Пуля в твоей крови

      Его крепкая рука настойчиво сжалась на её бедре. Аккуратно, стараясь не причинить ему боль, девушка ввела мужчине иглу в вену, вливая дозу анальгетика и наблюдая за реакцией Мун Бэка. Он медленно прикрыл глаза и запрокинул голову назад, ощущая, как морфин постепенно расходится в его крови, и позже его настигло облегчение. Боль медленно отошла на задний план, почти не тревожа его и так измученное тело. Стало намного легче дышать, и через пару минут к мужчине вернулась ясность ума. Приоткрыв глаза, он стал наблюдать, как девушка, не слезая с его ног, убрала использованную ампулу и шприц в сторону, возвращая своё внимание лишь к нему одному.       — Как ты себя чувствуешь? — спросила она, взглянув мужчине в глаза, боясь даже лишний раз прикоснуться к нему и причинить дискомфорт. Кто бы мог подумать, что она вообще когда-то будет переживать за него, вводить ему обезболивающие и спать с ним в одной кровати, порой задыхаясь оттого, как ненасытно он вдавливал её в их совместное ложе.       — Уже намного лучше, — он улыбнулся ей, вымученно, устало, одновременно опьянённый её лаской и довольный, как кот, нализавшийся валерьянки. — Не стоит переживать.       Он приподнял свои ладони выше её бёдер, задирая ночную одежду, оголяя любимое и всегда желанное для него женское тело. Она поспешно схватила его за руки, останавливая. — Тебе нужно отдохнуть. — Девушка помотала головой, нахмурившись. — Я мужчина, — произнёс это так, словно она этого не знала. — Не вздумай допустить мысль, что получится забрать мою роль защитника. Не фарфоровый, не сломаюсь.       Он нашёл в себе силы, чтобы подхватить её на руки и настойчиво поцеловать, втягивая в горячий, жадный поцелуй. Мун Бэк донёс её до кровати, аккуратно прижал спиной к холодным простыням и навис сверху, избавляя себя от одежды между их поцелуями и её жаждущими полустонами. Ещё даже не раздел её, не оказался внутри неё, а она уже издавала ласкающие его слух звуки. А ведь несколько лет назад они даже представить не могли, что станут друг для друга единственными маяками в их морях боли и горести.

