Phantom Stardust

Глава 2: Девочка из большого города в маленьком мире одиночества.

10.04.2017 - Воскресенье Высоко над улицами Токио располагался мир пентхаусов. Роскошно обставленные и дорогие апартаменты служили пристанищем для невероятно богатых. За соответствующую цену уголок небоскребов и городских видов был доступен двадцать четыре часа, семь дней в неделю. Многие из них служили временным убежищем, пока дорога не звала их в другое место. Спортсмены и знаменитости уютно устраивались между выступлениями, в то время как предприниматели и политики развлекали гостей и заводили дешёвые интрижки. Как и большинство вещей, пентхаусы были всего лишь средством для достижения цели. Но для одной юной девушки её апартаменты были самым близким подобием дома, которое она когда-либо знала. Просторная комната, где она спала, была застелена бордовым ковром, в ней стояла двуспальная кровать, а стены украшали постеры известных дизайнеров. Справа от кровати стоял её рабочий стол с великолепным видом на небоскребы. Идеально обрамлённый окнами, особенно на закате. У противоположной стены стоял шкаф из красного дерева, на котором красовались различные фотографии её родителей и ещё одной девушки в свитере и с чёрными волосами, убранными в хвост. Однако её самым ценным владением была гардеробная комната, заставленная от стены до стены разнообразными нарядами. Каждая вещь, от верха до низа, была организована внутри по брендам, цветам, типам и любым другим категориям, которые её фэшн-ум мог выделить. Особенность, перенятая у родителей - острое чувство эстетики в мире моды. Именно этот талант был причиной того, что её родители были так состоятельны и известны. Он же был и причиной, по которой она редко их видела. Юная девушка откинулась на кровать, и золотые водопады её светлых волос разлились по подушке. Она с нетерпением прижала телефон к уху, ожидая, когда закончатся гудки, и она услышит голос любимого отца. - Привет, дорогая! - раздался мужской голос. Глаза девушки заблестели от звука его дружелюбного и приветливого тона. - Привет, папочка! - сказала она с ослепительной улыбкой. На заднем плане раздался еле слышный женский голос, на который её отец откликнулся. - Привет, Анн! - сказала её мама, телефон перешел от одного родителя к другому. - Мы так по тебе соскучились! - Как поживает наша маленькая девочка? - осторожно спросил отец. Энн прикрыла рукой свой смех. Несмотря на то, что ей было шестнадцать, она не могла не испытывать огромной радости от того, что родители лелеют её, как ребёнка. Это заставляло её чувствоваться себя менее одинокой. - У меня всё хорошо, пап. Вы с мамой хорошо проводите время за границей? - Анн следила за конкурсами красоты, показами мод, которыми они делились в социальных сетях. Её родители были творческими визионерами и могли создавать и продвигать новейшие тенденции моды, словно это был божий дар. Анн в некоторой степени унаследовала их тонкий глаз к деталям. Она ни в коем случае не была художником, но она могла подобрать аксессуары и создавать привлекательный образ почти из ничего. Они одаривали её заботой и задавали типичные вопросы: об её оценках, подработке в качестве модели, о том, как обстоят дела в доме, как домработницы, и о её лучшей подруге Шихо. И, как обычно, она сообщила им, что всё хорошо. Всё было хорошо. - Не могу дождаться, когда мы снова увидимся, - сияя, сказала Анн, накручивая прядь своих светлых волос на палец, - Это лучший рождественский подарок, о котором я только могла мечтать! - Она ожидала какого-то взаимного восторженного ответа, каких-то радостных слов о возвращении в Токио. Её мама всегда придумывала какие-то праздничные планы на каникулы, вроде марафона их любимых рождественских фильмов, пока папа готовил и индейку, и окорок. Но задержка с их стороны говорила о том, что что-то не так, и улыбка на её лице начала угасать. - Ох, дорогая... - начала её мама, звуча очень подавленно. Анн