Dispatch: Павший ангел

Лимузин с затемненными стеклами плавно двигался по ночным улицам Торранса, увозя Аманду и Итана прочь от разрушения и хаоса. Внутри салона воцарилась тягостная тишина. Итан сидел, скорчившись на кожаном сиденье, его одежда была пропитана засохшей кровью, а взгляд направлен в пространство перед собой, не фокусируясь ни на чем конкретном. Аманда сидела рядом, держа его за руку, её лицо выражало смесь облегчения и тревоги. Водитель, профессионально невозмутимый, не задавал вопросов и лишь изредка бросал обеспокоенные взгляды в зеркало заднего вида. На втором сиденье лежал аккуратно сложенный костюм — Аманда всегда была готова к непредвиденным обстоятельствам. — Переоденься, — тихо произнесла она, кивая на костюм. — Не хочу, чтобы охрана в здании видела тебя… таким. Итан медленно перевел взгляд на свои руки, испачканные кровью, и вздрогнул, словно только сейчас осознал масштаб произошедшего. — Я… — начал он, но его голос сорвался. Он сглотнул и попробовал снова. — Я сделал это? Всех этих людей… я… — Не ты, — твердо ответила Аманда, сжимая его руку сильнее. — Павший Ангел. Ты не контролировал это. Итан покачал головой, в его глазах читалось ужасающее осознание. — Но я чувствовал это, Аманда, — прошептал он. — Где-то глубоко внутри… я всё чувствовал. Каждую смерть. Каждый крик. И часть меня… — он запнулся, словно не решаясь произнести следующие слова, — часть меня наслаждалась этим. Аманда взяла его лицо в свои ладони, заставляя посмотреть ей в глаза. — Послушай меня, — произнесла она с неожиданной мягкостью для женщины, известной своей железной хваткой в бизнесе. — То, что сидит внутри тебя — это не ты. Это нечто древнее, могущественное, опасное. Но это не Итан Коуп. Не тот человек, которого я люблю. Итан смотрел на неё долгим взглядом, словно пытаясь найти в её глазах подтверждение своим надеждам. — Как ты можешь быть так уверена? — спросил он тихо. — Как ты можешь любить… это? — Потому что я знаю тебя, — ответила она просто. — С воспоминаниями или без них. И я вижу, как ты сейчас мучаешься от того, что произошло. Монстр бы не страдал, Итан. Что-то в её словах, в её уверенности, казалось, достигло его. Напряжение в его плечах немного ослабло, и он кивнул, принимая её утешение, даже если не мог полностью поверить в него. — Теперь переоденься, — повторила Аманда, коротко сжав его руку перед тем, как отпустить. — Нас ждет еще один разговор дома. В пентхаусе Итан принял душ — очень долгий душ, пытаясь смыть не только физическую грязь, но и ощущение крови на своих руках, которое, казалось, проникло под кожу. Вода у его ног долго оставалась розовой, прежде чем наконец стала чистой. Когда он вышел из ванной, одетый в свежую одежду и с всё еще влажными волосами, Аманда ждала его в гостиной. Перед ней на журнальном столике лежало несколько документов, а рядом стоял открытый ноутбук. Она подняла взгляд, когда он вошел, и Итан был удивлен, увидев на её лице не страх или отвращение, а что-то близкое к деловому раздражению. — Садись, — сказала она, указывая на место рядом с собой на диване. Итан послушно сел, пытаясь прочитать её настроение. Её лицо было серьезным, но не угрожающим. — Я только что закончила подписывать чеки, — объяснила она, кивая на документы. — Два миллиона долларов ущерба за “причиненные неудобства”. Итан моргнул, пытаясь осознать сумму. — Два миллиона? — переспросил он. — Но… там было гораздо больше разрушений. Аманда слегка пожала плечами. — Официально признанный ущерб частной собственности составил примерно эту сумму, — ответила она. — Кто-то, очевидно, решил сильно занизить оценку, учитывая все обстоятельства. Можно сказать, нам повезло — неофициально ущерб оценивается в десятки миллионов, но поскольку большинство жертв были известными преступниками… Она не закончила фразу, но смысл был ясен — никто не собирался чрезмерно наказывать за уничтожение тех, кого многие считали отбросами общества. Итан опустил голову, чувствуя новую волну вины. Убийство оставалось убийством, независимо от того, кем были жертвы. — Но это не то, о чем я хотела поговорить, — продолжила Аманда, её тон стал строже. — Я хочу знать, почему ты не послушался меня. Я же просила тебя оставаться дома, Итан. Я оставила тебя здесь и специально сказала не выходить! Теперь в её голосе явно звучали нотки обиды и раздражения. Итан поднял взгляд, удивленный сменой темы. — Я… — он запнулся, пытаясь вспомнить. Его память о событиях