каннибал

На кухне Чонгук тщательно размешивал прозрачный раствор, который уже доказал свою эффективность - Тэхен вырубился через несколько секунд после инъекции. С лёгкостью подняв обмякшее тело, Чон закинул его на плечо и направился к дальней двери. Открыв её, он оказался перед крутой лестницей, ведущей в подвал. Спустившись вниз, он усадил бесчувственного Тэхена на стул в середине комнаты. В подвале было холодно, темно и невыносимо сыро. Единственным источником света служила тяжело работающая лампа, чьё мерцание лишь подчёркивало мрак. На стенах виднелись засохшие и свежие капли крови, на полках стояли банки с непонятным порошком, а в углу возвышалась бочка, по стенкам которой стекала кровь. Воздух был пропитан отвратительным сладковатым запахом гниющей плоти. На столе аккуратно лежали скальпели, пилы, перчатки, фартук и молотки. Чонгук плотно связал Кима толстыми верёвками, спокойно поднялся наверх и закрыл дверь в подвал. Затем он принялся убирать со стола остатки еды и выпивки, мыть посуду и приводить дом в порядок, словно ничего не произошло. Осмотрев двор, гостиную и коридор на наличие вещей гостя, он закрыл дверь, окна и шторы. Когда Тэхен очнулся, первое, что он увидел, был Чонгук, надевающий хирургические перчатки. На нём был чёрный фартук с засохшими кровавыми пятнами, волосы собраны в хвост, а на лице играла ехидная улыбка. — О, ты уже проснулся? Доброе утро, милый! Ну, давай, выбирай, чем пальцы твои отрубать будем? - Чонгук кивнул в сторону стола с инструментами. — Стой, Чон, может, мы сможем договориться? - жалобно простонал Ким. — Что ты мне предложить можешь? Только одну руку отрубить? - пошутил Чонгук. — Прошу, не нужно убивать меня, я могу пригодиться тебе! — Эх, милый, если бы я слушал каждого, кто сидел на этом стуле, я бы умер от голода. - усмехнулся Чонгук. - Думаешь, ты первый, кто решил заговорить меня? Нет. Все вы пытаетесь выставить себя «нужными» в попытках спасти свою никчёмную жизнь. — Я предлагаю тебе не спасать мою жизнь, я предлагаю тебе сделку на выгодных условиях. Выслушаешь? — Чисто из любопытства. У тебя минута, чтобы доказать мне, что ты можешь оставить меня без ужина. — Я смогу помогать тебе... я умею готовить, убираться... — Не поверишь, это я тоже умею. Ты даже не представляешь, какой красивый из твоего черепа выйдет горшочек под цветы. — Я обещаю не выходить из твоего дома. Никогда. Помогать тебе в любых ситуациях, - умолял Тэхен. — В целом, конечно, стелешь ты знатно. Мне даже интересно стало. Но дай хотя бы кусочек от тебя я попробую, не зря же я тебя сюда затаскивал, да? Чонгук подошёл к столу, взял скальпель, подошёл к связанному Тэхену и отрезал небольшой кусочек мяса от его руки, после чего облизнул кровь с пальцев. — Боже, какой же ты аппетитный, Ким Тэхен. Ты знал, что люди, которые занимаются искусством, самые вкусные? — Как связан вкус плоти и искусство? Что за бред? - недоумевал Ким. — Бред? А ты попробуй! - Чонгук протянул кусок плоти ко рту Тэхена. - Ну же! Откуси! — Я не буду есть себя же. — Вот дурак. Лизни хотя бы. А то полностью руку отрежу. Киму ничего не оставалось, кроме как облизнуть свою плоть. — Доволен? Не отрубай мне руку. — Доволен. Не отрублю, пока что.