Её Справедливость

Эшли Абберлайн проснулась от кошмара и направилась к зеркалу. Отражение показывало женщину, которая мало напоминала ту застенчивую девочку из снов. Её светлые волосы были растрёпаны после беспокойного сна, а в глазах появилась стальная решимость... но в зеркале всё ещё мерещились черты того ребёнка, который когда-то мечтал о счастливом будущем рядом с семьёй. Она была одновременно похожа и непохожа на себя прежнюю. Те же светлые волосы, тот же овал лица, те же черты... но что-то изменилось. Что-то неуловимое, но кардинальное. Она не могла сказать что именно — взгляд? Осанку? Тень в глазах? Или тот холодок в голосе, который проскальзывал даже в самых простых фразах? Кто это? Кто она теперь? Эшли смотрела на себя и не узнавала. Семь лет прошло... семь лет с той ночи, когда её мир разлетелся вдребезги. И каждое утро она просыпалась, надеясь, что это был просто страшный сон... но зеркало не лгало. Зеркало показывало правду — она изменилась. Время шло... и она позволила ему изменить себя. Или нет? Или изменения пришли сами, без её согласия? Теперь её лицо было более острым, скулы — более выраженными. Волосы больше не падали мягкими волнами до плеч — они были спутаны после сна. И повязка на правом глазу... эта чёрная полоска ткани стала частью её лица. Частью её идентичности. Как она могла помнить себя без неё? Повязка на правом глазу была снята на ночь, и теперь она видела обоими глазами — как семь лет назад, до того дня, когда обрыв в горах чуть не забрал её жизнь. Но видеть полной картины больше не значило понимать всё. Некоторые вещи... некоторые вещи лучше не видеть. Некоторые истины слишком болезненны для человеческого разума. Без повязки в правом глазу мерцало красноватое свечение — след демонического контракта. Эта сила была связана с алым камнем на её шее, с той древней демонической энергией, которая текла в её венах. Без повязки эта сила становилась неконтролируемой, вырывалась наружу, заставляя её чувствовать себя чужой даже самой себе. И всё это... всё это было её выбором. В тот миг отчаяния, лежа на дне обрыва, при смерти, она сама позвала демона. Сама попросила силу. Сама заключила контракт, зная цену. Никто не заставил её. Никто не обманул. Она сама выбрала силу любой ценой. И теперь каждое утро она просыпалась с последствиями этого выбора. И это зрелище... это зрелище было хуже любого кошмара. Потому что кошмары можно было забыть. А это... это осталось с ней навсегда. Лучше было не видеть. Лучше было прятаться за повязкой, прятаться за тем, что от неё осталось. Лучше было притворяться, что она всё ещё та девочка, которая могла беззаботно смеяться, которая могла доверять людям, которая ещё верила в счастливые концы. В дверь осторожно постучали. „Госпожа?" — голос Дарьи был тихим и почтительным. „Утренний доклад готов." Эшли замерла. Без повязки демоническая сила пульсировала в её венах, давая ей невероятную мощь. Но это была её тайна. Её главное оружие. Но только Дарья имела право видеть её в таком состоянии. Только Дарья знала, как обращаться с демонической силой, которая мерцала красным светом в её правом глазу. „Подожди минуту," — ответила Эшли, протягивая руку за повязкой. Но пальцы дрожали. Дрожали так сильно, что она не могла удержать ткань. Демоническая сила пульсировала, напоминая о том дне, когда она заключила контракт. Когда согласилась на силу любой ценой. Когда её мир превратился в прах. Эта сила была слишком мощной для человеческого тела. Каждый её импульс сотрясал её до костей, заставляя дрожать, будто сама ткань реальности не выдерживала её прикосновения. Без повязки сила могла вырваться наружу, но слишком долго носить повязку тоже было опасно — сила накапливалась и становилась неконтролируемой. У неё было строго определённое время для завязывания повязки каждое утро и вечером перед сном. Дверь приоткрылась, и Дарья заглянула внутрь. Её глаза сразу же нашли Эшли — стоящую у зеркала с повязкой в руках, пытающуюся скрыть своё лицо от собственного отражения. Её волосы были спутаны, как обычно после беспокойной ночи. „Позвольте мне помочь," — тихо сказала Дарья, входя в комнату. Эшли хотела возразить, но словно потеряла голос. В присутствии Дарьи она всегда чувствовала себя ребёнком. Тем ребёнком, который нуждался в защите. Тем ребёнком, который больше не существовал. Дарья подошла ближе и взяла повязку из рук Эшли. Её руки были тёплыми, знакомыми. Она помнила, как эти руки завязывали повязку семь лет назад, в лесном домике, когда Эшли впервые проснулась после падения. Тогда это было больно. Физически и эмоционально. Теперь это было просто... привычно. „Всё будет хорошо," — прошептала Дарья, аккуратно завязывая повязку. „Вы сильная. Вы справитесь." Этот ритуал был их особенным моментом. Только Дарье доверяла Эшли видеть свою демоническую силу, когда она грозила вырваться наружу. Только Дарья знала, как держать её в узде, как вернуть контроль над силой, которая могла поглотить её целиком. Эшли закрыла глаза, чувствуя, как ткань обволакивает правый