Кто истинный враг?

Это не её дочь. Вера была в этом абсолютно уверена. Внешность, голос — всё совпадало, но остальное... Ульяна не такая. Она всего лишь подросток, и Вера пыталась успокоить себя — в этом возрасте дети меняются. Однако всерьёз поверить в то, что абсолютно похожий ребёнок играет роль её дочери, было сложно. Зачем это кому-то? Мысль о том, что произошло что-то мистическое, казалась ещё более абсурдной. Родная дочь пугала её. Ей всего пятнадцать, и она вдруг перестала общаться с подругами, с которыми дружила с первого класса. Ульяна просила перевести её в другую школу, накапливать деньги на обучение. Её успеваемость улучшилась, и Вера должна была радоваться этому — её ребёнок взялся за ум и готовился поступить в хороший институт. Но вместо радости она чувствовала только страх: ей хотелось вернуть свою дочь, а не эту чужую. Вера боялась поделиться своими переживаниями даже с близкими подругами или сестрой. Отец Ульяны редко общался с ними, и вряд ли заметил бы странности. Она решила сделать ДНК-тест тайно, чтобы удостовериться. Но мысль о результате пугала её. Она понимает, что оба ответа приведут её в ужас: «Она ваша дочь» и «Она не ваша дочь». Она боится его делать, но ещё больше боится представить, что с её настоящей дочерью. Она продолжала играть роль обычной матери, словно всё нормально. Возможно, Ульяна чувствовала фальшь, но они обе делали вид, что не замечают странностей друг друга. Вера готовила обед, нарезая овощи, пока бульон кипел на плите. Она отвлеклась на телефон и начала искать что-то поинтереснее. В ленте ей попалось видео с интригующим заголовком: «Моего ребенка подменили». Вера нажала на него. Женщина по имени Анна выглядела не очень хорошо — её старались привести в порядок. Напротив, неё сидела красивая и ухоженная девушка с тем же именем. Слова Анны показались Вере знакомыми. Она не одна в своих переживаниях. Видео затянуло её, и она полностью отключилась от реальности. Ощущение общего и близкого охватило её. Видео еще не закончилась, когда Вера решила посмотрела комментарии: «Ненормальная женщина пыталась убить собственного ребёнка!», «Да в тюрьму её надо!», «Притворяется больной, чтобы избежать наказания» и просто оскорбления в адрес женщины. Вера не могла понять. Она досмотрела до конца и осознала. В конце журналистка произнесла что несчастная Анна — психически больная женщина, которая решила, что её сына подменили, и пыталась убить собственного ребёнка. Затем она стала говорить о послеродовой депрессии и о том, как важно помогать матерям, о психических заболеваниях, которых мы не замечаем у себя и своих близких. Подняв голову, Вера увидела в проёме двери Ульяну. Худенькая девушка в домашних шортах и майке, с двумя хвостиками на голове, смотрела на неё с улыбкой. — Скоро еда будет готова? — спросила она.   