***

Два года назад

Республика Корея

Сеул

      Это было раннее утро понедельника, первый день июля. День, изменивший её жизнь. Облокотившись плечом о прозрачную стену в помещении для курения, заранее вставив наушники и прослушивая новый альбом любимой группы, Юна растягивала несчастную сигарету, как только могла, лишь бы не уходить отсюда. Время едва перевалило за семь, людей вокруг парка было немного, и стрельнуть у кого-нибудь покурить не получилось. Она немного потеребила рукой лямку рюкзака за спиной, ощущая, как начинает нервничать. Сегодня был важный для неё день. Девушка тяжело вздохнула, сделав одну из крайних затяжек, и выбросила бычок в урну, когда заметила, как незнакомый мужчина зашёл в её скромное убежище, доставая из кармана штанов полную пачку сигарет. Обычно она не просила об одолжении, да и всегда могла пойти и купить заветную коробку отравы, но пообещала себе бросить, медленно отучиться от дурной привычки, покупая сигареты не чаще одного раза в три дня. Оставалось ещё пять часов до очередного начала самообмана, когда трое суток пройдут, и она с удовольствием купит себе новую пачку, но пока лишь раздумывала, что до двенадцати часов ещё надо дожить.       Внимательно проводив взглядом незнакомца, Юна наблюдала за ним, пока он стоял к ней полубоком, закурив, не обращая на девушку никакого внимания. Бесформенные штаны, толстовка, чуть завитые, едва спадающие до плеч волосы — он выглядел несколько странно, хоть и опрятно. Она решила не выпрашивать у него сигарету, отвернувшись, и хотела было уйти, когда услышала, как к ней обратился мужчина, но из-за музыки не разобрала его слов.       — А? — Она удивлённо уставилась на него, вытащив из левого уха наушник, и поставила песню на паузу. — Чего надо?       — Цикада, — он слегка улыбнулся, показав свободной рукой без сигареты сначала на девушку, а потом на свою макушку.       Юна почувствовала раздражение, думая, что это его неудачная попытка флирта, но всё же дотронулась рукой до своих волос и взвизгнула, ощутив на них что-то живое и чужеродное. Обычно она мало чего боялась, но один вид тараканов и цикад вызывал у неё дикий страх. Она попыталась стряхнуть с себя нежеланного «нелегала», вертя головой, начиная паниковать. Мужчина подошёл к ней быстрым шагом и резким движением вытащил из её волос насекомое, тихо посмеиваясь, раскрыл ладонь, показывая цикаду у него в ладони.       — Она тебя не съест, — произнёс незнакомец, довольный замешательством Юны. — Милая, правда?       — Мерзость какая. — Девушка вздрогнула, отшатнувшись от мужчины, пока он сделал ещё одну затяжку и, всё ещё довольно улыбаясь, убрал цикаду из курилки, приоткрыв дверь.       — Должно быть, упала с дерева, вот ты и не заметила, — он широко улыбнулся, продемонстрировав белоснежные ровные зубы. — Повезло, что не написала.       Девушка испуганно прошлась по волосам пальцами, проверяя их, и, убедившись, что они сухие, облегчённо вздохнула.       — Да, наблюдать, как кто-то чуть не умер от страха — это очень смешно, — оскалилась Юна, бросив на мужчину злобный взгляд.       — Угостить сигаретой в виде компенсации? — Он чуть свёл брови на переносице, но всё ещё выглядел слишком довольным.       — Знаешь, куда запихай её себе? — Она развернулась и вылетела из курилки, хлопнув дверью.       Униженная и оскорблённая, Юна чувствовала себя так, словно её отругали в детстве за мелкую провинность, хоть и понимала, что её страх цикад и правда выглядел довольно комично со стороны. Позади себя она услышала шоркающие шаги и медленно повернула голову, продолжая идти. Мужчина, почти поравнявшись с ней, шёл совсем близко, заставляя девушку напрячься. Он как минимум выше на целую голову, и ему не будет стоить ничего, чтобы схватить её и, быть может, втащить в автомобиль и украсть. Она поспешно убрала дурные мысли, надеясь, что под камерами не каждый решится на преступление.       — Я не хотел тебя задеть, просто это было забавно наблюдать со стороны. — Он не отставал, желая вывести девушку на беседу. — Позволь угостить тебя чем-нибудь в виде извинения.       Юна остановилась, раздумывая. Ударить его прямо сейчас или немного выждать? Может, стоило пнуть его в живот и закричать о насилии, надеясь, что рядом окажется полицейский? Они всегда были неподалёку, стоило ей закурить в неположенном месте, а сейчас не могла найти взглядом ни одного человека вокруг.       — У меня нет дурных намерений, — он попытался оправдаться, но лишь ещё больше сомнений заложил среди её мыслей.       — Я тебе не верю. — Она мотнула головой, начиная уходить от него, и снова услышала, как он поплелся за ней, вызвав у неё из горла почти звериный рык. — Да чего тебе надо-то? Иди, сходи на пару районов дальше, если не с кем потрахаться, чего до меня докопался?       — Просто хочу извиниться, — он не унимался, начиная раздражать её ещё больше. Что же, сам напросился.       — Ладно, раз так хочешь — сходи и купи мне прокладки и тампоны, не видишь, я злая сегодня? — чуть повысив голос, произнесла Юна. — И обезболивающее тоже. — Она плюхнулась на ближайшую скамью, ощущая, как начинает болеть от недосыпа и нервного напряжения голова.       — Марка какая? Размер?       — Да любая, просто иди, — отмахнулась девушка.       