Может, у тебя отклонения какие-то, Ким? Хоть бы о чём-нибудь молил, у тебя рука в крови, а ты пялишь на меня. — Почему-то твои глаза меня волнуют больше, — пробормотал Тэхен. — Что, прости? Вину или стыд разглядеть пытаешься? Не выйдет. Видимо, отклонения у тебя правда присутствуют. Таких не ем, - рассмеялся Чон. — Ты ещё выбираешь? — фыркнул Ким. — Конечно. Допустим, наркоманов я не ем, потому что это попросту опасно. Хотя, достать их плоть намного проще. — Очень интересно было узнать о твоих предпочтениях. Развяжешь? — Ладно, нравишься ты мне. Но будет у меня пара условий... — Каких? —Такие, какие ты сам мне и предложил. Ты помогаешь мне и никогда не выходишь из этого дома. Точнее, подвала. Для достоверности я сломаю тебе ноги. Но ты не переживай, ты под присмотром квалифицированного врача, - усмехнулся Чонгук. — Обязательно ноги ломать? — Обязательно. Ну, хочешь, могу их вообще отрезать... — Спасибо. Может, хотя бы одну? — Странный ты. Уговорил! Тогда отрежу от тебя ещё пару кусочков. Чонгук начал проводить скальпелем по руке Тэхена, постепенно углубляясь в плоть. На глазах Кима выступили слёзы, но он не издал ни звука. — Ты, главное, не нервничай, от нервов мясо жёстче, - скомандовал Чонгук. — Я не слишком нервничаю, ты ведь говорил, что не убьёшь меня, да и к тому же, ты хирург, ты знаешь, что и как резать. — А тебя, когда обмануть хотят, ты просто спрашиваешь: «А вы меня не обманываете?» - и доверяешь им? - шутит младший. - Ты какой-то не такой. Не больно, что ли? — Нет, меня обманывали всего один раз. Знаешь, заманили домой выпить водки. И да, больно. Но ты почему-то вызываешь у меня доверие, это странно? — Безумно. Я очень люблю странных. Чонгук забрал большой кусок мяса с руки Кима и положил его на стол. — Так, это на ужин... О, точно! - Чон взял один из молотков и подошёл к Тэ. — Так, милый, не переживай... Больно будет, я сломаю тебе кость голени, ладно? - улыбнулся Чон. — У тебя красивые глаза. — Боже. Надо бы тебе ещё рот перерезать и зашить. После этих слов Чонгук замахнулся и ударил молотком по ноге Тэхена, раздался характерный звук перелома. Чонгук ушёл наверх и вернулся через несколько минут с костылями, бинтом и обеззараживающим раствором. — Вот, это твой набор! Ногу я тебе перебинтую, а дальше сам разбирайся. — А ты заботливый, - флиртующе заметил Ким. — Естественно, мне же ещё с тобой жить. Чонгук вылил раствор на открытую рану на руке Тэхена, подождал пару минут и приступил к ноге. После перевязки он развязал Кима. — Я не могу стоять... - ноющим тоном произнёс старший. — В этом и прелесть. Ты и не должен. Ты теперь сидишь здесь. — А спать? С тобой? — Хочешь? — недоуменно спросил Чон. — Хочу. — Господи, да что с тобой не так? Постелю тебе здесь... Надеюсь, тараканы тебя не особо смущают. — А если смущают? — язвительно спросил Тэхен. — А ты не смущайся тогда, они у меня ручные, никому не расскажут. Через пару часов Чонгук принёс Тэхену матрас и постельное бельё. — Так, Ким, в твои обязанности входит уборка подвала и разделывание жертв, я покажу тебе, как это делать. Ты понял? Потом ещё добавится, когда поправишься. — А я точно должен тебе помогать? — Ты мне жизнью обязан, я тебя спас! — От самого себя? — Ну спас же! Чонгук пожелал своей жертве спокойной ночи и выключил свет. Из-под двери слабо сочился свет из дома. В тёмной комнате послышались тяжёлые шаги мужчины, поднимающегося по лестнице.— Не скучай! — крикнул Чон и закрыл за собой дверь. Теперь стало совсем темно. Тэхен пытался анализировать, что с ним происходит, и почему он не чувствует ненависти к маньяку. Напротив, в нём зарождалась какая-то симпатия, что было ужасно и тяжело. В этих раздумьях Ким уснул, но спал плохо, потому что ему постоянно казалось, что по нему кто-то ползает.