Арсений

— Анна Николаевна, вопросов к вам у нас много, — произнес Лянцев, его голос звучал уверенно и сурово. Он не собирался делать поблажек этой удивительно красивой девушке, которая, казалось, была совершенно не готова к такому повороту событий. За стеклянной перегородкой Арсений с Денисом наблюдали за допросом, их лица были сосредоточены. Предъявить что-то Тихоновой за интервью им было нечем. Никакого запрета делать это у нее не было и быть не могло. Тихонова, журналистка, давно заинтересовала БС и ФСБ. Она умела добывать информацию, которую, казалось, невозможно получить, и это вызывало множество вопросов. Как она могла заполучить такие фотографии и видео, которые не должны были попасть в ее руки? Либо ей их передавали сами сотрудники, либо преступники. Ее интервью с женщиной, которая утверждала, что ее сына подменили, выставило ту в крайне невыгодном свете — психически нездоровым человеком, готовым на крайние меры. В рассказе Тихоновой мелькали детали о выкидыше и жалобах на грубое поведение этой женщины с коллегами и клиентами. Но самое главное — она так и не объяснила, зачем сняла это интервью и в чем его смысл. Огромные просмотры, которые явно были накручены, она тоже не смогла правдоподобно объяснить. — Я искренне не понимаю, почему меня заставили приехать сюда и отвечать на ваши глупые вопросы. Удивительно, я снимала гораздо более интересные и неоднозначные материалы. Но вас заинтересовало именно это, — произнесла она с нотками презрения в голосе. Лянцев оставил ее слова без ответа и передал ей фотографии. Арсений смог лишь мельком увидеть их: они были сделаны в квартире и похожи на них были изображены трупы. — Думаю, вы помните их. Ту статью. Эти фотографии откуда у вас? - продолжил он с холодным спокойствием. — Я не буду говорить без адвоката, — произнесла Тихонова, ее уверенность начала таять. Теперь она понимала, что ситуация становится серьезной. — Хорошо. Мы не нарушаем ваши права и предоставим вам возможность быть с адвокатом, — ответил Лянцев, его тон оставался ровным. — Анна, послушайте меня. Те, кто вам присылает эти фотографии — это не просто маньяки. Они куда страшнее. Сотрудничество с ними строго запрещено. Вы сотрудничали с ними добровольно, и это значит, что наказание вас ждет серьезное. Пожизненное заключение у нас в стране женщинам не дается — в этом вам повезло. Лянцев оставил девушку в своих размышлениях. Арсений, поджидая, когда Лянцев войдет в комнату, не удержался и сразу задал вопрос: — Ну что, её посадят? Лянцев, сдерживая вздох, ответил: — Прямых доказательств её сотрудничества с виторами нет. Но, как обычно, найдут за что её притянуть. Власти всегда умеют выкрутить ситуацию в свою пользу. Скорее всего, ей дадут срок, пусть и не слишком большой, но вот запрет на журналистскую деятельность — это почти неизбежно. Передвижение по городу в одиночку было под строгим запретом из-за угрозы нападения со стороны виторов. Хотя за этим жестко не следили, сотрудники БС сами прекрасно осознавали всю опасность и старались не нарушать правило. Ходить в компании, даже с одним напарником, снижало риск встречи с витором или недоброжелательными людьми. Арсений, желая посетить могилу Марии, столкнулся с непростой реальностью: после встречи с Каро ему было особенно опасно оставаться одному. Чистилин посоветовал ему обратиться к Арзамасцеву и Лянцеву, чтобы выяснить, согласны ли они составить ему компанию на кладбище. К его удивлению, ребята согласились. Они понимали риски, связанные с прогулками по городу, и желание поддержать друг друга было взаимным. Каждый из них готов был пойти на уступки: они съездят с Арсением, а потом он сможет провести время с ними. Это решение стало своеобразным компромиссом, позволяя всем чувствовать себя в большей безопасности. Светлый день окутывал кладбище мягким светом, словно природа сама старалась смягчить горечь утраты. На фоне ярко-голубого неба белые хризантемы в руках Арсения казались особенно живыми, их нежные лепестки переливались на солнце, создавая ощущение надежды среди печали. Он шагал по аккуратно выложенным плитами дорожкам, а рядом с ним молча следовали Денис и Александр. Тишина была пронизана легким шорохом листвы и пением птиц, которые, казалось, не замечали мрачной атмосферы этого места. Арсений знал, где похоронена Мария, но в этом обширном пространстве с его бесконечными рядами могил он чувствовал себя потерянным. Внезапно к ним подошел сотрудник кладбища, с доброй улыбкой на лице он предложил свою помощь. Они быстро нашли могилу — простую, но изящную, с аккуратными гранитными плитами и свежими цветами от других посетителей. На памятнике была фотография Марии — невероятно красивая, с сияющей улыбкой, которая могла бы растопить любое сердце. Арсений стоял, не в силах отвести взгляд. Он заметил соседние могилы, где покоились однофамильцы, и на мгновение его охватила мысль о том, как жизнь переплетает судьбы людей. Собравшись с мыслями, он осторожно положил букет хризантем рядом с памятником, словно хотел укрыть её память от времени. Денис и Александр отошли на расстояние, тихо переговариваясь между собой. Арсений не слышал их слов, но чувствовал их поддержку в этом тяжёлым моменте. Шевцов, наконец, нарушил тишину: «Проси меня, я здесь лишь ради тебя. Когда-нибудь мы вновь встретимся». Эти слова были краткими, но полными смысла. Арсений почувствовал, как внутри него разливается тепло — он мысленно представил Марию рядом с собой, её объятия были такими реальными, что он даже ощутил её тепло. Но это было лишь иллюзией; она не могла быть здесь. Возвращаясь обратно к машине, они шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Арсений в последний раз обернулся к кладбищу, и в его сердце возникло чувство завершённости. Посещать это место больше не хотелось — слишком много боли и воспоминаний пряталось за этими камнями. Сев в машину, он взглянул на своих друзей и понял: несмотря на всё, что произошло, они были рядом — и это давало ему силы двигаться дальше. Машина плавно заехала во двор и остановилась рядом с подъездом где девятнадцать лет прожил Арсений. Проданная квартира Арсения управления теперь полностью принадлежала ему и становилось местом укрытием где сотрудники управления могли находится и выслеживать виторов. Внутри квартира сильно не изменилась добавились немного мебели. На кухне он обнаружил микроволновку. Новый диван и кресла в гостиной и плотные шторы на каждом окне. Сегодня первая ночь, которую Арсений проведет в своей вернее уже не в своей квартире. Их цель изучить без малого всех жителей участка. Витор может быть кем угодно. В квартире они смогут спокойно работать, есть, принимать душ и спать. Шевцов тем более знал многих людей и знал каждый уголок улицы.    

