Меч галактической империи / Клинок галактический империи

В Империи Близнецов на вооружении состояло двенадцать мехов 3S-класса. Семь из них всё ещё проходили обкатку, и лишь пять были официально введены в строй. Из этих пяти боевых машин Белый Тигр славился самой надёжной защитой, Грифон своей подавляющей огневой мощью, Огненный Леопард — непревзойдённой мобильностью, а Цилинь — продвинутым интеллектом. Что же до Бианя, то он был известен беззаветной преданностью хозяину и самой прочной ментальной связью. Управление мехом осуществлялось двумя основными способами: во-первых, чисто механическое, ручное, характерное для машин класса ниже S; во-вторых, ментальное, которым оснащались почти все мехи класса S и выше, где от ручных консолей отказались вовсе. Ментальное управление требовало физического контакта нейросети меха с пилотом. Преданность Бианя же доходила до того, что даже малейшее прикосновение, будь то мизинец Генриха, мгновенно переводило его в полную боевую готовность. А Гэвин же был бесстыдным читером: даже без физического контакта он мог подчинить себе мех, и его действия мало чем отличались от похищения невинной девушки. — Биань! — Генрих рванулся вперёд, и его пальцы на долю секунды опередили Гэвина, коснувшись края чёрного браслета! Спасён!*1 Биань впился в ладонь хозяина, уже готовый преобразоваться в боевой армейский нож, как вдруг Гэвин отдёрнул руку и резко укусил себя. При виде этого Генрих даже опешил. Гэвин, не сбавляя импульса, пронёсся мимо и с силой провёл окровавленным пальцем по Бианю! Слишком... Слишком бесстыдно... Биань взревел от ярости, ощутив, как две противоположные силы одновременно обрушились на его ментальный якорь. Он едва не выскользнул из руки хозяина, но не зря слыл самым преданным мехом во всей империи! Дизайн его виртуального ментального якоря был поистине космического уровня: браслет сам перевернулся и стёр кровь о манжету Генриха! Генрих: —... Уголки его губ судорожно дёрнулись. Поверхность пятимерного сплава была идеально гладкой, и вся кровь мгновенно перекочевала на рукав. Генрих почувствовал, как густой, дурманящий аромат феромонов ударил в нос, смешавшись с раздражающе-сладковатым привкусом крови. Вся кровь в его теле тут же устремилась вниз, и в определённом месте едва не встал колом. Гэвин, моментально отскочив, схватил со стола в ложе столовый нож. Раздался чистый звон, и Биань, превратившись в чёрный боевой нож, ринулся вперёд и одним ударом рассёк неудачное орудие пополам! Юноша среагировал молниеносно, ещё до того, как лезвие коснулось бы его, он резко отпрыгнул к окну ложи. Он ещё не успел сообразить, чем парировать, как император стрелой метнулся к нему, протянув руку. Гэвин тут же уклонился. Всё произошло в мгновение ока. Едва Гэвин успел стабилизировать позу, как с оглушительным грохотом вся стеклянная панель вместе с рамой разлетелась от хватки Генриха! —... — Тут же Гэвина посетила лишь одна мысль: ты с каким умыслом это сделал? Расправившись с окном, Генрих снова потянулся схватить Гэвина. Теперь он уже и не думал о победе в поединке, весь его мозг, опьянённый запахом крови на рукаве, был заполнен одной мыслью: схватить его! Раздеть! Взять силой! Проучить как следует! Снова оглушительный грохот. Гэвин, ухватившись за раму, выпрыгнул наружу, и чёрный нож пронёсся в сантиметрах от его лица. Сражаться голыми руками против космического оружия 3S-класса было безумием. Гэвин уже хотел бросить упрёк, как вдруг Генрих усмехнулся и небрежно вернул Бианю форму браслета. Рукопашный бой! Гэвин на мгновение удивился, а Генрих уже ринулся на него, точно ястреб, молниеносно протянув руку к его горлу! Его поступок был понятен: во-первых, ни один Альфа в процессе ухаживания не станет прибегать к оружию. Даже если некоторые военные в период пассивного возбуждения склонны к насилию, они ограничиваются лишь руками, использование ножа или пистолета гарантировало суровый приговор. Во-вторых, Генрих был абсолютно уверен в своих боевых навыках, пусть теперь он император, в молодости он был личным телохранителем Силии! Во всём Сияющем Легионе, насчитывавшем миллион солдат, личных телохранителей маршала было всего тринадцать. Разве мог занять это место простой человек? Каждый из них был выдающимся мастером! Раздался глухой удар. Оба, перевалившись через подоконник, свалились со второго этажа. Высота была