Незнакомец, развернувшись, ушёл. Хоть отделалась от этого прилипалы. Далеко не каждый мужчина готов идти в магазин за средствами женской гигиены, а уж незнакомец тем более. Упершись локтями себе в колени, девушка обхватила голову руками, надеясь, что у неё хватит сил дойти до магазина, чтобы купить что-нибудь от головы. Прикрыв глаза, она не знала, сколько так просидела, ощущая, как сдавливает виски от боли, и помассировала пальцами пульсирующий лоб, пока не стало лишь на малую толику легче. Юна выпрямилась в спине, зная, что всё же стоит идти за лекарством, морально собирая остатки сил, когда ощутила, как ей на колени аккуратно положили бумажный пакет. Девушка медленно открыла глаза, снова увидев перед собой незнакомца, осторожно улыбающегося ей. Она неспешно раскрыла его подачку и увидела внутри него пачку прокладок, коробку тампонов, обезболивающее, бутылку воды, и она насчитала шесть упаковок различных сладостей.       — Ты что, ненормальный? — удивлённо уставилась она на него. — Я думала, ты отстанешь, а ты и правда прокладки купил.       — Ты же просила, — он пожал плечами, присев рядом с ней. — Повезло, что за кассой была девушка и помогла выбрать.       — Я вообще-то хотела от тебя избавиться и не думала, что ты реально пойдёшь их покупать. — Юна достала из пакета таблетки и, распаковав одну, отправила её себе в рот, запивая водой.       — Так тебе не надо? — он нахмурился.       — Через неделю пригодится, плюс-минус пару дней, — она вдруг тихо рассмеялась, заметив, как он замешкался и стал выглядеть растерянным. — Обратно не отдам. — Она убрала пакет в рюкзак, вытащив из него пачку печенья.       — Хотя бы больше не сердишься.       — Я просто невероятно удивлена. — Юна открыла печенье, достала себе несколько штук, а остальное протянула мужчине. — Можешь угощаться. Заслужил.       Он улыбнулся следом, принимая угощение, которое сам же и купил. Мужчина стал внимательно наблюдать, как девушка ест, не поднимая на него своих глаз.       — Я Мун Бэк, — наконец произнёс он, съев лишь одно печенье за компанию. Он протянул девушке руку, продолжая держать на губах тёплую улыбку.       — Ли Юна. — Она сначала взглянула на его протянутую ладонь с сомнением, но всё же пожала её. Девушка внимательно посмотрела на его лицо, лишь сейчас начиная разглядывать мужчину. Тёмные, почти чёрные глаза, аккуратный, с едва заметной горбинкой нос, пухлые губы, растянувшиеся в широкую, красивую улыбку. Она задумалась, начиная покусывать кончик языка, а затем произнесла: — Замуж за тебя не выйду. Моё имя с твоей фамилией звучит не очень.       Её слова снова вызвали у него мягкий, тихий смешок.       — Ты давно живёшь в Корее? Просто ты отличаешься от других, — поинтересовался он у Юны и тут же решил высказать своё мнение. — Слишком прямолинейная и грубая, это обычно присуще иностранцам.       — Я до тринадцати с мамой колесила по многим странам, — ответила она задумчиво, вспоминая детство и начало пубертата, когда ей пришлось тяжелее всего. — А потом вернулась в Корею к отцу и осталась здесь. Ты тоже не местный? Слишком странный какой-то.       — Я здесь родился, но так получилось, что какое-то время жил в Америке, а потом тоже вернулся на родину, — Бэк пожал плечами, вздохнув. — На работу не опоздаешь? — со странной заботой поинтересовался он.       — У меня сегодня контрольное собеседование в десять. — Девушка помотала головой, ощущая, как начинает нервничать. — Если не возьмут — разнесу к чертям собачьим их систему. Я уже столько времени пытаюсь пробиться туда, а ведь давно бы в любое другое место оторвали бы с руками и ногами.       — Сдалось тебе тогда это место работы…       — Это уже дело принципа. Раз отказали, я ещё могу понять, но когда и в прошлом году не взяли — я была просто в бешенстве, а потом узнала, что моё контрольное задание теперь у них работает в системе.       — А что за компания?       — Донгволл Индастри, — ответила девушка и заметила, как Мун Бэк издал нервный смешок. — Что?       — Я там работаю, — он нахмурил нос с улыбкой на губах. — Туда тяжело попасть.       — Думаешь, я не знаю? Уже третий год пытаюсь, — фыркнула Юна, тяжело выдохнув. — А у тебя какой отдел?       — Разработка и тестирование пуль, — он посмотрел на девушку с любопытством. — А ты куда хочешь устроиться?       — Отдел информационной и кибербезопасностей. У них не самая лучшая система защиты в этом плане, но они продолжают держать у себя стариков и детей высшего начальства, не позволяя проявить себя новичкам. Мои сокурсники давно уехали кто куда из страны, если сейчас не получится — тоже слиняю, — проворчала девушка, всё ещё ощущая раздражение и злобу. — Только поломаю им все программы, чтобы неповадно было.       — Тебя посадят, — тише произнёс мужчина, с очередной долей заботы в голосе. — Если хочешь произвести впечатление на потенциальных начальников — создай угрозу и предоставь от неё защиту. Будь хакером и полицейским одновременно. Этого там сейчас не хватает.       — Никогда не думала в таком ключе, — задумалась Юна, доставая из кармана телефон. — Есть пара идей, конечно, но за два с половиной часа едва ли успею сделать что-то стоящее. — Она на минуту отвлеклась от телефона, взглянув мужчине в глаза. — А если с тобой пересплю, меня туда возьмут?       Её вопрос заставил Мун Бэка удивлённо уставиться на неё.       — Только если хочешь работать в одном отделе со мной, но туда женщин не берут, — он пожал плечами. — Могу, конечно, попробовать…       — Я пошутила. — Она вернулась глазами к телефону, начиная просматривать один сайт за другим. — Ты, конечно, ничего, но спать с первым встречным не в моём духе, — бросила Юна, оставаясь увлечённой в телефоне.       — Удачи, — бросил мужчина, уходя.       — Ага. — Юна даже не подняла своих глаз, чтобы посмотреть ему в спину.       Он обернулся, надеясь, что она всё же хоть на секунду переведёт на него свой взгляд, проявив любопытство, но девушка продолжила сидеть, вцепившись пальцами в телефон. Мун Бэк разочарованно вздохнул, надеясь, что у него ещё есть шанс отыграться и привлечь её внимание.

