Связаны.

***

— Разве я не могу тебе просто помочь? — Минги старается говорить тише, хочет чтобы голос перестал дрожать от бушующих эмоций внутри, — Разве не могу? Он делает шаг навстречу к Юнхо, но тот шарахается от него как черт от ладана. Смотрит недоверчивым взглядом, пытаясь понять, что в голове у темноволосого. — Почему я не могу прикоснуться к тебе? Я очень хочу обнять тебя, Юнхо. Сон буквально глотает слова, запинается и судорожно вздыхает, пытаясь подойти ближе. Брюнет прижимается лопатками к холодной кирпичной стене, смотрит с опаской и вытягивает ладонь вперед, отрезая путь к себе. — Мне это не нужно. Оставайся на месте. — Я не хочу сделать тебе больно, Юнхо. Посмотри на меня! — Минги разводит руки в стороны и показывает, что совершенно безоружен и безопасен, — Я полностью открыт перед тобой. Я хочу помочь тебе. Хочу...просто хочу обнять тебя сейчас. В груди стягивается огромный тугой узел и Юнхо судорожно выдыхает. Нельзя. Нельзя никого к себе подпускать. Он не переживет еще одного предательства. Он больше не хочет доверять кому-то. Ни в этой жизни. — Ты боишься меня? Боишься, что я поступлю как они? — Минги прикладывает руку к сердцу, а свободной указывает себе за спину в пустоту, словно сзади стоят люди, которые предали Юнхо, — Разве я способен на такое? Разве я смогу сделать такое с тобой? Он подходит ближе, прикасается неловко к чужой щеке и ощущает как Юнхо напрягается всем телом. Он вытягивается как гитарная струна, избегает прикосновения, отворачивая голову в сторону. Минги закусывает нижнюю губу, смотрит виновато и прикасается смелее. Он укладывает ладонь на чужую щеку вновь, цепляется пальцами за ухо и поворачивает чужую голову к себе. У Юнхо глаза стеклянные как две темных яшмы. В них столько пережитого тяжелого бремени, что у Минги появляется желание взять хотя бы немного себе. Он осторожно ведет большим пальцем по щеке, ощущает как старший дергает мышцами под его прикосновением. Юнхо словно оголенный провод, который вот-вот закаратит от малейшей капли воды. — Я так хотел прикоснуться к тебе, — Минги прижимается собственным лбом в чужой, ведет пальцами в отросших волосах под ухом и прикусывает губу, — хотел прикоснуться не в пылу страсти, а просто потому, что хотел подарить тебе крупицу своего тепла. Хотел тебе показать, что прикасаться можно вот так. Сон ведет ладонью вперед, зарывается в темные локоны на затылке и притягивает старшего к своему плечу, прижимая к себе. Вторую ладонь он укладывает поверх его лопаток, гладит вверх-вниз и трется кончиком носа об чужие волосы. — Я хочу забрать твою боль, твое одиночество, Юнхо. — Зачем это тебе? Голос у Юнхо ломается как и он сам. Руки Минги такие теплые и большие. Они накрывают его, словно мягкое одеяло в зимние холодные вечера. Тепло чужого тела стало для Чона чем-то запретным. Он забыл что такое ощущать человека рядом с собой так близко. Юнхо чувствует как сердце в груди напротив заходится в аритмии и ему становится лишь хуже. Он цепляется пальцами по бокам за свитер младшего, пытается оттолкнуть Минги от себя, но тот оказывается сильнее. Он вписывается ладонями в его волосы, давит на лопатки и не дает ему сбежать. — Минги, пожалуйста. Юнхо начинает дрожать. Он сжимает чужой свитер в кулаках, пытаясь унять собственную дрожь в теле. Перед глазами полнейшая тьма из-за того, что его голова прижата к плечу младшего. Но не только эта тьма