Кто истинный враг?

Арсений

     Сентябрь медленно подходил к концу, и, к счастью Арсения, в его жизни больше не происходило ничего экстраординарного. Эльдар, тем не менее, не упускал возможности сказать, что ни будь неприятное ему и другими студентами. Но он был единственным, кто не боялся Болтина и разговаривал с ним спокойно. Кажется, Болтину нравился Эльдар: тот всегда выполнял задания и отвечал так, как это нравилось преподавателю. Если Болтин ничего не говорил о твоем ответе, это значило лишь одно – ему понравилось. В академии также велся рейтинг лучших студентов. Как и в любом учебном заведении, у них была отдельная группа в соцсетях с куратором и без. В новостной группе академии регулярно публиковались обновления, и именно там Арсений увидел рейтинг. Эльдар занял первое место в их группе, но в общем рейтинге академии оказался лишь девятым, чему Арсений был искренне рад. Сам же Арсений метался во второй половине своей группы и не попал в список из пятидесяти лучших студентов академии. На высоком месте находился Дорофеев: пятый в группе и двадцать пятый в общем. Информации о виторах давали немного. Лишь на третьей неделе им показали фото мертвого витора, убитым сотрудниками БС. Даже взглянув на эти мертвые существа, Арсений пришёл в ужас. Их сфотографировали на фоне белых простыней, что создавало резкий контраст с черной угольной кожей. Тварь на фото была прикрыта до груди, видны были только шея и голова – лысая и непропорционально большая. Рот был приоткрыт, и можно было разглядеть множество мелких острых клыков; вместо носа были лишь две ноздри, а огромные глаза закрыты. Форма головы отличалась от человеческой – она была более круглой. Болтин добавил, что им обязательно покажут труп витора вживую, а может быть, даже они увидят живого если поймают таким. Поимка витора, живого или мертвого, считается невероятным успехом. За пойманного витора в любом виде полагается огромная премия, что значительно повышает статус сотрудника и открывает возможности для карьерного роста вплоть до руководителей БС. Взгляд Арсения застыл на фотографии бездыханного тела, и в сознании, словно набат, прозвучали слова Федяева: «Их можно убить». Горькая усмешка тронула его губы. «Их можно убить», – одними губами прошептал он. Да, их действительно можно было уничтожить. Их учили не произносить приглашения, ограничиваясь лишь кивками. Именно такой кивок однажды спас жизнь Арсения. Им было велено досконально запоминать внешность своих коллег, обращая внимание на особые приметы: веснушки, родинки, шрамы и другие детали. В случае необходимости, они могли продемонстрировать, например, шрам на животе, чтобы подтвердить свою личность. Они также были обязаны продемонстрировать это, если того требовали другие. Кроме того, их обучали задавать вопросы и использовать пароли для идентификации. Их тренировали драться. Как говорил их наставник виторы, физически слабее, но это не означает, что их легко одолеть. Они обучены искусству боя и часто используют клыки в драке, они способны ими разорвать ваше горло. Поэтому в первую очередь следовало защищать эту уязвимую зону. Удачный брак также имеет огромное значение, о чем им говорили на предмете "Основы семейной и религиозной жизни". Организация БС придерживается консервативных традиционных ценностей: мужчина – добытчик, а женщина – хранительница очага. Преподаватель, пожилой мужчина, постоянно повторял девушкам, что они зря пришли сюда. Мужчины защищает человеческий мир от монстров – это их битва, а женщина должна поддерживать своего мужа и беспрекословно ему подчиняться. Он настаивал на том, что женщине необходимо родить минимум пять детей. Даже Арсению это начинало надоедать; он не мог представить, что чувствовали девушки, слушая такие слова. Что удивило его больше всего, так это утверждение о том, что они должны повстречаться с несколькими людьми, чтобы понять, кто из них "тот самый", с которым они будут до самой смерти. Причём это касалось и девушек тоже. Чтобы найти ту самую дверь, которую открывает ваш ключ, нужно попробовать его на других дверях. Возможно, вам повезет, и вы откроете нужную дверь с первого раза; а может быть, придется проверить десятки дверей, чтобы найти ту единственную, ведущую в рай. Вы можете найти её, но не заметить или просто закрыть. – То есть он прямо говорит, что мы должны спать со всеми? – Шепотом сказал Иван Арсению на ухо. Общение с Ваней возобновилось неожиданно. Словно ничего и не произошло: Емельян снова начал общаться с Арсением и Владимиром, которые тоже спокойно поддержали разговор, не вспоминая о том, что он игнорировал их несколько дней. В академии не было строгих правил о том, где кто сидит, поэтому Арсений успел посидеть как с Дорофеевым и Панкеевым, так и со Скворцовыми, Корольком и Сигаем. Никита Невинский сам позвал его к себе. Никогда ранее Арсений не сидел так близко к Эльдару; к счастью, между ними было шесть человек. Он также посидел и с другими студентами.  