Пролог
16 ноября 2025 г., 04:03
— Фантастика, — с легкой горечью произнесла я, рассматривая ярко-красный поезд «Хогвартс Экспресс».
Всё вокруг было жутко неправильным и броским. Даже волшебники и волшебницы, снующие туда-сюда, излучали какую-то яркую энергию, от которой мне стало тошно.
Выкинув сигарету в урну, я покрепче взялась за ручки чемодана и стала пробираться сквозь толпу, чтобы наконец-то сесть в поезд и хотя бы немного отдохнуть от этого шума. Некоторые оборачивались на меня. Естественно. Я для них такое же незнакомое лицо, как и они для меня. В голове сразу всплыл последний разговор с родителями.
— Пойми, дорогая, тебе там будет лучше... — сочувствующим тоном произнесла мама.
— Разумеется, — холодно ответила я. Толковых объяснений тому, с чего вдруг я должна покинуть Шармбатон я так и не услышала, но возразить родителям не посмела.
И вот я здесь.
Чем мне может быть лучше в Хогвартсе? В Британии вот-вот начнётся вторая война, так не лучше было остаться во Франции?
Злость. Большая, всепоглощающая злость бурлила внутри меня. Вышагивая длинными и размашистыми шагами, я старалась меньше обращать внимания на то, что было не так, чтобы хоть как-то успокоиться. А не так было многое: эти цвета, совершенно не сочетающиеся друг с другом; ученики, которые одеты не пойми во что; маленькие и явно неудобные сидения… Я сделала глубокий вдох. Отыскав свободное купе, я резким движением открыла дверь и зашла внутрь. Выдох. Я убрала свой чемодан на полку и села у окна, слегка поморщившись.
До отправления, по моим подсчетам, осталось 25 минут. Перрон всё активнее наполняется учениками и их родителями.
«У этих англичан никакого чувства времени нет» — подумала я про себя, наблюдая за очередной сценой прощания.
Послышался стук в дверь, я обернулась и увидела двоих ребят: высокого рыжего парня и девушку, чьи волосы скорее напоминают птичье гнездо, чем причёску. Я удивлённо вскинула брови, наклонив при этом голову.
— Привет, ты Али Мун, верно? — спросила девушка, открывая дверь, не дождавшись моего разрешения, — Меня зовут Гермиона Грейнджер, я староста Гриффиндора, и меня попросили объяснить тебе некоторые моменты.
Повисла достаточно долгая пауза. От того, что эти двое стояли посреди коридора, многие ученики не могли нормально пройти, то и дело толкая их своими увесистыми чемоданами. Я сцепила руки на коленях.
— Ну так и? — раздражённо спросила я, не отводя взгляда от Гермионы.
Она явно не ожидала такого тона, но всё же отчеканила.
— За несколько минут до прибытия необходимо надеть школьную форму. И поскольку ты являешься новой ученицей, то пройдёшь распределение вместе с первокурсниками, — от этих слов у меня вырвался язвительный смешок, но Гермиона продолжила, — поэтому после остановки подойди к ним.
Я медленно кивнула и отвернулась к окну, ставя точку в этом разговоре. Гермиона что-то пробурчала своему другу и закрыла дверь.
По мере приближения отправки поезда, моё купе становилось всё более наполненным. Желания общаться с моими, возможно будущими, одноклассниками не было никакого. Я обошлась лишь коротким «Привет» и, кажется, они поняли мой настрой. Хотя бы чувство такта у них есть, уже неплохо.
