала. Рей поправил ее руку со свечой так, чтобы дым не попадал Марко в легкие. — Неглубоко вдохни и попробуй задуть свечу. — Но парнишка сначала только смотрел на дрожащее пламя, будто не до конца понимая, что от него хотят. — Не спеши, — тихо сказал Рей. — Просто попробуй задуть ее, как ты загадывал желание на День Рождения. Мальчик сосредоточенно кивнул. Первый выдох вышел коротким и рваным, Рей незаметно чуть подул вместе с ним, и пламя дрогнуло. — Уже хорошо, — похвалил он. — Еще раз. Мальчик снова выдохнул, на этот раз чуть длиннее. Рей снова немного помог, и пламя наклонилось сильнее. Он почувствовал, как напряжение спины немного ослабло под его ладонью. — Видишь? Получается, — подбодрил Рей. — Еще немного. Марко сосредоточенно посмотрел на огонь, будто от этого зависело что-то очень важное. Сделал неглубокий вдох и медленно, длинно выдохнул, свеча погасла без всякой помощи. И Рей тут же зажал фитиль пальцами. Марко замер, будто сам не поверил, что смог. Потом сделал еще один вдох, глубже, уже почти без свиста. Он моргнул и посмотрел на Рея изумленными глазами. — Получилось… — прошептал он. — Конечно получилось, — ответил Рей так, словно в этом не было ничего удивительного. Напряженные плечи Марко медленно опустились, пальцы разжались, отпуская край столика. Но Рей не спешил убирать руку со спины мальчика, чувствуя, как дыхание постепенно возвращает ритм. Страх уже отступил, но тело еще его помнило. Раздался звонок в дверь. Элис вздрогнула. — Скорая… — Она выбежала в коридор. В комнату вошли двое медиков. Высокая женщина с короткими светлыми волосами остановилась на пороге. Эмили. Рей улыбнулся. Она увидела его и удивленно приподняла брови. — Рей, — улыбка скользнула по тонким губам. — Эмили, Райан, добрый вечер, — Рей поднялся, освобождая им место. — У Марко приступ астмы. Началось около пятнадцати минут назад. Ингалятор не дал эффекта. Но сейчас дыхание уже стабилизируется. Эмили присела рядом с Марко, привычно переходя к осмотру. — Привет, герой, — мягко улыбнулась она, грея фонендоскоп. — Подышишь для меня, хорошо? Марко приподнял футболку и все равно поежился от холодного прикосновения. — А теперь давай проверим, сколько у тебя в крови кислорода, — сказала она, закончив слушать, и закрепила датчик на пальце Марко. — Знаешь, зачем тебе кислород? — Чтобы дышать, — Марко пожал плечами. А потом с гордостью сказал: — А я свечу задул. И желание загадал! — он кинул быстрый взгляд на Рея. Голос звучал звонко и совсем без напряжения. — И что же ты загадал? — Эмили улыбнулась. — Велосипед! Рей поймал себя на том, что тоже улыбается. — Хорошее желание. — Сатурация девяносто пять. Сделаем укол, чтобы приступ не вернулся, — Эмили дала указания фельдшеру, чтобы приготовил шприц. Потом с интересом посмотрела на Рея. — И как ты здесь оказался? — Мы соседи. Эмили чуть усмехнулась, бросив быстрый взгляд сначала на Элис, потом на него. Рей понял, что она сделала какой-то удобный для себя вывод, и он не стал ее разубеждать. Пусть. Ей так точно будет спокойнее. Комната наполнилась привычными звуками работы: шуршание упаковки шприца, звяканье вскрываемой ампулы, тихие вопросы Элис, которая все еще не могла окончательно успокоиться. Марко перенес укол стойко, после чего Эмили поднялась с дивана, делая пометки в планшете. — Вам нужно показать его лечащему врачу, — сказала она Элис. — Возможно, потребуется скорректировать лечение. Иногда хватает небольшого вмешательства, чтобы приступ быстро прошел. Хорошо, что в этот раз Рей оказался рядом. Рей же стоял и внимательно прислушивался к себе, что-то внутри и правда ушло, растворилось, пока он просто делал свою работу. И нет, это было не чудо. Механика.