Их куратор, Станислав Волков, был высоким и очень худым мужчиной с уставшим взглядом, чем-то напоминавший ему Князева. Его светлые волосы не имели ни единой седины, а на щетине не было заметно ни одного серебристого волоска, но в его облике ощущалась какая-то усталость, словно он многое пережил. Волков не отличался особой разговорчивостью, однако его спокойствие и приятный тон располагали к себе. Он строго держал группу в подчинении и быстро разрешал конфликты, что внушало уважение. Несмотря на то что многие преподаватели часто вставали на сторону "благословленных", даже когда те явно были виноваты, Волков, будучи благословленным сам, не спешил автоматически защищать своих. Именно благодаря его вмешательству Эльдар отстал от Григорьева, что стало для многих студентов неожиданным облегчением. Волков вел предмет, который назывался биологией. На занятиях они действительно изучали животных, но не привычных земных существ, а монстров из других миров. Первыми были красноглазые создания, которых они подробно изучили, произвели на Арсения глубокое впечатление. Когда им показали фотографии мертвых красноглазых, Арсению показалось, что это виторы – лишь покрытые шерстью. Позже его предположение подтвердилось: ученые БС выяснили, что эти существа действительно являются дальними родственниками виторов и произошли от общего предка. Странным образом теория эволюции у них согласовывалась с верой в Бога как Творца всего сущего. – Сигай Сергей, можете выйти, – произнес Волков с тихим, но уверенным голосом. Сигай встал без колебаний, словно знал, что так и будет. В руках он держал тетрадь и подойдя к экрану, на котором все еще была представлена фотография трупа красноглазого. – Ну и урод! – произнес кто-то из студентов, и Арсений надеялся, что это не в адрес Сигая. – В жизни он еще хуже! – неожиданно сказал Сигай, словно уловив комментарий. Затем добавил: – Кстати, фото я сделал. От этих слов Арсений удивился и вытянулся вперед, стараясь внимательно слушать и смотреть на Сигая. – Сначала он съел всех собак и кошек, а потом перешел на людей, которые гуляли ночью. Все это происходило в небольшом подмосковном городе, – резко добавил он. – Он не боялся заходить в подъезды и нападал на людей там. Так его и поймали. Его обнаружил житель дома: он услышал странные чавкающие звуки со стороны мусоропровода. Увидел, что неопытное существо ест человека. Свидетель забежал в свою квартиру и позвонил в полицию. Те уже сообщили нам, поэтому мы быстро приехали на место. На экране появились новые фотографии: подъезд, сам мусоропровод, рядом с которым лежал труп красноглазого и то, что он не успел доесть. По останкам было сложно понять, кому они принадлежали; Арсению даже не хотелось об этом думать. Остальные фотографии были менее шокирующими: следы лап на земле, клочки черной шерсти, следы на деревьях, о которые точили когти; отломанные когти и клыки лежали на серебристом подносе. Слушая Сигая и рассматривая фотографии, Арсений почувствовал холодок пробежал по спине. Следующий парой был предмет Болтина. Аудитория встретила студентов напряжённой тишиной. Болтин, уже ожидавший их за преподавательским столом, едва прозвенел звонок, быстро провёл перекличку. Его взгляд скользнул по списку, отмечая присутствующих. За месяц занятий Арсений ни разу не пропускал пары, как и большинство однокурсников. Лишь благословлённые иногда отсутствовали на парах, и Арсений догадывался, что за это они не сильно получали. На столах перед студентами лежали планшеты. Предстояло ответить на вопросы по пройденным темам, и на всё отводилось лишь тридцать минут. Никита как-то предупредил Арсения: Болтин видел в реальном времени всё, что они пишут так что нужно быть осторожными с тем что, пишешь. К счастью, задания оказались не такими сложными, как опасался Арсений. Он сосредоточенно работал, пальцы быстро скользили по