предстает перед глазами. Холодная темная ночь, которая лишила Юнхо всего живого, что когда-то было в нем. Запах духов Минги заполняет легкие, оседает в их стенках и въедается в слизистую. Дышать становится тяжелее. Юнхо ощущает как задыхается. — Я не хочу тебя отпускать, Юнхо. Я хочу держать тебя в своих руках чтобы ты мог твердо стоять на ногах. Минги отрывает пальцы от чужого затылка и Юнхо выпрямляет шею, поднимая голову. Его глаза бегают по лицу младшего, пытаясь найти подвох, но Сон смотрит на него с такой искренностью, что хочется плакать. Глаза у Минги бездонные чистые как два обсидиана. В них нет ни холода ни жестокости. В них лишь мягкий атлас и нежность шелка. — Зачем тебе сломанный я? Зачем? — Потому что мое сердце выбрало тебя. Лишь тебя. Слова даются на удивление легко. Минги говорит их с такой уверенностью, ведь совершенно не сомневается в их правдивости. Он выбрал Юнхо кажется с первого взгляда, когда они только столкнулись глаза в глаза. Словно перед ними пробежал ток или алая нить, которая туго завязала их запястья. — У человека не может быть двух соулмейтов за жизнь. Минги нервно машет головой в отрицании, отрывает чужие пальцы от своего бедного свитера. Он обхватывает запястье собственными пальцами, ощущает как кожа под подушечками нагревается и чувствует такой же жар на собственном запястье. Юнхо хватает ртом воздух и устремляет взгляд на собственную руку, которая покалывает и горит в длинных пальцах, которые сжимают ее. — Ты чувствуешь это? — голос предательски дергается, Минги вновь кусает губы, пытаясь сдержать улыбку, — Я чувствую это. — Это не может — Может. Минги отпускает чужое запястье, скользит пальцами по чужой ладони и переплетает их с чужими длинными. Юнхо судорожно выдыхает, глаза от алой линии на запястье не отрывает и видит точно такую же на чужом. От соприкосновения меток ток проходит мягкой дрожью по всему телу. — Я только твой, Юнхо, только твой. Мне никто другой кроме тебя не нужен. — Минги, я. — Ничего не отвечай мне, хорошо? Я не прошу любить меня взамен, просто позволь мне быть рядом с тобой. Позволь мне иногда касаться тебя вот так, ладно? Он опускает руку с лопаток на поясницу, а после и вовсе убирает, вздыхая. Минги отходит на шаг от старшего, пытаясь вернуть безопасное расстояние для Юнхо. Пальцы выскальзывают из чужих, но Юнхо издает болезненный стон и задерживает чужие пальцы в своих. Отпустить Минги сейчас означает лишь одно — потерять его навсегда. — Не уходи! Юнхо делает шаг на встречу, опускает их руки и крепко сжимает чужие пальцы в своих. Руки у Минги такие горячие, они разносят тепло по венам. Губы предательски дрожат и голос ломается в секунду. — Пожалуйста. Минги судорожно выдыхает, вновь сокращая расстояние между ними и прикасается губами к чужим. — Юнхо, я, прости. — Нет. Юнхо цепляется за чужую шею, притягивает младшего к себе и целует. Прижимается к чужим губам осторожно, боясь, что Минги растворится в эту же секунду. Прикасаться к нему кажется таким необходимым сейчас. Он сильнее вплетает пальцы в его кудрявые волосы, прижимает к себе и целует с такой нуждающейся тоской, которую Минги забирает себе. Он обхватывает его губы своими, улыбается в поцелуй и забирает боль Юнхо себе. Укладывает ладонь на его талию, притягивает ближе к себе и отвечает на поцелуй с такой же осторожностью. Юнхо в его руках распадается на осколки, словно феникс. Опадает