***
Несколько часов поездки прошли достаточно сносно. У меня почти получилось полностью игнорировать своих соседей. Но проезжавшую мимо тележку со сладостями и, как следствие, шуршащие фантики игнорировать было сложнее. Достав из дорожной сумки портсигар и зажигалку, которые я положила во внутренний карман мантии, я вышла в коридор. Дойдя до тамбура, где было тихо и по-отрезвляющему прохладно, я закурила. Одно из немногих действительно хороших изобретений маглов — сигареты. Их удобно носить с собой, благодаря трубчатой форме, и от них нет заметного запаха в сумке, как от обычного табака. Они здорово очищают мысли и помогает моему мозгу хотя бы немного отдохнуть. Едкий дым слегка обжигает горло, оседая на лёгких. Выпуская ядовитое облако, моё настроение слегка улучшилось. — Здесь нельзя курить, — произнёс холодный и явно скучающий голос. Я повернулась, всё ещё сжимая сигарету в руке. Передо мной стоял высокий, довольно притягательной внешности, блондин. Весь его внешний вид буквально кричит о том, что его слова сказаны скорее из надобности, чем из желания. На школьной мантии ярко выделялся золотой значок. Ясно, ещё один староста. — Что-то я не заметила запрещающей таблички, — едко ответила я и сделала ещё одну затяжку. Блондин с некоторым отвращением осмотрел меня с ног до головы, скривив лицо. Он лениво облокотился на стену и скрестил руки. Забавно. — Прошу прощения, что для идиотов не сделали подробную брошюру об и так очевидных вещах, — произнес он настолько холодным тоном, что кто-нибудь другой определенно бы растерялся. Я тихо рассмеялась. Докурив сигарету, я убрала окурок в портсигар и лучезарно улыбнулась. — Мило, — сказала я, оттряхивая мантию от пепла, — но табличку всё же лучше повесить. Я прошла мимо и направилась в своё купе, как услышала презрительное в спину. — Как только тебя распределят на факультет, я сразу же отниму ему несколько очков. Я не поняла значение этих слов, лишь слегка повернула в его сторону голову и мягко помахала на прощание.***
«Мило» — отозвалось эхом в моей голове. Одним словом у неё получилось взбесить меня даже сильнее, чем задротка Грейнджер. — Малфой, нам необходимо периодически ходить по коридорам, мы же старосты, — возмущённым тоном произнесла Грейнджер, поймав меня около входа в купе. Интересно, как часто необходимо её посылать, чтобы она наконец-то поняла, что мне, блять, нет никакого дела до её слов? — Грейнджер, я не говорю на грязнокровском, так что избавь меня от лишнего шума, — отрезал я, закрывая за ней дверь. Вислый сделал шаг в мою сторону, сжав кулаки, но заучка-Грейнджер остановила его. Этот жест не прошёл мимо, и на моём лице появился злорадный оскал. Правильно, пусть щенок знает своё место: за спиной у своих дружков, ведь в нём самом нет ничего, кроме тупости. Но всё же я оказался в коридоре. Необходимо было проветрить голову. От идиотских разговоров Кребба и Гойла ужасно пухла голова, а единственный адекватный человек ушёл на званный ужин, на который меня не пригласили. Ну и плевать. В моей жизни есть дела поважнее, чем становиться ебучим трофеем в коллекции Слизнорта. И тут я увидел её. Хрупкая фигура, в которой чувствовался жёсткий стержень, стояла спиной ко мне. Струящаяся мантия глубокого синего цвета красиво обрамляла плечи и подчёркивала тёмные волосы. Я сразу понял, кто это. В Хогвартсе мне ещё не встречались девушки, которые бы выглядели так. Я собирался просто пройти мимо, как заметил клубок дыма, вылетающий изо рта. Заметив сигарету в её руке, слова сами полились из меня. Ещё одна предательница рода, которая не прочь побаловаться маггловскими штуками. Мерзость. Я не мог больше находиться среди этого омерзительного запаха. Распахнув двери своего купе, я заметил, что Блейз ещё не вернулся. Я застыл в дверях, недовольно поморщившись. — Драко, милый, ты в порядке? — мурлыкающим голосом пролепетала Пэнси. Ах, Пэнси, до чего же ты отчаянная, раз готова терпеть всё то, что я с тобой делаю. Иногда мне даже жалко тебя. Но, к твоему сожалению, не сегодня. Я смерил её холодным взглядом, от чего она сразу стушевалась, но старалась поддерживать вид, будто понимает и поддерживает меня. Расправив мантию, она похлопала по коленям, приглашая. В мыслях я горько рассмеялся, глядя на её унижения передо мной. Плевать, может хотя бы это поможет избавиться от лишних мыслей. Я устроил голову на её коленях и позволил гладить себя. Она выглядела такой довольной. Идиотка.***