экрану, вписывая точные формулировки. Через некоторое время, проверив ответы ещё раз, подписал работу и отправил их на проверку преподавателю. Когда время истекло, Болтин приказал всем сдать планшеты. Когда все сдали Болтин начал свой урок. – Как отличить преступление, совершенное витором, от преступления обычного человека? – спросил он и сделал небольшую паузу. Многие студенты задумались, но затем Иван Викторович резко произнес: – Ответ почти никак. Сделать это очень сложно. Некоторые убийства настолько ужасны, что кажется, будто человек на такое не способен – но это оказывается именно он. А обыденное на вид бытовое убийство может быть делом витора. – Но есть случаи, когда точно понятно, что это витор. Одна из самых страшных тварей. Охотник за беременными. – Недавнее дело – сказал Болтин и нажал кнопку на пульте. На экране появилась фотография молодой девушки в полный рост в мешковатой одежде. – Непримечательная фотография на первый взгляд. Скорее всего, никто из вас ничего не заметил. Девушку звали Поликарповой Полины, и здесь она беременна на втором месяце. Следующая фотография вызвала у Арсения дрожь: на ней было изображено тело девушки уже в морге она была и демонстрируя ужасное зрелище: ее живот был выпотрошен, и казалось, что там не осталось ни одного органа. Арсений поспешил отвернуться, его желудок закрутило от отвращения. – Она была найдена убитой двадцать восьмого августа этого года. Столь ужасное преступления кончено мог совершить и человек, но все очень сильно напоминало почерк одного витора. Дальнейшее расследование еще больше потвердело эту версию – Сказал Болтин после чего кадр снова сменился. Теперь на не было фото другой девушки тоже в полный рост и судя по качеству фотография была сделана давно. – Утверждать, что эта девушка первая жертва – мы не можем, но в его личном деле она стоит первой Фотография лежащий на земле обнаженной девушки с точно таким же выпотрошенным животом. Здесь было сделано все грубее чем. Похоже навыки хирурга у витора улучшились. – Охотника за беременными. Думаю, название говорит само за себя, На следующем кадре появились множество фотографий других девушек. Каждая из них была отмечена печатью трагедии и беспомощности перед лицом этого чудовища. Арсений почувствовал холодок в сердце. – Витор охотится за беременными на ранних сроках; он полностью их потрошит и выбрасывает тела на улице. Что происходит с органами – неизвестно; возможно, он их ест. – с 2003 года его жертвами стали тридцать две женщины. Убийства происходили в различных городах, начиная с Красноярска, где была убита первая девушка. Затем следовали Барнаул, Лебедянь, Радужный, Серов, Тейково, Сатка, Долинск и Карпинск. И, конечно же, Москва, где он находится последние два года. Болтин вновь переключил слайд, и на экране появилась карта с отмеченными городами. – Как вы можете заметить, он в основном охотится в маленьких городах, хотя иногда заглядывает и в крупные. Информация о нем крайне ограничена. Предположительно, его рост чуть выше среднего – около ста семидесяти сантиметров, а вес составляет примерно семьдесят пять килограммов. Для виторов его телосложения – это довольно внушительная масса, и, скорее всего, это не лишний вес, а крепкие мышцы. Таскать тела весом от пятидесяти до семидесяти килограммов не так-то просто. – Он умеет водить автомобиль, но каждый раз использует разные машины. Ворует их, покупает или арендует – неизвестно. Ни одну из его машин не удалось опознать. – Что касается жертв, то он, похоже, получает информацию от врачей-гинекологов, к которым приходят беременные женщины. В начале своей охоты он сам работал врачом и, судя по всему, обладал глубокими знаниями в этой области. Что добавляет еще один слой к его личности – он фетишист. Со временем он стал всё более уверенным и опытным, научившись искусно выбирать врачей, готовых за деньги или из-за страха делиться конфиденциальной информацией о своих пациентах. Тем не менее, все сотрудники, которые согласились сотрудничать с ним, в конечном итоге были осуждены и лишены лицензии на работу. – Интересно, что ни одна из его жертв не была изнасилована. Это свидетельствует о том, что его мотивы не связаны с сексуальным насилием в традиционном понимании. Он умен и хитёр; ему удаётся избегать встреч с сотрудниками БС, словно он на шаг впереди них. Он ведет себя так, будто знает, что за ним открыта охота, и всегда успевает исчезнуть.