***

      Юна ссутулилась, виновато поглядывая на мужчину, сидящего рядом с ней в одной машине. Он сел за руль, тяжело вздохнул и снял очки со своего носа. Значит, дело дрянь, и сейчас ей влетит по первое число.       — Я же просил тебя соблюдать субординацию, — выдохнул мужчина, устало потерев пальцами глаза. — Они до сих пор отмывают кухню и восстанавливают заражённые данные. Нельзя было выбрать что-то одно? — Он не повышал голос, но говорил так, словно отчитывал её как маленькую. Уж лучше бы кричал, чем говорил таким тоном.       — Я им сразу предложила решение и пути обхода, но они отказались. — Юна боялась посмотреть в глаза отцу, нервно теребя ногтем замок на своей кофте. — На меня подадут в суд?       — Что? — удивился мужчина, нахмурившись. — Конечно же, нет. И хоть ты моим бывшим коллегам потрепала нервы, я смог урегулировать конфликт. Но чтобы больше такого не было, — он снова вздохнул, надевая очки обратно на нос. — Юна, посмотри на меня.       Девушка смогла поднять на мужчину глаза лишь со второго раза, не опустив их обратно.       — Я найду другое место работы, — она смирилась с тем, что у неё не получилось устроиться в компанию, которую хотела. — Кто первый ответит на резюме, туда и пойду.       — Точно? — Он посмотрел на дочь из-под очков, наклонив голову вниз.       — Обещаю. — Она снова отвела взгляд вниз, ощущая, как предательски начало щипать глаза. Не справилась, снова дала волю своим эмоциям, разозлившись. Теперь ещё и отцу досталось из-за неё. — Пап… Прости, пожалуйста, что из всех твоих детей я единственная подвожу тебя, — она чаще заморгала, вытирая с глаз выступившие слёзы.       — Юна… — Мужчина притянул девушку к себе, сгребая её в мягкие, заботливые объятия. — Я ведь не сержусь на тебя. — От его слов девушка почувствовала, как вина ещё сильнее стала давить на неё, и была уже не в силах сдерживать потоки слёз, ощущая, как они скатываются по щекам. Ему пришлось повторить сказанное. — Серьёзно. Я не сержусь на тебя. Всё в порядке.       — Но твои коллеги… — она всхлипнула, прижимаясь к груди отца, как в детстве.       — Ты неплохо потрепала им нервы, но там давно пора понять, что технологии ушли слишком далеко, и нужно многое менять в их системе. Рано или поздно им бы это донесли, но цена была бы более высокой. И к тому же, когда успокоились, даже посмеялись над всей этой ситуацией. Они остались довольны.       — Правда? — Юна резко изменилась в лице. Вдруг всё напускное раскаяние исчезло. — Они меня взяли?       — Я даже раздеться не успел, мне уже подсунули бумаги, — вдруг улыбнулся отец, заставив девушку от радости закричать. Дочь несколько раз поцеловала его в щеку и крепко обняла. Он ощутил, как его очки немного сползли набок от её покачиваний во время объятий, и в спешке поправил их. — Ты ведь не хотела устраиваться туда через связи, откуда такая радость?       — Да хоть так уже, лишь бы на твоей шее не сидеть, — радостно отозвалась Юна, растянув губы в улыбке. — Купим домой чачжан? Отметим это? А когда могу выйти? Меня ведь не заставят военную форму носить?       — Тише, тише, не балаболь, — рассмеялся мужчина, включая зажигание машины. — Отпразднуем, как официально устроишься, все необходимые документы для оформления в папке на заднем сиденье.       — Да? А чего ты молчал-то? — Девушка протиснулась между передними сиденьями, пытаясь дотянуться руками до папки. И когда почувствовала, как ремень безопасности сковывает её движение, она лишь отодвинула его в сторону и снова попыталась дотянуться до бумаг.       — До дома потерпеть не судьба? — с показным раздражением спросил мужчина, удивляясь, откуда в девушке такое нетерпение и прозорливость.       — Уже нашла. — Она вернулась на место, открывая папку и начиная перебирать в ней стопку бумаг.       — Постарайся только больше не ерничать, — снова вздохнул отец, понимая, как непросто девушке придётся там работать. — Это серьёзная организация. Они шутки шутить не станут, и с первым выговором уволят тебя без раздумий, в лучшем случае.       — Я постараюсь тебя не подвести, — улыбнулась ему Юна, поправляя на себе ремень. — Может, хоть здесь присмотрю кого-нибудь. Среди военных столько было красавчиков сегодня, — поделилась с отцом девушка, прикрывая от удовольствия глаза. — Люблю мужчин в форме.       — У вас с мамой это семейное, — с грустью произнёс отец, укладывая обе руки на руль. Он вдруг изменился в лице, убирая улыбку со своих губ. — Она не звонила тебе?       — Нет, — девушка помотала головой, становясь следом за отцом серьёзной. — Надеюсь, что хоть в день рождения объявится. Ещё два месяца есть, — Юна поджала губы и облокотилась спиной о кресло позади себя.       — Я куплю тебе чачжан, ты всё равно заслужила. — Отец мягко провёл рукой ей по плечу, выдавливая из себя улыбку.       — И кимпаб сделаешь? С тунцом?       — Сделаю, — кивнул мужчина, полностью переводя своё внимание на управление машиной.       Автомобиль тронулся с парковочного места, в спешке покидая его. Сидя в машине неподалёку, Мун Бэк проводил его взглядом, усмехнувшись. Пусть всё пошло не совсем по его плану, но результат всё равно его удовлетворял.