Роман

Князев стоял у окна своего кабинета, глядя на серое небо, которое отражало его внутреннее состояние. Он чувствовал, как усталость и разочарование заполняют его душу, и мысли о том, чтобы уйти из полиции, становились всё более навязчивыми. Он не мог больше терпеть эту бездну лжи и коррупции, в которую погружалась их работа. Вспоминая последние события — выстрел в подъезде, попытку убийства мужчины, который, несмотря на опасность, сумел ранить нападавшего, — он понимал, что это лишь верхушка айсберга. Словно в ответ на его размышления, в голове всплыло лицо сестры Ксении. Он смотрел ей в глаза, втирал ей ложь, зная правду о ее сестре. Князев помнил разговор с Рисовым, когда делился с ним своими желаниями уйти из этой грязной игры. Но настоящим ударом стал тот зловещий звонок, когда голос дочери сменился на низкий тембр. Сердце Князева сжалось от страха — он бросился к жене и дочери, и лишь облегчённо вздохнул, увидев их в порядке. Но последней каплей стало задержание Рисова. Его жена плакала, не понимая причин и боясь за свою жизнь и жизнь дочери. Она была одна с малышкой, а он не мог ей помочь. Управлении БС сообщили ей задержании Рисова, и, хотя он мало знал о причинах этого заключения, понимал: если замешаны БС, то дело лезть туда не стоит. Рисов сотрудничал с запрещённой организацией, название которой никто не произносил. Князев взял ручку и начал писать заявление на увольнение. Вспоминая Никулина, он чувствовал себя разорванным между желанием жить спокойно и необходимостью разобраться в этом кошмаре. Он вышел из отдела полиции и направился домой. Но по дороге его внимание привлекли хлопки с седьмого этажа одного из домов. Он успел увидеть руки человека, который хлопал в ладоши, прежде чем тот исчез с балкона. В этот момент его мысли вернулись к Никулину. — Я видел Арсения», — сказал Даниил с оттенком недоумения в голосе. — Он спокойно ходил и улыбался. Его жизнь продолжается. Князев почувствовал, как внутри него что-то защемило. — Арсений оправдали. Он не убивал Машу, — произнёс он с горечью. —Я не верю, — Никулин поспешил объяснить. — Я не верю, что именно те двое сделали это. Не верю. Арсений знает больше. Князев почувствовал, как его охватывает понимание — он понимал душу Никулина, его отрицание было защитной реакцией на ужасную правду. Возможно, ему было бы легче думать, что это сделал Арсений. Но истина была слишком тяжела для восприятия. Князев знал, что не стоит открывать Никулину глаза на то, что скрывается в темноте — существа, которые выходят ночью и могут выглядеть как люди. Те, кто защищает от них, способны на всё. Он хотел бы сказать Никулину: «Пусть живёт дальше», но о какой жизни может идти речь в этом мире лжи и тьмы?

