Lovely (?) night

Oscar Люди от природы существа нуждающиеся. Дайте лишь раз вкусить сладкий плод, и тогда, то, без чего они спокойно жили раньше, станет потребностью. Так и с победой. Если выигрываешь один раз — наслаждаешься временным приливом адреналина, стоишь в любви публики, скандирующей твоё имя. Улыбка не сползает с лица. Ты счастлив. От проигрыша же появляется ощущение слабости, будто тебя лишили чести и пола под ногами. Ты стоишь, не поднимая голову, потому что страшно встретиться с глазами толпы, полными презрения. Равносильно также боишься слышать свист, но понимаешь, что заслуживаешь. Всё, что является оплошностью, порождает ненависть. Со временем эта привычка корнями врастает в жизнь так глубоко, откуда её уже никогда не вырвать. Жизнь без постоянных побед кажется хуже. Оскар, конечно, уже менее эмоционален в сравнении с временем после гонки, но неприятный осадок того гнетущего чувства, которое не давало ему покоя, все еще не отпускал. 16 марта За окном всё еще не было солнца. Серое хлопковое одеяло, которое он так любил, накрывало его тело, словно защищая от всего мира. Он был в этом месте покоя до тех пор, пока трель электронного будильника, стоявшего на тумбе напротив, не нарушила тишину и его ровное дыхание. 04:30 Не теряя ни минуты, Оскар встал с кровати и нажал на кнопку отключения этого назойливого рутинного звука. Разум отказывался думать о чем-либо, поэтому действия выполнялись на автопилоте. Включив кофейную машину, он ушел в ванную, смывая с себя тоскливое настроение, которое преследует его каждое утро. В квартире была единственная его темно-зеленая кружка, которая была вскоре наполнена черным и горячим кофе. Бодрящий аромат наполнил всю кухню. После нескольких глотков он почувствовал, как возвращается к реальности. Тепло внутри стало источником энергии для предстоящей работы. Его взгляд привычно скользнул по окнам, открывающим вид на море. Оскар питал глубокую привязанность к своему дому и городу, несмотря на редкие визиты. Хотя Монако и считалось "типичным" местом для его круга общения, он ни разу не пожалел о своем решении поселиться здесь. Поняв что отвлекся, он отвел взгляд, подошел к шкафчику, чтобы достать оттуда блокнот. Оскар сел на диван и включил на ноутбуке повтор прошлой гонки. Опять. Он помечал всё: ошибку Эстебана на выходе у третьего поворота, преимущества Макса из-за правильного выбора шин в пит-стопе. Ну и, разумеется, как же он мог пройти мимо Ландо, который каким-то образом смог вновь забраться на первое место. — Неужели ему опять просто повезло? - пробубнил он себе под нос. Он был на первом, в то время как Оскар был на шестом. Несмотря на то, что Макс был прямо на хвосте, Ландо грамотно защищался от него. Смотреть оставалось 3 круга. Оскар внимательно следил за каждым движением болида, изучая его маневр. Но, внезапно, показ сменили сражением Льюиса и Джорджа. Он отбросил ручку, нервно выдыхая, стуча пальцами по столу и отговаривая себя от того, чтобы ударить в дисплей ноутбука. —Гребаные режиссеры. Перемотав до нужного момента, он снова сел за просмотр. Руки прижаты к губам, а взгляд прикован к одному единственному гонщику. Он пересек финишную черту, не дав себя обогнать. Ни одной ошибки, лишь чистое умение управлять своей машиной. Оскар выключил запись. Он все ещё не мог принять свой проигрыш человеку, которого он раньше мог назвать напарником, с которым раньше у них было личное сражение. —Неужели всё так просто? Или проблема во мне? - подумал он про себя. 19:26 За «продуктивным» временем с утра тянутся длинный день, в планах которого было сидеть за игровым креслом, проходя симуляторы всех гонок нынешнего сезона. После очередного виртуального триумфа, он с трудом поднялся. Тело затекло, глаза горели от усталости, а сонливость накатывала волнами. Но голод был сильнее этих недомоганий, ведь за весь день организм не получил от него ничего, кроме горького кофе. С трудом волоча ноги, он двинулся на кухню, и рука инстинктивно потянулась к холодильнику. Внутри стояла недоеденная вчерашняя лазанья, заказанная ночью в надежде на аппетит, который так и не проснулся. Поставив еду греться в микроволновку, он сел за стол и разблокировал телефон. Ему плевать было, нуждался ли в нём кто-то за весь этот день. Сейчас больше всего хотелось лишь дешевого дофамина от просмотров нескольких постов в соц. сетях, даже если он ненавидит это. Иронично, но открыв приложение, первый пост, который ему попался — это видео с Ландо, где он был замечен в клубе с празднованиям своей победы. Оскар закатил глаза, закрыл приложение и саркастично хмыкнул, комментируя очередное "приключение" Норриса. —Да вы издеваетесь. Вытащив уже тёплую еду, он сел и, наконец, принялся к вечерней трапезе. Взгляд уставился в одну точку. Он ел машинально, погруженный в анализ прошедшего дня. Тарелка опустела незаметно для него самого. Взгляд снова устремился к волнам. В груди возникло внезапное, странное, не свойственное ему желание...в любом случае, ему нужно проветриться. Будет ли он обдумывать все еще раз или просто отдохнёт — это не имеет значения. Может на этот раз получится слегка набраться сил? Он покачал головой, словно ругая себя за внезапное желание. Убрав со стола и вымыв посуду, он устроился на диване, вглядываясь в серый потолок, будто искал там ответы на все свои вопросы. 