обещание

В зале душно и пахнет старым церковным воском. Люди, которых Майкл даже не знал, сидели на скамьях и перешептывались, обсуждая невероятной красоты платье невесты, как и саму невесту. Солнечный свет, бивший по глазам из витражного круглого окна, словно издевался на Майком, не спавшим сегодня всю ночь. Победоносные доспехи давили на плечи, а меч, что Майк носил с собой постоянно, казался таким тяжелым, что руки устали его держать. Джейн… Джейн стояла рядом, улыбалась явно натянуто. Они оба не хотели этого брака, но так было нужно. Он — паладин, верный своему государству, верный своему королю. Она — принцесса, дочь короля, которую Майк знал с самого детства. Они росли вместе, ведь его семья служила при дворе несколько поколений. И когда встал вопрос, за кого отдавать замуж дочь, король не думал, просто отдал приказ готовиться к свадьбе. Созвали на торжество весь город, планировался большой праздник, ведь единственная дочь, наследница престола, выходит замуж! Да и не за какого-то самозванца, а за доблестного рыцаря, благодаря которому король выиграл несколько крупных битв за территории. Майкл бы не был против жениться на Джейн, она прекрасная, совершенно не избалованная девушка, с чутким, но сильным характером, свойственным будущей королеве. Но он не любил ее. Не любил ее так, как любил его. Уильям был капелланом, священником, что ходил с войском в походы, освящая и благословляя перед битвой. И он же сейчас стоял перед ними, читая молитвы, благословляя теперь этот брак. И Майк на него не смотрел, потому что если взглянет хоть на мгновение — разрыдается, словно ребенок. — Возлюбленные Джейн и Майкл, вы слушали слово Божие, оно напомнило вам о значении человеческой любви и супружества. И от имени Церкви я желаю вам испытать ваши намерения, — голос Уильяма Майк слышит как в тумане. Но даже так… даже так он знает, чувствует, что тот почти плачет, держась из последних сил. Майк рвется обнять его, прижать к себе, скинув с себя это лишнее железо, но так и остается стоять на месте. — Джейн и Майкл, имеете ли вы добровольное желание соединиться друг с другом узами супружества? *** — Майк! — Уилл громко смеется, убегая от Майка в одних лишь портках. Майк догоняет и щекочет, готовый умереть прямо здесь и сейчас от переполняющей нутро нежности, а после обнимает поперед живота, приподнимая, — Опусти меня, дикарь! — Ни за что, — Майк хихикает весело и целует громко, причмокивая, в шею и плечо, не желая отпускать Уилла из своих объятий. Очередной поход закончился победой, и в очередной раз после возвращения домой, они закрылись вдвоем в одной из отдаленных комнат церкви, при которой служил Уильям. И в очередной раз им так сильно не хотелось прощаться, потому что кажется, что это прощание станет последним, оттого и была ценна каждая минута, оттого они и были столь пылкими и страстными, показывая свою истинную любовь друг к другу. В Слове Божьем их связь греховна, она разрушает целомудрие, но… как любовь может быть греховна? Кто вообще решил, что любовь, такое чистое и светлое чувство, разделяется на хорошую и плохую? Майк этого не понимал, а Уилл, даже служа Богу всю свою жизнь, не знал, как это объяснить, потому лишь, что сам не понимал этого. Они сами не поняли, как и когда это с ними произошло. Оно просто случилось и они не смогли устоять перед этим чувством. Они вот так тайком встречались уже несколько лет, кажется, начали ещё до того, как Майкл стал паладином, лучшим защитником короля, а Уильям только становился священнослужителем, учась у своего отца. Каждая такая встреча для них ощущалась ярче, чем победа, глубже, чем любовь матери, чище, чем святая вода, для них это было настолько правильно и возвышенно, что хотелось кричать на весь город о своих чувствах, но приходилось молчать, играть в гляделки, воровать поцелуи украдкой в темных углах замка и церкви, и наслаждаться тем нечастыми часами, что выдавались, пока Государь устраивал праздник для всех жителей. — Ты такой грубиян! — ворчит, но улыбается Уилл и разворачивается в чужих руках, крепко хватаясь за щёки Майка ладонями, отчего его губы выпячиваются. — Но ты мой грубиян. — Только твой. — Обещай, что мы всегда будем вместе. Обещай, что всегда будешь любить меня. — голос Уилла серьезный, и серьезный настолько, что у Майка внутри все сжимается. Но он знает ответ. — Я обещаю, Уилл. Я буду любить тебя, пока моя душа