Кровавый океан

Обстановка в доме была неоднозначной, в доме была лёгкая прохлада, но именно в зале стояла жуткая и приятная жара. Она исходила не от камина, а от дивана, который был готов превратиться в пепел от жара двух девушек находившихся на нём. Фурина лежа на животе, и не видя происходящего за её спиной, каждый вздох ей давался с трудом, и дело было даже не в сидящей на ней Слуге, а в мыслях и чувствах что она сейчас испытывала - страх и любовь. Арлекино сидевшая сверху, наблюдала за красивой, нежной и белоснежной как снег спиной, которая то и дело легонько извивалась как змейка попавшая в ловушку, что было очень близко к правде. Ведя мрачными, голодными глазами от ключиц до самой поясницы, желание коснуться этого тела становилось не выносимым. И вот, первое прикосновение, нежное, и такое жгучее что белоснежная кожа была готова растаять. Уже спустя пару минут: по спине гуляли обе руки, а длинные, стройные и аккуратные пальчики уже обвивали каждый сантиметр, слегка ведя острыми ногтями по заметным линям вдоль всей спины, заставляя тем самым извиваться змейку все больше. Не сказать что из заложницы звучали те самые заветные стоны, которые так хотела услышать "охотница", но тихого и тяжелого дыхания в мягкую подушку хватало чтобы на лице появилась нежная улыбка. - Ты опять будешь играть в эту дурацкую игру? - каждое слово в этом вопросе Фурине давалась с трудом, но она жаждала получить ответ на него. - Если ты думаешь что я уйду не закончив дело, то могу утешить тебя моя дорогая, игр сегодня не будет. - Из-за спины последовал ответ, чёткий и без капли лжи. После ответа, который так жаждала услышать Фурина, последовал легкий шлепок по мягкой ягодице девушки, а из её маленького рта вырвался первый стон. Тяжесть с тела спала, и с облегчением жадно начала глотать воздух которого ей катастрофически не хватало. Не успев опомниться и прийти в себя, как голова была резко задрана назад за её голубые волосы, а над ней возвышалась Слуга смотрящая в её разноцветные глаза. Не проронив ни слова, Арлекино помогла встать с дивана своей богине, не самым приятным образом для многих, она подала руку "помощи" своим, личным, способом, потянув ту за волосы и усадив её к себе на колени сидя в кресле. Смотря на свою богиню "мертвым" взглядом, будто они это делали каждый, божий, день, она лишь положив руку на талию свой покорной дамы, притянула её милое, напуганное личико ближе к себе, разглядывая его как будто в первый раз. - Знаешь, у меня было пару идей что я хотела бы проверить на тебе, но вот есть некие... сомнения, по поводу того как ты долго будешь восстанавливаться после такого вечера. - На лице Слуги не было каких либо особо эмоций в этот момент раздумий, лишь мыли о том, как реализовать задуманное с меньшим количеством травм. - Если ты о применение своего проклятия на мне.. то я.. - Не успев договорить, как болтливый рот Гидро Архонта был связан кровавыми нитями, не давая произнести не то что слово, но лишнего писка. - Я помню, но мне надоело ждать каждый раз когда ты созреешь для этого, из раза в раз я слышу невнятные отговорки, которые уже похожи на детские отмазки. - Голос Арлекино вмиг стал грубым и разраженным, её бесило когда Фурина включала "дурочку" которая всегда ищет отмазки, особенно в такие моменты. Подумав еще пару минут о безопасности своей возлюбленной, раздался громкий щелчок пальцами, и в этот момент все нити на лице Гидро Архонта запылали лёгким багровым пламенем, а в её тело начал проникать легкий, если заметный мрачный дым от огня, который начал заполнять всю её кровеносную систему смешиваясь с чистой и благородной кровью Божества. Фурина не могла сделать и малейшего движения, лишь смотрела в бездушные глаза напротив в неё, и видела как зрачки приобретали форму полумесяца. И уже через пару минут как дым заполнил все тело Фурины, дыхание начало обжигать все тело изнутри адским багровым пламенем. И это приносило Гидро Архонту больше удовольствие, нежели боль. Наблюдавшая за всем Арлекино смотрела на это с ухмылкой, и слышала каждый тяжкий вдох дамы перед собой, что в свою очередь только заводило её. Немного наклонившись, и обхватит Фурину обеими руками за