За окном стемнело. Мои соседи уже переоделись в школьную форму, и я решила последовать их примеру. В чемодане я нащупала грубую ткань. Безошибочно определив форму, я пошла в туалет, чтобы переодеться. Повертевшись в зеркале, я посмотрела на себя с огромной долей скепсиса. И если бы не семейные портные, выглядела я бы явно хуже. Всё это слишком отличается от того, к чему я привыкла. Никакой шармбатонской изящности, никакой лёгкости, а лишь грубая практичность. Хорошо, что обувь остаётся на моё усмотрение. Поезд начал замедляться. За дверью купе послышались торопливые шаги, от чего мои соседи тоже засуетились. Больше шума меня раздражает только суета. Дождавшись, пока коридор достаточно опустеет, я достала чемодан и направилась к выходу. На перроне станции «Хогсмид» я отыскала первокурсников. Это было не сложно: они были низкого роста и столпились вокруг громадного вида мужчины. Он что-то активно объяснял, но я не особо вслушивалась. Вся толпа последовала за ним. Идя тёмной тропике к берегу, я вспомнила своё первый курс в Шармбатоне. В новой шёлковой форме нежно-фиолетового цвета мы так же шли по вечернему лесу, окружающего школу. От понимания того, что я сейчас не там, захотелось развернуться, вернуться в этот чёртов поезд и уехать Лондон. Я покрепче сжала портсигар в кармане, мысленно договариваясь с собой, что при первой же возможности я выкурю одну, и продолжила идти, но уже не смотря на лес. Вообще лучше никуда не смотреть, прекрасным решением было бы выколоть себе глаза, лишь бы не замечать всё то чужое, что окружает меня. Мы расселись на лодках. Дети со своей бесконечной наивностью весело обсуждали всё, что видят. И какой умник решил меня повести с ними? Если этот херов гений решил, что таким образом я должна влюбиться в эту школу, то он явно ошибся. Посильнее закутавшись в мантию, я уставилась в настил. — Ты быстро к ней привыкнешь, там довольно неплохо, — подбадривающе проговорил отец, пока мы шли к порт-ключу. Я не нашла, что ответить, поэтому лишь хмыкнула. — Тем более директор школы Альбус Дамблдор — один из величайших волшебников нашего времени, уверен, и преподаватели там на должном уровне, — не унимался он. — Да…думаю, всё будет в порядке, — соврала я. Отец прекрасно это понял, но решил промолчать. Больше мы не разговаривали. Мы причалили. Нас встретила строгого вида женщина в изящной изумрудной мантии. В моём лице она заслужила нечто похожее на уважение. Сощурив глаза, она осмотрела присутствующих, слегка задержав взгляд на мне, и начала объяснять порядок распределения. Она проводила нас в Большой Зал. Я замыкала эту процессию, убрав руки в карманы. Многие ученики, заметив меня, начали перешёптываться. Замечательно! Я устремила взгляд вперед, расправив плечи настолько, что лопатки начало сводить. Профессор Макгонаггл, как она представилась, остановилась у стула со старой шляпой. После долгой и невероятно скучной песни об отцах-основателях школы от этой шляпы, профессор стала вызывать учеников по алфавиту, который вскоре сажались за столы факультетов. Спустя ещё несколько мучительных минут она произнесла: — Мун, Али. Я сделала беспечный шаг вперед и села на стул. На голову мне надели шляпу, которая тут же эхом разразилась у меня в голове. «Я вижу и слышу каждую мысль в Вашей голове, мисс Мун. Понимаю все Ваши эмоции, но Вам следует быть более терпимей». От этого наставляющего тона я саркастично ухмыльнулась, скрестив руки. Шляпа по-старчески рассмеялась у меня в голове. «Ум такой же острый, как и язык. Вы могли бы отлично смотреться на Когтевране. Но знания для Вас имеют несколько иное значение. Знание — преимущество, и тут я могу согласиться. Так-так-так... Вы не из тех, кто рьяно бросится в бой, скорее, грамотный стратег. Что ж, для меня всё ясно». С этими словами она крикнула на весь зал: — Слизерин!
