Кровь, музыка и время

Портал выбросил Эланджу посреди Общественного Центра будущего. В своем ярком желто-красном наряде и с антикварной, деревянной гитарой в руках, она была как вспышка аналоговой реальности в цифровом мире.Не желая тратить время на скучные наблюдения, Эланджа заиграла.Ее музыка, акустический джаз-блюз ее эпохи, был несовершенным, громким и живым. В мире синтезированных звуков и идеальных гармоний ее гитара звучала провокационно и захватывающе.Именно здесь ее заметила Касл. Подросток-гений, стоявший в сторонке, была очарована. Все вокруг слушали музыку в наушниках, но Эланджа играла для пространства, нарушая идеальную тишину Центра.— Твоя гармония нестабильна, но твой ритм... он живой, — сказала Касл, приблизившись.Эланджа, не прекращая игры, подняла глаза. — Я не играю по программе. Я играю, потому что мне скучно, — ответила она.Касл не стала спрашивать, откуда она; она сразу перешла к делу, заинтересованная, как любой великий ученый. Ее внимание было приковано к контрасту: идеальный вампир, играющий несовершенную, но живую музыку.После первого, шокирующего знакомства в Общественном Центре, Касл, всегда соблюдавшая правила приличия, пригласила Эланджу в роскошный ресторан будущего.Ресторан парил над городом, предлагая идеальные, синтезированные блюда. Эланджа, в своем ярко-желто-красном наряде, сидела напротив Касл, как экзотическая птица.Эланджа, конечно, ничего не ела. Она потягивала простую воду, объясняя Касл, что ее диета... специфична. Касл, со своим научным складом ума, не осуждала, а записывала данные.«Вампиры из прошлого питаются... только органическим материалом?» — уточнила Касл, изучая ее бледность.«Я питаюсь жизнью, Касл,» — ответила Эланджа, и в ее глазах мелькнула древняя хищная искра. «И это не то, что можно синтезировать.»Именно эта абсолютная честность и неприспособленность Эланджи к идеальному миру будущего очаровали Касл.После ресторана они пешком отправились в Театр Исполнительских Искусств — величественное сооружение, где хранилась история всех искусств.Они гуляли по тихим, подсвеченным аллеям. Эланджа говорила о своей музыке, о страсти, о том, как несовершенство создает красоту. Касл говорила о математике, о ритме вселенной.Именно во время этой прогулки Эланджа посетовала на свою вечную скуку.«У меня есть все навыки, Касл, но нет цели. Все, что я делаю, я уже делала тысячи раз.»Касл остановилась, посмотрела на Эланджу, стоящую в лунном (или его футуристическом аналоге) свете.«Я знаю, что тебе нужно. Тебе нужна высшая цель, усиленная технологией. Тебе нужна легенда, которую ты не могла создать в одиночку.»И Касл привела ее в свою мастерскую, где и представила Врумбо — идеального, всегда готового, кибернетического музыканта, который навсегда положит конец скуке.