Часть 1
20 ноября 2025 г., 08:59
Ситуация довольно абсурдная.
Как багаж может оказаться на другом самолёте когда ты летишь частным рейсом?
Джорджу очень хотелось бы знать, как именно это произошло.
Ландо просто рад, что у него в ручной клади есть всё самое необходимое. Хорошо, что отсутствует лишь одежда.
— Невероятно, — бормочет Джордж себе под нос. Ландо видит, как он перестаёт притворяться: понимание и попытка вести себя вежливо сменяется грубостью, разочарованием, и холодным, становящимся чуть резче, взглядом. Поток его слов увеличивается вдвое. — Это бред. Что мы должны делать с их «искренними извинениями»? Пиздец.
Ландо смеётся над последним отрывком, когда Джордж сдувается, затем расправляет плечи и резко выдыхает. Его губы поджаты, и он хмурится. Немного забавно видеть эту грубую сторону Джорджа, которую камеры обычно не фиксируют — Ландо часто видел её, зная его бо́льшую часть своей жизни.
— Ты можешь позвонить Алексу, — усмехается Ландо, качая головой, пока они переминаются с ноги на ногу в холле. Он смотрит на свой телефон, ожидая новостей об их поездке в отель. Ландо улыбается, когда Джордж смотрит на него, приподняв бровь, и сыпет соли на рану. — Спроси, есть ли у него лишняя одежда. У вас один размер, нет?
Джордж заметно морщится.
Честно говоря, это не наезд в сторону Алекса. Джордж просто иногда бывает таким придирчивым. Вот почему Ландо над ним подшучивает.
— Может, ты просто слишком высокий. Лучше так, чем ничего, мне кажется.
— Да никогда в жизни.
Ландо громко смеётся, привлекая внимание других пассажиров. Джордж молчит, соблюдая приличия, и Ландо был бы рад, если бы в интернете появился хоть один отрывок с нецензурной бранью Джорджа. Смеха, пары дней поддразниваний и ужасного пиара точно было бы не избежать.
Когда большинство людей отворачиваются из-за отсутствия драмы, Джордж вздыхает, откидывается на спинку мягкого сиденья и, грозно нахмурившись, листает что-то в своём телефоне. Некоторые люди бросают взгляды в их сторону, из любопытства или потому, что знают их, в любом случае, пока никто особенно к ним не лезет. Жаль, потому что наблюдение за тем, как Джорджу приходится быть милым и сдержанным в этой ситуации, доставляет Ландо удовольствие.
Ведь как бы он ни насмехался над ним, на выходные у него тоже нет одежды.
— После заселения я собираюсь на шоппинг, — говорит Джордж, отрываясь от телефона одними лишь глазами. Ландо переводит взгляд со своего телефона на него. — Хочешь пойти со мной? И поужинаем где-нибудь, наверное.
— Э-э, я не знаю, будет ли команда что-нибудь делать сегодня вечером. Оскар приехал раньше, так что, возможно, они что-то запланировали.
Джордж закатывает глаза.
— И ты собираешься прийти в этой одежде?
Ландо не упускает из виду, как оценивающе Джордж оглядывает его с головы до ног, закатывая глаза и слегка снисходительно изгибая бровь и губы.
— Какая разница? Это просто ужин. Может, даже не ужин вообще.
— Тебе всё равно нужна одежда на завтра, — Джордж листает что-то в своем телефоне, затем останавливается, водя большим пальцем по экрану, и медленно поворачивает голову, сразу же сосредоточившись на Ландо. Когда он говорит, его тон ровный, уверенный, почти вызывающий, отчего уголки губ Ландо приподнимаются в озорной ухмылке. — Только не говори мне, что ты планируешь совершить набег на гардероб Оскара.
