Игра, изменившая всё

Это был тёплый майский вечер, когда ребята решили собраться вместе всей компанией в доме Майка. Эти «сборы» обычно организовывали Лукас и Дастин, и друзья играли в какие-нибудь настолки, а после проигравший выполнял то, что ему загадает победитель. Но сегодня они решили дать это право Макс и Джейн, после чего конечно же пожалели, но было уже слишком поздно. Девушки решили добавить «немного» перчинки в сегодняшний вечер, как они сказали, тем самым заставив парней нервничать. В то время как Лукас и Дастин молятся на то, чтобы эта была игра «7 минут в раю», а Майк выглядел задумчивым, наверное надеялся на то, чтобы хотя бы бутылочка на поцелуй была, сам Уилл был очень рад такому повороту событий. В отличие от остальных ребят, с которыми он дружит с первого класса, с Майком эта дружба началась гораздо раньше — в детском саду. Байерс считал его своим другом вплоть до седьмого класса, когда у них уже бушевали гормоны, а он заметил, что чувствует к нему далеко не дружеские чувства. Ну согласитесь, не может же дружба такой быть — когда кто-то подходит к твоему другу по какому-то вопросу или просто пофлиртовать, ты начинаешь злиться и думать: «Почему на её/его месте нахожусь не я?» И это чувство называется ревностью. А когда твой друг встречается с кем-то, снова та же ревность, но вместе с ней и чувство невзаимной любви и эта фрэндзона. Да, так чувствовал себя Уилл все три года, особенно в тот период, когда Уилер встречался с Джейн Хоппер — сводной сестрой Уилла. Но эти отношения продлились всего полгода, и вот они недавно расстались и остались друзьями. Но даже после этого Байерсу не стало легче. Он не знал, как признаться Майку в своих чувствах, да и стоит ли, ведь тот — гетеро, наверняка не захочет иметь дело с геем. Только вот он не знал, что Майк в этот момент думал о том же самом. За эти полгода отношений с Джейн он понял, что к ней чувств, кроме дружеских, никаких нет, хотя они же и целовались, причём не раз. К счастью, Хоппер не стала возражать насчёт расставания, ведь сама уже поняла, что Майк — не тот, с кем она хочет быть. Их связывает просто дружба, и больше ничего. Честно, Уилер и сам не заметил, как и когда начался у него так называемый «кризис ориентации». Просто спустя три месяца отношений до него наконец-то дошла мысль: «А ты точно уверен, что это тот человек, с которым ты хотел бы быть вместе? Точно уверен, что ты гетеросексуал?» Тогда он наконец-то осознал, что влюблён в своего друга. И что ориентация у него совсем не та, как он всегда думал. Да, такое со всеми бывает, когда начинаешь сомневаться в своей ориентации, но бывает, что у кого-то это через какое-то время устаканивается и человек уже точно понимает, что он гетеро или гей/лесбиянка. Но вот Майк не сразу определился с тем, кто он — гетеро, би или вообще гей. Сейчас он считает себя бисексуалом, а к любителям исключительно своего пола относить не хочет. Ну это пока... Возвращаемся к настоящему времени, когда ребята собрались все вместе. У Мэйфилд на лице была улыбка, не предвещающая ничего хорошего, а Хоппер смотрела на парней с хитрым прищуром, особенно на Майка и Уилла. Но те старались не обращать на это внимания. Утонув в своих мыслях, Байерс вздрогнул от неожиданности, когда Лукас и Дастин начали открыто выражать свои опасения девушкам: — Макс, Дзейн, плосу, сказыте мне, сто это не то, о тём я думаю! — Макс, имей ввиду, если это будет бутылочка на поцелуй, я целоваться с парнями не буду! И с Джейн тоже! — предупредил Лукас, прекрасно зная свою девушку. Джейн тихо рассмеялась, а Макс закатила глаза. — Да боже, успокойтесь, это не бутылочка. И не каменное лицо! Я конечно пошлячка, но не настолько... — она немного пошло улыбнулась. Облегчённые вздохи не заставили себя долго ждать. Именно это парни и хотели услышать. Ну, по крайней мере, Хендерсон и Синклер уж точно. — Мы будем играть в правду или действие. — сказала Джейн, на что парни скептично посмотрели на подруг. — Правда или действие? Серьёзно? — спросил Лукас, выглядя немного даже разочарованным. Мэйфилд пожала плечами. — А я и не знаю, чего вы так боялись. Неужели думали, что мы решили вдруг вашу ориентацию сменить? — но глаза её так и говорили: «Ну, разве что чуть-чуть...», что конечно очень выдавало её, но та будто и не планировала это скрывать. «Ну у вас в компании уже есть друг-гей, только вы об этом до сих пор не знаете...» — усмехнулся про себя Уилл. Они уселись в круг, и Джейн положила на середину почти пустую бутылку Кока Колы, с помощью которой и будет определяться, кто будет говорить правду, а кто — выполнять действие. Начала Хоппер, и бутылочка указала на Уилла. — Правда или действие? — спросила у него сестра. «Действие брать пока не буду, что-то я им не очень-то и доверяю...» — Правда. — ответил он, стараясь не выдавать своего волнения. — Уилл, ты гей? — спросила Мэйфилд, и от неожиданности парень поперхнулся воздухом. — Прости, что? — спросил он, ошарашенно посмотрев на Макс. Она рассмеялась — Да шучу я! Видел бы ты своё лицо! — её слишком забавляла реакция друга — Макс, вообще-то я задаю вопрос! — возмутилась Джейн. — Ладно-ладно, прости! Просто захотела прикольнуться над кем-то! Задавай свой вопрос! «Никогда больше не буду играть в правду или действие вместе с Макс!» — Уилл, тебе нравится кто-то? Да они будто сговорились! Ладно, это хотя бы вопрос не про ориентацию, уже хорошо! — Да. Парень не стал врать и ответил как есть. А чего утаивать то? Друзья рано или поздно поняли бы это. Теперь настала очередь Байерса крутить бутылку. Сначала было всё очень даже безобидно, даже действия. Но вот когда бутылочка указала на Уилера, Макс и Джейн победно улыбнулись. — Ну наконец-то! — радостно воскликнула Макс, — Я уж думала, что не дождусь! Майк, правда или действие?.. Парень обречённо вздохнул, ведь до него уже два раза выбирали правду, и теперь ему нужно выполнять действие. — Действие. Что там у тебя? — ответил он так, будто ему было совсем пофиг. Хотя, так по сути и было... ну-ну, почти... Хоппер шепнула ей что-то на ухо, а Макс улыбнулась, словно чеширский кот. — Майк, сейчас тебе надо пойти с Уиллом в свою комнату и просидеть там вместе час. — не прекращая довольно улыбаться, она говорит это, а её глаза горят азартом. — Что? — одновременно спросили Майк и Уилл, ошарашенные словами подруги. Дастин и Лукас многозначительно посмотрели на них. До них наконец-то дошло, чего девчонки добивались. — Да ладно вам, парни! Ничего же не случиться от того, что вы всего час просидите в одной комнате! — поддержал Синклер свою девушку, на что та похлопала его плечу, одобрительно улыбнувшись. — Эй, Лукас, ты разве не на нашей стороне? — возмутился Уилер, который совсем не ожидал такого предательства. — Майк, вы просто посидите в комнате. В желании же не было слова «поцелуй» или... — попыталась Джейн успокоить своего бывшего, который сейчас просто хороший друг, но последнее слово она стеснялась выговорить. — Секс. — закончил за неё Дастин. — Значит так! Либо вы оба идёте в комнату Майка, либо сейчас я заставлю вас целоваться! — пригрозила Мэйфилд, глаза её сверкнули опасным блеском. Уилер всё ещё сопротивлялся, но ему пришлось встать и пойти за Байерсом, который уже направлялся прямиком в его комнату. Брюнет удивлялся тому, что Уилл даже будто и не возражал. Ему было немного стрёмно сидеть в одной комнате с другом, который нравится ему совсем не как друг. А Уилл тем временем еле сдерживался, чтобы не заорать во всё горло от радости, что ему выпал такой шанс. Шанс побыть вместе, и возможно — признаться, но не факт. Они зашли в комнату и, не успев даже что-то сказать друг другу, они услышали шаги за дверью, и как будто чем-то её подпирают. Стоп, что?! — Они нас что, закрывают? — удивился Майк. Подойдя к двери, он дёрнул за ручку, но та не поддавалась. — Эй, что это ещё за хрень? — возмутился он, чуть ли не крича, а за дверью послышались смехи, — Чего смеётесь? Мы так не договаривались! За дверью он услышал голос Мэйфилд: — Прости, Майк, но если бы мы сказали вам об этом раньше, то ты бы стал сопротивляться, а нам не хотелось тратить два часа на то, чтобы уговорить или в конце концов затащить тебя сюда. Забыла сказать: вы будете заперты здесь до окончания времени. Но! Если ты хочешь сократить время, допустим, на полчаса, кричи: «На тридцать короче!». Сократить время можно максимум именно на полчаса! А если вдруг захочется наоборот увеличить время, тут пригодится фраза: «На тридцать глубже!». А на сколько увеличиваете, это уже ваше дело, но если на несколько часов, то тогда придётся вам позвонить, потому что всю ночь торчать мы здесь не собираемся. Мы дадим вам знать, когда время закончится — мы крикнем «Код красный!». Всё понятно? Парень тяжело вздохнул, уже смирившись со своей участью. — Ладно, принимаю ваши правила. — чуть хриплым от волнения голосом ответил он. Радостные визги девочек и протяжные «е-е-е» пацанов было очень прекрасно слышно. — Время пошло! — сказала четвёрка хором и потопала вниз, судя по всему, обратно в гостиную. — Ты так не хочешь это желание выполнять? — спросил у друга Байерс, который выглядел немного обеспокоенно. «Хочу, но вот боюсь...» — то, что хотел ответить Уилер. — Не знаю, просто как будто они что-то замышляли... — ответил совсем другое, буквально первое, что пришло в голову, хотя по сути он и не соврал. — Может мы сядем? Нам всё равно здесь ещё час сидеть. Ну, если ты конечно захочешь, можем сократить время на полчаса. Уилер помотал головой. — Нет, пока что-то не хочется. А вот насчёт твоего первого предложения я согласен. Они уселись на кровати, и обоим было жуть как неловко. Особенно Уиллу, который в этот момент уже чувствовал, как тело начинает реагировать даже на малейшие прикосновения Майка. Про второго лучше промолчать, ему не лучше! Они так сидели в тишине пару минут, пока брюнет не задал неожиданный вопрос: — Уилл, а чего ты так растерялся, когда Макс спросила, гей ты или нет? Он посмотрел на Уилера, выпучив глаза от удивления. «Чёрт, что ему ответить? Что я гей, который в него влюблён? Ну берегись, Макс! Как выберемся — тебе конец!» Прокашлявшись, он немного растерянно ответил: — Просто это было очень неожиданно. Сам посуди: ты гетеро, а тебе задают такой вопрос. Конечно я растерялся... Но Майк лишь прищурился, будто пытаясь рассмотреть то, что друг скрывает. Он не поверил ему. — Ну чего ты так смотришь? А если я задам тебе то же самое, ты разве не растеряешься? Ответишь на него? — чуть истерично спросил Байерс, которому хотелось уже закончить этот разговор и никогда к нему не возвращаться. Но тот, приблизившись к нему почти вплотную, ответил: — Не думай, что я тебе поверю. Ты сейчас слишком нервничаешь и слишком яро убеждаешь меня, что у тебя совсем не другая ориентация. — он усмехнулся, — Прости, Байерс, но я слишком долго тебя знаю. Так что позволь признаться — я, с которым ты дружишь с детского сада, гей. Казалось, будто в этот момент воздух выкачали из лёгких, а сердце на мгновенье остановилось. Парень почувствовал, как ниже пояса начинает тянуть, а кровь приливает к его члену. Его уши покраснели, что не ускользнуло от внимательных глаз Майкла. Чуть отодвинувшись от него, насколько позволяло тело с окаменевшим членом, он усмехнулся и почти шёпотом ответил: — Знаешь, теперь уже не так страшно признаться, когда ты знаешь, что помимо тебя есть ещё один гей, который к тому же ещё и друг. Уловив намёк, Майк тихо рассмеялся. — Ещё скажи, что я тебе нравлюсь... Со стороны можно было подумать, что эти слова были брошены в шутку. Только вот сейчас, в данный момент, это было не шуткой. Это был вызов. И Байерс принял его. — Нравишься. Давно нравишься... — чуть с хрипотцой сказал он, тяжело дыша. Обстановка в комнате становилась всё напряжённее, а штаны с каждой секундой становились всё теснее и теснее. Майк сократил расстояние между ними, и их губы почти соприкасались. Дрожащими от волнения руками он стал гладить спину Уилла, смотря ему в глаза. А тот, устав ждать, схватил его за ворот футболки и поцеловал. От неожиданности брюнет остановился и распахнул глаза. Казалось, будто в этот момент сердце его выскочит из груди, исполнив свой последний «прыжок смертельной любви». Уилл не знал, как дальше продолжать поцелуй, поэтому Майк решил перенять всю инициативу на себя — обхватив талию парня, он осторожно углубил поцелуй, чтобы не напугать его и не вызвать отторжение. Но Байерса это наоборот лишь притягивало. Так долго он ждал этого момента. Ждал, когда может с ним целоваться, смотреть влюблённым взглядом, не скрывая это от него и друзей. Он ответил Уилеру на поцелуй, перебирая меж пальцами его длинные волосы цвета смолы. Их языки слились в нежном, но и в то же время страстном танце. Они наслаждались каждой секундой этого мгновения, пока нехватка воздуха в лёгких не дала о себе знать, из-за чего парням пришлось отстраниться друг от друга, чтобы восстановить дыхание. Тяжело дыша, они смотрели друг на друга затуманенным взглядом. Этот поцелуй был великолепен, но хотелось большего. Хотелось почувствовать, каково это — испытывать оргазм, при этом видя лицо любимого человека не во время мастурбации, когда ты знаешь, что это лишь твои влажные фантазии, а во время вашего настоящего секса. Майк прижался своим членом к Байерсу и стал сквозь ткань тереться об него. Тот, втянув воздух сквозь зубы, еле сдерживался, чтобы не застонать, ведь внизу были друзья, которые наверное ещё не догадывались, что эти двое творят сейчас в комнате. Уилл, послав все разумные рамки к чёрту, потянул футболку друга Майка вверх, как бы намекая, что пора им избавиться от ненужного препятствия в виде одежды. Вскоре на полу лежали футболки, шорты и нижнее бельё, и парни остались полностью нагими. Байерс оставлял на шее брюнета поцелуи и алые отметины, которые конечно же потом будут видны, но сейчас это никого из них не волнует. А тот тихо постанывал, чуть прикрыв глаза. Он старался вести себя тихо, но всё пошло под откос, когда Уилл взял его член в руку и стал медленно водить вверх и вниз. Он поспешил накрыть губы Уилера своими, чтобы тот своим стоном не выдал их. Брюнет провёл ладонью по его спине, вызывая у того мурашки по всему телу. Вдруг в голове Майка возникла шаловливая мысль. Он ухмыльнулся, уже представив себе во всех красках эту картину. Шатен вопросительно посмотрел на него. — Ты чего?.. — Ничего... — полушёпотом ответил Майк, а в его глазах плясали чертики. С этими словами он перевернул ничего не понимающего парня на спину и, начиная с шеи, стал поцелуями спускаться по его телу всё ниже и ниже, пока не достиг паха. Его горячее дыхание обжигало член, который уже всем своим видом показывал свою готовность. Уилл приподнял голову и увидел перед собой такую картину: его ноги раздвинуты, а между ними — макушка Майка, который внимательно следил за реакцией шатена. — Майк... — простонал он, и это стало спусковым курком для Уилера. Схватив рукой член у основания и чуть прикрыв глаза, Майк взял в рот головку, заставляя того выгнуться от непривычного и настолько приятного ощущения. Поглаживая другой рукой его бедро и талию, брюнет слегка отстранился и провёл языком по всей длине. А потом вернулся к головке и стал посасывать её, иногда слегка покусывая, доводя Уилла до грани. Но ему было недостаточно. Он хотел попробовать его целиком, полностью. И стал медленно насаживаться ртом на член. А шатен тем временем, откинув голову назад, зарылся рукой в его растрёпанные смолистые волосы и при этом немного помогал Майку, мягко, почти невесомо надавливая на голову. Парень начал двигать головой и помогать себе рукой, издавая при этом хлюпающие звуки. Слюна и смазка стекали по члену, по яйцам, по подбородку Уилера, на простыню, оставляя на ней влажные следы. А у самого Майка терпение было уже на исходе, так хотелось почувствовать его в себе. И стоило притронуться к своему каменному, изнывающему от желания члену, Майк не смог сдержать стон, который вибрацией прошёлся по члену шатена. Но когда разрядка была уже близко, Уилер с хлюпающим звуком выпустил член и потянулся вверх, к губам Байерса. Не успел тот возмутиться, как его поцеловали. Было немного странно чувствовать во рту собственный вкус, но оттого поцелуй не становился противным, скорее наоборот. Но не прошло и десяти секунд, как Майк разорвал поцелуй и продолжил удивлять друга уже возлюбленного — смотря шатену в глаза, он оседлал его. Уилл втянул воздух сквозь зубы, завороженно наблюдая за тем, как парень, взяв его член в руку, стал медленно насаживаться на него. Похоже, он готовился. Интересно, а откуда Майк мог знать о таком повороте событий? Может он, как Уилл, просто ждал, когда этот момент наступит? Скорее всего. Заметив скованность в его движениях, Байерс решил помочь. Приподнявшись на локтях, он положил руки на талию брюнета и стал осторожно насаживать его. Уилер благодарно посмотрел на парня. И когда член вошёл в него до конца, Майк начал двигаться. А шатену лишь оставалось полулежать и наблюдать за тем, как бёдра Майка поднимаются и опускаются и за тем, как он пытался скрыть своё раскрасневшееся лицо. Но Уиллу не хотелось лежать просто так без дела и лишь наблюдать. Он положил руки на талию парня. — Стой! Остановись, Майк! — прошипел он, сжимая пальцы на талии Уилера до синяков. Но Майк и не сказать, что был против этого. Напротив, это его ещё больше возбуждало. Но он решил послушаться, перестав двигаться и заинтересованно посмотрев на Уилла. Тяжело дыша, Байерс полушёпотом сказал: — Майк, может я сяду? Не хочется просто лежать и наблюдать, как ты скачешь на мне. Хочется и самому принимать в этом участие. Уилер хрипло рассмеялся. — А ты раньше это не мог сказать? — А ты и не спрашивал меня, просто взял и сел, не дав сказать и слова! Брюнет фыркнул. — А минуту назад ты не возмущался! Может мне выйти из комнаты и спуститься к ребятам, они как раз там уже заскучали наверное! — Ах ты! Майк не успел среагировать, как его втянули в очередной сладкий поцелуй. А шатен, времени зря не теряя, принял сидячее положение, но при этом не выходя из Уилера. Так он случайно задел простату, из-за чего парень простонал Байерсу прямо в губы. Настолько это было приятно. Снова поцеловав его, Уилл стал толкаться, как у него получалось. А брюнет в ответ двигал своими бёдрами, между поцелуями выстанывая имя друга возлюбленного. Они не думали о том, сколько времени уже прошло, вдруг час уже подошёл к концу, и так далее. Им сейчас был абсолютно всё равно на это. Важен был этот момент, когда они оба, переплетённые нитями любви и страсти, наслаждаются друг другом. Потом они конечно же пожалеют, почему же это не произошло раньше. Но лучше же поздно, чем никогда, верно? В один момент Майк, чуть придвинувшись к парню, чтобы поцеловать его, задел самое чувствительное место и не смог сдержать стона, которые был украден губами Уилла. Тот спускается к шее брюнета и целует её, немного кусая, но не до крови и следов от зубов. Оргазм был уже совсем близко, и Байерс решил помочь своему другу возлюбленному испытать оргазм гораздо ярче, положив руку на его член и начав делать движения вверх и вниз. До этого они оба старались быть тихими, но когда оргазм настиг обоих, никто из них не сдерживался. Первым закончил Майк, запрокинув голову, как будто он профессиональная фотомодель, и изливаясь парню на живот. А Уилл вслед за ним, прикрывая глаза от наслаждения. Брюнет чувствовал, как что-то горячее растекается внутри его, и это было так приятно. Так чертовски приятно! Рухнув на кровать, они в первые минуты приходили в себя, пытаясь отдышаться. Оба были в поту и своих... жидкостях... Но их это ничуть не смущало. Самое главное — это момент, когда они лежат, обнявшись. Их тела переплетены. Они чувствуют, как бьются их сердца, слушают дыхание друг друга. Смотрят друг другу в глаза, не смея нарушить тишину. Казалось, что этот момент длится вечность. Но им было плевать на то, сколько сейчас времени. Важно было это мгновение, которое они сейчас проживают. Обоим так и хочется что-то сказать, но усталость берёт верх. Майк прикрывает глаза, надеясь просто вздремнуть, ведь всё равно ребята разбудят их. Но уже через пару минут он засыпает. А Байерс, подперев голову рукой, рассматривал его очень красивое лицо и улыбался. Тёмные волосы падали на лицо, делая парня ещё более привлекательным. Взяв лежавшее рядом одеяло, Уилл накрыл его, чтобы тот не мёрз, и, выключив свет, лёг рядом с ним. Прежде чем провалиться в царство Морфея, шатен поцеловал его в лоб и прошептал: — Я люблю тебя, Майк. Пока они пребывали в своих прекрасных снах, ребята тем временем, поняв, что Майк и Уилл оттуда уже не выйдут, лишь тихонько убрали стул, которым заперли дверь, и также тихо ушли, оставляя пару наедине. По сути, это как раз то, чего добивались Макс и Джейн. Хоппер уже давно стала замечать странное поведение брата, а после и Майка, когда они встречались. Между ними это больше была мимолётная симпатия, а между этими двумя, то есть Майком и Уиллом, химия так и прёт, как выражалась Мэйфилд. Эта, казалось бы, обычная игра изменила сегодня всё.