яркими перьями на пол и возрождается вновь. — Я никогда тебя не брошу слышишь? Минги заправляет темные волосы за ухо Юнхо, гладит его по шее и прижимается губами к виску. На плечи падают первые капли дождя, смывая прошлое с них обоих. — Хотелось бы в это верить. Юнхо с опаской прижимается к чужой ладони на своей щеке и прикрывает глаза дрожащими ресницами. Дождь становится сильнее, превращает волосы в темные мокрые нити. Одежда тоже начинает мокнуть, неприятно прижимаясь к телу. Минги уводит старшего за собой, прикрывая его голову ладонью. — А ты поверь в меня. Они забегают в подъезд и облегченно вздыхают, стряхивая с себя одежду. Юнхо заправляет волосы назад, встряхивает руками и поднимает глаза на младшего, который словно завороженный наблюдал за ним. — Ты очень красивый. Минги отводит взгляд в сторону, прикусывает губу и усмехается. Наконец-то он смог сделать комплимент Юнхо. Внутренний барьер рушится после этих слов. Он так давно хотел сказать Юнхо насколько он красив. — Минги. Чон тушуется, бегает глазами по чужому лицу и судорожно выдыхает. В груди разливается давно позабытое тепло. Улыбка сама лезет на лицо. Минги дергается и громко чихает, потирая нос ладонью. — Пойдем, иначе ты заболеешь. Юнхо подходит ближе, стирает манжетом рубашки капли дождя с чужого виска и зависает от внимательных глазах обожания на себе. Минги смотрит на него так, словно перед ним самое невероятное и красивое существо. Этот взгляд такой завораживающий и нежный одновременно, что Юнхо разворачивается и уходит вверх по лестнице, прижимая ладонь к груди. Сердце словно вспомнило, что умеет работать и теперь он ощущает пульс в ушах. Минги заставил его сердце биться чаще. — Ты правда заболеешь так. Юнхо накидывает на чужую черную шевелюру полотенце, натирает голову и хмурится. Минги предано опускает голову и позволяет старшему высушить свои волосы полотенцем. Такой жест заботы очень приятный. — Я изначально не рассчитал, что погода может испортиться вот и оделся легко. — Тебя учили прогноз погоды перед выходом смотреть? Юнхо спускает полотенце на чужую шею и натирает волосы на затылке младшего, открывая вид на его довольное лицо. Темноволосый тепло улыбается, подставляет голову под заботливые руки и прикрывает глаза. — Если ты так всегда будешь заботиться обо мне, то я готов рисковать своим здоровьем. — Ты не будешь рисковать своим здоровьем! Чон обхватывает чужие щеки своими руками, сжимает их мягкость и заставляет Минги смотреть прямо на него. Он хмурит брови и говорит угрожающим тоном. — Ты меня понял? — Понял-понял. Юнхо опускает голову младшего к себе и оставляет поцелуй на виске. Прикоснувшись один раз к Минги, уже тяжело сдерживать желание прикоснуться вновь. Сон творит с ним что-то невероятное и от этого не хочется отказываться. — Юнхо. — М? — Я хочу тебя поцеловать. — Опять? Минги кивает, оставляет мягкий поцелуй на внутренней стороне его ладони и опускает ее вниз, наблюдая как Юнхо смотрит на него не мигая. — Можно? — Да. Сон усмехается, притягивает старшего к себе и целует в губы, ощущая как Юнхо расслабляется. Он становится мягче, тактильнее и Минги позволяет себе углубить поцелуй, вырывая с чужих губ несдержанный вздох. Юнхо ладони во влажные волосы запускает, ощущая как чужие укладываются на его поясницу и притягивают ближе, заставляя прижаться всем телом в чужое надежное. Прижавшись ягодицами к спинке дивана, Юнхо