Любовь с первой реформы

— Господин Министр…!? — шокировано воскликнул Гарри. — А что вы… А как вы… то есть… эээ… — он не мог собраться с мыслями, тупо пялясь на мага перед собой. — Здравствуйте, мистер Поттер, — спокойно сказал Министр. — Могу задать вам тот же вопрос. Гарри, полностью не осознавая, перед кем оказался, решил, что бессмертен (вовсе не потому что он перестает думать рядом с мистером Реддлом), поэтому без промедлений выдал первое, что пришло в голову. Увы, это была правда. — Эфа хотела навестить Василиска и не хотела делать это одна, — произнес он с неуверенной улыбкой. — Эфа — ваш питомец, верно? — Министр перевел взгляд на змею. Казалось, его не удивило, что ученик седьмого курса ходит к огромному чудищу как к себе домой, и все это в самой защищенной в мире школе. — Очень интересное имя. — Да, Регулус предложил так назвать, — невпопад ответил Гарри. Министр замолчал и, заведя руки за спину, медленно подошел к Поттеру. Он протянул руку к Эфе и легко провел пальцами по ее чешуе; на удивление, та не протестовала и спокойно приняла свою судьбу. — И как же вы узнали о существовании Тайной комнаты? — он наклонился ближе, словно Гарри был крайне интересным экспонатом на выставке. — Хотя нет, не так. — Он покачал головой, словно откидывая ненужные мысли. — Как вы попали внутрь? Вы владеете парселтангом? Гарри прокашлялся, напоминая себе, что человек не может не дышать, даже если весь кислород, кажется, восполняет наличие самого мистера Реддла рядом. Собрав мысли в кучу, он выдавил из себя что-то вроде человеческой речи. — Я не то чтобы владею... всего пару лет учу. — Всего пару лет? Это невероятно. Мистер Поттер, вы сами выучили змеинный язык? Вы недооцениваете свои способности. — Министр развернулся и подошел к раковинам, тихо зашептав слова на парселтанге. Все затрещало, и столб раздвинулся, открывая вид на огромную дыру в центре. Впервые найдя Тайную комнату, Гарри очень сильно перепугался, и поначалу долго не решался залезть внутрь. Сейчас это зрелище стало обыденностью. — Пойдем, — прошипел Министр, приглашающе протянув руку. Гарри не сразу понял, что сказал мистер Реддл — никогда не слышал змеиную речь от другого человека. Он подошел ближе и схватился за руку, ощущая теплую и мягкую кожу. В следующее мгновение его резко притянули ближе, и пол ушел из-под ног. Мистер Реддл притянул Гарри к себе. Гарри словно оказался в другом мире, потому что все, что сейчас с ним происходит, не может быть правдой. Приземление вместе с Министром получилось гораздо более осторожным и безопасным, чем все придуманные до этого способы спуска. — Я в свое время долго ломал голову, почему Салазар Слизерин не сделал нечто более цивилизованное, чем огромный туннель, — мистер Реддл отстранился и, поправив одежду, направился вперед. — Долго не мог привыкнуть к такому варварскому методу спуска в величайшее место, созданное одним из основателей Хогвартса. Гарри только сейчас почувствовал, что может спокойно дышать и немного расслабиться в присутствии мистера Реддла. Он рассказывал о чем-то достаточно приземленном (пока что), и Поттер мог спокойно рассуждать и отвечать, не задумываясь. — В первый раз, — начал Гарри, привлекая к себе внимание Министра, — открыв вход в Тайную комнату, я не решился прыгнуть вниз. Я был рад: ведь я смог разгадать загадку основателя, но… мне показалось это слишком рискованным. — Он поравнялся с мистером Реддлом, незаметно поглядывая на его ровный профиль. Это было немного проблемно, учитывая рост Министра — он возвышался над Гарри на целую голову. — Но любопытство пересилило, — добавил он, поймав взгляд мистера Реддла. Они подошли к замысловатой двери с невероятно сложным механизмом открывания, на изучение которой Гарри забил уже достаточно давно. Мужчина пропустил его вперед, давая возможность покрасоваться. — Откройся, — прошипел Гарри, чувствуя на шее холодное поглаживание. Он совсем забыл, что пришел сюда со своей змейкой. Она наверняка была рада снова оказаться здесь, еще и с двумя змееустами. — Спасибо, — сказала Эфа. — Я по нему скучала. — Снова замолчала, слегка сжав Гарри в знаке благодарности. Министр заинтересованно наблюдал, но вскоре ринулся дальше. — Вы тоже пришли сюда навестить Василиска? — в Гарри проснулось любопытство. — Да, — коротко ответил Министр. — Меня он в первую встречу чуть не съел, — усмехнувшись, сказал Гарри, вспоминая, как тогда перепугался. От страха он даже забыл, что нужно говорить на парселтанге. — Меня тогда Эфа спасла. Заболтала