знала, что последует дальше, и почувствовала, как у неё ёкнуло в груди. - Ты же знаешь, мы хотим этого больше всего на свете, но твоего отца и меня поставили во главе зимнего показа мод для декабрьской линейки. - Анн прикусила нижнюю губу и постаралась, чтобы её печальный вздох был тихим, выпустив его через нос, чтобы не выдать своё разочарование. - Поверь мне, дорогая, - сказал её отец. - Если бы мы могли отменить, мы бы это сделали. Но мы связаны контрактом. Надо было читать мелкий шрифт... - Она услышала, как он раздражённо бурчит себе под нос, отдаляясь от телефона. - Твой отец весь день сегодня корит себя из-за этого, дорогая. Он был так расстроен, что упустил этот момент. - Старый дурак, - укорял он себя. Сердце Энн упало глубоко в матрас, на котором она лежала. Она сглотнула подавляя сердечную боль и разочарование, чтобы сохранить веселый настрой. Хуже всего было бы расстроить их своим собственным расстройством.. - Всё в порядке! - выдавила она весёлым голосом. - Я-я понимаю. Не могу дождаться, когда увижу вашу новую линейку. - Не надо лгать, дорогая, - заявил её отец. - Если ты расстроилась, я понимаю. У тебя есть на это полное право. - Нет, всё хорошо! - повторила Энн. - Правда! - Она знала, что её папа очень эмоционально воспринимает всё, что касалось её. Если бы он заподозрил хоть на секунду, что разбил сердце своей маленькой девочки, он был бы совершенно разбит. И блондинка не хотела такого груза для своей совести. - Я рада, что вы усердно работаете. Как думаете, может, я смогу тогда приехать? - Мы бы с радостью тебя увидели, дорогая, но мы будем заняты всё время из-за показа. Но помяни моё слово, мы будем дома на Новый год. Твой отец лично проследил за этим. - Голубые глаза Энн загорелись от возбуждения. Казалось, она всё же получит то, что хотела, хоть и в несколько изменённом виде. - Они пытались уговорить нас продлить показ, но я сказал им «ни за что!» Моя маленькая девочка ждёт нас дома. - У нас будет целых две недели вместе, дорогая. Мы приготовим все твои любимые блюда, сходим за покупками и сделаем всё, что ты захочешь. - Так что начинай составлять список! Настроение блондинки немного поднялось, и её ум тут же начал лихорадочно перебирать все вещи, которые они смогут сделать вместе. Воодушевившись она общалась с родителями и купалась в тепле их заботы. Но всему рано или поздно приходит конец, и её родители нехотя отправились работать дальше. Анн изо всех сил постаралась попрощаться как можно бодрее, прежде чем ей пришлось остаться в одиночестве в тишине своей комнаты. Несмотря на то, что она обожала их разговоры, они всегда заканчивались одинаково: й приходилось мириться с одиночеством, которое оставляло после себя их отсутствие. Анн свернулась калачиком и положила уставшую голову на колени, позволив тяжести в груди вырваться в виде долгого, полного досады вздоха. - Анн, дорогая. Ты голодна? - Её домработница, Баба заглянула в комнату, тихо открыв дверь. Это была полная женщина с короткими волосами и круглым добрым лицом. Старый друг семьи, появившийся ещё до рождения Анн и даже до замужества её матери. С детства Анн ласково называла её Наной. - Не очень... - Улыбка Бабы померкла, и женщина присела на кровать рядом с блондинкой. Она помогала растить Анн и знала её как свои пять пальцев. Что ей нравится, что не нравится, странности и модели поведения. - Снова чувствуешь себя одинокой? - Анн лишь вяло кивнула, из-за чего Баба прижала её к себе. - О, я понимаю. Я тоже по ним скучаю. Но они приедут, чтобы провести с нами Рождество, и мы все вместе устроим большой ужин. - Они не приедут. До Нового года. - Когда Анн объяснила ситуацию Бабе, пожилая опекунша лишь кивнула и крепче её обняла. Она скучала по ним так же сильно, как и Анн. Её мать была для неё как сестра. Но она не могла представить, что чувствует этот ребёнок, оставаясь без родителей большую часть года. - Я очень по ним скучаю, Нана. Я бы хотела, чтобы