не покинет это тело. Но даже на небесах я буду ждать тебя, и буду любить. — Майк вжимается в губы своего любимого крепко и целует так терпко, горько, но это печать. Печать на обещании, что он дал Уиллу сейчас при свете полной луны в маленькой комнатке рядом с часовней. *** Обещание, что Майк думал, что будет держать, даже если окажется при смерти. Обещание, что сейчас режет их обоих по сердцу так больно и жестоко… Джейн поворачивает на него голову и смотрит выжидающе, смотрит так, словно она все понимает, словно она все знает. Может, она и знает, но что с того? Они — заложники времени, исполнители прихоти престарелого короля, желающего получить достойного преемника до того, как покинет этот мир. Майкл гулко сглатывает, ком в горле сдавливает так, что он не может дышать. Ему кажется, что все вокруг остановилось, даже сердце перестало биться. Сколько минут прошло? Или секунд… Голова болит настолько, что хочется биться лбом о стену, лишь бы не думать, не знать, не участвовать и не чувствовать. Он ощущает Уилла так же хорошо, как самого себя, и от этого ещё хуже. Майку хочется кричать, плакать, бежать, желательно с Уиллом на руках и подальше. Но он все ещё стоит, уперев взгляд в канун за спиной Уильяма. Даже этот подсвечник украшен белыми розами и такими же белыми тканями. Мерзко. Липкий пот течет струйками по спине и груди, Майк чувствует себя грязным, тяжелым и вмиг постаревшим. Ему нужно ответить то, что от него хотят услышать все, кто сидит за ними, что хочет услышать король. Но Майк не может из себя выдавить ничего, кроме хрипа, сдавленного тем самым обещанием. — Джейн, прошу ответить вас, — Уильям… его родной, такой любимый, нежный, ласковый и чувственный, отдающийся в его руки с таким рвением и желанием, Уилл… он чувствует его так же. И дает возможность отдышаться. Но воздух не проходит, горло саднит от сухости. Латы жмут, отчаянно хочется скинуть их с себя, пока они не сдавили его окончательно. В моменте кажется, что было бы отлично все сейчас отменить, сказать «нет» и поцеловать Уилла при всех, но дальнейшая мысль о том, что Уилл может от этого пострадать вплоть до отсечения головы, бьет поддых. Ему даже плевать, что его самого ждет такая же участь, но даже предположение о смерти Уилла или о том, что ему будет больно, заставляют Майка в гневе скривиться. — Нет. — голос Джейн, как гром среди ясного неба, звучит настолько отрезвляюще, что Майк пошатнулся. Люди начали шептаться, возмущенные дамы охали и ахали, сетуя на «глупую избалованную принцессу». Король встрепенулся и подошел к дочери. — Милая, в каком смысле «нет»? — В прямом. Могу повторить на другом языке, если я неясно выразилась. Отец, я люблю Майка. Правда люблю, но не так, как того хочется тебе или кому-то ещё. Эта свадьба — не моя прихоть, а твоя. Я не готова к замужеству. Не с тем, кто меня не любит. — шепчет принцесса, скидывая с себя фату. — Джейн… — Чтобы быть твоей наследницей, мне не обязательно иметь мужа. Майку кажется, что он попал в свой сон, такого не могло быть, просто не могло. Почему она так решила? Из-за него? Или она действительно не хочет даже мириться с этим браком? — Майк, — Джейн приподнимается на носочки и целует Майкла в щеку, — Когда я стану королевой, вам больше не нужно будет прятаться по углам, я обещаю. — Откуда… — Я не слепая. Сердце забилось чаще. Майк не знал, сколько простоял так в полном шоке, но когда пришел в себя, рядом стоял только Уилл, трепетно снимающий с него доспехи. Как Майк оказался в их родной комнатушке, он не имел ни малейшего понятия. — Что… что это было? — он хлопает глупо глазами и смотрит на Уилла. — Не знаю… чудо? Я предпочитаю думать, что это Божественное благословение. — Уилл пожал плечами и улыбнулся, развязывая пояс на рубахе Майка. — У тебя очень сложное лицо. Стоит ли мне волноваться за твои умственные способности? — Дурачком не стал, — фыркает Майк и проводит пальцами аккуратно по волосам Уилла, будто убеждая себя же в реальности происходящего. — Но такой шанс был бы, если бы… если бы это все случилось. — Если бы ты женился на Джейн? — Да. Я бы нарушил обещание. — Майк… ты же знаешь, что я бы не стал винить тебя в этом. — Знаю, но лучше мне от этого не становится. — он заправляет волосы Уиллу за ухо и наклоняется вперед, целуя его в губы невесомо, словно это их первый поцелуй, — Я так сильно… так сильно люблю тебя, Уилл. — А я люблю тебя.