Пари Блэк

Дым от дешёвой маггловской сигареты Сириуса закручивался сизвыми кольцами под потолком гриффиндорской гостиной. Беллатриса Блэк наблюдала за этим с отвращением, брезгливо сморщив идеально прямой нос. Всё в этом месте — от поношенных гобеленов до развязного поведения её обитателей — било по её вкусу и самолюбию. — Сто галеонов. Фраза прозвучала так неожиданно, что Беллатриса на мгновение оторвалась от созерцания безвкусицы и перевела взгляд на кузена. Тот сидел, развалившись в кресле, с наглой ухмылкой на лице. — Прости, что? — голос Беллатрисы был острее и холоднее лезвия ножа. — Белла, давай спор. Сто галеонов, что ты не сможешь её соблазнить. — Сириус лениво указал подбородком в сторону окна, выходящего в коридор. Мимо, неся стопку книг, прошла Гермиона Грейнджер. Гнев, стремительный и обжигающий, вспыхнул в груди Беллатрисы. — Ты окончательно спятил? Эта… грязнокровка? Эта выскочка с волосами как гнездо гиппогрифа? — Именно она, — Сириус усмехнулся ещё шире, видя её реакцию. — Королева Слизерина против первой умницы Гриффиндора. Ты же всё твердишь о превосходстве чистой крови, но даже твои подружки шепчутся, что на её месте хотели бы иметь хоть половину её мозгов. Так кто же ты на самом деле? Надменная аристократка, которая боится проиграть магглорождённой? Или… — он наклонился вперёд, и в его глазах вспыхнул азарт, — …ты достаточно сильна, чтобы доказать, что даже лучшая из них не устоит перед тобой? Это был мастерский удар. Он бил точно в больное место её гордыни. Отказаться — значит признать, что какая-то Грейнджер представляет для неё угрозу, что она её боится. Согласиться — унизительно. Но… мысль о том, чтобы сломить эту зазнавшуюся всезнайку, заставить её униженно вздыхать у своих ног, показалась ей на удивление… сладкой. Холодная, опасная улыбка тронула её губы. — Хорошо, кузен. Но правила устанавливаю я. Я не просто её соблазню. Я заставлю эту зубрилку влюбиться в меня так, что она будет умолять о поцелуе. И когда пари будет выиграно… я разобью её сердце. Публично. У тебя на глазах. В глазах Сириуса мелькнуло нечто, похожее на уважение, смешанное с лёгким ужасом. Он видел, что она не шутит. — По рукам, Белла. *** Сто галеонов. Сто проклятых галеонов и её собственное самолюбие, поставленное на кон. Прежде чем действовать, Беллатриса решила изучить противника. Она следила за Гермионой неделю. И то, что она увидела, решительно не совпадало с образом зануды-зубрилы. Да, Грейнджер днями напролёт пропадала в библиотеке. Но Беллатриса также видела, как она на тренировочном поле гоняла Когтевранский факультет, пока Поттер судил матч. И летала она... чертовски хорошо. Стремительно и безрассудно, с сосредоточенным и ожесточённым выражением лица, которого Беллатриса никогда у неё не видела. Она видела, как Грейнджер смеётся в коридоре с Пэнси Паркинсон. Пэнси! Слизеринкой, которую Беллатриса считала довольно ограниченной. Они о чем-то то болтали, и Пэнси что-то со смехом говорила, а Грейнджер улыбалась в ответ — не той натянутой улыбкой, что она дарила профессорам, а настоящей, живой. Любопытство пересилило отвращение. Беллатриса подкараулила Пэнси позже в гостиной Слизерина. — Паркинсон. Ты, кажется, общаешься с Грейнджер ? — спросила она, стараясь звучать просто констатирующе. Пэнси подняла на неё удивлённый взгляд. — Ну, иногда. Мы пересекаемся на дополнительных занятиях по зельеварению и квиддиче. А что? — Ничего. Просто интересно. Она что, пытается втереться в доверие к Слизерину? Пэнси фыркнула. — О нет. С ней всё куда проще. Если ты не ведёшь себя как зазнавшийся мудак, она вполне нормальна. Умная, конечно, до чёртиков, но не заносится. — Пэнси вдруг хихикнула и подмигнула Беллатрисе. — А что, Блэк, влюбилась? Не думала, что она в твоём вкусе. Беллатриса скривила губы в подобие улыбки, выдавливая из себя лёгкий смешок. — Влюбиться? Пожалуйста. Мне просто нужно было понять, с кем имею дело. — Ну, имеешь дело с тем, кто в сто раз умнее большинства болванов в этом замке, — пожала плечами Пэнси. — Неплохая девчонка, если забыть, что она гриффиндорка и грязнокровка. Неплохая девчонка. Слова Пэнси засели в мозгу, как заноза. Это усложняло картину. Грейнджер была не просто книжным червём. Она была... многогранной. И чтобы её соблазнить, нужно было играть не на её уме, а на чём-то другом. Лесть. Она была уверена, что это сработает. План созрел в голове Беллатрисы быстро и казался безупречным. Её слабостью, очевидно, было чудовищное интеллектуальное тщеславие. Нужно было просто подойти и признать её гением . Лёгкая лесть, несколько точных комплиментов — и эта зазнайка растает. Беллатриса подкараулила её в библиотеке на следующий же день, выбрав момент, когда Гермиона осталась одна, углубившись в книгу. — Потрясающе, — произнесла Беллатриса, стараясь сделать голос нейтральным, почти уважительным. Гермиона вздрогнула и резко подняла голову. Увидев Беллатрису, её лицо тут же окаменело. — Блэк? Что тебе нужно? — Просто констатирую факт. Большинство учеников нашего года с трудом справляются с домашним заданием. А ты уже штурмуешь труды Элдриджа Ворчуна. Вынуждена признать, это впечатляет. — Признай и уйди, — холодно парировала Гермиона, возвращаясь к книге. — Мне не нужны комплименты . Первый удар пришёлся точно в цель. Беллатриса почувствовала, как по щекам разливается краска гнева, но сдержалась. — Я говорю о твоём уме, грязн-Грейнджер. — А я говорю о том, что ты и твои взгляды мне отвратительны, — Гермиона закрыла книгу с громким стуком и встала, глядя на Беллатрису в упор. — И лицемерная лесть от их главной сторонницы — тем более. Отстань от меня, Блэк. Мне не до тебя. С этими словами она резко развернулась и ушла, оставив Беллатрису стоять в полном одиночестве меж тихих стеллажей. Ярость, унижение и острое разочарование ударили в голову, словно крепкий огненный виски. Лесть не сработала. Эта… эта грязнокровка осмелилась её так унизить! Она, Беллатриса Блэк, была отброшена как надоедливая муха. Её пальцы впились в складки мантии. Хорошо. Очень хорошо. Если лёгкие пути не работают, она найдёт другой. Более изощрённый. Более её собственный. Просто льстить было глупо. Нужно было задеть её за живое — но за что. Нужно было вступить с ней в бой.