они взяли меня с собой. - Ты же знаешь, они не могут этого сделать, дорогая, - сказала Баба. - Для развития ребёнка нехорошо постоянно переезжать. Тебе нужно оставаться где-то, где ты сможешь получить нормальное образование и завести друзей. Возможно, это не идеально, но это твой дом. Когда ты закончишь школу, ты сможешь путешествовать с ними сколько захочешь. - Я знаю... - со вздохом согласилась Анн. Её родители говорили ей то же самое, но так было не всегда. Много лет они путешествовали вместе без постоянного дома. Лишь короткие остановки в Финляндии и других странах. Столько экзотических мест и приключений с родителями, но это не та жизнь, которую нужна ребёнку. У неё почти не было друзей из-за постоянных переездов. Анн нужен был дом, и поэтому её родители решили осесть в Токио, где у неё может быть место, к которому она действительно сможет привязаться. Тут она могла бы стабильно учится и завести друзей. Баба, да и она сама себе говорила ей это не один раз. Но от этого одиночество не становилось легче. - Помни, что я тебе говорила, - сказала Баба, уходя за расчёской. Анн нравилось, когда расчесывали её длинными волосы, даже если это её смущало. Домработница села позади неё и принялась за работу. Баба двигала расчёской мягко и уверенно, как научилась делать когда Анн еще была совсем маленькой. - Мы должны ценить что имеем. Даже когда мы хотим большего, всегда важно смотреть на вещи с позитивной стороны и ценить эти маленькие радости. Её родители и Баба были очень позитивными людьми с установкой на успех. Частично это делало их такими успешными в том, чем они занимались. Анн всю жизнь восхищалась этой позитивностью и изо всех сил старалась держаться за неё. Быть уверенной в своих способностях, смотреть на светлую сторону и не позволять другим влиять на её самомнение. Именно поэтому они так дружили с Шихо. Шихо не была такой же уверенной в себе и энергичной, как Анн, но в ней был та же позитивность. Это было то, за что обе они цеплялись в трудные времена. А времена в последнее время, становились все труднее. - Подумай, как нам повезло, что нам не приходится выживать. Не всем так везёт в жизни, как нам, где не приходится беспокоиться о деньгах. - Баба часто подшучивала над её матерью, что та балует Анн таким количеством одежды и дорогих подарков, но Анн всегда была благодарным человеком. Не просила многого, разве что изредка какую-нибудь сладость, модный аксессуар или видеоигру. - Цени то, какая у тебя замечательная подруга. Вы с Шихо напоминаете мне меня и твою маму, когда мы были детьми. И Шуджин. О, как бы я хотела в своё время учиться в такой престижной академии, как Шуджин. Такой шикарный кампус, да и преподаватели отличные. Не в каждом заведении Олимпийский чемпион учит молодёжь. - Анн почувствовала, как её глаз дёрнулся от блаженного неведения её домработницы. - Да... Шуджин... потрясающий... - Её родители были очень щепетильны в выборе школы для своей единственной дочери. Это должно было быть место, где она будет в безопасности и многому научится. Никакая обычная школа не подходила. Поначалу в Шуджине всё было не так плохо. Довольно известная школа, впечатляющий дизайн, и именно там она встретила свою лучшую подругу Шихо. Но ни Баба, ни её родители не знали, насколько всё изменилось за последние пару месяцев в Шуджине. И она не могла им рассказать. Никто бы не поверил, а те, кто знал, предпочитали помалкивать. Включая её саму. Рассказать было некому. Как бы она ни хотела рассказать родителям или домработнице, она не выносила и мысли от того как огорчит их этой новостью. Сообщить им о том как она там страдала, разобьёт их сердца. Возможно, они даже заберут её из школы. Как бы она ни ненавидела Шуджин, жизнь без Шихо её уничтожит. Она была её единственной подругой и единственным человеком, который относился к ней с уважением. Всё, что ей оставалось сейчас, - это улыбаться и делать вид, что всё хорошо. Всё было хорошо.