Василиска, начала виться вокруг, и он неожиданно успокоился. Я даже не помню, что она ему сказала. Потом они стали не разлей вода. — Ему просто было одиноко, — пошипела змейка, очень довольная тем, что все говорят на понятном ей языке. Она потерлась о кожу Гарри и аккуратно поползла вниз на пол. — Дальше я сама. Поттер замер, чувствуя, как потихонечку разжимается тело Эфы, обвивающее его собственное. Приятная тяжесть пропала, и Гарри позволил себе недовольный выдох. Змейка, не обращая внимания на легкое расстройство своего хозяина, поползла по холодному, грязному и сырому полу, осторожно лавируя между сброшенной кожей Василиска. — Ваша речь, честно говоря, поразила меня, — начал Министр, выдерживая ровный тон, но частицы удовлетворения от воспоминания явно проскальзывали. — И все представители Министерства пришли к единогласному решению. — Он посмотрел на Гарри, внимательно его рассматривая. Хотя… куда внимательнее?! — Ваше мнение и ваших друзей будет решающим в выборе судьбы мистера Финигана. Гарри ахнул. Он думал, что за такое отношение и неуважение его выгонят следом за мерзким грифиндорцем, а тут... это. Чертовски приятно, между прочим, но он в этом не признается, потому что на самом деле все так и задумывалось. Расправив плечи и смотря прямо в глаза мистера Реддла, Гарри, подражая тону мужчины, ответил: — Я рад. — Под ногами хрустнуло что-то. — Кажется, я еще утром сказал, чего хочу. Мое мнение не изменилось. Таким как он здесь делать нечего. — Славно, — мистер Реддл улыбнулся, хотя, точнее сказать, оскалился. — Думаю, нет смысла спрашивать мнение твоих друзей, верно? — Гарри покачал головой. Они в любом случае его поддержат. — Я бы не хотел медлить. Гарри кивнул, соглашаясь, и дальше они продолжили путь в молчании. Подойдя к огромной и величественной статуи Салазара Слизерина, они увидели рядом Эфу. — Ну и куда ты так спешила? — насмешливо спросил Гарри. — Отстань, — обидчиво прошипела змейка. — Я просто не могла бездействовать. Гарри усмехнулся. Оглянувшись на мистера Реддла, он жестом позволил ему позвать Василиска и, возможно, предаться ностальгии. Тот молча кивнул и не отказался от предложения. Его взгляд остановился на громадной статуе, а с губ слетали тихие шипящие слова. Когда рот скульптуры стал медленно открываться с грохотом, Гарри решил, что не обо всем расспросил Министра, а возможность между прочим прекрасная. — А вы откуда знаете змеиный язык? Мистер Реддл отвлекся от происходящего и, на секунду задумавшись, ответил: — С рождения. — Больше он ничего не добавил, и у Гарри сложилось впечатление, что это не лучшая тема для разговора. Точно не сейчас. Поттер пересилил свое любопытство и не стал развивать эту тему. Василиск выполз из своего убежища и, наклонившись, рассматривал всех существ, стоявших (или лежавших) перед ними. Когда его взгляд упал на мистера Реддла, в глазах мелькнуло узнавание. — Я так рада тебя видеть, — Эфа закружилась вокруг него радостно шипя. Василиск отвлекся от разглядывания Министра и полностью опустился на пол, позволяя ей оказаться на уровне его глаз. — Я тоже, — прошелестел он. Речь Василиска всегда была слегка неразборчивой, и Гарри долго к этому привыкал, не понимая и половину, а Эфа никогда не обращала на это внимания. Поттер с умилением и удовлетворением наблюдал за этой картиной, и мистер Реддл, на удивление, тоже внимательно смотрел. А как Гарри показывал своим друзьям эту комнату... это отдельная история. — Где же вы нашли книгу, которая обучает магов парселтангу? — внезапно спросил мистер Реддл. Похоже, он все еще не верит в такое. — После того, как я перерыл всю библиотеку Поттеров, я перебрался к Блэкам. И там, спустя не одну неделю исследования библиотеки древнейшего рода, где-то на дальних стеллажах, я натолкнулся на очень старые книжки. — Гарри не считал нужным говорить так много, но его голос подрагивал от желания поделиться этой историей. Кроме Рона и Драко и Регулуса никто ничего не знает. Ну, теперь и Министр. — Они были не в лучшем состоянии, хотя Регулус всегда хорошо заботился о состоянии наследства Блэков. Я восстановил их насколько было возможно. — Гарри немного помолчал. — Досконально изучил и… — он взмахнул рукой и усмехнулся. — Теперь мы здесь. Министр только кивнул и перевел свой взгляд обратно на двух змеек. То, что одна из них может убить пол Хогвартса, никого не волнует. — Любопытно, — протянул Министр, и в его голосе что-то дрогнуло. — Регулус об этом знает? — Да, — ответил Гарри, не совсем понимая, зачем