***

      Через несколько дней, получив пропуск и личный код для входа на военную территорию, Юна, дрожа от трепета и нетерпения, торопливо шла к своему рабочему месту, следуя за новым начальником. Она надела единственный из имеющихся у неё костюмов из юбки, пиджака и рубашки, и то по наставлению отца, и чувствовала себя слегка неуверенно, особенно когда встречала на себе любопытные взгляды будущих коллег.       И хоть её глаза постоянно цеплялись за военных в их формах, Юна подметила, что и людей в гражданском, кроме неё, здесь хватало. Мужчин, разумеется, здесь было превышающее большинство, но девушка не могла сдержать улыбку, увидев среди них женщин, да ещё и более старших по званию. Значит, в этой стране ещё не всё потеряно, несмотря на открытый патриархат.       Здание, где теперь работала девушка, напоминало самый обычный офис, где многие были одеты в самую обычную одежду, и лишь изредка здесь сновали люди в своей зелёной форме, выделяясь из общей массы.       На первом этаже находился архив, где документация выдавалась строго по обращению и заранее оформленным документам. Второй отводился программистам и тестировщикам общего назначения, аналитикам. И лишь поднявшись на третий, Юна села за своё рабочее место. «Отдел по разработке программ и защите информации», — девушка несколько раз снова и снова прокрутила название у себя на языке, не веря, что теперь она работает здесь. Хоть и с помощью отца, но сейчас Юна была частью этой системы, маленький винтик, который, если проявит себя, может стать частью куда более важного и нужного механизма.       Первым делом Юна изучила рабочее программное обеспечение и осталась более-менее довольна. Не все они были удобны в использовании и отличались от тех, к которым она привыкла, но хотя бы были обновлены до последних версий. Она потратила несколько часов на изучение, не замечая, как постепенно приблизилось время обеденного перерыва. Девушка бросила мимолётный взгляд на местную клиент-программу, где общались сотрудники компании, отмечая, что она загорелась оранжевым, оповещая о новом сообщении. Открыв её, Юна удивлённо вскинула брови.

Сообщение от пользователя Мун Бэк

Добрый день (smile). Идёшь обедать? Юна, к своему удивлению, улыбнулась. Нашёл её среди других пользователей, не побоялся перепутать с кем-нибудь другим, а ведь её имя вообще могли не успеть внести в общую базу.

Привет, уверен, что пишешь по верному адресу?

Сначала сомневался, а теперь уверен в своей правоте. Так что, идёшь обедать?

Пойду, если объяснишь мне, как здесь всё устроено.

Мне дали кучу документов, сказали разбираться самой.

Хочу хотя бы краткий курс молодого бойца пройти.

(Laught) Конечно. Зайду за тобой?

Не заблудишься?