судорожно вздыхает в поцелуй и позволяет целовать себя. Минги действует аккуратно, с нежностью, пуская мурашки по коже. Он плавно ведет ладонями по пояснице, скользит языком между чужих губ и получает ответную реакцию. Юнхо жмется к нему, перехватывает инициативу в поцелуе и ведет с уверенностью, пуская дрожь уже по телу младшего. — Мы должны остановиться. Минги нехотя отрывается от припухших губ, заглядывает в глаза напротив и видит, как огонек страсти пробуждается в них. Ему сейчас так же хорошо как и Юнхо. Связь работает в обе стороны. — Ты действуешь на меня как наркотик. Юнхо ведет ладонью по шее, ощущает через руку чужой пульс и судорожно выдыхает. Младший такой теплый и податливый. Жмется к его рукам словно маленький котенок, ожидая ласки. — Ты на меня тоже, поэтому нам лучше остановиться пока не поздно. — Но я не хочу останавливаться. Минги пробирает дрожь от этих слов. Он сжимает чужие бока в ладонях, выдыхает рвано в губы напротив и видит перед собой совершенно другую версию старшего. Юнхо сейчас выглядит так возбуждающие, томный взгляд из под ресниц, припухшие губы и легкий румянец на щеках. Влажные волосы спадают на широкий лоб, придавая старшему больше пикантности. Юнхо хочется повалить на диван, поцеловать каждый участок его тела и показать на что способен любящий человек. — Я не хочу торопить нас обоих. Ты должен привыкнуть к такому близкому контакту со мной, хорошо? У тебя столько потрясений за день, что сейчас ты действуешь на эмоциях. — Ох, ты прав. Юнхо нежно оглаживает мягкую щеку младшего, касаясь подушечками пальцев его родинок. Его сейчас и правда переполняют эмоции, которые не дают здраво мыслить. Ему хочется все и сейчас, ведь внутри зарождается страх, что все это может исчезнуть в любой момент. — Я безумно хочу прикоснуться к тебе под одеждой, веришь? Хочу провести ладонями по твоим прекрасным ногам и зацеловать каждый участок кожи чтобы ты почувствовал мое отношение к тебе. — Этими словами ты больше распаляешь меня. Прекращай. Минги усмехается, вновь целует внутреннюю сторону ладони старшего и прижимается к ней щекой, вздыхая. В руках Юнхо хочется забыться. Отдаться им без остатка. — Поэтому я и не хочу торопиться. Мне будет тяжело остановиться, а ты должен быть морально готов к часам поцелуев. — Часам?! — Да, я буду целовать тебя до тех пор пока ты весь не покроешься моими поцелуями. Я зацелую тебя везде, где достану. Юнхо смущенно бьет младшего в грудь и смеется, ощущая как Минги прижался лбом в его плечо, хмыкая. — Придурок. — Это ты меня таким сделал. Прижавшись к друг другу они постояли какое-то время и единогласно решили досмотреть Мстителей, заканчивая день держась за руки. Рана в груди начала затягиваться, перестала кровоточить. Тепло чужого человека грело собственное. Сердце вновь начало отбивать четкий ритм, возобновляя свою работу. Метка на запястье приятно пульсировала от соприкосновения с чужой и Юнхо каждый раз завороженно выдыхал, ощущая связь со своим соулмейтом. Минги лишь трепетно прижимал к себе старшего, гладил его по волосам и прижимался губами к макушке, не ощущая протеста с другой стороны. Зуд на запястье пускал дрожь по всему телу и Минги довольно улыбался, держа в руках самое дорогое, что у него теперь есть. Он никогда больше не позволит Юнхо плакать, только если от радости. Он никогда не даст ему усомниться в своих чувствах, ведь любит по-настоящему.