И Ландо улыбается. Он улыбается так широко, что Джорджу становится почти противно, и он думает о том, чтобы вернуть взгляд на свой телефон и притвориться, что ничего не происходит, но не может. Потому что он живёт ради этого, ради драмы — Джордж уже думает о будущем, о новостях и реакции фанатов, о последствиях, потому что люди поймут, что это одежда не Ландо, а Оскара, что бы это ни значило.
— Это, откровенно говоря, унизительно. Столько денег, а ты вынужден просить запасную одежду у своего товарища по команде. Как тебе не стыдно, а?
Ландо улыбается так, будто Джордж отдал ему поул. Такой легкомысленный и восторженный, абсолютно довольный реакцией.
— Если ты не можешь поделиться со своим товарищем по команде, это не значит, что другие не могут. В любом случае, это твоя вина, что ты такой высокий.
— Приятель, кто, блять, на стартовой решётке может хотя бы влезть в одежду Кими?
— Очевидно, не ты.
Джордж закатывает глаза, и на кончике его языка вертится ругательство в адрес Ландо, но, к его разочарованию, Джордж проглатывает его с очередным вздохом. Расправляя плечи, он садится, проверяет свой телефон, обводит их взглядом, затем вспоминает, что им дали бесплатный бокал шампанского за причинённые неудобства, будто они не могли себе его позволить.
— Где, блять, машина?
Ландо расхохотался и согнулся пополам, когда Джордж уставился на него. Люди снова смотрят, сдерживая пыл Джорджа и позволяя Ландо продолжать смеяться, словно ему рассказали самую классную шутку.
***
Добравшись до места назначения, они могут продолжить свой день. Пара папарацци и фанатов ловят их на выходе из аэропорта, и отсутствие багажа просто смехотворно: Джордж уже предвкушает заголовки в газетах типа «Летим налегке». Ландо всё ещё угарает с него. Они садятся в машину и наконец отправляются в отель, где как раз вовремя регистрируются и обмениваются номерами комнат на случай, если им захочется переночевать в другом месте. Ландо обязательно зайдёт к нему, хотя бы для того, чтобы посмотреть, какие новые вещи Джордж заберёт домой после воскресенья. Джордж уходит с охраной, предварительно сообщив им о своих планах. Ландо тоже вежливо предлагают пойти, раз уж такая ситуация, — он знает, что их надоумил Джордж, заметив, как он искоса смотрит на них, прежде чем снова надеть солнечные очки, потому что, несмотря на свою стервозность, Джорджу не всё равно, — но он с благодарностью отказывается, и они, наконец, расстаются с тех пор, как встретились днём. Комната 497. Но он поднимается этажом выше, буднично направляясь в чужую, насвистывая про себя и подпрыгивая на ходу. Он останавливается перед комнатой 503 и дважды стучит тыльной стороной ладони. Делает шаг назад, на его лице застыла ухмылка. Проходит всего пара секунд, прежде чем дверь открывается, и Оскар смотрит на него широко раскрытыми глазами, а затем осознаёт. — Ты приземлился? — Ну, как видишь, — хихикает Ландо. Оскар улыбается той мягкой улыбкой, которая у него всегда бывает, когда Ландо смеётся над чем-то, что не вызывает у него самого смеха. Иногда Ландо думает, что Оскар улыбается ему. — Устал? Ты только что заехал в отель? — Наверное. Оскар фыркает, слегка опуская голову и качая ей. — Что это вообще значит? Ты либо устал, либо нет. И ты либо только что добрался до отеля, либо нет. Ландо угукает, прикидываясь дурачком. — Да, типа того. Оскар вздыхает. Такой спокойный, такой терпеливый. Ландо хочется ущипнуть его за щёку. — Можно зайти? Поболтаем немного. Пока Джордж не вернётся, и мы пойдём ужинать, — наконец спрашивает