Ингредиенты:
1 целая курица (деревенская, сильная, чтобы отдала всю свою силу)
2 моркови (оранжевые, как маяки надежды)
1 крупная луковица (с шелухой, для цвета)
Корень петрушки (несколько кусочков, для основы)
3 зубчика чеснока (целые, не давить, чтобы не горчили)
1 лавровый лист (один, иначе перебьёт всё)
Соль (крупная, морская, по капле слёз)
Вода (холодная, родниковая, много)
Приготовление: Курицу положить в большую кастрюлю, залить холодной водой. Поставить на самый медленный огонь. Снять пену — это уходит вся грязь и боль. Добавить овощи целиком. Не мешать. Пусть бульон томится, а не кипит, 6 часов. Крышку не закрывать плотно, пусть дышит. Он должен выпариться почти наполовину. Процедить через марлю, сложенную втрое, чтобы не осталось и намёка на муть. Остудить, снять жир. Налить в кружку. Заставлять пить через силу, по глотку, каждые полчаса. Бульон должен быть прозрачным, как слёзы, и золотистым, как рассвет, который он обязательно должен снова увидеть.
История:
Тот случай в Министерстве... Они принесли его на одеяле с заклинанием левитации. Он был белее этой страницы. От него пахло магией и смертью. Знахари делали что-то в гостиной, а я стояла на кухне и варила этот бульон. Мои руки дрожали так, что я не могла держать нож. Я бросила в кастрюлю всё целиком, как есть. Я стояла у плиты и смотрела, как поднимаются пузыри, и шептала: «Нет. Нет. Нет». Это было моё заклинание. Я не отходила от плиты всю ночь. А утром принесла ему первую кружку. Он не мог держать её сам. Но он сделал глоток. Потом ещё. И я поняла — он будет жить. Потому что мой бульон и моя любовь оказались сильнее яда Нагайны.
Позднейшее примечание:
Теперь, когда он простужается или слишком устаёт на работе, он сам приходит на кухню и говорит: «Молли, а тот самый бульон?» И я варю. И мы сидим на кухне вдвоём, пьём его из больших кружек. И он больше не белый, а румяный, и смеётся. Но я всегда кладу в бульон чуть больше чеснока. На всякий случай. Потому что знаю — иногда самое сильное зелье не варится в котле. Оно медленно томится в кастрюле на обычной кухне, под присмотром любящего сердца.