И на север приходит весна

Главный дворец в столице был поистине грандиозным сооружением для простого народа, живущего в отдалённых поселениях. Дворцовый комплекс представлял собой несколько отдельно стоящих зданий, садов, различного назначения построек. Можно было разглядеть неподалёку от главного, самого большого дворца, где располагался тронный зал, взмывающие вверх крыши ещё нескольких дворцов той же стилистики размерами поскромнее. Когда Юнна впервые сюда приехала, это казалось ей странным, но по истечению времени она привыкла. Когда Сынхан снял её с седла по приезду, то заметил, что у неё блеснули любопытством глаза, но спрашивать не стал. Он утомился в походе, да и рана его ещё не зажила. — Донсок, — обратился он к главному слуге, — поручи привести в порядок эту прекрасную госпожу, натерпевшуюся в походе всяких неудобств. Я обязан ей жизнью и надеюсь, что вы все тоже окажете ей тёплый приём. — Не сомневайтесь, я немедленно извещу Сохи, — вежливо ответил тот и улыбнулся. — Отдохни с дороги, для тебя это было очень тяжело, — обратился Сынхан к Юнне, поглядывающей на них из-под ресниц. — Надеюсь, что ты здесь не заскучаешь. — Мне уже нестерпимо скучно, — ответила она, отходя на шаг назад. — Иди, занимайся своими делами, я как-нибудь справлюсь. Сынхану не хотелось после стольких совместно проведённых дней разлучаться даже на несколько часов, но дела не ждали. Поэтому он оставил Юнну на попечение слуг. Потом он в срочном порядке собрался и уехал в империю Киоль, оставив распоряжение слугам заниматься образованием Юнны. Пока этот воин относился к ней лучше, чем любой другой мужчина, кроме её отца. Ей предстояло научиться семи искусствам благородной дамы, которыми владели аристократки в империи Киоль. А также нужно научиться этикету, кое-каким наукам и умению вести разговор, чтобы не ударить в грязь лицом в светской беседе. Таланта к танцам, вышиванию и наукам Юнна в себе не обнаруживает, хотя прилежно занимается всем тем, чем говорят. Согласно устоявшимся традициям, все женщины из знати должны быть не только красивы и изящны, но и уметь плавно двигаться, поддерживать разговор и развлекать пением и игрой на музыкальных инструментах. Сама она только петь немного умеет, да и в этом есть чему поучиться. Зато письменность она осваивает довольно быстро, и не проходит много времени, как она уже сама берёт книги и пробует читать, запоминая новые слова и использование правил грамматики. История даётся несколько хуже, но если она читает исторические очерки, то это служит на пользу обоим занятиям. К слову сказать, книг в дворцовой библиотеке предостаточно — часть из них куплены у торговцев, а часть уже доставили из империи Киоль в числе многих других предметов: тканей, утвари, предметов обстановки и многого другого. Юнна происходила из небольшого поселения и была дочерью охотника, поэтому никогда не видела столько красивых вещей и ценностей, и многие предметы вызывали у неё вопросы. Её наставница Сохи объясняла ей предназначение кое-каких вещей и очень старалась научить её тому, что сама умела. Поэтому в отсутствие Сынхана Юнна занималась делами, которыми принято заниматься женщинам из богатых семей, хотя к такой семье она как раз и не принадлежала. И вышивать не умела, и читать на их языке тоже не умела, зная его лишь устно, да и танцы с игрой на музыкальных инструментах ей давались плохо. У себя дома она всем этим не занималась. У них женщины должны были уметь вести хозяйство — еду готовить, печку топить, стирать, шить одежду, воспитывать детей. Всеми остальными делами занимались мужчины, включая работу на земле, торговлю, образование, политику и так далее. Нечего и говорить о танцах и пении. — Вы же совсем ничего не умеете, госпожа! — вздыхает Сохи, закрывая книгу. — Да, — отвечает Юнна, подпирая кулаком голову. — И с этикетом и манерами надо поработать. Уберите локти со стола, так сидеть не принято. Принц сказал, что надо научить вас всему лучшим образом, будто вы всегда это знали и умели. — Почему принц привёз меня сюда? Потирая виски пальцами, Сохи задумчиво произносит: — Донсок сказал, что его высочество упоминал, будто вы ему жизнь спасли. — Это было уже после того, как он спас мою, поэтому ничего не объясняет. — Ах, госпожа, есть ли разница? Вам теперь до конца дней обеспечена безбедная жизнь, где вы всегда будете одеты и накормлены, в тепле и комфорте. Это ли не самое главное? Ничего не ответив, Юнна вновь смотрит в книгу. Ей надо было только выучить буквы и потом правила правописания. Не так уж много, учитывая, что разговаривать на языке она умеет вполне свободно. Не как носитель, разумеется, некоторые слова и фигуры речи для неё незнакомы, но она сумеет разобраться в этом. А вот всему остальному действительно придётся учиться. — Зачем принцу нужна такая наложница? Я ведь простолюдинка. Ещё и иностранка. Для меня всё это ново… И у меня нет имени и положения. — Может, это и есть ваше главное преимущество, — улыбается Сохи. — Давайте продолжим. Нам ли предугадывать мысли нашего господина? Мы можем только подчиняться приказам. Опустив взгляд в книгу, Юнна вновь принимается переписывать иероглифы.

***

Как и обещал, император Сыджон выделил брату в помощь нескольких важных сановников, некоторых переправил даже вместе с семьями, отправив их на кораблях. Пока ещё было тепло и воды не сковали льды, они отправились по северному морю в порт Саксана, где их уже ожидали. В столице многочисленные отправленные ранее строители и рабочие уже завершили строительство домов для новоприбывших, и многие уже там обживались. — Брат, теперь, когда ты сам стал правителем, тебе нужно задуматься о создании семьи и вопросе престолонаследия, — говорит Сыджон, когда они уже находятся в порту. Сегодня должен отправляться сам Сынхан. — Да, брат. Я уже думал об этом, — обычно серьёзный Сынхан улыбается. Все его мысли если не бывают заняты повседневными заботами и треволнениями о государстве, принадлежат прекрасной Юнне, ожидающей его там, в Саксане. Они не видятся уже второй месяц, и он очень скучает и постоянно думает о ней. — В Саксан отправились несколько чиновников с семьями, в том числе и семейство Бом. Я помню, что у вас были довольно тёплые отношения с молодой госпожой Бом, поэтому вернись снова к этой мысли или присмотрись к другим девушкам. — Да, брат. Я выберу самую достойную, — заверяет Сынхан. — Отрадно слышать, что ты так ответственно подходишь к этому вопросу. Если тебе понадобится моя помощь, обязательно дай мне знать. Я помогу тебе всем, чем смогу. Я понимаю, что тебе предстоит огромный фронт работ, и как только ты выявишь, что тебе чего-то недостаёт, дай мне знать. — Благодарю вас. Вы, как всегда, очень предусмотрительны. — Я представляю, в каком положении ты сейчас находишься, дорогой брат. Не так давно и я сам стал императором, и воспоминания о начале пути ещё свежи. Конечно, тебе может быть гораздо сложнее, потому что Саксан — это не то государство, в котором ты рос и воспитывался, и народ его ещё предстоит окончательно убедить, что мы им не враги. Но ты мудрый и ответственный человек, поэтому я уверен, что ты со всем справишься. Поблагодарив брата ещё раз за добрые слова, Сынхан прощается с ним и поднимается на палубу ожидающего корабля. Им предстоит примерно неделю огибать собственное северное побережье и побережье Саксана. Он отправляется вместе со своей матерью, которая высказывает небольшое волнение относительно того, как она перенесёт это плавание со своими больными ногами и в своём возрасте. Примерно через пару недель, если не возникнет никаких трудностей, Сынхан сможет увидеть Юнну. Честно говоря, он совершенно забыл про Бом Дахи, которую все считали его наречённой уже несколько лет. Его мысли занимает одна только прекрасная северянка. Они плывут вперёд несколько дней, и наконец замечают изменения, произошедшие в ландшафте, когда они оказываются вблизи берегов. — Какой скудный край, — замечает вдовствующая императрица, — голые скалы да немного травы на равнине. — Большая часть местности — хвойные леса, — отвечает Сынхан. — Когда мы обходили Саксан, нам сказали, что в такой местности как эта люди не селятся, но она и занимает не так много места. — Очень хорошо. На такой земле и в таком холоде мало что может пробиться. Но похоже, что лечебных вод здесь тоже нет. — Матушка, мы обязательно узнаем об этом. Не переживайте раньше времени. — Ваше величество, о себе я не очень беспокоюсь. Но какой вам будет толк от меня, если я буду только страдать от болей в ногах? — Матушка, разве толк не в том, что мы одна семья? — Я ещё хочу заняться воспитанием своих внуков. Надеюсь, вы не заставите меня ждать долго… Я уже немолода. Мне бы хотелось увидеть ваших детей. — Думаю, вопрос с моим браком скоро будет решён. — Из госпожи Дахи получилась бы хорошая императрица. Она красавица, благовоспитанна и происходит из хорошей семьи. — Матушка, — немного подумав, говорит Сынхан, — не кажется ли вам, что превосходной мерой для окончательного объединения Саксана и империи Киоль стал бы брак, заключённый с представительницей местного населения? Вдовствующая императрица с интересом смотрит на него: — Я думала, что этот дикий народ не научить изысканным манерам, принятым при дворе. — Научить можно любого чему угодно. Я нашёл девушку, которая мне очень понравилась. Она спасла мне жизнь. И я надеюсь, что вы с ней поладите. — Не знаю, возможно ли поладить с дикарями — они все язычники и проводят какие-то кровавые ритуалы, и я бы на вашем месте не стала доверять той, кто произошёл из этого народа. До добра это может не довести. — Матушка, разве я не имею право выбрать супругой ту женщину, которая нравится мне больше остальных? — Конечно, ваше величество, это ваше право. Но я вас прошу, будьте с ней очень аккуратны. Вдруг и вправду она владеет чёрной магией? — Матушка, мне раньше казалось, что вы не суеверны. — Я не берусь судить о том, что плохо знаю, — пожимает плечами вдовствующая императрица. — Говорят, что северяне занимаются магией, и я только выражаю опасения. — Матушка, для начала вам стоит с ней встретиться, а потом уже предупреждать меня об опасностях, — улыбается Сынхан. — Пожалуйста, не спешите с выводами. — Вы правы, мой дорогой сын, мои мысли немного рассеянны… Я предполагала, что у вас с госпожой Дахи уже всё решено и даже привыкла считать её своей невесткой. — Обстоятельства сильно изменились, матушка. Раньше, когда госпожа Дахи часто навещала нас, и мы регулярно встречались, я ещё был принцем, но теперь мой брат оказал мне великую честь и поручил стать правителем целого государства. Это совсем другая ответственность и совсем другое положение. Не уверен, что сейчас выбрать госпожу Дахи было бы наилучшим решением. — Хорошо, ваше величество, вы правы. Многое изменилось, и в первую очередь ваше положение. Я думаю, что вам действительно стоит хорошенько обдумать это решение и как следует подготовить будущую супругу к той ответственности, которая на неё будет возложена. Быть императрицей — это важная миссия. Давайте вернёмся к этому вопросу немного позже. Сейчас у вас есть заботы поважнее, а когда вы уладите первоочерёдные дела, мы сможем вернуться вновь к этой теме. — Да, матушка, — соглашается Сынхан. — Безусловно, нам стоит не торопиться и принять взвешенное решение. Я должен сначала заняться консолидацией наших культур и развитием государства. А там дело и до брака дойдёт. — Очень хорошо. Пожалуйста, расскажите мне, как выглядит столица, дворец, в котором мы будем жить? — перевела тему вдовствующая императрица. Сынхан тоже не прочь сменить тему, потому что пока матушку очевидно было не переубедить.