Ландо, а затем быстро добавляет, указывая на него. — И ты, кстати, тоже идёшь. Я уже сказал Джорджу, что ты согласен, так что ты не можешь отказать. — Почему ты решаешь за меня? — Оскар закатывает глаза, но отступает в сторону, открывая дверь шире, чтобы впустить его. Ландо заходит в комнату Оскара, где царит обычный беспорядок, и театрально вздыхает, цокая языком и качая головой. Удивительно, как всего за несколько часов Оскар может привести комнату в ненадлежащий вид, разбросав повсюду свою одежду. Ландо неодобрительно оглядывается по сторонам, хоть неорганизованность Оскара в кои-то веки и сыграла на руку. Таким образом, когда почти всё выставлено на всеобщее обозрение, он может начать поиск одежды, хотя большинство вещей смешиваются друг с другом к тому времени, как он добирается до кровати — это занимает всего три секунды. — Прости за беспорядок, — смущённо говорит Оскар, хотя, судя по его виду, вины он явно не чувствует. — Я не ждал гостей. Совсем. — Ты знал, что я скоро приду. Ландо смотрит на него и улыбается, потому что он прав. Это уже почти вошло у него в привычку. В каждой поездке, независимо от разницы этажей или даже мест проживания, или даже от того, как они относятся друг к другу, Ландо хотя бы раз заходит в комнату Оскара. И во многих случаях, к примеру, как этот, из-за обстоятельств. Оскар делает вид, что собирает какие-то вещи, но тут же бросает их в другую кучу, а затем сдаётся и садится на диван лицом к Ландо. Окна находятся за его спиной, шторы не задёрнуты, небо темнеет, и вместо звёзд начинают мерцать городские огни. — Тогда поужинаем вместе? — как бы невзначай спрашивает Оскар, поддерживая светскую беседу, обсуждая общие планы. — Да, с Джорджем. Мы прилетели вместе. — Я знаю. Ты уже говорил. — Ну, просто хотел напомнить тебе. Оскар кладёт правую руку на подлокотник, прижимается щекой к кулаку и не сводит глаз с Ландо. Его улыбка смягчается настолько, что его глаза тоже сияют, когда он смотрит на Ландо. Тот ничего не делает, а просто врывается в его гостиничный номер, садится на его кровать и смотрит с озорством. Оскар знает, что за этим кроется скрытый мотив, и, когда он прижимает левую лодыжку к правому колену, слегка отклоняясь назад, Ландо наконец нарушает тишину. — Ты поверишь мне, если я скажу, что у меня нет багажа? Он поднимает бровь. — Это правда, — кивает Ландо, подтверждая сказанное. — У меня и Джорджа, как ни странно. Улетел другим рейсом, и кто знает, в какую вообще страну. Забавно, правда? Оскар закатывает глаза. — Умора. — А потом нас забрали с опозданием, так что день выдался не из приятных, — продолжает он, но его улыбка совсем не помогает в попытке вызвать у Оскара жалость, которую он так явно пытается сыграть. — Джордж пошёл купить одежду. Вероятно, он беспокоится о процентном соотношении хлопка и о том, что из-за определённой посадки он выглядит отвратительно. Ты когда-нибудь ходил с ним по магазинам? Не рекомендую. Оскар фыркает, и это сигнал Ландо. — И, как ты можешь видеть, я с ним не поехал. Потому что я не такой расточительный, как он. Новый гардероб на выходные — это уже перебор, правда ведь? Итак, как твой любимый товарищ по команде и, надеюсь, любимый человек во всём мире, — Ландо широко улыбается, когда Оскар делает глубокий вдох и выдыхает, понимая. — Я смиренно прошу тебя одолжить мне какую-нибудь одежду на выходные. Я обещаю очень хорошо за ней ухаживать и постирать, прежде чем вернуть. — И если я откажусь? — Тогда Джордж прав, и делиться одеждой со своим товарищем по команде — глупо. Ты