***

Прижавшись бедром к кухонному гарнитуру, Минги переворачивал полуфабрикатные блинчики на сковородке, зевая. Готовить он не хотел, да и не любил особо, но есть что-то все равно нужно было. Несколько суток дежурства в больнице забрали у него последние силы, поэтому он прижался лбом к навесному шкафу и устало моргал. Спать хотелось безумно. Юнхо подкрадывается незаметно сзади. Обходит стол и оказывается рядом, прижимаясь всем телом в чужое. Руки находят место на талии, подбородок укладывается на крепкое плечо, а губы целуют родинку на щеке. Минги бодается щекой в чужие губы, замученно улыбаясь. — Сказал бы, что придешь. Я бы приготовил тебе что-нибудь. — Не поверишь, но ноги сами в твою квартиру привели. Как-то на автомате, да и с больницы к тебе быстрее добраться чем ко мне. Юнхо ведет ладонями по животу, сжимает младшего в объятиях и целует его в шею, бодаясь в нее носом. Темноволосый ведет плечом, смущенно хмыкает и переворачивает блинчики. Спустя пол года Юнхо стал таким приставучим и зависимым от прикосновений. — Может переедешь ко мне м? Ты все-таки квартиру снимаешь, а тут мы сможем вдвоем бюджет делить, — Чон вновь трется носом об чужую шею, зарываясь в темные волосы на затылке, — да и я просто хочу вот так обнимать тебя каждое утро. Можно? — Ты слишком убедительный, Юно. Минги отключает плиту, разворачивается к старшему и укладывает на него руки, скрещивая их сзади за шеей. Он скользит ласковым взглядом по лицу напротив, оставляет мягкий поцелуй на губах и усмехается. — Так ты согласен? — На выходных сможем перевести вещи. Юнхо усмехается довольно, притягивает младшего за талию и завладевает его губами, ощущая каким мягким становится Минги. Он подается под ласки его губ и языка, прижимается сильнее и томно вздыхает, отвечая на поцелуй с таким же напором. Усталость уходит на второй план. Он зарывается пальцами в темные волосы, наклоняя голову старшего и целует глубже, закусывая губы Юнхо, тот в свою очередь прижимает младшего к кухонному гарнитуру и вырывает у него болезненный стон. Макушка болезненно ударилась в ручку шкафа. — Прости, — Юнхо отрывается от чужих губ, прижимает ладонь к темной макушке и трет ее, — сильно болит? — Все нормально, ты отвлекся. Минги игриво смеется, притягивает старшего для нового поцелуя и тот усаживает его на столешницу, ведя ладонями по бедрам. Юнхо ловко разводит их в стороны, пристраиваясь между ними. Он знает, что Сон позволяет лишь ему быть ведущим, что позволяет сделать себя слабым. Юнхо пробирается ладонями под домашние шорты, оглаживает крепкие бедра и вырывает вздох у младшего. — Читаешь мысли. — Позволишь мне быть сегодня сверху? — Да, пожалуйста. Минги стягивает с плеч старшего халат, который спадает по рукам вниз и остается висеть на его талии, поддерживаемый поясом. Перед глазами открывается вид на широкие плечи, острые ключицы и слегка подкаченную грудь по которой Сон проводит ладонями. Юнхо такой красивый, такой открытый перед ним. — Хочешь остаться тут или переместимся в более удобное место? — Я так устал, что хочу куда помягче. Юнхо кивает, оставляет поцелуй на чужих губах и уводит младшего на диван, укладывая его на мягкие подушки. Минги футболку по пути снимает, попадает в капкан длинных пальцев и устало смеется, опрокидывая старшего на себя. Чон ведет ладонями по его бокам, большими пальцами задевает соски и вырывает томное мычание. Он оставляет поцелуй под челюстью Минги, спускается губами к его пупку и прикусывает кожу около V-линии. Минги прикусывает губу, зарывается пальцами в темные волосы и прижимает старшего к своему животу. Юнхо хмыкает, ладони под широкие шорты заводит и сжимает кожу под ягодицами. Он стягивает последние элементы одежды и отбрасывает