была фрагментарной, словно он наблюдал за происходящим через мутное стекло. — Я смотрел наш свадебный альбом… и потом… резкая боль в голове… Аманда слушала, её брови сдвинулись, создавая вертикальную морщинку между ними — признак её глубокой озабоченности. — То есть, что-то в альбоме спровоцировало Павшего Ангела? — спросила она, мгновенно переключаясь с раздраженной жены на аналитика проблемы. — Возможно, — кивнул Итан. — Я не уверен. Всё, что я помню после этого — отрывки. Кровь. Крики. И твое лицо… ты ударила его? Аманда позволила себе легкую улыбку. — Да, ударила, — подтвердила она. — Иногда прямой подход работает лучше всего. Итан покачал головой, в его глазах читалось что-то близкое к благоговению. — Ты либо самая храбрая, либо самая безрассудная женщина, которую я когда-либо встречал, — произнес он с искренним восхищением. — Просто женщина, которая хочет вернуть своего мужа, — ответила Аманда, но в её словах звучало удовлетворение от его оценки. Она придвинулась ближе, её выражение лица снова стало серьезным. — Ты так и не ответил на мой вопрос, — произнесла она, и теперь в её голосе была картинная обида. — Почему ты не послушался свою жену? Ты что, меня не любишь? Итан виновато опустил голову, его плечи поникли. — Виноват, — пробормотал он. — Я сам не знаю, как оказался там. Я бы никогда… — он запнулся, осознав абсурдность ситуации. Только что они обсуждали массовое убийство, а теперь она отчитывает его, словно он забыл вынести мусор. Но что-то в этой нормальности, в этом почти бытовом возмущении, удивительным образом возвращало его к реальности, к ощущению дома и принадлежности. К ощущению, что не все потеряно, что жизнь продолжается, несмотря на кошмар. Аманда, заметив изменение в его лице, смягчилась. Она протянула руку и мягко погладила его по голове, взъерошивая влажные волосы. Этот простой, почти материнский жест был наполнен такой нежностью, что Итан почувствовал, как краска приливает к его щекам. — Ты опять краснеешь, — заметила Аманда с легкой улыбкой. — Как подросток. Итан смутился еще больше, осознавая правдивость её слов. Его двадцатитрехлетнее сознание, лишенное десятилетия опыта и уверенности, реагировало на её прикосновения и интонации с наивностью юности. — Прости, — пробормотал он, не зная, что еще сказать. Аманда наклонилась ближе, её улыбка стала игривой, почти хищной. — Ничего, — прошептала она, её дыхание щекотало его ухо. — Я отыграюсь на тебе за всё сегодняшнее. Позже. В её голосе звучало обещание, от которого его сердце забилось быстрее. Что бы ни сидело внутри него, какой бы опасности они ни подвергались, в этот момент Итан чувствовал себя просто мужчиной, влюбленным в невероятную женщину, которая почему-то выбрала его. Он повернулся к ней, их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. В её глазах он видел не страх перед монстром внутри него, а просто желание — чистое, человеческое, направленное на него, на Итана. — Спасибо, — произнес он тихо. — За что? — спросила она, слегка наклонив голову. — За то, что не боишься. За то, что остаешься рядом, даже зная… — он сделал паузу, подбирая слова, — зная, что сидит внутри меня. Аманда взяла его руку в свою, её пальцы переплелись с его. — Я выбрала тебя, Итан, — произнесла она с такой уверенностью, что все сомнения отступили. — Со всеми твоими демонами, со всеми твоими тенями. И я не отступлю только потому, что дорога стала немного сложнее. Он не нашелся, что ответить на это признание. Вместо слов он просто наклонился и поцеловал её — мягко, благодарно, вкладывая в этот поцелуй всё, что не мог выразить словами. За окнами пентхауса ночной Торранс продолжал жить своей жизнью, огни города мерцали, словно отражение звезд на черной поверхности океана. Где-то там, в темноте, залегли тени прошлого и угрозы будущего — потерянные воспоминания, древние сущности, неизвестные враги. Но в этот момент, в тихой гавани их дома, всё это казалось далеким и неважным. Здесь были только они двое — мужчина, потерявший себя, и женщина, решившая найти его любой ценой. И в этом простом единении была сила, способная противостоять даже самой глубокой тьме. После насыщенного событиями дня тишина пентхауса казалась особенно ценной. Аманда приготовила ужин — ничего сложного, просто пасту с соусом из базилика и легкий салат, но для Итана это было откровением. Оказалось, что его жена, миллиардерша и глава транснациональной корпорации, умела и любила