небольшой, где-то метров шесть-семь. Генрих с грохотом приземлился на одно колено, его тело, как натянутый лук, мгновенно оттолкнулось, и он ринулся на Гэвина! Гэвин действительно не успел среагировать, он только приземлился, не сумев восстановить равновесие, и за мгновение пальцы Генриха оказались у него перед лицом. И вдруг сзади раздался удивлённый возглас: — Гэвин?! Генрих поднял взгляд, и его мышцы мгновенно напряглись. Это были те самые два противных юнца Альфы! Клэр, Дин и несколько техников из Императорской академии стояли с разинутыми ртами, на их лицах читались шок и ужас. Генрих мгновенно вспомнил, что всего полчаса назад он отчитал этих двух юнцов, и если сейчас устроить драку у них на глазах, разве это не покажет, что он не в силах совладать с ситуацией? Реакция императора была поистине молниеносной, он изменил траекторию движения руки, убрав её от горла Гэвина, и вместо этого обнял его за плечи, произнеся с напускной серьёзностью: — Вы… Раздался хлопок, сопровождаемый хрустом. Гэвин чисто и ловко схватил руку Генриха, вывернул её и мгновенно зафиксировал за спиной в болевом замке. — Я выиграл, — улыбнулся Гэвин. Генрих: — ... Единственной мыслью императора было, прямо на глазах у этих двух противных юнцов разорвать на Гэвине одежду и жёстко трахнуть его до слёз. — Ва... Ваше Величество...? — дрожащим голосом осмелился спросить один из техников. Гэвин отпустил Генриха, хлопнул в ладоши и спросил: — Теперь я могу участвовать в следующем этапе? Генрих поднялся, медленно поправил воротник. Его лицо было мрачнее тучи, хотя он не проронил ни слова, леденящий душу холод в его голубых глазах заставил техников задрожать. Пилоты мехов обычно смелее, но даже Дин и Клэр невольно отступили на полшага. — У тебя сложилось обо мне неверное представление, — Генрих повернулся к Гэвину и холодно произнёс. — На самом деле я изначально не собирался… Не собирался заставлять Гэвина выходить из соревнований и не намеревался дисквалифицировать Императорскую военную академию. Это и так было очевидно, император хотел, чтобы Императорская академия проиграла, но разве мог он допустить её поражение таким образом? Он жаждал заполучить Феникса, но не желал давать повода для пересудов. Если бы Императорская академия проиграла в честной, упорной борьбе, это списали бы на недостаток сил, и никто не посмел бы бросить императору упрёк. Так что вмешиваться следовало не в предварительном раунде, а в самый последний момент, когда на арене останутся только Императорская и Межзвёздная военные академии. До тех пор, если они не проиграют сами, их никак нельзя было исключать по такой надуманной и нелепой причине, как «создание угрозы для беззащитного Омеги». План Генриха заключался в том, чтобы жёстко подавить Гэвина, заставить его подчиниться, дать ему понять, что он всецело во власти императора; а затем смягчиться, проявить заботу, дать осознать, что как сильный и могущественный Альфа, он наилучший выбор для партнёра. Если бы Силия оставался Бетой, он, конечно, не посмел бы так поступать, не хватило бы смелости. Но теперь судьба смилостивилась над ним, и этот план имел все шансы на успех. При условии, что эти два бестолковых юнца из военной академии не прервут его в самый неподходящий момент. — Я пытался отстранить тебя от соревнований исключительно из искренней заботы о твоей безопасности. Но если ты настаиваешь на продолжении, то из уважения к тебе я всё же… Генрих замолчал, выгодно подчеркнув жёсткий, решительный контур своего подбородка. Его ледяные голубые глаза пристально смотрели на Гэвина, взгляд был полон снисходительности, как у величественного и непреклонного монарха. Гэвин в ответ молча смотрел на него, и на его лбу выстроилась длинная вереница многоточий. Все вокруг стояли в напряжённом ожидании, воздух сгустился. Когда все невольно затаили дыхание, сзади послышался лёгкий, почтительный кашель: — Кхе, Ваше Величество... Гэвин поднял взгляд поверх плеча Генриха. Это был капитан императорской гвардии. Он отдал честь. Генрих обернулся. Он вовсе не рассердился на прерванную речь, а лишь с видом полнейшего удивления спросил: — Что случилось? — Так точно, Ваше Величество, — капитан почтительно доложил. — Мы задержали преступника, который разводил стальноедов и планировал покушение на вас. Сноски: *1. Мысли Бианя. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum