Культивирующий Шиноби: Упорядочивая Хаос

Арена Конохи гудела, как растревоженный улей. Тысячи зрителей, лорды, даймё и сам Казекаге, сидящий рядом с Хирузеном, — все ждали зрелища. Наруто стоял на балконе участников, скрестив руки на груди. Его лицо было непроницаемой маской, но Ци-Сенсорика работала на пределе, сканируя трибуны. Воздух был насыщен не только азартом, но и скрытой, липкой угрозой. В тенях прятались Анбу, среди зрителей мелькали странные чакры. «Они ждут, — понял Наруто. — Весь этот турнир — лишь декорация». Первый бой прошел быстро. Шикамару Нара против Темари. Наруто наблюдал с легким интересом. Шикамару поймал куноичи Песка в свою Теневую Ловушку, продемонстрировав очередную гениальную тактику, а затем... поднял руку. — Сдаюсь. Чакра кончилась. Зрители засвистели, но Наруто едва заметно кивнул. «Молодец. Похоже, он уже тоже понял, что настоящая битва впереди. Не стал тратить ресурсы на шоу. Как и ожидалось». Второй бой. Канкуро против Шино Абураме. Канкуро вышел на арену, посмотрел на ложу Каге, нервно дернул плечом и заявил: — Я снимаюсь. Еще один отказ. Напряжение росло. Шино остался стоять, жужжа жуками, недовольный тем, что его проигнорировали. «Марионеточник бережет своих кукол, — отметил Наруто. — Они ждут сигнала. Скоро». — Третий бой! — объявил Генма Ширануи, выплюнув сенбон. — Наруто Узумаки против Неджи Хьюга! Наруто оттолкнулся от перил. — Мой выход. Он спрыгнул вниз, приземлившись мягко, без лишнего шума. Напротив него уже стоял Неджи. Вены Бьякугана вздулись на висках гения. Он смотрел на Наруто не как на противника, а как на ошибку в уравнении, которую нужно стереть. — Ты выглядишь уверенным, — холодно произнес Неджи. — Но это ничего не меняет. Судьбу нельзя изменить тренировками. Неудачник всегда останется неудачником. Я видел твой бой с Саске. Ты полагаешься на трюки и грубую силу. Против моих глаз это бесполезно. Наруто вздохнул. — Ты много говоришь о судьбе для того, кто даже не может выбрать собственную прическу без разрешения клана. Лицо Неджи исказилось от гнева. — Ты смеешь... — Начали! — скомандовал Генма. Неджи рванул вперед. Мягкий Кулак. Блондин не стал использовать клонов. Он принял ближний бой. Когда пальцы Хьюги устремились к его тенкецу, Узумаки не ставил жесткий блок. Он сместил корпус, позволив удару пройти в миллиметре от кожи, и мягко коснулся запястья врага, перенаправляя вектор атаки в пустоту. Ци-Тайдзюцу: Мягкий Поток. Неджи атаковал снова. Быстрее. Серия ударов. Наруто двигался как вода. Его сенсорика предсказывала траекторию, а тело «обтекало» угрозу. «Что это? — думал Неджи, наращивая темп. — Я вижу его чакру. Она спокойна. Почему я не могу попасть?» На балконе Хината сжала кулаки. Она узнала эти движения. Это были те самые движения, которые они практиковали у реки. Неджи, раздосадованный, решил закончить игры. Рывок. Удар ладонью в грудь. Наруто не успел уйти из-под линии атаки полностью. БАМ! Удар пришелся в плечо. Но вместо того, чтобы отключить руку, Неджи почувствовал, будто ударил в мешок с мокрым песком. Плотность тела Наруто была ненормальной. Контратака. Прямой удар ноги отбросил Хьюгу. — Хаккесё: Кайтен! Синий вихрь чакры отбросил Наруто в стену. Поднялась пыль. — Вот и всё, — выдохнул Неджи. Но когда пыль осела, Наруто стоял, отряхиваясь. — И кто тут полагается на трюки? Неджи замер. «Он не ранен?!» Наруто хрустнул шеей. — Защитой этот бой не выиграть. Он закрыл глаза. «Покажем ему разницу в наших силах, Лис». «С удовольствием». Воздух задрожал. Красная, пузырящаяся чакра вырвалась наружу, формируя Покров. Давление было таким, что зрители на первых рядах схватились за горло. — Что ты такое?! — выкрикнул Неджи. — Тот, кто отказался сдаваться. Наруто исчез. Земля взорвалась. — Шестьдесят Четыре Ладони! — Неджи ушел в глухую оборону, пытаясь перебить поток ударами по точкам. Две ладони. Четыре. Восемь... Наруто спокойно принимал удары телом. Красная чакра шипела, обжигая пальцы Хьюги, но он не прекращал. — Шестьдесят четыре! Финал. Удар в сердце. И тут Наруто поймал его руку. Красная лапа перехватила запястье в сантиметрах от груди. Тишина. — Теперь моя очередь. Наруто сжал свободную руку в кулак. Сконцентрировал Ци и Чакру в одной точке. Не Расенган — он не собирался его убивать. Просто Удар. БАМ! Ударная волна прошла сквозь тело Неджи, выбив воздух из легких. Гений великого клана отлетел на десять метров и врезался в стену, что та пошла трещинами. Нокаут. — Победитель — Наруто Узумаки! — объявил Генма. Трибуны взорвались. Аплодисменты, крики. Наруто поднял взгляд на балкон, где лучилась от счастья Хината. Он позволил себе слабую улыбку. Покров развеялся. Но в этот момент... На другом конце балкона Гаара схватился за голову. Всплеск чакры Кьюби стал последней каплей. Шукаку внутри него взбесился, срезонировав с ненавистью Лиса. — Аааа! — закричал Гаара, и песок начал бесконтрольно вытекать из кувшина. — Мама! Она хочет его кровь! ПРЯМО СЕЙЧАС! На балконе сенсей команды Песка, Баки, мгновенно оценил ситуацию. Холодный пот проступил на его лбу под тканью тюрбана. «Плохо. Слишком рано. Если он начнет трансформацию здесь, в замкнутом пространстве...» Баки перевел взгляд на джонинов Конохи. Гай и Какаши напряглись на трибунах. Анбу в тенях приготовили клинки. «...его убьют в процессе превращения. Арена — это ловушка. Здесь нет места для маневра». Баки принял решение мгновенно. Он сделал резкий жест рукой — секретный сигнал Суны «Экстренная смена позиции». — Канкуро! Темари! — его голос, усиленный чакрой, прорезал гул толпы. — Уводите его! Живо! Канкуро, который пытался успокоить брата, вздрогнул и посмотрел на наставника. — Но план... Мы должны выпустить его здесь! — План изменился! — рявкнул Баки, спрыгивая к ним. — Здесь его задавят числом до того, как Шукаку полностью пробудится! Ему нужно время и пространство! Он схватил Гаару за плечо, передавая импульс своим подчиненным. — Тащите его в лес! Дайте ему трансформироваться полностью, вдали от их джонинов! А когда Зверь примет истинную форму... возвращайтесь и сотрите эту деревню в порошок! Темари и Канкуро кивнули. Подхватив безумного Гаару под руки, они рванули к выходу, используя шуншин. На трибуне Кабуто, замаскированный под Анбу, увидел это. «Умно, — оценил шпион. — Не хотят потерять Главный Калибр в первые же секунды войны. Что ж, прикроем их отход». Он сложил печать. С неба, словно снег, начали падать белые перья. Зрители на трибунах обмякли, погружаясь в сон. Турнир закончился. Началась война.