***

Критически оглядев идеальные стеклянные витрины со своими сокровищами, Ник продолжил путь к барной стойке. Он как раз поправлял раму картины, когда кофемашина затихла — кофе был готов. Устроившись в кресле и наслаждаясь первой утренней порцией бодрости, он пролистал сообщения в чате. Обсуждали новый фильм, Алекс привычно шутил. Последним висело короткое напоминание Рея о вечерней встрече. Колокольчик у входа в галерею негромко звякнул, и Ник поднял голову. На пороге стояла высокая, стройная женщина. Стильная стрижка подчеркивала красивую линию скул. Короткая черная шубка гармонировала с темными волосами, узкая юбка и высокие сапоги дополняли роскошный образ без единой лишней детали. Гостья окинула взглядом пространство. В глазах не мелькнуло ни любопытства, ни каких-либо других эмоций. Когда же она шагнула навстречу, движения показались Нику чуть замедленными, как будто не она подстраивалась под темп этого мира, а устанавливала для него свой. — Доброе утро. — Голос прозвучал низко, почти без интонаций. — Чем могу вам помочь? — с привычной учтивостью отозвался Ник. Гостья неопределенно качнула головой и вдруг замерла у особой витрины. Ник сегодня поднял часть артефактов силы из подвала наверх — на случай, если кто-то из «своих» решит заглянуть. Раскладывая древности, он невольно думал о том, сколько таких, как Бриджес, Грант и Фрай, прошли мимо незамеченными, поскольку он не допускал даже самой возможности, что есть кто-то еще. Взгляд гостьи сразу остановился на старинном колье. Изящное и массивное одновременно, оно состояло из кружевной паутины черненого серебра; грифоны на двух сцепленных пластинах в центре смотрелись застывшими в металле тенями. И от колье шел плотный, насыщенный шлейф силы, накопленный за века. — Можно? — В голосе гостьи прозвучало волнение, и появилась легкая хрипотца. Ник уже доставал ключ. — Прекрасный выбор. Византийское ниелло, десятый век. Редкий экземпляр без золотых акцентов. — Он открыл витрину и аккуратно вынул украшение. Металл весомо лег в ладони — предметы силы всегда ощущались плотнее обычных вещей. Гостья стянула перчатки, после короткой паузы расстегнула шубку и легко сбросила ее на ближайшее кресло. Совершенно естественно, без демонстрации. — Поможете? — спросила она, подходя к зеркалу. Ник остановился на шаг позади, поймал в зеркале их обоих. Колье тихо звякнуло, когда он поднял руки выше. Металл был холодным, но быстро начал перенимать тепло его пальцев. Вырез блузки позволил серебру красиво лечь на белую кожу. И в этот момент древнее украшение перестало выглядеть музейной вещью: оно стало частью этой статной фигуры. Плечи гостьи расправились, линия спины стала строже, взгляд в отражении — собраннее. Послышался едва слышный вздох, словно она узнала это особое ощущение. Замочек колье мягко щелкнул. Ник убрал руки, но не сразу сделал шаг назад. Он смотрел в зеркало. На секунду ему показалось, что необычного стального цвета глаза гостьи наполнились тьмой. Но свет из окна лег под другим углом, и все стало прежним. Только вот по собственному отражению Ника вдруг прошла слабая рябь. Черный и стальной взгляд встретились на долю секунды. — Оно тяжелое, — тихо произнесла она. — И помнит слишком многое, — серьезно отозвался Ник. Ее пальцы осторожно коснулись серебряных дисков. Ник наблюдал. И четко уловил момент, когда она перестала выбирать вещь и дала вещи выбрать себя. Легкое искажение, едва заметное движение — как если бы горячий воздух плавился над раскаленным песком. И что-то темное, вязкое, словно тонкая струя, потянулось от нее к металлу. Серебро приняло силу без сопротивления, и чернь на грифонах стала глубже и как будто насыщеннее. «Так вот как это смотрится со стороны», — с восхищением подумал Ник и тут же невольно передернул плечами. — У нас иногда по вечерам проходят встречи. Здесь, в нижнем зале, — негромко сказал он. — Сегодня. В семь. Мы будем рады вас видеть. Она чуть наклонила голову. — И что это за встречи? — ее взгляд больше не был отстраненным, скорее теперь скептическим, но в голосе все же послышался интерес. — Для тех, кто уверен, что мир работает немного