готовить. — Ты удивлена, — заметила Аманда, видя его реакцию на первый же попробованный кусочек. — Ты всегда так реагируешь, когда я готовлю. Как будто это самое невероятное, что ты видел. — Может быть, так и есть, — ответил Итан, с энтузиазмом продолжая есть. — То есть, ты управляешь огромной компанией, у тебя, наверное, армия поваров… — У нас был личный повар, — кивнула Аманда, наливая им обоим вино. — Но я всегда считала, что некоторые вещи нужно делать самой. Особенно если это приносит удовольствие. Итан наблюдал за ней, пытаясь сопоставить деловую, почти устрашающую женщину, которая противостояла Павшему Ангелу несколько часов назад, и эту домашнюю версию Аманды, которая с таким удовольствием накладывала ему добавку пасты. После ужина, когда посуда была вымыта и убрана (Итан настоял на том, чтобы помыть всё сам, чувствуя неловкость от того, что сегодня натворил), они переместились в просторную гостиную с огромным экраном на стене. — Нам нужно отвлечься, — сказала Аманда, устраиваясь на диване и похлопывая место рядом с собой. — Выбросить из головы все… дурные мысли. Сегодня был тяжелый день. Итан кивнул, соглашаясь. Он сел рядом с ней, всё еще ощущая некоторую неловкость — не от близости, а от контраста между утренней интимностью и кровавым полднем. — У меня идея, — продолжила Аманда, её глаза заблестели как у ребенка, замыслившего какую-то проказу. — Давай устроим марафон “Гарри Поттера”! Итан моргнул, удивленный таким предложением. — “Гарри Поттера”? — переспросил он с явным скептицизмом в голосе. — Серьезно? Аманда скрестила руки на груди, её глаза сузились в притворном негодовании. — Что не так с “Гарри Поттером”? Итан поморщился, явно не в восторге от идеи. — Не хочу я смотреть эту историю, — проворчал он, словно капризный ребенок. — Это же… меня раздражают всякие нелогичности в их магической системе, а еще эти явные аллюзии на… — Ну вот, снова началось, — закатила глаза Аманда, но в её голосе звучало скорее веселье, чем раздражение. — Ты всегда так реагируешь. Каждый раз. — Потому что есть гораздо более интересные фильмы! — возразил Итан, оживляясь. — Например, “Бегущий по лезвию” или любая работа Дэвида Линча… Аманда подняла руку, останавливая его. — Иногда я тоже хочу посмотреть что-то свое любимое, — сказала она с улыбкой, но в её голосе прозвучали нотки твердости. — Мы уж четыре раза смотрели твоего “Бегущего по лезвию” за последний месяц. Теперь моя очередь выбирать. Итан открыл рот, собираясь возразить, но затем взглянул на её лицо и сдался. Что-то подсказывало ему, что это была уже знакомая схема их взаимодействия — он сопротивлялся, она настаивала, и в конечном итоге они смотрели “Гарри Поттера”. — Ладно, — вздохнул он, откидываясь на спинку дивана. — Но я буду комментировать каждую нелогичность. — Я бы удивилась, если бы ты этого не делал, — рассмеялась Аманда. Она взяла пульт и включила телевизор, уже выбирая в стриминговом сервисе первый фильм саги. Вскоре комната наполнилась знакомыми звуками музыкальной темы “Гарри Поттера”, и экран показал Дурслей, получающих загадочного младенца у своих дверей. Аманда, устроившись поудобнее, прислонилась к Итану, её голова легла на его плечо. Это был такой естественный, домашний жест, что напряжение последних часов начало медленно отступать. — Ну вот, смотри, — не выдержал Итан уже через пятнадцать минут. — Если есть заклинание, которое может погасить все уличные фонари разом, почему они не используют его для чего-то более… — Шшш, — Аманда легонько шлепнула его по колену. — Просто смотри. Итан замолчал, но его выражение лица ясно говорило, что это временное перемирие. К середине фильма, однако, атмосфера в комнате изменилась. Аманда, которая вначале сидела, просто прижавшись к его боку, начала проявлять более активный интерес — но не к происходящему на экране. Её рука, которая изначально покоилась на его колене, начала медленное, но целенаправленное путешествие вверх по его бедру. Итан бросил на неё удивленный взгляд, но Аманда продолжала невозмутимо смотреть на экран, словно ничего необычного не происходило. Только легкая улыбка, играющая на её губах, выдавала её намерения. — Ты… — начал он, но его слова прервались резким вдохом, когда её рука достигла цели, легко поглаживая через ткань брюк. — Я что? — невинно спросила Аманда, наконец повернувшись к нему. — Смотри фильм, ты же так переживал за магическую систему. Итан сглотнул, его щеки слегка порозовели. Этот