талию, Арлекино впилась ей в шею как голодный хищник, не видавший еды десяток, а то и сотню лет. Каждой засос сопровождался укусом, и следом наградой в виде нежного языка который зализывал данные метки на белоснежной шее. Слуга знала что её дама будет скрывать их одеждой любым способом, от чего старалась оставить как больше меток по всей шее, особенно в тех местах, где скрыть их поможет только 10 слоев тоналки. Пока Арлекино была занята тем, что покрывала шею Фурины своими метками, Гидро Архонт испытывала дикий жар в своем теле, будто оно вот-вот сгорит и превратится в пепел. Огонь разошелся по её телу затрагивая каждый её уголок, а бабочки в её животе стали пытающими мотыльками, которые все больше раздували жар по телу, тем самым возбуждая и побуждая ту прижаться к своей Алой Луне издав протяженный и слегка болезненный стон. Если бы не гидро глаз бога, от девушки давно бы и след простыл, и осталось бы только тело, сожжённое изнутри. Арлекино давно перестала сдерживать свои силы и чувства, засосы становились не столь приятные, скорее болезненные, но хищник может в один момент не выдержать слыша как его жертва наслаждается процессом, а не страдает в агонии. Так еще долгая разлука и переживания о своей любимой дают о себе знать, в особенности последнее, зная что её может не стать в любой момент. Как бы то ни было, Арлекино понимает что она не сможет быть с Фуриной каждый день и каждую секунду. Эти долбанные задания по поиску Сердца бога, ради чего, ради попытки оживить возлюбленного Крио Архонта? Понятное дело, Царица дала Арлекино новую жизнь, и "простила" ей убийство Крукабены. И за такую жизнь, Арлекино платит свою цену, свою жизнь и свои интересы во благо Царины, хоть и готова поднять против неё оружие если Царина решит свести счеты со всем миром. Но сейчас, она понимает Царицу как никто другой, ведь один раз Арлекино потеряла свой белый лучик, который она до сих пор хранит в своём сердце, хоть это и не в её правилах. И как бы она не била себя в грудь, и не говорила что отпустила Клерви, тем самым она доказывала обратное, что она помнит о ней по сей день. Из-за нахлынувших воспоминаний о прошлом, и о том что она может вновь потерять самого близкого ей человека, на миг укусы прекратились, а пламя в теле Богини слегка ослабло, что не оставило без внимания Фурину, что сидела уже на слегка дрожащих коленях её возлюбленной, заметила кровавые дорожки с глаз Слуги оставленные кровавыми слезами. В попытках слезть с дрожащих колен Арлекино, Фурина оказалась прижата сильными и крепкими объятиями которые не давали ей слезть, а слезы алые слезы падали с лица Слуги на бархатное, голубое как небо ночную рубашку Гидро Архонта. - Я не хочу тебя терять... снова.. - слова прозвучавшие из уст четвертой предвестницы , были искренние, и полны боли. Не в силах ответить что либо, и обнять в ответ, Фурина лишь прижалась телом к поникшей девушке, и старалась успокоить её. Пламя в теле Божества постепенно исчезло, как и нити покрывавшие рот болтливого божества. - Я буду с тобой... всегда, Перуэр.. - Произнося настоящее имя Слуги, Фурина всегда показывала тем самым свою любовь и привязанность к Арлекино, да и настоящее имя предвестницы позволялось произносить только, и только Фурине. Услышав своё имя, Арлекино подняла глаза, и видела перед собой нежные и полные любви глаза своего Океана, которая без лишних слов, взяла предвестницу нежный поцелуй, который был в разы жарче пламени что был в её теле. Признать честно, Фурине уже было плевать каков будет следующий шаг слуги, но та явно не спешила делать следующий шаг. В голове Фурины была лишь одна мысль: успокоить свою Алую луну. Не разрывая поцелую, девушка взяла мрачную руку Слуги, и положила её к себе на грудь, ведь это то место, с которого всегда любила начинать предвестница свои игры. Воздуха у девушек оставалось буквально на пару секунд, и разорвав его в ту же секунду, между их губами повисла тонка и еле заметная ниточка связывающая недавно их губ воедино. Смотря в прекрасные глаза пред собой, Фурина положив руку поверх руки Слуги, сама начала вести ту по своему телу, заводя обе руки под свою ночную рубашку, которая мягко говоря была уж очень