**********

11.04.2017 - Понедельник Облака плыли над токийским небосклоном, словно преследуя Анн по дороге в школу. Унылое понедельничное утро как нельзя лучше отражало её нежелание идти в Шуджин. Уже пару месяцев каждый день был похож на предыдущий, и лишь Шихо была единственным светлым пятном. Всё остальное это беспричинные слухи и домогательства. Блондинка изо всех сил старалась не позволять этому истощать себя, а Шихо никогда не обращала на них никакого внимания. Но с каждым днём, этого непрекращающегося цикла, становилось всё сложнее. - Эй, Такамаки-сан… - окликнул её мужской голос, когда она завернула за угол. Анн закатила глаза, направляясь по узкой жилой улочке, на виду у двух парней из Шуджина, что сидели на ступеньках. По похотливому тону, который она уловила, блондинка точно знала, что её ждёт. Она привыкла быть белой вороной, всё-таки она иностранка. На четверть американка, светлые волосы, голубые глаза. Она полностью приняла это, что и подтолкнуло её носить красные леггинсы как часть школьной формы. Она была другой, и её это не волновало. Но её не прельщало неподобающее внимание озабоченных парней и взрослых мужчин. Парни из Шуджина небрежно развалились на ступеньках, с ухмылкой оглядывая её с ног до головы. К счастью, они были не из её класса. Всего лишь очередная парочка возбуждённых пацанов, жаждущих залезть к ней под юбку. Один был худым и щеголял с длинными, сальными волосами. Другой же полным, с аккуратно подстриженными короткими волосами. - Рано же мы собрались в школу, а? - спросил тощий парень, невинным голосом. - Встречаешься с кем-то? - Даже не представляю с кем, - лукаво провозгласил полный парень, вызвав довольный смешок у своего приятеля. Анн поджала губы и просто пошла дальше. Она не доставит им удовольствия ответом. - Почему бы не провести его с нами, Такамаки? - продолжил тощий парень. - Уверен, мы втроём могли бы неплохо повеселиться перед школой. - Отвалите, - сказала Анн, повернувшись к ним, уперев руки в бока. Её первоначальный план был для неё сейчас непосильным. Унылая погода и полное презрение к надвигающемуся школьному дню не оставили ей возможности терпеть их треп. Парни же, напротив, были весьма позабавлены её вспыльчивостью. - У-у, какая мы разговорчивые сегодня? - поглумился худой парень. - Ну, у меня кое-что есть, что может занять твой ротик… - С ухмылкой он потянулся вниз и сжал свою промежность и энергично подергал, через клетчатые штаны. Его приятель заржал. Анн тяжело вздохнула и снова закатила глаза. - Похоже, у тебя трудности с поисками там внизу, - невозмутимо констатировала она. Тощий парень моргнул от удивления, немедленно прекратив. Его полный знакомый держался за живот, ржа во всю над своим другом. Пока тот заикался в поисках ответа, Анн развернулась и пошла дальше. Она ожидала, что это будет момент дня. - А, пофиг, тупая шлюха! - крикнул ей вслед парень. Он махнул своему упитанному другу и пошёл в противоположном направлении по переулку. - Что это с ней такое? - Кто знает? - ответил толстяк. - Стервы иногда сходят с ума. Может, Камошида давно её не трахал, вот она и нервная. - Возможно. Эй, если он не хочет, то я готов. - Поосторожней, чувак. Ты же знаешь, лучше не лезть на территорию Камошиды. - Анн быстро натянула капюшон на голову и ускорила шаг. Светлые хвосты были заткнуты внутрь, согревая в это довольно прохладное утро. Под капюшоном она позволила себе ясно скорчить гримасу отвращения при упоминании этого имени. Сугуру Камошида. Звезда Академии Шуджин. Олимпийский чемпион по волейболу и тренер школьной команды. Харизматичный, любим как учениками, так и преподавателями, а так же ярый, лживый