оттенок смущения, контрастирующий с его внешностью, с черными венами и неравномерными глазами, только подчеркивал его уязвимость и молодость — без десятилетнего опыта и цинизма, которые обычно защищали его. — Сложно сосредоточиться на фильме, когда ты… — он снова замолчал, когда её пальцы расстегнули молнию на его брюках. — Когда я что? — продолжала дразнить Аманда, её глаза сверкали смесью игривости и настоящего желания. — Просто считай это… профилактикой. Чтобы у тебя не было времени на дурные мысли. Она грациозно соскользнула с дивана, становясь на колени между его ног. Его брюки и нижнее белье были спущены достаточно, чтобы освободить его возбужденную плоть. — А как же фильм? — выдавил Итан, его голос стал хриплым от предвкушения. — Я его знаю наизусть, — ответила Аманда с улыбкой, наклоняясь ближе. — А тебе всё равно не нравится. Так что мы найдем более… взаимовыгодное занятие. Итан хотел что-то ответить, но все слова исчезли из его головы, когда её губы обхватили его член. Тепло и влажность её рта, комбинированные с умелыми движениями языка, заставляли забыть не только о фильме, но и обо всех событиях дня, недели, месяца. Его рука инстинктивно опустилась на её волосы, не направляя, просто наслаждаясь ощущением шелковистых прядей между пальцами. Аманда восприняла этот жест как поощрение и усилила свои движения, её глаза ни на секунду не отрывались от его лица, наблюдая за каждой его реакцией. На экране Гарри и его друзья сражались с троллем в женском туалете, но ни Итан, ни Аманда уже не обращали на это внимания. Весь их мир сузился до этого момента интимности, до этого обмена удовольствием и контролем. Краем сознания Итан отметил, насколько сюрреалистичной была вся ситуация — всего несколько часов назад он был воплощением разрушения и смерти, а теперь он здесь, в роскошном пентхаусе, с прекрасной женщиной, которая старательно отсасывает ему под звуки детского фильма о магии. Эта мысль вызвала у него короткий, нервный смешок, который быстро перешел в стон, когда Аманда сделала что-то особенно приятное своим языком. — Что смешного? — спросила она, на мгновение отрываясь от своего занятия. — Ничего, — покачал головой Итан, его глаза были затуманены желанием. — Просто… это всё кажется нереальным. Ты. Я. Мы. Аманда улыбнулась, её рука продолжала ритмичные движения, не давая его возбуждению угаснуть. — Привыкай, — сказала она с нежностью, смешанной с решимостью. — Потому что это реально. И это только начало. С этими словами она вернулась к прерванному занятию, и все мысли Итана о нереальности ситуации растворились в волнах чистого, физического удовольствия. К концу первого фильма Итан был полностью расслаблен, его тело излучало удовлетворение после нескольких умело доведенных до кульминации “сеансов профилактики”, как их назвала Аманда. Когда начались титры, Итан обнаружил себя в положении, которое было бы неловким с любой другой женщиной — лежащим на диване, с частично спущенными брюками, в полусонном состоянии от удовольствия. Но с Амандой всё казалось правильным, естественным, словно так и должно было быть. — Ну что, будем смотреть второй фильм? — спросила она, поднимаясь и вытирая уголок рта салфеткой. Её глаза сверкали довольством и легким озорством. Итан улыбнулся, первая искренняя улыбка за весь этот длинный, безумный день. — Знаешь, — сказал он, натягивая брюки обратно, — если “Гарри Поттер” всегда сопровождается такой “профилактикой”, я готов смотреть его хоть каждый день. Аманда рассмеялась, звук её смеха был легким и свободным, наполняя комнату атмосферой простого, человеческого счастья. — Тогда устраивайся поудобнее, — сказала она, уже выбирая в меню второй фильм. — Потому что впереди еще семь фильмов. И мне кажется, тебе потребуется очень много… профилактики. И в этот момент, несмотря на все тени, нависшие над ними — потерянные воспоминания, древнюю сущность внутри него, неизвестные планы врагов — Итан чувствовал себя счастливым. Не из-за экстраординарных событий или грандиозных побед, а из-за этих маленьких радостей, из-за этой интимности и принятия. Из-за женщины, которая видела в нем не монстра, а мужчину, достойного любви. Громкая музыкальная тема второго фильма заполнила комнату, и Аманда снова устроилась рядом с ним, её голова на его плече, её рука собственнически лежала на его груди. И в этом простом жесте было обещание — что бы ни случилось, что бы ни прятались в темноте, они встретят это вместе.