Нет. Скоро буду.       Заблокировав компьютер, Юна оглядела опустевший офис и, тяжело выдохнув, поднялась с рабочего места, прихватив сумку с личными вещами. Мун Бэк ждал её на первом этаже, оглядываясь постоянно по сторонам, пытаясь отыскать в каждой проходящей женщине Юну. Когда она спускалась по лестнице, мужчина поднял взгляд и заметил среди толпы её, радостно улыбнулся и помахал девушке рукой, словно они были давними приятелями. Его открытость и простота удивляли. Когда Юна подошла к нему, Бэк светился ярче звёзд на ночном небе, и девушка не могла удержать эту шутку у себя на языке.       — Ну хоть не ёлка в Рождество. Эта шутка уже избита. — Он сделал вид, что мимолётно обиделся, но по его взгляду было понятно, что он радовался увидеть Юну прямо сейчас. — Здесь неподалёку столовая. Если не будешь отставать, успеем даже места занять, — он слегка мотнул головой в сторону, начиная вести девушку за собой.       — Смотри, как бы я тебя на красавчика в форме не променяла, — огрызнулась девушка, подмечая, что общество Бэка, на самом деле, ей было бы приятнее суровых военных.       — А я за красавчика не сойду? — От удивления он больше раскрыл глаза, усмехнувшись.       Юна медленно провела взглядом по его телу, отмечая, что в свободной рубашке, застёгнутой на руках до запястий, и широких брюках ей тяжело оценить его фигуру.       — С пивом сойдёт, — она пожала плечами, заметив, как Бэк смутился оттого, как она задержала взгляд на его пояснице, начиная идти чуть погодя от него.       — Перестань, — произнёс он серьёзнее, но всё ещё улыбался, хоть не так сильно, как прежде. — Очень смешно.       Она не смогла сдержать лёгкий смешок, заметив его стеснение, и когда он глянул на неё исподлобья, она лишь чуть громче снова засмеялась.       — Смех — один из инструментов к непринуждённой беседе, — вдруг произнёс Бэк, став как-то слишком резко серьёзным, несмотря на лёгкую улыбку. Его взгляд на мгновение изменился, Юна подумала, что ей показалось, и она не придала этому никакого значения, вскоре позабыв об этом. — Если удастся рассмешить оппонента, то можно подобрать верную дорогу к его сердцу. Ты знаешь, что большинство пар расходятся, потому что у них разное чувство юмора?       — Значит, нам парой точно не быть? — спросила у него девушка, сама не понимая, как вопрос слетел с её губ.       — Мне твои шутки нравятся, хоть они и грубые порой и неуместные. — Он застенчиво посмотрел на неё и поскрёб свой лоб пальцами. — А ты только что посмеялась надо мной, так что не всё потеряно.       — У меня строгий отец, — бросила девушка, ещё не зная, чем обернётся их встреча. — Если ты ему не понравишься — вместе нам не быть.       — То, что многие не могут быть с тем, кого любят, из-за решения родителей, — бич Кореи, от которого отошли во многих странах. И с оружием также. Многие боятся его, но обладать желают почти все, — он вздохнул и поджал губы, задумавшись.       — Ты хотел иметь пистолет под рукой? Поэтому устроился сюда? — это открытие удивило её.       — Я имел в виду не военных, а всë население страны в целом. Хотел бы чувствовать себя в безопасности. А ты разве нет? — спросил он, взглянув на девушку, ожидая, что она ответит, но Юна промолчала.       Столовая, куда привёл её Бэк, ничем не отличалась от тех, что располагались при университетах или торговых центрах. Еда была вкусной и далеко не вся острой. Оплатив и положив себе полный поднос, девушка выбрала одно из свободных мест у окна, ловя на себе заинтересованные взгляды мужчин, которые провожали её до тех пор, пока Юну не догнал Мун Бэк. Он отодвинул перед ней стул, подождал, пока девушка присела, и чуть пододвинул его, чтобы она поудобнее расположилась.       — Если так и дальше будешь делать — скоро поползут слухи. У моего папы здесь куча знакомых. Они донесут ему быстрее, чем ты выйдешь отсюда, — произнесла девушка, попробовав рыбный суп и ощутив, что он острее, чем она думала, скривилась в лице. — И как это есть теперь… Вкусный, но слишком много перца.       — Я могу доесть за тобой, — усмехнулся мужчина, повернув свой поднос на сто восемьдесят градусов. — Обменяю на жареную свинину и манду. Рис не отдам, мне нужны силы.       — Ну и ладно. — Она поставила ему свою порцию супа, забирая часть еды с его подноса, как он и предложил. — Лучше, чем совсем ничего.       Они продолжили трапезу в молчании, не забывая, что время на обед всё-таки ограничено. Юна почти доела, когда Бэк решил заговорить с ней.       — Твой отец давно работает здесь? — поинтересовался он и отпил воды из своего стакана.       — Раньше работал. Сейчас уже на пенсии. Ему пришлось раньше уйти, — девушка тяжело вздохнула, всё ещё тяжело вспоминая те дни, когда он был вынужден уволиться отсюда. — Лучше не надо об этом, это больная тема.       — Я понял, — кивнул мужчина, переложив на поднос Юны оставшиеся пельмени, уткнувшись глазами в свою еду. — В виде компенсации за ненужные темы.       — Перестань так делать, у тебя вид побитого щенка, — раздраженно цокнула она языком. — Я и так перед своей семьёй всю жизнь это чувствую, а теперь ещё и ты.       — У меня нет семьи, — произнёс Мун Бэк и тут же поспешил успокоить её, заметив, как Юна посмотрела на него с сожалением. — Ладно, ладно, всё в порядке, — он улыбнулся, сложив перед собой руки, дожидаясь, пока девушка доест. — Ты мне просто понравилась. Решил привлечь твоё внимание, как умею.       — И не пытайся меня пробить честностью. Я всё равно думаю, что ты маньячина. — Её слова заставили их обоих вдруг тихо засмеяться.       Бэк забрал их посуду и отнёс к мойке, а после проводил девушку обратно к её рабочему зданию. Они коротко, немного неловко попрощались, и Юна ощутила, как впервые за много лет ей легко и спокойно с кем-то разговаривать, не боясь быть собой и не испытывая стыда за произнесённые слова.       Мужчина в этот день больше не писал. Девушка почувствовала, что стала тосковать без разговоров с ним, но не хотела отвлекать от работы и решила не навязываться. И когда на следующий день он пожелал ей доброго утра, она довольно улыбнулась, оттянув ответное приветствие на несколько минут, чтобы он не думал, будто она ждала, что он напишет ей. Бэк предложил сходить куда-нибудь после работы, но, поразмыслив, что пока не готова сближаться с ним ещё больше, Юна солгала, что у неё много работы и вечером есть неотложные дела. Ей нравилась его лёгкость в общении и аккуратная настойчивость, и к тому же он не казался ей пустословом. Она до сих пор пребывала в приятном удивлении, что в день их встречи он купил ей прокладки, и Юна ощутила, как к щекам приливает румянец, стоило лишь представить, как Бэк мог бы блуждать между средств женской гигиены, растерявшись. И всё же странное недоверие проскользнуло внутри неё. Слишком всё начиналось хорошо, чтобы быть правдой.       Она стала испытывать тревогу. И хоть её пробивала приятная дрожь в теле от одного его взгляда или приятного, будоражащего голоса, она стала избегать его. Отказывала в совместном походе на обед или простой прогулке, как только могла, боясь даже в толпе увидеть Мун Бэка. Её прошлые отношения закончились не на самой приятной ноте, и одна мысль о новых тяжело давила на сердце. Почти два месяца, до крайних дней августа, ей удавалось оттягивать любой намек на их встречу, и казалось, что любой другой мужчина должен был уже понять, что она не хотела видеть его, но он всё ещё проявлял редкое, ненастойчивое внимание к девушке, напоминая о себе сообщениями раз в несколько дней. Он даже как-то узнал о её дне рождения, должно быть, нашел в общей базе на локальных сайтах, это, в принципе, не было тайной. Уже завтра она станет чуть взрослее, но цифры в паспорте едва ли делали её по-настоящему серьёзнее. Бэк даже спросил, хочет ли она чего-нибудь, но Юна лишь проигнорировала этот вопрос. Всё было и здесь довольно непросто. Но это завтра. А сегодня вечером она задержалась допоздна, оставшись единственной во всём здании, и лишь возле её стола ещё горел свет. Мун Бэк тоже ещё не уходил, спросив, собирается ли она домой.