извращенец. Никто не знал Камошиду так, как Анн. Несколько месяцев назад он взял её на прицел. Сначала его комментарии были достаточно безобидными, просто невинные комплименты о её внешности. Это заставляло её чувствовать, что она потихоньку вписывается. Но позже его тон стал меняться, особенно, когда они оставались наедине. Его слова становились более флиртующими и настойчивыми. Он даже позволял себе игриво касаться её тела, иногда даже шлёпая по заднице, когда они были одни. Блондинка никогда не доверяла олимпийскому чемпиону так, как остальная школа. Печально известная история с Рюджи Сакамото и командой по легкой атлетике всегда вызывала у неё сомнения. Как и распускаемые слухи, порочившие его, но и сама она не понаслышке знала, что такое сплетни. Вскоре после того, как Камошида выбрал её объектом своих ухаживаний, среди учеников поползли слухи об их отношениях. Вскоре они переросли в презрительных обсуждений её якобы "распутности". Что они с Камошидой не только пара, но и уже успели хорошо «изучить друг друга». Что она уже спала с ним и с другими парнями. Ничто из этого не было даже отдалённо похоже на правду. У Анн никогда не было парня, и она ни с кем не занималась интимной близостью. Но это не остановило слухи, которые делали своё черное дело. Парни и девушки стали говорить за её спиной, награждая её типичными оскорблениями вроде «шлюха» и «потаскуха». И, несмотря на ложность слухов и ярлыков, откровенное пренебрежение её мнением и готовность принять все эти истории без вопросов - ранило. Когда Энн вышла из уединённой тропинки обратно на большую открытую улицу, она почувствовала, как по ткани её капюшона забарабанили редкие капли. Она протянула руку и наблюдала, как на ладони образуются первые дождевые капли. - Серьёзно? - тихо задала вопрос она сама себе. Из всех способов, как этот день мог стать еще отвратней, дождь был вишенкой на торте. Не то чтобы она не любила дождь. Вовсе нет. Она просто не любила попадать под дождь. Пока что он был не слишком сильным. Но у неё не было ни малейшего желания тащиться под ним. Как, впрочем, и у остальных: она видела, как несколько студентов Шуджина поспешно ускоряли шаг. Две девушки жались под одним зонтом, а парень шёл сзади ему, к несчастью, места под зонтом не хватило, и он вынужден был прикрываться портфелем. - Отстой! Я же сегодня специально вышла пораньше! Это просто гадство! - две девушки ворчали между собой и двинулись дальше. Анн была благодарна, что они её не заметили. С вздохом Энн подошла ко входу в магазин модной одежды. Красный навес над дверью и окнами мог послужить неплохим укрытием от дождя, пока тот не стихнет. Кто-то, похоже, додумался до того же. Парень в тёмной одежде. Блондинка не обратила на него особого внимания. Она лишь мысленно приготовилась к неизбежным комментариям о ее сексуальности и стала небрежно стряхивать остатки капель с худи. Та, к счастью, не промокла, несмотря на моросящий дождь. Она обожала свою худи. Она была такой уютной и удобной, как будто обнимала её тело. Хотя волосы, собранные под капюшоном, создавали такую жару, что ей становилось душно. Поэтому Блондинка сняла капюшон, и пышные хвосты водопадом упали на её плечи. Анн окинула взглядом дождливую улицу, опустевшую из-за того, что люди не желали начинать день с того чтобы промокнуть до нитки. Безмятежность, вызванная неподвижностью и тишиной улицы, была довольно умиротворяющей. Так Анн и стояла, наблюдая за дождём из своего маленького убежища под навесом. Отсюда она снова могла наслаждаться дождем и той тишиной и безмятежностью, которые он, казалось, приносил с собой, опускаясь и касаясь пейзажа. По крайней мере, до тех пор, пока ей снова не придётся пойти дальше. Но времени было ещё достаточно, и она определённо не спешила двигаться дальше. Что может быть лучше, чем просто стоять и наблюдать за миром, чтобы скоротать время? Оставшись в тишине и наедине с собой, Анн задумалась о себе и о том, как сложится день. Скучная учёба, новые похабные крики, сплетни, домогательства Камошиды. Всё это должно было закончиться приятным вечером с Шихо, прежде чем вернуться домой и начать всё заново. День за днём, одна и та же череда событий. Но если она сможет продержаться, всё будет хорошо, правда? Оставаться позитивной. Так говорила ей семья. Хотя она не была уверена, что они имели в виду именно это, когда учили её смотреть на позитивную сторону вещей. Неведение - действительно блаженство. И пока девушка размышляла про себя о том, во что превратилась её жизнь, она с удивлением поняла, насколько тихим был парень рядом с ней. Никаких ехидных или похотливых комментариев о её личной жизни или теле. Редкий подарок - встретить кого-то, кто хоть раз не лез не в свое дело. Периферийным зрением ее голубые глаза поймали его взгляд, и ее чувство признательности начало угасать. «Ещё один возбуждённый подросток, раздевающий её глазами» - предположила она. Её шея горела от одной этой мысли. Вот и доверяй людям. Она сохранила самообладание и ведомая любопытством повернулась к нему. Но то, что она увидела, было неожиданным Он был молод, примерно её возраста. Растрепанные волосы, цвета вороного крыла. "Идеально растрепанные", уточнило её чувство эстетики и стиля. Его серебристые глаза блестели по краям, встретившись с ее бездонными голубыми озерами. Всё это дополнялось очками, обрамлявшими его мягкое бисёнэн-лицо. Она определенно не узнала в нем кого-то из школы, несмотря на то, что на нем была форма Шуджина. Хотя он казался тем типом, который естественно сливается с толпой. Чего бы она ни отдала, чтобы оказаться на его месте. Парень ничего не сказал, пока они продолжали смотреть друг на друга. Просто молчал и смотрел. В нем не было ничего явно злобного или непристойного. Но она на собственном опыте усвоила, что внешность бывает обманчива. Под этой оболочкой мог скрываться еще один Камошида, ждущий своего часа, чтобы нанести удар. И все же маленькая часть ее отчаянно цеплялась за веру в то, что существует хотя бы один другой заслуживающий доверия человек. Вопреки голосу разума, она подарила ему мягкую улыбку. Так она могла сказать, что начала день с чего-то позитивного. Её внимание снова вернулось к пустой улице. Эта тишина под мелким дождём оказалась долгожданной передышкой. Никто не называл её шлюхой или потаскухой за то, чего она не делала, никакие развратные старики не пытались к ней приставать или ее облапать. Она могла просто сидеть здесь и наслаждаться тишиной, даже несмотря на то, что на нее пялился незнакомец. Она привыкла, что ее постоянно разглядывают с ног до головы, правда, обычно это сопровождалось наличие камеры и зарплатой. Будь на его месте кто-то другой, она бы его отчитала. Но парень казался милым - из-за своего молчания и мягкого выражение его гладких серебристых глаз. В этих радужках не было ни злобы, ни осуждения, ни презрения, ни похоти. Лишь любопытство. Со всеми остальными была другая история. Мальчики и мужчины - особенно тот, кто вызывал у нее всю ее ярость - смотрели на нее с вожделением и желанием. Девочки - снисходительно и презрительно, даже до того, как поползли ложные слухи о ее сексуальных похождениях. По крайней мере, раньше о ней говорили, потому что она иностранка. Она могла расположить к себе людей рассказами о поездках в другие страны. Но никто по-настоящему не хотел