глаз, сдерживая демоническую силу. Как мир снова становится ограниченным, но более терпимым. Как она снова может притворяться, что не видит всех этих ужасов... снаружи и внутри. „А теперь волосы," — сказала Дарья, доставая серебряную расчёску из ящика комода. Эшли молча кивнула. Её волосы были её гордостью — густые, светлые, с естественным блеском. Но сейчас они были в беспорядке. Как и её мысли. Как и её жизнь. Дарья начала расчёсывать её волосы медленно, осторожно. Каждый мазок расчёски был знакомым ритуалом. Каждое утро одно и то же — Дарья заботилась о ней, приводила в порядок, напоминала, что она всё ещё достойна заботы. „Не сильно запутались," — тихо сказала Дарья. „Видимо, ночь была спокойной." Эшли хмыкнула. Спокойной. Если так можно назвать кошмары, которые мучили её всю ночь. Если так можно назвать воспоминания о той ночи, когда её семья... когда всё изменилось навсегда. Дарья собрала волосы Эшли в строгую причёску — точно так же, как делала каждый день. Просто, элегантно, без излишеств. Потому что герцогиня Абберлайн не нуждалась в украшениях. Её статус был виден и без них. „Готово," — сказала Дарья, отходя на шаг назад. Эшли посмотрела на себя в зеркало. Теперь это была действительно она. Герцогиня Эшли Абберлайн. Повязка аккуратно завязана, волосы собраны, одежда выглажена. Внешне она выглядела безупречно. Только Дарья знала, что скрывалось за этой маской. Только Дарья видела настоящую Эшли — ту, в чьих глазах мерцал красный демонический свет. „Спасибо," — тихо сказала она, когда Дарья закончила. „Не за что," — ответила Дарья. „Утренний доклад ждёт." И в этот момент Эшли снова стала герцогиней. Белой Тенью. Тем, кем она должна была быть. Потому что у неё не было выбора. Не было права на слабость. Лучше было прятаться. Лучше было притворяться. Лучше было носить повязку и скрывать правду. Или нет? „Докладывай," — сказала Эшли, подходя к письменному столу. На нём лежали отчёты, письма, карты. Каждое утро она изучала информацию, которая помогла бы выполнить миссию. Миссию, которую она выбрала сама. Миссию, которая стала её единственным смыслом жизни. Дарья открыла кожаную папку с докладом. „Вчера вечером пришли новости из столицы. Граф Винсент Керр по-прежнему активно участвует в заседаниях совета. Его позиция остаётся непоколебимой." Эшли замерла. Керр. Это имя заставило её внутренности скрутиться в узел. Винсент Керр был одним из тех, кто стоял за нападением на их дом. Она знала это. Чувствовала это в своих костях. И теперь он занимал видное место при дворе. „Подробности," — её голос прозвучал холодно, расчётливо. „Он предлагает новые налоги на торговлю с восточными провинциями. Позиционирует себя как защитника традиций и порядка. Но наши люди говорят, что за этим стоят его собственные коммерческие интересы." Эшли взяла со стола письмо и разорвала печать. „А что говорит король?" „Король пока не дал однозначного ответа. Но он слушает Винсента. Слишком долго слушает." Эшли положила письмо на стол. В нём были списки имён — люди, которые могли помочь ей. Люди, которые ненавидели Керра так же сильно, как и она. Или которые просто хотели денег. „А что насчёт информации о той ночи?" — спросила она, хотя и так знала ответ. Дарья помолчала. „По-прежнему трудно найти надёжных свидетелей. Люди либо мертвы, либо не хотят говорить. Те, кто был в той местности семь лет назад, разъехались." Конечно. Эшли это предвидела. Но не могла остановиться. Должна была докопаться до правды. Должна была узнать, кто именно был за той резнёй. Кто отдал приказ. Кто получил выгоду. „Продолжай поиск. Скоро год, как я вернулась в поместье. Время действовать активнее." Дарья кивнула. „Карл Венер ждёт ваших указаний по поводу охоты на браконьеров в восточных лесах." Эшли хмыкнула. Охота на браконьеров. Хорошие прикрытие для её настоящих дел. „Скажи ему, что мы начинаем сегодня. Но наша цель не браконьеры." Дарья поняла без слов. Она всегда понимала. „Госпожа, а не слишком ли рискованно? Если поймут, что мы ищем..." „Не поймут," — перебила Эшли. „Потому что мы не будем искать. Мы просто... случайно наткнёмся на то, что нам нужно. А если не наткнёмся — мы это создадим." Дарья посмотрела на неё с лёгкой тревогой. „А как же репутация? Люди могут подумать, что вы слишком..." „Жестокая?" — Эшли усмехнулась. „А мне плевать на их мнение. Им нужна справедливость. Я её принесу. Любыми способами." Она подошла к окну и посмотрела на сад внизу. Цветущие яблони, ухоженные дорожки, покой поместья. Красивая картинка. Но под этой красотой гнили те же люди, которые когда-то разрушили её семью. И теперь они думали, что они в безопасности. „А теперь обсудим планы на сегодня," — сказала она, поворачиваясь к Дарье. „У меня есть встречи, которые нужно провести." День обещал быть насыщенным. И каждая встреча приближала её к цели. К правде. К мести. Или нет? Или всё же была другая дорога? Эшли покачала головой. Нет. Она выбрала этот путь. И теперь должна пройти его до конца. „Готовь лошадей," — приказала она. „Мы едем в деревню."