иначе. В отражении ее зрачки расширились. — Вы часто говорите такое клиентам? — уточнила она. В уголках губ наметилась тень улыбки. — Нечасто, — усмехнулся Ник. — Так что… сегодня в семь. Приходите. Гостья медленно сняла колье. Металл тихо звякнул, возвращаясь в ладони Ника. — Меня зовут Сара. До вечера, мистер Вален. Оставьте его за мной, — она кивнула на колье в его руках. Надела перчатки, подняла шубку и быстро направилась к выходу. И только когда колокольчик снова звякнул, Ник понял, что у порога уже стоит Френк. Да, точно. Они же договаривались с ним на десять. Френк скрестил руки и оперся спиной о стену. — Давно там стоишь? — бросил Ник, аккуратно возвращая колье в витрину. Поморщился, когда ключ неприятно царапнул о стекло. «Сколько он видел? И что понял?» — Давно. — В голосе Френка зазвенел вызов. — Я все видел. — Что именно? — Ник медленно выпрямился и обернулся. — Как она спустила силу… в него, — длинный палец Френка неотвратимо указал на колье. «Что ж, этого следовало ожидать. Рано или поздно они все равно бы узнали. Вот только, увы, получилось рано». — А ты, Ник… ты не удивился. Ты наблюдал, — хищно прищурившись, продолжал Френк, взъерошивая свои рыжие волосы. — И в связи с этим, у меня вопрос… Ник уже знал, какой… и продолжал молча ждать, давая возможность Френку высказаться до конца. — Почему ты ничего нам не сказал? — В голосе Френка звенело столько льда, что его можно было смело перемалывать и добавлять в Маргариту. Хватило бы для обеспечения целого бара. Вот это Ника и разозлило. Не сам вопрос, а этот безапелляционный тон. — Потому что я сам только недавно узнал, — отрезал он. — И решил оставить при себе? — Я решил не устраивать лекцию, когда сам до конца не разобрался! — Голос прозвучал жестче, чем Ник планировал. Френк вдруг прищурился, как будто что-то мысленно сложил в голове. — Твой кинжал… Да ты же сам этим пользуешься… — с усмешкой протянул он. Внутри Ника неприятно кольнуло, потому что это была чистая правда. — Пользовался, — поправил он резко. — Значит, работает, — Френк удовлетворенно кивнул. — Работает, — почти рявкнул Ник. — В этом-то и проблема! — Объясни, — Френк в недоумении приподнял бровь. Ник провел рукой по лицу. Объяснить. Он думал об этом всю ночь, пытаясь для начала объяснить самому себе. — Пока не знаешь, что происходит, все проще. Думаешь, что все контролируешь. Он ткнул пальцем в сторону витрины. — Но стоит только узнать, и сразу начинаешь замечать, как после контакта внутри становится легче. И уже сложнее этого не делать. Френк не перебивал. — Потому что ты уже знаешь, что это работает! — Ник почти выплюнул это. — И каждый раз, проходя мимо, приходится выбирать. Он сжал кулак. — Ты видел на ее лице облегчение. Но ты не видел другое. Колье изменило вес. Стало как будто плотнее. — Ник перевел взгляд на витрину. — И чуть… голоднее. — тише и вкрадчивее добавил он. — В какой-то момент уже не ты держишь предмет, он держит тебя. А ты на него рассчитываешь. — Значит, ты хочешь решить за всех? — Френк усмехнулся. Ник вскинул голову. — Я хочу, чтобы это не стало нормой! — резко ответил он. — Потому что многие могут решить, что это отличный выход. И да, я их пойму, — он с раздражением откинул с лица волосы. Френк не отступил. — Мы договорились действовать вместе. Если есть такой механизм, мы должны о нем знать. Ник молча ждал продолжения. — Или это клуб, Ник, — спокойно продолжил тот, — или твоя личная страховка. Вот теперь удар попал особенно точно. Именно это и бесило больше всего — Френк опять был прав. Ник со свистом выдохнул сквозь зубы. Ему не нравилось, что его прижали к стене. Не нравилось, что Френк увидел. И особенно — что придется делиться тем, что и самому-то удерживать трудно. — Вечером, — наконец сказал он, с трудом подавив раздражение. — Я расскажу всем. Френк поднял бровь. — Все? — Все. — И про кинжал? Ник смотрел прямо в холодные голубые глаза. — Да, — произнес он. — Хорошо. Потому что если нет — расскажу я. — Френк кивнул. Помолчал. А потом продолжил уже совсем другим тоном. — Давай вернемся к выставке. Значит, нам нужно пространство побольше, и времени у нас мало…