же не можешь допустить того, чтобы Джордж оказался прав, да? — Ну не знаю, Ландо, — вздыхает Оскар, ещё сильнее утыкаясь лбом в кулак, отрывая взгляд от его лица, чтобы посмотреть на груду одежды по всей комнате, а затем снова на него. — Может быть, он прав, не думал об этом? — Так ты на его стороне? Ландо надувает губы, и это действует. Он слишком хорошо его знает. Или, может быть, Оскару просто нужно иметь силу воли посильнее. — Можешь поискать, — уступает Оскар. — О, спасибо тебе, Оск! Я знал, что могу на тебя положиться!***
Прошло какое-то время, почти два часа Оскар наблюдает, как Ландо оценивает его одежду. Он задирает нос, усмехается и слишком громко бормочет что-то с отвращением. А Оскар только и делает, что без особого энтузиазма ноет и защищает свой гардероб, забавляясь тем, как Ландо непреднамеренно отфильтровывает себе одежду. Стопка Оскара и стопка Ландо. — У тебя нет ничего, — раздражённо вздыхает Ландо, переводя взгляд между стопками на чёрную рубашку в своей руке. Он бросает её в свою стопку, уделяя полсекунды слову его. Его стопка одежды Оскара. Странно собственническая, но приятная. — Шоппинг с Джорджем лучше? Ландо усмехается. — В любом случае, — продолжает Оскар, краем глаза наблюдая за временем на своих наручных часах и за окном, — когда ужин? Ты не хочешь принять душ перед уходом? Ландо снова вздыхает. Оскар подумывает о том, чтобы взять ключи и самому отвезти Ландо в магазин, но не делает этого. На самом деле ему этого не хочется. Ситуация забавная, по-настоящему забавная. — Думаю, стоит. Что мне надеть? Подожди, а куда мы идём? Дай-ка я ему позвоню и узнаю. Лёгкий ветерок щекочет кожу Оскара, и он, наконец, встаёт, разминая ноги и руки, пока Ландо набирает что-то на своём телефоне. Он подходит к окну, чтобы закрыть его, оставляя шторы открытыми, хотя и подумывает о том, чтобы закрыть и их, опасаясь, что кто-то снаружи может заглянуть внутрь. В любом случае, вид шикарен, поэтому он оставляет их открытыми. — Обычное местечко. Что, вероятно, означает «шикарное» по меркам Джорджа. — Вот и приходи в обычной одежде, – Оскар усмехается, оглядываясь через плечо, чтобы увидеть, как тот бросает свой телефон на кровать. — Если начнёт злиться — можешь обвинять его самого. Он знает значение слов. — Ты просто хочешь его выбесить. — Кто бы говорил. Сам же доставал его в аэропорту недавно. Ландо лишь ухмыляется.***
— Ты просто катастрофа, — Джордж закатывает глаза, вытирая волосы полотенцем, накинутым на плечи. — Я выгляжу очаровательно, — Ландо медленно произносит последнюю фразу, стараясь несколькими словами вывести Джорджа из себя настолько, насколько это возможно. Джордж бросает на него сердитый взгляд и отворачивается. Он направляется на кухню, чтобы взять бутылку воды из мини-холодильника. Ландо лежит на его постели и невинно улыбается. Но это очевидно. Слишком очевидно. Чёрное худи на Ландо чуть длинновато, слишком поношенное, немного жмёт в плечах, но свободно по бокам. Капюшон свисает на затылке, вырез растянут и сползает вниз. Шорты-хаки с зеленоватым оттенком сидят на нём впритык, и, честно говоря, будь на то воля Джорджа, он бы сейчас же стянул это всё с него и заставил надеть хоть чью-нибудь другую одежду. Только не свою собственную — у самого ситуация та же. — Что в ней плохого, а? Обычная, простая, у меня даже есть что-то подобное. — Да, но ведь она не твоя, верно? — Да кто узнает, — Ландо закатывает глаза, полностью удовлетворённый. — Тогда почему бы тебе не пойти спать к своему маленькому миленькому бойфренду? Оставь