Екатерина

Катерина сидела в кабинете, напряжение витало в воздухе. Мымликова Екатерина Робертовна, психолог с высоким узким лицом и пронзительным взглядом зеленых глаз, подведенных карандашом, внимательно изучала свою пациентку. Полные красные губы и обтягивающее платье до колен подчеркивали уверенность, которую она излучала. Катя прижала ноги к друг другу, чувствуя себя уязвимой. Ей не хотелось говорить — она знала, что Мымликова прочитает все её мысли, как открытые страницы книги. — Говорите, Катерина, — произнесла психолог с холодной настойчивостью. — Мы с отцом и младшей сестрой поехали в дельфинарий, — начала Катя, стараясь собрать мысли в кучу. — Мы с Мариной давно хотели туда съездить. Мама осталась дома с Ильёй, она недавно родила… — Она сделала паузу, сдерживая нарастающие слезы. — Папе позвонила соседка и сказала, что Илья орёт уже больше часа, а дверь никто не открывает. Я не знала, поэтому ругалась на отца, который резко повёз нас домой. Монстр убил мою маму… Но он не тронул моего двухмесячного брата. Они сказали, что в этом нет ничего странного: они редко убивают младенцев… Катя взглянула на Мымликову, но та оставалась непроницаемой, её лицо не выдавало ни малейших эмоций. Внутри Катерины зарождалась надежда — может быть, после этого разговора её отпустят. — Расскажите, как вы приспосабливались к новой жизни, к обществу благословлённых, — произнесла психолог, поворачивая к ней монитор, на котором было фото дельфинов. — И как вы относитесь к ним? Катя почувствовала, как внутри неё зашевелилось что-то тёмное. На экране весело улыбались эти морские создания с их гладкими телами и яркими глазами, полными безмятежности. Но вместо радости она ощутила отвращение. Дельфинов она теперь не любила. Один их вид пробуждал в ней болезненные ассоциации — тот самый день, тот кошмар, который возвращался в уме мельчайшими обрывками. Когда раньше дельфины были символом детской радости, теперь их силуэты на воде будто рвали старые швы, и Катя ощущала холодок в животе. Раньше они действительно были семьёй: мама держала всех вместе, её тепло и внимание связывали их так прочно, будто ничто не могло разорвать эту связь. После случившегося всё рухнуло мгновенно — как будто годы совместной жизни исчезли за один день. Каждый стал сам за себя, и самое страшное было то, что это казалось им самим естественным. Катя не раз ловила себя на мысли, что без матери отец будто потерял способность любить их по‑настоящему. Он пытался изображать заботу, но эти попытки выглядели неуклюже и неловко; даже младшая сестра Марина не обманывалась. События развернулись быстро. Удивительно, как скоро «благословенные» приняли их в своё сообщество — возможно, благодаря одному человеку. Александр Соловьёв работал в управлении; он был заметно старше отца: высокий, статный, с сильным, ровным взглядом, который не пугал, а вселял чувство защищённости. От него веяло спокойной силой — той самой опорой, которой им так не доставало рядом с отцом. Соловьёв помог отцу устроиться в новой жизни: с жильём, с работой, с няньками для троих детей (один из которых был ещё младенцем), с поступлением в закрытые школы, куда детям обычных людей дорога была заказана. Он организовал всё так незаметно и профессионально, что, Кати сложно было поверить все это просто так. Позже, узнав больше о мире и людях в нём, она начала чувствовать подвох — слишком хорошо, чтобы быть просто случаем. Ещё позже она случайно услышала историю самого Александра: когда он остался один с двумя маленькими детьми после того как монстр убил его жену. Ему тоже тогда помогли; теперь он просто возвращал долг чужим бедам. У