мистеру Реддлу эта информация. — Если вы не против, — начал он, — я бы хотел на них взглянуть. И надеюсь, Регулус поспособствует, если ваш ответ будет положительным. Гарри на миг задумался — все ли будет в порядке? Мистер Реддл всегда мыслил на ступень выше других и не скрывал этого. Учитывая его врожденные знания змеиного языка, что может случиться, попади в его руки такая занятная книга? Хотя он и признавал непревзойденный ум Министра и необычайно высокий уровень магии, Поттер догадывался, что под слоем строгости и дисциплины прячется нечто противоположное образу идеальности и пацифизма. Взвесив все за и против, Гарри решил: ему интересно, к чему может привести ситуация, в которой он оказался. Более не колеблясь, он ответил: — Конечно, мистер Реддл, для меня и дома Блэк ничего лучше и не придумаешь. Это честь для нас. — Хитрая улыбка змеями расползлась по его лицу. Министр не мог скрыть своего удовлетворения, но и несвойственную такому разговору радость и предвкушение Гарри не пропустил. — Ты настолько рад? — насмешливо поинтересовался он. — Я просто представляю лицо Сириуса, когда он узнает. — выкрутился, но отчасти и не соврал. — О, — протянул мистер Реддл, словно что-то понял. —Старший Блэк — интересная личность и преданный своему делу работник, что очень ценно. — услышь это, Сириус бы в обморок свалился. Сам Министр и такие слова! — Но на мой вкус, слишком эмоционален и шумен. — А вот тут Сириус бы его послал. Подумав, он продолжил: — Блэки — в общем, лучшая инвестиция. Гарри усмехнулся. Достаточно расчетливое и безэмоциональное заявление. — Чем вы интересуетесь? — перевел тему мистер Реддл. — В свое время я изучал все, что смог откопать в библиотеке Хогвартса. — Уголок его губ дрогнул в намеке на улыбку. — Я бы описал свои увлечения такой же формулировкой, но… — Гарри выдержал театральную паузу, почти драматичную. — Гадание и астрология — воплощение зла. Мистер Реддл мгновение вглядывался в его лицо, а потом громко рассмеялся, шугнув тем самым змеек, уютно устроившихся рядом и яро что-то обсуждающих. Гарри удивленно уставился на него, Василиск угрожающе посмотрел, но быстро успокоился и вернулся к прерванному разговору с Эфой. Поттер понял, что забыл о том, что они здесь не одни. — Да-да. Могу вас понять. — Успокоившись, он оглянулся. — Давайте присядем, а то стоять посреди зала становится неуютно. — Министр прошел к одной из колонн и сел, оперевшись спиной. — Образовательные реформы обязательно будут выпущены как можно быстрее, особенно критерии проверок и оценивания преподавателей. Гарри неловко подошел ближе и присел рядом, оставив немного расстояния между ними. Можно сказать, он волновался. А кто не волновался бы, собственно?! Но как только речь наклонилась в политическую сторону, все мысли переключились и выстроились в точный четкий ряд. — Астрология — интересная наука, но ее преподавание зачастую сводится к банальному пересказу текста из учебника, что, как я считаю, недопустимо, — продолжал Министр. — Прорицание как предмет я тоже не понимал и недолюбливал, считаю все это глупостью. Только с возрастом осознал, насколько бы эта наука не была неточной и переменчивой, нельзя ее убрать из жизни магов навсегда. — Интересно, — пробормотал Гарри, решив, что позже расспросит мистера Реддла поподробнее. Сейчас сил осталось не так много, а в сидячем положении дремота накатывала невыносимо сильно. — А еще какие реформы готовятся? Вы упомянули критерии преподавания, кажется. — Верно. Отбор на роль учителя сейчас невыносимо прост, что недопустимо. — Министр всплеснул руками, словно вымещая все свое возмущение и негодование. — Школьники обязаны продираться сквозь нудные лекции преподавателя истории магии и слушать бредни сумасшедшей старухи, преподающей прорицание, разве не абсурд? — Министр пододвинулся ближе, но Гарри не обратил внимания, все силы тратя на то, чтобы ничего не упустить из быстрой речи. — Какого учителя ты не возьми, все они, по сути, ведут себя непрофессионально и некорректно в отношении учеников и иногда своих коллег. К тому же программа давно устарела, ее уже больше ста лет никто не переписывал и не исправлял. Гарри не мог держать глаза открытыми и, не заметив, откинулся на что-то, постепенно убаюкиваемый плавной речью Министра. Он из последних сил старался слушать такую интересную и полезную информацию, но не подержавшись и пары минут, провалился в сон. Последняя мелькнувшая на краю сознания мысль была о том, что он готов слушать мистера Реддла вечно.