меня в покое. Ландо фыркает. — А что, принцессе уже пора ложиться спать? — несмотря на свои слова, Ландо встаёт, не планируя задерживаться надолго, так как знает, что на завтра ему рано вставать. Ему говорили об этом сотни раз, и он уверен, что будь его телефон заряжен, он бы разрывался от напоминаний. — Или ты приглашаешь кого-то ещё? Ты делаешь мне больно, Джордж. Я что, недостаточно хорош для тебя, Рассел? Ландо вытягивает руки над головой, и, несмотря на то, как высоко он их поднимает, толстовка сползает вниз, прикрывая живот, чего не сделала бы его собственная одежда. Он стонет, затем зевает, внезапно почувствовав, как на него накатывает волна усталости. Направляясь к двери, он трёт глаз и улыбается, когда Джордж появляется рядом с ним, гладит его спину и похлопывает по плечу. — Не зацикливайся на том, что я собираюсь сказать, — вздыхает Джордж, взявшись за ручку своей двери, но не нажимая на неё, — но хочешь что-нибудь взять у меня? Рубашку? Пиджак? Если тебе что-нибудь приглянётся, можешь взять прямо сейчас, пока я не передумал. — Оу, так тебе не всё равно! Дверь открывается, и Джордж, закатив глаза, выталкивает его вон. — Буду расценивать это как «нет». Ландо разворачивается на пятках, улыбаясь ему. Но более дружелюбнее, мягче. — В любом случае, спасибо. На самом деле всё это не так уж и важно. — Скажешь это мне ещё раз, когда выйдешь замуж. Это и подшучивание, и немного насмешка. Но в глазах Джорджа столько нежности, что Ландо может просто отмахнуться. Они прощаются, и Ландо направляется к лифтам, когда дверь за ним щёлкает и захлопывается. Дверцы закрываются, его взгляд задерживается на кнопках. Хитро, с озорной улыбкой, он нажимает на круглую цифру пять.***
— Ты вернулся, — замечает Оскар, когда Ландо уже на полпути к своей кровати. Его одежда уже убрана, и Ландо может сесть, а затем лечь, глядя в потолок. — Устраивайся поудобнее, что-ли. Ландо смеётся, негромко, чуть вздымая грудь. — Джордж тебя выкинул? — Как мусор. Оскар выдыхает, расслабляя плечи. Ну вот, снова начинается. — И теперь ты хочешь, чтобы я тебя утешил? — Да, было бы неплохо, Оск. Он не вздыхает, но ему хочется. Так часто вздыхать точно не полезно для здоровья. Как и то, как часто люди закатывают глаза, глядя на Ландо. Хотя Оскару простительно. Однако пока он довольствуется тем, что включает прикроватную лампу, прежде чем выключить основной свет, задёргивает шторы, затем садится на край кровати и ложится рядом, уставившись в потолок. — Он даже не сказал, что я выгляжу мило, — Ландо ноет, слегка хихикая. — Как он посмел, — Оскар невозмутимо улыбается. — Вот именно! Затем Ландо перекатывается на живот, чуть не ударяя Оскара по голове, но останавливает себя и нависает над ним, скрестив руки над головой. Оскар с любопытством смотрит на него снизу вверх, и Ландо хочется кое-что проверить. Просто. Коротко. Приятно. Ландо хочется поцеловать Оскара и посмотреть, что из этого выйдет. — Так можно я останусь на ночь? Мне сейчас очень грустно из-за того, что Джордж был груб со мной. Я не думаю, что смогу заснуть один. — Вот как? Оскар слегка запрокидывает голову, затем просовывает под неё правую руку, они соприкасаются друг с другом. Рука Оскара прижимается к толстовке Оскара на теле Ландо. На предплечье едва видны линии, кожа прижимается к коже, но они этого не замечают. Щекотно, вот и всё. Когда Ландо снова говорит, его голос звучит тише и соннее, как у человека, который будет спать там, где он есть, независимо от решения Оскара. И вопреки решению Оскара. — Так можно? — Да. Конечно. Моя одежда, моя постель, ещё что-нибудь из моих вещей? Ландо что-то мычит, наклоняясь чуть ближе, и его губы слегка прижимаются ко лбу Оскара, уголки губ дёргаются в улыбке. К тому же, тепло.***