Александра было двое сыновей. Алексей, старший, был старше Кати на девять лет — суровый, но внимательный, он дарил ей дорогие подарки на дни рождения, научил стрелять и нескольким приёмам самообороны. Антон же был всего на два года старше Кати; они росли почти ровесниками, учились в одной школе и легко находили общий язык. Между ними случились недолгие отношения — юная, робкая привязанность, которую Катя боялась обсуждать вслух, опасаясь реакции отцов. В итоге они расстались друзьями, и между ними всё вернулось на прежние, спокойные рельсы. Никто из семьи Соловьёвых не переходил границ: ни флирта, ни приставаний. Отец иногда оставлял девушек у них на попечение, доверяя Александру и его сыновьям больше, чем себе самому. С годами Катя всё чаще удивлялась этому доверию, но в доме Соловьёвых действительно было безопасно. Антон не был её первым парнем. Первым был благословенный молодой человек — красивый, уверенный в себе, который просто использовал ее для своей коллекции. Он ухаживал страстно: комплименты, подарки, блеск и обещания. Катя, тогда ещё наивная, чувствовала себя особенной — он убедил её, что она не такая, как все. Только позже она узнала, что для него это была лишь одна из меток в его коллекции. Этот опыт обжог её и научил выбирать осторожнее. Воспоминания о Соловьёве и его сыновьях для Кати всегда смешивались: благодарность за реальную помощь и теплоту, и тихая настороженность, что добро редко бывает бескорыстным. Но, глядя назад, она понимала: многие жесты были искренними. Человеческая доброта хоть и не исправляет всех ран, зато укладывает их так, чтобы можно было жить дальше. Она молчала, погружённая в свои размышления, не произнося ни слова. Несколько минут тянулись в тишине, словно время замерло. Психолог легко могла заставить её говорить, но не стала этого делать. Взгляд женщины был проницательным, словно она могла заглянуть в самую душу, и это пугало. Давно её так никто не пугал и не внушал мерзости, как эта женщина, которая легко читает мысли людей.

Роман

Князеву обработали рану на голове ничего серьёзного. Он сидел на лавочке во дворе. Вокруг него то и дело мелькали люди они то заходили в подъезд, то выходили из него. Он все еще находился в шоке от произошедшего, и радость от спасения быстро сменилась тревогой. Вопросы терзали его разум: куда пропала Ксения? Кто эти люди, которые его окружали? К нему подошел длинноволосый мужчина, который ранее спас ему жизнь. Князев не дал ему возможности заговорить перебил его: – Вы тот сотрудник ФСБ, что приходил к Корниловой? – Женщина меня неправильно поняла, я сотрудник БС, – ответил мужчина. – Почему вы следили за мной? – сразу задал следующий вопрос Князев. Мужчина не успел ответить, как к ним подошли двое других сотрудников которые выглядели как отец и сын настолько между ними ощущалась разница в возрасте. – Зачем ты их убил? – спросил старший, обращаясь к длинноволосому. – Мы же договорились об осторожности! – Он был в опасности! Нужно было действовать быстро! – ответил тот, не скрывая безразличие. Со стороны это выглядело словно отец ругает сына за очередную двойку, но уж никак за двойное убийство. Старший вздохнул с досадой и обратился к Князеву: – Как вы себя чувствуете? – не дождавшись ответа, он добавил: – Я думаю, вам лучше поехать в больницу. – Нет, я поеду домой, – резко ответил Князев. Внутри него бушевал шторм эмоций: он должен найти Ксению. Сотрудники БС обменялись взглядами, но Князев уже встал и направился к своей машине. Он знал: за ним продолжат следить. По дороге его мысли были только о Ксении. Что-то подсказывало ему, что она стала жертвой обстоятельств и совсем не