Взгляд

Глава 25: Хрупкое Темари и Юджин возвращались к тому месту, где недавно видели Шукаку и гигантскую жабу. Дорога, казалось, была призвана снять остатки боевого напряжения, и девушки говорили обо всем подряд: от анализа только что завершившейся битвы до мечтаний о горячем рамене, который сейчас был бы как нельзя кстати. Внезапно тишину леса прорезал хриплый, едва слышный голос: — Темари... Звук доносился откуда-то снизу. Темари замерла на широкой ветке, жестом останавливая идущую следом Юджин. Они обе перевели взгляд вниз, на ветку ярусом ниже. Там, лежал их брат, Канкуро. Темари растерянно посмотрела на него, затем на Юджин, которая и без опоры чувствовала себя неважно. Девушка, перехватив её взгляд, покачала головой, не дав сестре и рта раскрыть. — Темари, я в порядке, правда. Мне не нужна опора, я уже набралась сил, — твёрдо сказала она, хотя без опори она выглядила совсем неустойчивой. Темари неуверенно кивнула, спрыгнула вниз и, подхватив брата под здоровое плечо, помогла ему подняться. Вместе они добрались до поляны, где лежали Гаара и Наруто. Рядом с Узумаки уже сидел Саске. При виде подошедших он коротко бросил, что Сакура в порядке. Наруто и Гаара всё ещё были на земле, восстанавливая силы после чудовищного перенапряжения. Канкуро и Темари остановились за спиной Гаары, глядя на парней из Команды 7. Повисла тягостная тишина. — Не стоит... Всё кончено, — раздался тихий, но твёрдый голос Гаары. В этот момент Юджин, которая чуть замешкалась, остановилась прямо перед братом. Её взгляд метался от одного ниндзя Конохи к другому, а затем остановился на Гааре. Он посмотрел на неё. Слова Наруто, которые всё ещё эхом отдавались в его голове, вспыхнули с новой силой: «Есть те, кто мне дорог, и я никому не позволю их обижать». Взгляд Гаары упал на плечо сестры. Оно было вывернуто под неестественным углом. Он знал, что с вероятностью в девяносто девять процентов это сделал он. «Потому что они спасли меня от самого себя, помогли преодолеть одиночество и первые приняли меня таким, какой я есть» — эти слова Наруто накладывались на образ Яшамару и рядом сидящей встревоженной Юджин. Канкуро, собравшись с силами, молча закинул руку Гаары себе на плечи. Темари помогла встать младшему брату с другой стороны. Они медленно двинулись прочь. Юджин, шагнув за ними, вдруг покачнулась. Только сейчас она отчётливо осознала, что плечо сломано. Как и нога. Она прикусила губу, заставляя себя стоять ровно. Она обвела взглядом ниндзя Конохи. В её глазах не было злости, лишь странная, пугающая пустота. — Извините, — голос её прозвучал холодно, как зимний ветер. Развернувшись, она заставила себя идти, догоняя брата и сестру. Когда она поравнялась с ними, Темари и Канкуро, обернувшись, посмотрели на неё с удивлением и неподдельной тревогой. Дома уверения Юджин, что «всё хорошо» и «больница не нужна», разбились о стальную решимость Темари. Старшая сестра, не слушая никаких возражений, почти буквально заперла её в больнице. Диагноз поверг Юджин в уныние: сложный перелом правой ноги и перелом левого плеча. Теперь она передвигалась на костылях, причём на одном, ведь левое плечо было загипсовано и обездвижено. Месяц, который Коноха провела в трауре по Третьему Хокаге, для Юджин тянулся мучительно медленно. Зато этот вынужденный покой позволил ей сблизиться с Хинатой. Девушки обменивались короткими письмами, и в конце концов Юджин, изнывающая от скуки в пустом доме (Темари и Канкуро ушли на миссию, как и Гаара), пригласила её в гости. Плечо