Мне нужно закончить работу.

Ещё минут сорок и пойду.

Далеко поставила машину?

У меня нет водительского

Ясно… Подвезти тебя домой?

Если не боишься моего папы.

Сегодня я ночую у него.

Напиши, как пойдешь. Уже темно, я зайду за тобой (flower)       Сначала Юна хотела написать, что у него хватило ума прислать только виртуальные цветы, но сразу же стёрла текст, не отправив его.       «Этот точно пойдёт и купит их даже ночью», — пробурчала она себе под нос, возвращаясь к работе. Сама не ожидая, ровно через сорок минут она поставила этаж на сигнализацию и сдала ключи на пост охраны. На первом этаже Мун Бэка не было. Юна ощутила, как её сердце забилось чаще. Неужели обманул её? Она нахмурилась, выходя из здания, оглядываясь с опаской, когда заметила его у дверей с уставшей и вымученной улыбкой на губах.       — Ты в порядке? — спросила она у него, подойдя к Бэку.       — Просто устал. — Он стал выглядеть счастливее, стоило ей оказаться рядом. Юне хотелось в это верить, или так было на самом деле? — Сейчас много работы, и заказы сыплются один за другим. Приходится оставаться допоздна, чтобы всё успеть. А ведь ещё даже не конец года.       — Понимаю, — кивнула девушка, смотря на мужчину с беспокойством. Даже если он и правда много работал, ему стоило сбавить темп, иначе так и до депрессии недалеко. Стоило ей сказать об этом, как мужчина отмахнулся от её переживаний.       — Я всегда так работаю. Загруженность не позволяет оставаться наедине со своими мыслями, — произнёс он задумчиво, когда они, покинув территорию компании, сели в его машину. — Говори, куда тебя отвезти.       Услышав адрес, Бэк направил автомобиль с парковки, почему-то не заводя беседу первым. А ведь он так любил поговорить с ней. Она чувствовала приятную усталость после работы, понимая, что впереди будет пара дней выходных, среди которых один так удачно совпал с её днём рождения. Она тяжело вздохнула, когда ощутила на своём колене горячую руку Мун Бэка. Это не был жест чего-то извращённого или неправильного. Он заботливо, с беспокойством, провёл большим пальцем по её джинсам, привлекая к себе внимание. Юна видела в его глазах беспокойство, но вместо того, чтобы что-то произнести, положила свою ладонь поверх руки Бэка, ощущая, как по её коже пробежала приятная дрожь. Она почувствовала трепет от прикосновения к нему, сердце забилось немного быстрее.       — Всё в порядке, — устало лишь бросила она, ощутив, как он нежно сжал в ладони её пальцы. Снова эта приятная дрожь. С чего бы вдруг у неё такая реакция? Ей стало любопытно, а что с ней будет, если вообще увидит его без одежды, и от одной мысли внизу её живота заныло. Юна в спешке убрала руку, стараясь не выдавать своего волнения. — Смотри за дорогой, пожалуйста.       — Я могу завтра хотя бы пару минут увидеть тебя? — его голос был немного тревожным. Она направила взгляд в окно, стараясь не смотреть на Бэка, но слышала, как он беспокоится.       — Можешь. У тебя ведь есть мой номер, — она кивнула, прикрыв глаза.       Захотелось подремать, но она не могла себе позволить уснуть в чужой машине, поэтому пришлось открыть глаза и наблюдать за тем, как водит мужчина. И хоть начала проникаться Мун Бэком, она знала его недостаточно, чтобы вот так довериться. Она спросила его об Америке и стала слушать, каково это — жить в другом, далеком мире, о котором она уже успела позабыть. Они проговорили весь путь до конца поездки, и Юна ощутила снова эту лёгкость между ними и возможность поговорить абсолютно на любую тему. Она подумала о том, что они добрались слишком быстро, увлекшись за непринуждённым разговором, когда она увидела на парковке своего папу.       — Тебе не обязательно было встречать меня, — произнесла девушка, обращаясь к нему, выходя из машины.       — Всё равно хотел немного прогуляться, — ответил ей отец, сохраняя серьёзное выражение лица. Высокий, крепкий, короткостриженный, с тонкой оправой на носу, он выглядел солидно, разменяв седьмой десяток, и всё ещё носил рубашки и брюки, выходя из собственного дома.       — Бэк, это мой папа. Ли Мин Хо, — представила Юна своего отца. — А это Мун Бэк. — Она перевела взгляд на своего настойчивого коллегу, когда он вышел из автомобиля следом за ней. — Он тоже работает на Донгволл.       Бэк склонился перед мужчиной в глубоком поклоне, улыбнувшись.       — Приятно познакомиться с вами, сэр, — первым отозвался Бэк, встретившись взглядом с родственником Юны.       — Спасибо, что подвёз, — произнесла Юна, не позволяя Мун Бэку сказать что-то ещё. — До встречи на работе, — добавила она устало, желая уйти и уже отдохнуть как можно скорее, пока не свалилась от изнурения с ног.       — Ты так и не сказала, что тебе подарить на день рождения, — не унимался Бэк, переминаясь с ноги на ногу. — Куплю цветы, если так и не скажешь. Или могу оплатить учёбу на водительские права. Давно пора получить их.       — Я уже несколько лет говорю ей об этом, — вмешался её отец, усмехнувшись. — А она всё противится и не хочет идти учиться.       — Папу нужно слушать, — произнёс Бэк назидательным тоном. — Ты ведь не будешь ни в чём ограничена. А когда семья появится, хочешь мучиться? Детей придётся возить в больницу или в гости к родным. На спине будешь всё тащить?       — Вот-вот, — поддержал Мун Бэка Мин Хо, коротко взмахнув указательным пальцем в его сторону, а позже на дочь. — Мужчина, а дело говорит. Понимает это лучше тебя.       — Отстаньте от меня уже, — устало взбрыкнулась девушка, разозлившись. Она грозно посмотрела сначала на отца: — Вас обоих ещё не спрашивала, что мне делать, не маленькая уже. Я, может, себе богатого мужа найду, который купит мне машину с личным водителем. — А потом перевела взгляд на Мун Бэка. — А ты только посмей с собой веник притащить завтра, я тебе его запихну туда, откуда не достанешь.       Насупившись, она быстрым шагом направилась в здание, ворча себе что-то под нос.       — У неё характер матери. С ней бывает очень непросто. — Мин Хо виновато взглянул на коллегу Юны.       — Да я понял уже, — вздохнул Мун Бэк, провожая девушку взглядом. — Хочу сделать как лучше, а она всё воспринимает в штыки.       — Если хочешь сделать ей приятно — подари кофеварку. Капсульную, она уже давно хочет, но меня предупредила не самым дружелюбным тоном, зная, что я выберу дорогую, чтобы я не тратился. Для неё это будет больше баловство, так что модель можешь посмотреть на свой вкус.       — Правда? Спасибо за идею. — Бэк снова поклонился перед мужчиной, перед тем как уйти, и был удивлён, увидев, как тот протянул ему руку, отвечая на крепкое рукопожатие.       — Хорошей дороги, Мун Бэк, — произнёс отец Юны, бросая на собеседника последний внимательный взгляд перед тем, как пойти следом за дочерью.       Уже поднявшись к себе в квартиру, он нашёл Юну на кухне, прибирающую за ним после ужина. Не найдя сил на уборку, мужчина задремал прямо перед включённым телевизором и чувствовал себя сейчас виновато, что возраст постепенно стал давать о себе знать.       — Ты можешь пробить его по своим связям? — сразу же обратилась к отцу Юна, закончив мыть посуду и натерев столешницу до блеска. — Не только рабочим. По всем, и старым тоже.       — Разумеется, — ответил Мин Хо, присев на стул, беря в руки телефон. — Он выглядит безобидно, но тем подозрительнее. Если что-то узнаю — я сразу же скажу.       — Хорошо, — кивнула девушка, вздохнув. — Завтра выходной, народу везде будет много, и я не хотела бы никуда выходить надолго и далеко.       — Можно заказать еды и посмотреть твои любимые фильмы. Как в прошлом году.       — Мун Бэк может заявиться. Мы обменялись номерами, но общались только на работе, — Юна задумалась, не сразу решаясь говорить дальше. — Как ты думаешь, он нормальный?       — До утра, может, узнаем, — пожал плечами мужчина. — Посмотрим, что скажут связи. А ты иди, отдыхай.       — Доброй ночи. — Она приобняла отца перед тем, как уйти в свою комнату, в которой провела всё своё детство.       — Спи крепко. — Он аккуратно похлопал девушку по запястью, и когда она ушла, вернулся к телефону. — А теперь посмотрим, как далёк от криминала этот Мун Бэк.