на пол, вновь нависает над чужим лицом и целует младшего в губы, ведя ладонями по его голым бедрам. — Ты у меня такой красивый. Юнхо целует младшего в висок, поднимается с дивана и уходит в спальню за презервативами и смазкой. Минги смущенно хмыкает, скользит пальцами по собственному возбужденному члену и водит по нему ладонью. Он обожает комплименты, в особенности от собственного соулмейта. Чон возвращается, обводит довольным взглядом фигуру младшего и оседает на диван, укладывая ладонь поверх чужой. Минги томно вздыхает, жмется в большую ладонь пахом и получает поцелуй в щеку. — Уверен, что хочешь все? — Уже не знаю. Юнхо хмыкает, стягивает с себя халат с трусами и полноценно усаживается на диван, хлопая себе по коленям. Сону два раза повторять не нужно, он скользит по дивану и присаживается на крепкие бедра, затягивая Юнхо в мокрый поцелуй. Широкие ладони накрывают его ягодицы, сжимают и тянут на себя, заставляя Минги прижаться членом в чужой живот. Он двигает бедрами вперед, свободной рукой обхватывает чужой член и довольно хмыкает в поцелуй, выбивая стон у старшего. Чон выливает на их руки смазку, размазывает между двумя членами и обхватывает их пальцами, выбивая стон у обоих. Минги прикусывает его нижнюю губу, оттягивает и засасывает, углубляя поцелуй. Он знает, что Юнхо это нравится и ему самому это тоже нравится. Старший крепче ладонь на его ягодице сжимает, прижимает Сона еще ближе к себе и толкается в кольцо их рук, мыча в поцелуй. — Хочу твои пальцы, Юн-о. — Капризный. Юнхо мягко бьет младшего по ягодице, разводит одну в сторону и кусает Минги под ухом, ощущая как тот вздрогнул. Сон в свою очередь был поглощен процессом, он скользил ладонью по их членам, сжимал их между собой и осыпал шею старшего ленивыми поцелуями, пока тот медленно входил в него пальцем, пуская дрожь по телу. У Юнхо золотые руки во всех аспектах. Пальцы длинные и худые, ладони широкие и жилистые. — Я обожаю твои руки. — Только их? Чон давит подушечкой пальца на комок нервов и Минги стонет, прижимаясь к нему. Он всегда такой громкий и нуждающийся в подобные моменты. — Всего тебя. — Правильный ответ, принцесса. Минги смущенно хмыкает, сцеловывает ухмылку с губ старшего и ускоряет движение рукой, ощущая как оргазм поступает. Юнхо добавляет второй палец, двигается бережно, но быстро, доводя младшего до хриплых стонов и дрожащих бедер. Темноволосый хватает ртом воздух, прижимается губами к виску старшего и кончает ему на грудь с тихим стоном. Юнхо целует младшего в шею, массирует простату дабы продлить его удовольствие и кончает следом от стимулирования собственного члена длинными пальцами. Минги судорожно выдыхает, оседает всем весом на чужие бедра и тычется носом в волосы старшего. Вот теперь он действительно заебаный во всех смыслах. — Я не сдвинусь с места. — Покапризничай мне тут. Юнхо гладит чистой ладонью по темной макушке, зарывается носом куда-то в шею младшего и облегченно вздыхает. Минги ерзает на чужих бедрах, зевает и вздыхает, ощущая как сон завладевает им. — Малыш, давай дойдем до кровати. — Я без сил. Неси меня. Чон цокает языком, приказывает младшему крепче ухватиться за него и уносит сонную тушу в спальню. Минги жмется к подушке, сквозь сон ощущает на себе влажное полотенце и заботливые руки. Он чмокает губами, разворачивается на живот и заправляет руки под подушку окончательно засыпая. Юнхо тяжело вздыхает, по-быстрому убирает все и укладывается рядом, притягивая младшего к себе. Он целует его в лопатку, накрывает одеялом и укладывает голову на подушку к Минги, прикрывая глаза. На часах семь тридцать утра, сегодня суббота, поэтому Юнхо с чистой совестью укладывается спать дальше, прижимая к себе самое дорогое в жизни. Минги.