уже зажило, гипс сняли, но вот нога... Мысль о том, что ей запретили тренироваться ещё месяц, была хуже любой пытки. Три часа ежедневных упражнений были для неё не рутиной, а необходимостью, дыханием. Лишиться этого – всё равно что отрезать крылья птице. Этим утром, ковыляя в сторону кухни, она столкнулась в прихожей с Гаарой. Он был уже одет, чтобы выйти. Увидев сестру, он замер, его взгляд упал на костыли, и тень вины, не утихавшая всё это время, снова сгустилась в его глазах. Он молча подошёл, осторожно, боясь задеть, обхватил её и прижал к себе. Костыль с грохотом упал на пол. — Прости меня, пожалуйста, — прошептал он, и его голос дрогнул. Юджин обняла его одной рукой в ответ, уткнувшись лицом в его плечо. В её голове пронеслась мысль: «Наруто, что ты сделал с моим братом?» — но это была светлая, благодарная мысль. Юджин правда была рада, что кто-то смог образумить и показать другую сторону жизни её брату. Час спустя, после его ухода, в дверь постучали. Юджин, в своём привычном домашнем комплекте – серая майка на тонких бретельках, открывающая шею и ключицы, и серые шорты до колен, — подошла к двери, опираясь на косяк. Она ожидала увидеть только Хинату. Но за спиной застенчивой подруги стоял Неджи. Он был, как всегда, безупречен. Рубашка цвета хаки с короткими рукавами, открывающая обмотанную бинтами правую руку, темно-коричневые шорты, синие сандалии шиноби. Длинные, до середины спины, тёмные волосы были заплетены чуть выше кончиков, два ремешка крепились к протектору на лбу. Светлая кожа и пронзительные, почти бесцветные, светло-лиловые глаза. Само совершенство. А она... Она стояла перед ним в простой майке, с растрёпанными волосами, уставшими глазами и костылями. И эта чёртова майка, шея и ключицы, которые она обычно скрывала, теперь демонстрировали всю её уязвимость: бледную кожу, выступающие ключицы, усыпанные мелкими родинками и синяками, оставшимися после недавних боёв. — Привет, — выдохнула она, чувствуя, как горячая волна стыда заливает щёки. Жестом она пригласила Хинату войти. Та кивнула, прошептала брату «До свидания» и скользнула внутрь, притворив за собой дверь, оставив Неджи и Юджин на несколько секунд одних в проёме. Их взгляды снова встретились – он, собранный и невозмутимый, она – смущённая и уязвимая. Как только дверь закрылась, Хината, обычно такая робкая, повернулась к Юджин. Её бледно-лавандовые глаза сияли непривычной смелостью. — Юджин… вы так смотрели друг на друга… Думаю, вы бы прекрасно смотрелись вместе, — тихо, но чётко произнесла она. Юджин, всё ещё оправляясь от неожиданной встречи, махнула здоровой рукой и, ковыляя в гостиную, бросила через плечо: — Не думаю. Он меня не выдержит. Пока девушки сидели в гостиной, разговаривая о пустяках, о тренировках, о деревне, Юджин и представить не могла, что в это самое время Неджи, уходя от её дома, не мог выбросить из головы её образ. Ему было сложно сосредоточиться на тренировке. Перед его внутренним взором вставали не глаза монстра или сильной куноичи, а уставшие глаза девушки с растрёпанными волосами. Он вспоминал все те родинки у неё на ключице. Вспоминал изгиб её шеи, хрупкой и уязвимой, и тёмные волосы, которые закрывали спину, а некоторые пряди падали на плечи. Его разум, обычно ясный и холодный, был заполнен ею. И он ничего не мог с этим поделать. ! Чем больше я пишу глав, тем больше мне хочется изменить название на более подходящее. Наверное, в скором времени я изменю его — с «Против всех» на «Взгляды» или, может быть, «Взгляд». !