Арсений

Ночь окутала город, и квартира Арсения наполнилась мягким светом новых лампочек, которые приятно освещали комнату. Они почти не занимались работой, их внимание было полностью поглощено сериалом, который шёл по телевизору. На столе красовались чипсы, кукурузные палочки и газировка — всё это создавало атмосферу дружеской ночной посиделки. Время уже перевалило за первый час ночи, и они планировали уснуть лишь под утро. Раздавшийся звонок телефона Лянцева сначала не привлёк их внимания, но как только они услышали встревоженный голос Александра, они мгновенно насторожились. — Екатерина? — его голос звучал напряжённо. — На меня напал странный человек! — всхлипывала она. — Он принял облик моего мужа, но это не он! Я успела выбежать с дочкой и заперла дверь... Он здесь, Лянцев! Динамик был достаточно громким, и друзья ясно слышали её слова. Внезапно они уловили звук открывающейся двери подъезда. Сердце Шевцова забилось быстрее. Он обменялся тревожными взглядами с Арзамасцевым и Лянцевым, и, не теряя ни минуты, они выбежали из квартиры. Они быстро оказались рядом с домом где жили Рисовы. Во дворе был лишь один фонарь который с трудом освещал тёмное пространство. Арсений заметил женскую фигуру, стоявшую неподвижно в полумраке. Денис тоже её увидел и, не раздумывая, направил пистолет в её сторону, бросившись вперёд. — Стой! — закричал Лянцев, но было уже поздно. Денис, словно одержимый, мчался к фигуре, игнорируя предупреждения. В этот момент фигура резко обернулась, и в воздухе раздался резкий звук. Они не успели осознать, что происходит, как неизвестный стремительно подскочил к Денису и ударил его сзади по голове монтировкой. Он рухнул на землю, а Шевцов и Лянцев в ужасе остановились, охваченные паникой и недоумением. Фигура издалека начала двигаться к свету фонаря. В тусклом свете она стала изменяться — сначала это была девушка, но затем её облик плавно трансформировался в нечто ужасное. Арсений почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он знал, что это не просто монстр — это витор. — Беги! — закричал ему Лянцев, но их уже схватили. Несколько виторов окружили их, быстро скрутив руки. Удары по лицу сыпались как град, и вскоре оба оказались на земле. Один из виторов жестом указал своим подельникам, чтобы те убили их. Арсений посмотрел на Александра — его лицо было в крови, из глаз текли слёзы, но он улыбался и говорил: "Все нормально, нас ждет рай", — тихо прошептал Саша. Ему было больно это произносить. Эта улыбка, которая все еще была на лице, была пугающей и непонятной. Витор схватил Александра за волосы и резко потянул назад его голову. Арсений закричал в панике, когда Витор с блеском клинка отрезал голову Александра. — Нет! — закричал Арсений, его голос был полон ужаса. Витор повернулся к нему с отрезанной головой Александра в руках. Арсений почувствовал, как его охватывает паника. Он был ослеплён страхом и яростью. — Дважды выжить после встречи с Витором? — насмехался знакомый голос. Он узнал его сразу — Каро. — Отучиться год в академии, раскрыть слугу Виторов и самого Витора, а потом погибнуть в первый месяц работы? Браво, Арсений! Каро сел на него сверху, и свет фонаря хорошо освещал его. Арсений смог рассмотреть истинный облик того, кого он называл другом. Широкая улыбка и пустые черные глаза смотрели на него, и Каро начал избивать Арсения с такой силой, что тот не мог ничего сделать. Боль заполнила его тело, темнота окутала сознание. Слух пропадал, а мир вокруг растворялся в хаосе. Каждый удар отнимал последние остатки сил, оставляя только желание чтобы все скорее закончилось. Вскоре весь мир погрузился в пустоту.