Пара появляется вместе, конечно же, они делят отель, — гостиничный номер в тайне, — и машину, это вполне логично. Следовательно, если они стоят рядом, люди сразу же заметят очевидное, как только появится первая фотография. На самом деле прошло пять минут, прежде чем Ландо начал хихикать, смотря в свой телефон, а Оскар вздыхать, время от времени поглядывая на него. Они сочетаются — специально. Скучные, простые и ничем не примечательные, но всё же совпадающие, и это всё, на что Ландо оказался способен со своими ограниченными вариантами. На нём совершенно новые кроссовки, привезённые ему Джорджем, полностью белый цвет достаточно хорошо смотрится. На Оскаре чёрные кроссовки. Его спортивные штаны песочного цвета сочетаются с обтягивающей рубашкой с короткими рукавами Оскара — она такого же цвета. Оскар надел чёрные шорты, будто погода никогда не имела для него значения. На Ландо чёрная толстовка с капюшоном, немного отличающаяся от вчерашней, без логотипа спереди. Нелепо и нарочито показушно. Вся его лента этим забита. Каждый комментарий заставляет смеяться. По мнению Ландо, это забавно, а организаторы мероприятия лишь вздыхают, когда наконец находят их. Пока им удаётся избегать внимания пиарщиков, хотя он понимает, что это ненадолго.***
— Ты выглядишь нелепо, — Джордж оглядывает его с головы до ног поверх солнцезащитных очков, затем снова сдвигает их на переносицу, скривив губы в недовольной гримасе. — Рад, что ты можешь правильно сочетать свою одежду, — Ландо огрызается в ответ. — Ты хоть снял бирки? Джордж выдыхает, раздражённый, но в то же время побеждённый. В основном просто сдавшийся. — Но всё равно спасибо за кроссовки. На эти слова Джордж начинает улыбаться. — Нравятся? — Они классные. Подходят ко всем тем скучным вещам, которые я буду носить. — Довольно универсальные. — Кто универсальные? Ландо оборачивается и видит, как подходит Оскар, на котором одна из запасных дождёвок Макларен — хотя дождём даже не пахнет. Ну, от ветра она хоть как-то защищает, предполагает он. — Сила дружбы и тот факт, что вы оба невероятно, немыслимо тупые, — отмечает Джордж, колко и с язвительностью. Оскар морщится, словно его прямо сейчас атакуют. — Ну… спасибо? — говорит он. — Он раздражён, — бормочет Ландо, усмехаясь. Он покачивается, задевает бедром Оскара и смеётся, когда Оскар улыбается. — Из-за багажа? — довольно невинно спрашивает Оскар. — Типа того. Между ними повисает тишина, и Джордж как бы невзначай оглядывается по сторонам, поправляя прическу и стараясь выглядеть собранным и презентабельным. Он, конечно, высматривает камеры. Они всегда есть вокруг и вызывают у него разную степень тревоги и раздражения. Но он всё ещё стоит лицом к этой парочке, просто улыбаясь. — Джордж! Ландо отскакивает назад и ударяется плечом о плечо Оскара, издавая негромкий вздох, в то время как Оскар обхватывает его руками за бока, чтобы не дать ему упасть и увлечь за собой. Оскар тоже вздрогнул, больше удивлённый реакцией Ландо. Кими хихикает, выглядывая из-за плеча Джорджа, и выглядит гордым собой. Джордж почти не отреагировал, лишь усмехнулся в их сторону. Расплата за то, что они его обсуждали, из-за чего он теперь настроен против них. — Кими! — визжит Ландо, оказываясь рядом с Оскаром. — Я тебя напугал? — невинно спрашивает Кими, заложив руки за спину и покачиваясь на