00:46 Ветер, несущий прохладу от волн, ласково касался его кожи, вызывая легкую дрожь и мурашки. Волосы слегка развевались. Оскар стоял у ограждения, смотря, как яркая луна освещала плавно скользящие ночные волны. Все эти три часа он провёл на улице, проходя всё медленными шагами, чтобы почувствовать реальность хоть на какое-то время. Странно, но за все эти месяцы он ни разу не задумывался о своей личной жизни, в которой, тем не менее, все чаще появлялось одно и то же имя. Он не мог перестать думать о нём. Оскар отчаянно пытался изгнать его из своих мыслей, уверяю вас, это было его единственное желание, но, к своему глубочайшему сожалению, тщетно. Как можно забыть, когда после поражения он смотрел на тебя так? Этот взгляд был одновременно дразнящим и ледяным, но в то же время в нём таилось что-то знакомое, согревающее душу, напоминающее о временах до всех этих событий. Оскар невероятно скучал по их дружбе, но он лучше проиграет все гонки сезона, чем признается в этом себе. —Как же хочется иногда взять и вывалить ему все в лицо. Рассказать ему, про то, как сильно я его ненавижу, про то, какой хреновый из него напарник, как его присутствие раздражает меня, особенно, когда он улыбается этой искренней улыбкой другим, в то время как я ни дня спокойно провести не могу не думая о чемпионстве, которое разрушило наши взаимоотношения, – эти мысли звучали слишком громко, среди такой тихой, но в то же время тревожной, ночи. Обратную дорогу он старался идти быстрее, лишь бы забыть обо всем, что он только что подумал, чтобы оставить это в морских волнах и снова сосредоточиться на гонках. Врать самому себе он не стал, прогулка хотя-бы немного, но помогла. Его ночная безмятежность была прервана уведомлениями. Едва взгляд коснулся экрана, как ноги приросли к земле. Невероятное совпадение – это был он. Тот, кого Оскар считал виновником всех бедствий на планете, удостоил своим вниманием. Руки затряслись, словно от холода, мурашки заплясали под кожей. Весь мир вокруг замер, а время, казалось, остановилось. Голосовое сообщение длиною в 3 минуты. «—Знаешь…ты такой мудак иногда, типа...– тяжелые вздохи по ту сторону экрана и уставший голос были до боли родными. Он сделал долгую паузу, затем продолжил: —Ты делаешь вид, что ты сам по себе...Всегда хладнокровный, сдержанный, ну весь из себя крутой короче, но ты ни-фи-га таким не являешься, – он издал смех, наполненный горечью, – ты, мудак, просто бросил меня. Я совершенно не представляю, в чём моя вина. Честное слово, до сих пор не могу понять, что я сделал не так, – он вновь прервал свою речь, словно собираясь с мыслями, –знаешь, иногда я просто ненавижу наши встречи, потому что твое поведение стало невыносимым. Да, я реально тебя не узнаю, Оск. Ты бы знал, как я скучаю по тебе. Очень. А я тебе будто безразличен…обидно, знаешь ли, – с той стороны опять замолчали. Послышался скрип кровати, – ладно, сорян, что так поздно. Я тут немножко уснуть не смог, а тут твой номер выскочил. Даже задумываться не буду, как это вообще произошло. Короче..я дерьмище, признаю, хотя ты как будто и не лучше. Сладких тебе снов.» Оскар застыл, словно парализованный, не в силах ни ответить, ни даже осознать происходящее. Это было явно не то, чего он ожидал. Ландо, словно по наитию, ударил в самую уязвимую точку. В груди заколотилось сердце, пробуждая старую, почти забытую боль. — Оскар, он пьян, не слушай его. Ты же знаешь, какой бред он иногда несёт, – Он разрывался между тем, что подсказывал ему разум, и тем, чего требовало сердце. Он глубоко вдохнул и ненадолго задержал дыхание, пытаясь успокоить дрожь в заледеневших руках, прежде чем убрать телефон в карман. Лёгкое покраснение глаз выдавало пережитое. Он прикрыл их, оставляя всё в себе: сияние лунного света после расслабляющей прогулки и влагу тяжёлых слез, следствием которых являлся он. Придя домой, у него не хватило сил делать что-либо, кроме того как лежать и пялиться в серый потолок, опять выпрашивая у него ответы. На этот раз даже уютный дом не спасал от внешних проблем, да и от внутренних тоже. В голове не всплывало ни одного чёткого действия или решения. Страх, боль и полная неопределенность его будущего окутали его, как густой, удушающий туман. 17 марта. Сегодня утро отличалось. Проснувшись рано, Оскар отказывался вставать с кровати. Он не хотел ничего. Ни кофе, ни спорта, ни, видимо, сегодняшнего дня. Тело было неподвижно, а мозг и сердце парализованы большим количеством боли. Разблокировав телефон, первое, что он увидел — оставленное в тишине голосовое сообщение. Он быстро закрыл вкладку и снова заблокировал телефон. —Ты не можешь вечно его избегать, — прозвучал голос в голове. Вздохнув, он всё-таки решился открыть чат. Он хотел ответить, но даже не знал с чего начать, да и он знал, что его собеседник проснется не скоро, поэтому не спешил с этим. Каждый час он мониторил его активность. Все ещё «не в сети». Наверстывая своё вчерашнее упущенное время, он просидел в симуляторе 4 часа, до тех пор, пока не настало время снова заходить в их чат. «В сети.» Симулятор на паузе, а пальцы, дрожа от напряжения, набрали сообщение, которое казалось безобидным, совершенно не отражая бушующие в душе эмоции. —«И тебе доброе утро»