разговаривать с предполагаемой школьной шлюхой. Если только у них самих были не самые чистые намерения. Её мысли и взгляд переключились на седан, выехавший из за угла. Она узнала его владельца, даже не видя того. Он из раза в раз пытался заманить её в свою машину, но ей всегда удавалось этого избежать. Анн устремила взгляд вперёд, делая вид, что ещё не заметила его. Неужели это было слишком, надеяться, что он просто проедет мимо, не останавливаясь, оставив её наедине с этим тихим парнем? Может, у неё наконец-то появится ещё один друг. Она собрала все свои силы, чтобы скрыть отвращение и злость при виде его лица, когда он подъехал к ним и опустил окно. - Доброе утро… - Камошида. - Хочешь, подвезу до школы? А то опоздаешь. - Он выбрал самый подходящий момент, чтобы сделать свой ход. Дождливый день, некуда пойти, и время перед школой. Последнее, чего она хотела, так это устраивать сцену на глазах у незнакомцев. Камошида не стал бы ничего делать на людях. Её, скорее беспокоило, что он мог бы сделать, окажись они наедине. Учитель физкультуры никогда не причинял ей вреда, но у него, безусловно, была устрашающая аура с его спортивным телосложением. И она никогда не видела его злым по отношению к себе. По крайней мере пока, и она планировала сохранить это. - Эм, конечно, спасибо… - Она придала своему голосу почтительный тон, рассчитанный и на Камошиду, и на другого парня. Это не должно было вызвать ни у незнакомца, ни у ее импровизированного водителя подозрений в ее нежелании. Камошида притворно поинтересовался, не нуждается ли парень в помощи, пока она садилась на пассажирское сиденье, и предложил подвезти. Анн не могла не пожелать, чтобы он согласился на приглашение. Это заставило бы Камошиду вести себя прилично ещё какое-то время. Но тот отказался, и она осталась с ним наедине. Машина тронулась с места, оставив парня одного-одинёшенька под дождём. Камошида молча сидел и вёл машину, а Анн сидела рядом, пристёгнутая ремнём. Глаза смотрели вперёд, избегая его даже краем глаза. - Повезло, что я тебя вовремя встретил, - наконец сказал он, тон оставался таким же учтивым, как и при приглашении. - Тебе стоит быть осторожней с теми, с кем ты общаешься, Такамаки. Об этом парне ходят не хорошие слухи. - Энн ничего не сказала, лишь скрестила руки и уставилась в окно. Его фальшивое сочувствие вызвало противный привкус в горле. Она взглянула в зеркало заднего вида, чтобы в последний раз взглянуть на парня. Было так грустно видеть его одного под дождем. И всё же она ему завидовала. Как же она хотела иметь такую же свободу от своей ситуации, как он. - Мне не нужно, чтобы со мной нянчились, спасибо, - холодно сказала Анн. Камошида лишь посмотрел на неё с беспокойством. На его мускулистом лице застыла недовольная гримаса. - Эй, ну не надо так, - протянул он, притворно обидевшись. - Я просто учитель, который заботится о своей любимой ученице. - Я думала, у учителей не должно быть любимчиков. - Камошида протянул руку и настойчиво положил ей на бедро. Анн потребовались все силы, чтобы не вздрогнуть от неприязни - Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности, вот и всё… - Учитель физкультуры с силой сжал её бедро, впиваясь пальцами. Она пискнула слова благодарности, чтобы его удовлетворить. Похоже, сработало, и Камошида ослабил хватку. Но его рука по-прежнему небрежно покоилась на внутренней стороне её бедра. Она даже не пыталась отстранится от его прикосновений. Вместо этого она решила ждать, пока они приедут в школу, где она сможет пойти на уроки и избавиться от него на какое-то время. Краем глаза Анн различала самодовольную и торжествующую ухмылку, застывшую на его лице.