раздражительным препятствием для обеих. Арлекино же не сопротивлялась, и не спешила увести руки в более прекрасное место на теле Гидро Архонта. Видя по глазам и по покрасневшему слегка лицу предвестницы, Фурина не могла отказать той в её молчаливой просьбе. Немного мешкаясь, белоснежное кружевная рубашка слетает с тела оголяя все прелести перед хищником, который не медля вцепившись своими острыми зубами в маленькую, но такую мягкую грудь, начал её обгладывать как кость, языком зализывая болезненные места оставленные после каждого укуса на груди. Жертва ерзая на коленях у своего хищника, издавала поистине прекрасные звуки, для своего хищника, но и сидеть ровно и терпеть такие "пытки", сил уже не было, и пришлось найти решение в виде бедер скользя по которым взад и вперед, на брюках Арлекино оставался белый, мокрый след. Раньше был за такую выходку, Арлекино знатно бы отчитала Фурину, и не просто бы отчитала, но и выдала соответствующие наказание, но сейчас не тот момент чтобы портить его наказаниями, когда тебя пытается успокоить, и если можно так выразиться порадовать твоя девушка, который и так, редко предоставляется такая возможность. Движения Гидро Архонта становились все более резкие, и жадные, будто она готова вот вот закончить все, но и Слуга не уступала своим напором каждый раз оттягивая грудь за набухшие горошины заставляя Фурину покрывать стонами весь дом, не говоря уж про комнату. В миг, мрачная рука упавшая на ерзающие бедра Богини, остановили их, и черная ладонь нежно примкнула к мокрой от возбуждения промежности, которая от этого легкого касания, лишь намокла сильнее, а из и так громкого ротика Богини вырвался не менее громкий писк. - Спасибо тебе, за то что ты со мной... Фурина. Не дав даже открыть рта Архонту, Как два длинных пальца вошли в очень узкое, влажно и горячее пространство которое сжала их в тут же секунду. От такого хоть и не резкого и очень приятного действия, Фурина выгнулась в спине до такой степени, что можно было увидеть отчетливо каждое ребро. Свободной рукой Арлекино поддерживала свою наездницу, в то время как пальцы второй руки входили все глубже, а острые ногти слегка царапали нежные стенки изнутри стараясь их не повредить. В это же время большим пальцем снаружи, нащупав чувствительную и небольшую горошину, Арлекино начала водить пальцем по ней, делая круговые движения, порой рисуя интересные узоры, который выдавливали из её девушки прекрасные и нежные стоны. Не в силах уже терпеть, Фурина уткнулась носом в сильное плечо своей женщины, и запустив руки ей за спину под бесящую её блузку, впивалась пальцами в массивную и накаченную спину оставляя еле заметные, следы от ногтей вдоль все спины. В конечном итоге вцепившись руками что было сил, брюки, да и не только, что было на Арлекино, стало непригодным для носки, что нисколько не волновало Слугу. Сидя в том же кресле, девушки долго не отпускали друг друга, и им казалось что этот момент может длиться вечность, да и испортить его никто не мог. Наконец встав и сняв с себя грязную одежду, Арлекино преоделась в свой бархатный, бордовый халат, и взяв за руку Фурину, пошла с той на балкон второго этажа, откуда открывался прекрасный вид на город. Сев на удобный диванчик, девушки вновь взяли друг друга в теплые и крепкие объятия наблюдая за проходящими мимо людьми. - Прости за твою костюм.. нужно было предупредить. - Печальным голосом Архонт старалась извиниться за то, что костюм пришел вне годность. - Ничего страшного, все равно я давно хотела его поменять, слишком уж он стар. - Да, но, он тебе идет как никак, а вообще, давай сходим после обеда к Тиори, может она тебе что-то новое придумает? - Я не против, но давай это будет после обеда, сейчас я хочу насладиться твоей красотой и не думать о чем либо еще, договорились? - На лице Слуги была милая и заботливая улыбка, и ведь правда, время проведенная вместе с её любимой половинкой, всегда делал её счастливой. Смотря на проходящих мимо людей, Арлекино смотрела на них... как на кучку отбросов, и очень надеялась что к её возлюбленной не притронется ни одна живая душа. И все же, почему бы не придумать план, как быть со своим Архонтом вместе всегда?