была пособницей преступников, которая затащила его в ту квартиру, где он должен был погибнуть. Смотря в зеркало заднего вида, он заметил машину, которая явно следила за ним. Князев не мог с уверенностью сказать, что видел эту машину у сотрудников БС. Когда он наконец подъехал к её дому и вошёл внутрь, сердце его забилось быстрее от страха и надежды. Дверь в квартиру была открыта. Войдя внутрь, он закричал её имя и начал осматривать комнаты. В спальне на кровати он нашел два листа в клеточку. На одном было написано признание в убийстве Полины Корниловой и желание закончить жизнь, а на другом странный текст: "Помогаю вам закрыть дело". Он нашел её в ванной. Ксения лежала в воде с порезанными венами; Князев подбежал к ней и попытался привести в чувство, но было уже поздно. Словно мир вокруг остановился, он вызвал скорую помощь, хотя понимал, что она уже не поможет. Вскоре в квартиру вошли трое сотрудников БС. Они оттащили его от тела и усадили на диван в гостиной. Теперь тут работали очередные безликие люди. – Я не знаю, что с вами делать, Роман Борисович, – сказал старший сотрудник БС, стоя над ним. Князев понимал, что вляпался во что-то серьезное. И Ксения тоже стала жертвой этого кошмара. На записке был не её почерк; её пытались подделать. Но даже без экспертизы было видно это не она писала. Но что значила вторая записка с фразой "Помогаю закрыть дело"? Это мог написать настоящий убийца Полины Корниловой, который также убил Ксению и пытался убить его. Скорее всего, это был опытный маньяк, действующий уже долгое время. Но при чем здесь сотрудники БС? Они давно охотились за ним или он один из них? Ничего из этого он не мог сказать вслух. В гостиную вошел судмедэксперт и спокойно сообщил: – Женщина сама порезала вены; смерть наступила часа два-три назад. Это означало, что записка была написана ею и она действительно сделал это с собой сама. А что насчет звонка? Он ведь звонил Ксении и слышал её голос. Убийца мог записать её заранее. Старший сотрудник БС отпустил судмедэксперта. После него в гостиную вошли двое других сотрудников БС: тот, кто спас ему жизнь, и светловолосый молодой парень, которому едва исполнилось двадцать пять. – Роман Борисович, я надеюсь, вы понимаете, что произошло сегодня. Но все же позволю себе объяснить, – начал светловолосый сотрудник БС, его голос звучал строго и уверенно. – Ксения Щелкова убила свою пациентку, Полину Корнилову. Мотивом стали начинающиеся психические проблемы у женщины. Ее коллеги подтвердили, что в последнее время она была нервной и словно кого-то боялась, постоянно оглядывалась, как будто искала невидимого преследователя. Поняв, что натворила, она покончила с собой, а вас она хотела забрать с собой на тот свет. Заплатила двум маргиналам, чтобы они убили вас. Вы меня поняли? – Последние слова он произнес медленно, пристально глядя Князеву в глаза. Князев почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он не мог поверить в то, что слышал. Внутри него раздался глухой удар: Ксения, его Ксения, могла совершить такое? – Она умерла до того, как мне написала, – произнес он с трудом, стараясь собраться с мыслями. – Я звонил ей и слышал её голос. Лицо светловолосого сотрудника исказилось гримасой ненависти, но он быстро исправил её на приторно дружелюбную улыбку. – Вам всё понятно? – повторил он. Князев оглядел двух сотрудников БС. Они внимательно следили за ним, их взгляды были полны настороженности и ожидания. В памяти всплыли образы тех людей, которые были с ними, еще несколько агрессивных лиц, готовых в любой момент вмешаться. Он посмотрел прямо в лицо светловолосого и произнес с решимостью: – Да.