пятках. И, честно говоря, по сравнению с Джорджем, который перед гонкой — воплощение хладнокровия и чёткости, Кими, да и вообще кто угодно, выглядит ангелом. — Почему ты здесь?! — Ландо выпрямляется, свирепо глядя на него. Кими лишь смеётся. — Это… вероятно, скоро появится в сети, — бормочет Оскар. — Просто прекрасно, — бормочет Ландо себе под нос, посылая ещё один свирепый взгляд в сторону Кими. — В любом случае! Возвращайся к своему мерседесовскому хоспиталити! Зачем ты здесь, а? Думаешь, кофе здесь вкуснее? — Я искал Джорджа, — отвечает Кими, глядя то на него, то на парочку, — вот и всё. Будь со мной поласковее. — После того, как ты меня напугал? Ни за что, малыш. Кими открывает рот, чтобы возразить, но чуть не чихает, когда их обдает порывом ветра. Он морщится, обижаясь на погоду, и у него щекочет в носу. Ландо не упускает из виду, как Джордж поворачивает голову, наблюдая за Кими — расчётливым, методичным, изучающим взглядом. — Где твоя куртка? — Говорили, будет солнечно, — утверждает Кими. — И? Всё равно бери с собой что-нибудь на всякий случай. — Знаешь, иногда ты бываешь невыносим. Нет, очень часто. Оскар улыбается, а Ландо осмеливается фыркнуть. — Вот когда ты заболеешь, тогда и посмотрим, кто здесь неудачник, — Джордж ругается, но снимает куртку и накидывает на плечи Кими, прежде чем тот успеет отказаться. Она ниспадает с него, хоть она и не длинная. Кими просовывает руки внутрь, закатывая рукава, в то время как Джордж поправляет воротник и немного укладывает волосы. На втором месте внешний вид. На первом то, что люди будут говорить по этому поводу в интернете. Ландо наблюдает за спиной Джорджа, за тем, как слегка двигаются его мышцы. Без сомнения, Джордж делает это специально, чтобы продемонстрировать облегающий лонгслив, подчёркивающий его фигуру. Людям это нравится, они сходят от этого с ума. А Ландо не радует мысль о тех страстных комментариях, которых не избежать, когда эти особенные для них моменты становятся достоянием публики. — Мерсы не могут позволить себе дополнительные куртки? — самодовольно спрашивает Оскар, когда Джордж в последний раз оглядывает Кими. — Между нами говоря, они ужасны, — Джордж наклоняет голову, плотнее запахивая воротник куртки, изо всех сил борясь с холодом. — Пообедаем позже? — Конечно. После этого пара Мерсов обменивается кивками и рукопожатиями. Кими корчит гримасу, когда Ландо притягивает его к себе, чтобы обнять, а Джордж выглядит почти убийственно, когда Оскар делает то же самое. Затем они уходят, после того как Джордж раздражённо на них смотрит. — Это одна из новых? — спрашивает Кими, разглядывая куртку и рукава, когда они отходят на пару футов. — Да. Немного тесновато, но всё в порядке. — Мне нравится, — кивает Кими. — Оставь себе. Я не буду её носить. Уголки губ Кими приподнимаются в ухмылке, от внимания Джорджа это не ускользает. — Просто потому что я её надел? Ты такой странный, Джордж. — Так ты хочешь или нет? — Да, да, спасибо, grazie, благодарю. Джордж закатывает глаза и засовывает руки в передние карманы брюк, а Кими смеётся рядом с ним. Когда они удаляются на достаточное расстояние, Джордж из любопытства оглядывается через плечо и не удивляется, обнаружив, что пара Макларен всё ещё там, где они были. Они разговаривают, смеются, позволяя людям делать удачные снимки. И когда ему это надоедает, как раз перед тем, как отвернуться, Ландо поворачивается, и Джордж чуть не теряет самообладание. Конечно, спереди на толстовке нет принта. Но какого хрена Ландо носит худи с номером Оскара на спине?
