Сладость Распада

На улице ярко слепит солнце, а в подземельях древнего готического замка всегда темно. Это место скрыто от глаз обычных людей. Здесь, где жизнь теряет свой смысл и перетекает в вечность, всегда пахнет плесенью и чем-то черствым. Но Ту Тайм так не считает. Это его самый родной уголок, затерявшийся в бесконечных лесах. Молодой и самую малость озабоченный вампир разгуливал по своему имению. Он знал каждый тайный проход в этих стенах и сейчас направлялся к главной достопримечательности. Ту Тайм спускался по винтовой лестнице. Ступеньки напоминали ему надгробные плиты: такие же гладкие и одинаковые. С каждым шагом в темноту он чувствовал, как непривычное для мертвого тепло разливается по телу. Вход в темницу охранял мраморный ангел. Растрескавшееся лицо поросло странным темным налетом. Лик некогда возвышенного, сострадающего создания согнулся над дверью с косой. Ангелам не свойственна смерть. Поставив поднос с едой, Ту Тайм достал ключи. Руки тряслись в предвкушающем трепете. Он повернул замок не с первого раза. В нос ударил ужасный запах: перегнившее сено, застоявшаяся вода и гниль. На пороге стояла такая же порция нетронутой еды. — Ты обещал поесть, — Тайм тяжело вздохнул. — Я не хочу играть с трупом. Они невкусные. Пленник молчал. Кандалы сковывали руки, словно жгучие лианы. Ту Тайм подошел ближе, сел рядом в самую грязь, запачкав одежду. Поля шляпы скрывали лицо охотника. — Эй… я могу предложить тебе сделку. — Вампир протянул руку. Жертва не реагировала. — Ты мне кровь, а я дарую свободу. Глаза Тайма по-хищному сузились. Он хотел бы просто осушить тело до последней капли. Но так неинтересно. Нет того наслаждения, той сладости эмоций. Пленник потерял счет времени в каменной коробке. Прошло два дня или неделя? Ищут ли его, или сочли попытку охоты на могущественного вампира изначально провальной? — Азур. Охотник попытался сделать вдох. Из горла выходили только сиплые хрипы. — Можешь просто кивнуть. Я все пойму. — голос стал приторным-приторным, будто Ту Тайм не держал взаперти человека, а устроил дружескую посиделку. Вампир прильнул, положил голову на чужое плечо. Азура била дрожь. Он почти не чувствовал ни конечностей, ни самого себя. Одиночество давило. Вампир наклонился к измазанному пылью лицу. Поймал себя на мысли, что пленник похож на того ангела. Первые дни Азур сопротивлялся, кидался на своего похитителя, бранил. Сейчас не осталось сил на борьбу. — Просто кивни, — прошептал Тайм. — Я дам тебе все, что захочешь. Перестав дышать, Ту Тайм прислушивался к сердцебиению человека. И тот кивнул. Практически незаметно и робко, но кивнул. Сознание Азура утратило ясность. Он почувствовал резкое движение в свою сторону. Шорох тканей. Надменный смешок. А потом — укус. Он никогда не представлял себе подобное. Мерещилось, наверное, только в кошмарах. Ту Тайм прижался к шее пленника, прокалывая тонкими клыками сонную артерию. Воздух с шипением вырвался из легких Азура. Крика не последовало. Вырвался жалобный стон, а после него кровь хлынула бешеным потоком. Азур услышал звук. Громкий, влажный, животный звук глотания прямо у своего уха. Он рухнул на пол, захлебываясь рваным, хриплым дыханием. На его шее зияли две глубокие, идеальные раны, из которых сочилась алая пена. Ту Тайм отстранился, его губы и подбородок были залиты багровым. Он провел языком по клыкам, смакуя, и глаза горели лихорадочным огнем. —  Еще немного… еще немного… — причитал вампир. —  еще-еще-еще… Зрачки расширились, и Тайм чуть не потерял свой ледяной контроль. Он посмотрел на тушку благородного охотника. Потом на свои трясущиеся руки. — Надеюсь, тебе понравилось, — прошептал он, и это прозвучало так наиграно густо и сладко, как патока, смешанная с ядом.  Он встал, глядя на сломленный сосуд, костяной хвост с размаху стукнул по каменному полу, прямо в лужицу крови. Брызги попали на бессознательное тело. Тайм не сдержит свое обещание. Этот вкус уже не забыть. И когда ключ с лязгом повернулся в замке, Азур не почувствовал ужаса. Он почувствовал, как начинается его новая, до безумия манящая, бесконечная ночь.